👼Во имя будущего, во имя любви⏳

☆ ГАРРИ ПОТТЕР ☆ Малфой и предположить не может, да и не сможет, что я на самом-то деле помню всё. Дело в том, что пока маховик времени переносил нас сюда, Драко отключился у меня в объятиях. Вернее, он ещё в кабинете Зельеварения отелючился, а я, как когда-то, попал на призрачный вокзал Кингс-кросс. Пустующий, но на сей раз с подъезжающими-отъезжающими поездами, в которые, как я понял интуитивно, садиться было нельзя. Он для неупокоенных душ, не попавших ни в Рай, ни — в Ад, если они всё-таки существует. Застрявшие души, которые кочуют в поездах без остановок и станций. Призрачные люди в поездах и электричках были страшные: чёрные круги под глазами и полупрозрачные тела в белых сорочках. Мы с Драко были людьми. Живыми людьми. Я держал мою любовь на руках. Мою любовь? О, да! Только здесь, за пределами Хогвартса и всей жизни, на границе мира живых и усопших, я осознал, что не Джинни мне нужна, ни тем более Чжоу, да Мерлин знает кто ещё, а именно он — Малфой, которого я держал на руках, будучи на призрачной платформе призрачного вокзала. И как, во имя Морганы, нам выбраться живыми отсюда? Профессор Дамблдор появился всё также, как когда-то — словно из туманной дымки. — А, Гарри, мой мальчик! — произнёс он обыденно, словно только вчера виделись. — Очень рад тебе! Да ты и не один, как я погляжу? Какими судьбами ты оказался снова здесь? — Приветствую, профессор! — ответил я и опустил Драко на скамейку. — Но каким образом вы узнали о нас? — У меня сработали сигнальные чары, — улыбнулся Альбус загадочно, — которые дали знать, что кто-то из мира живых нечаянно оказался на перепутье Жизни и Смерти. Почему-то я подумал о тебе. Да, так оно и вышло. Ну, а что же с вами такого произошло, мой мальчик, что вы очутились в этом месте? — поинтересовался он. И я рассказал профессору Дамблдору все без утайки. Он покачал головой, пригладил рукой свою бороду и ответил так: — Ох, уж этот Гораций! Зелье «Портал времени» опасный, в руках злых волшебников он может сработать маховиком времени, и натворить непоправимых дел. Когда вернёшься, Гарри, скажи ему два слова «Драконья кровь». Он поймёт. Когда-то Гораций создал зелье «Кровавый бриллиант» и также хотел его запатентовать, но в результате проверки в Министерстве Магии погиб лаборант, у которого кровь стала чёрного, блестящего цвета, словно бриллиант. Тогда от Азкабана спас его я, возглавляя в то время Международную конфедерацию магов, а также занимая должность Верховного Чародея в Визенгамоте. Скажи ему, чтобы он не создавал никаких зелий. Слизнорт стар годами, забывчив, поэтому обязательно напортачит с ингредиентами. Нельзя — так ему и передай. Ну, а вам просто посчастливилось. Рябиновый отвар не позволил вам с Драко умереть, он остановил ось маховика времени, и не дал некачественному зелью навредить вам. В нем ошибка. Вместо волоса Фестрала надо было перо Птицы-Гром растолочь, но ты не говори Горацию об этом. — И что же нам делать с Драко, профессор? — спросил я. — Придётся пожить в мире будущего пару недель, а потом сработает маховик времени, — кивнул Альбус. — Дай-ка, я его настрою. — Он взял в руки маховик покрутил его, пошептал что-то и снова надел мне на шею. — Вот так, да! Веди себя так, словно ты ничего не помнишь — так будет правильней, Гарри, в том мире, куда вы попадёте. Да и вы своим духом войдёте в свои же тела, но в старшей версии себя. Малфой очень ранимый, побереги его. Возможно, в прошлом, откуда вы прибыли, он бы никогда не признался тебе в силу своего воспитания и гордости, что влюблён в тебя, но в мире будущего ты покажешь Драко, каким может стать ваша жизнь вместе. Ваши чувства, эмоции и… сын. Малфой увидит и захочет этого в мире настоящем — то есть в Хогвартсе. Маховик повесь на видное место в доме, где вы живёте (в мире будущего). Через две недели он сработает. Гарри, запомни одно — семь оборотов вперёд и два назад, потом отпусти ось. Запомнил? — спросил директор. Я повторил и старик кивнул. — Ну, а теперь, — произнёс он, — возьми на руки своего парня, а я помогу вам добраться туда, куда надо. — Спасибо, профессор! — поклонился я Альбусу и поднял Драко на руки. Старик же сделал взмах рукой и нас закрутило в вихре аппарации. Попасть в мир будущего, о котором я ничего не знаю, хотя знают наши с Драко взрослые версии, — это по меньшей мере странно, по большей — удивительно. Лично я попал в самого себя так, словно всю жизнь работал Главой Аврората и имел семью — Драко, нашего сына Скорпиуса и родителей Малфоя. Куда же без них — родимых? Но, надо сказать, Люциус весьма изменился в самую лучшую сторону, не говоря уже о леди Малфой. Дед души не чает в наследнике и до безумия рад подходу второго внука. Зелье зачатия от директора Снейпа сотворило чудо — вот не зря Северус считается самым легендарным зельеваром в Британии, а возможно, и во всем мире. Мой Драко в мире будущего — очень горячий парень, и нам чертовски вместе хорошо. В первый день нашего вторжения из мира прошлого в будущий, я заметил, что Малфой у меня немного не такой. Стеснительный, но ласковый и желающий познать меня. Да, он помнит, что он — не совсем привычный он. Поцелуй в машине, когда я забрал сына из магического детского сада, смутил его. Я понял, что он переживает, ведь в нашем мире мы никогда не дружили, не то, чтобы целоваться. Поцелуй вышел наш с ним первый, и он ответил так трепетно и боязливо. Мой мальчик. Я за пару недель покажу тебе, как мы будем жить в будущем, если в нашем настоящем сделаем всё правильно. Здесь нам по двадцать пять лет, но Драко смотрит на меня глазами девятнадцатилетнего парнишки, который любит меня, но очень боится признаться и мне, а главное — себе. Но я беру всё в свои руки. Пока Скорп смотрит мультики под бдительным надзором двух верных эльфов, Винки и Пинки, я могу отлюбить моего Малфоя. Для нас в мире будущего сие в порядке вещей, но для нас из мира прошлого — впервые. Я обнял его со спины, а он задрожал, понимая, что я хочу с ним сделать. Для меня здешнего привычен запах кожи моего мужа, но для меня из Хогвартса — нет, поэтому я смакую кожу Малфоя, пахнущую чистотой, дорогим парфюмом с древесными нотками и цитрусами, а сам Драко будто весь пропитан солнцем и яблоками. — Скажи, что хочешь меня? — шепчу я снимая с Малфоя последнюю вещь — его трусы и раздвигая ноги. Блондин стесняется и нервничает. — Драко, любовь моя, это же я, не бойся. В положении ты стал таким нежным и застенчивым. Посмотри на меня. Слизеринец посмотрел и всхлипнул. — Всё так, словно у меня это в первый раз, — ответил он. — Ты, я и мы с тобой в одной постели. Я трусь об него, возбуждая. Знаю это из моей жизни здесь. Драко тихо стонет. Он обнял меня и прошептал: — Давай же, пока я не передумал. — Не торопись, — ответил я, — давай представим нас на выпускном балу, когда ты стал моим по-настоящему. Помнишь это, детка? — Ты закрыл дверь? — отвлекся он. — Ты же знаешь силу моих невербальных заклинаний и чар, — улыбнулся я. — Закрыл, конечно, наш сын не войдёт, пока я не возьму тебя. — О, Боже! — простонал он, когда я стал выцеловывать его плечи, соски, животик, который в этом мире носил в себе малыша. Я опустился к паху. — Гарри… — Всё хорошо, не бойся, я с тобой рядом, — улыбнулся я и накрыл губами его головку пениса. Он вскрикнул и прогнулся, запрокинув голову. — Да, мой хороший, да… Скажи, что тебе это нравится, Драко. — Нравится, — ответил он, — безумно нравится! Очищающее раз, другой в анус, а потом заклинание, чтобы наколдовать лубрикат, обильно смазать вход. Для Малфоя это всё впервые, но и как бы привычно, ведь в этом мире он знает вкус секса со мной. Однако для Драко из прошлого всё в первый раз, а поэтому я буду нежен и предельно ласков. Ещё я наложил чары максимального Обезболивания, чтобы он не чувствовал себя, словно его разорвали пополам, а наслаждался в свой первый раз. Я целовал его пенис, пока подготавливал в вторжению, а Драко скулил от наслаждения. Мой мальчик. Ласкать его мошонку, яички и бедра — это так сладко, тем более, что они ухоженные и чистые. Подготовил я и поднялся к его губам, попросив посмотреть на меня. Малфой был возбужден. — Почему ты остановился, Поттер? — спросил блондин. — Чтобы ты смотрел на меня, когда я сейчас войду в тебя, — ответил я. — Смотри, почувствуй, я уже у входа. Он свёл ноги вместе, и тогда я поднял их на плечи. — Расслабься, я не дам тебе плакать, мой Драко, — улыбнулся я. В следующий миг я поцеловал мужа и вошёл в него очень плавно, хоть и быстро. — Ты уже… во мне? — поинтересовался слизеринец и я кивнул. — Ты применил чары, да! — Да, чтобы ощущения первого раза в тебе остались самые хорошие и приятные, — ответил я и принялся двигаться. Малфой обнял меня, а я стал искать правильный угол проникновения, чтобы ему стало не просто хорошо, а сладко. И я нашёл, когда Драко вскрикнул. Мой мальчик. Дальше дело пошло отлично. — Тебе хорошо? — спросил я через время, прибавив огня. Он ответил, что ему очень хорошо. Малфой царапал мою спину, хватался за мои плечи, и двигался навстречу. Я же целовал Драко и вбивался. — Я больше не могу, — простонал блондин. — Поттер, я на пределе! Я обнял Драко и произнёс ему в рот: — Да, Малфой, не сдерживайся! Давай кончим вместе… Он сжал меня в себе с силой и извергнулся, я же только спустя полминуты это сделал, когда Драко немного оставил хватку. Я последовал за ним, кончив глубоко в слизеринца. — Я люблю тебя, Драко! — шептал я после оргазма, пока Малфой приходил в себя и мы выравнивали дыхание. — Люблю! — целуя, повторял я. — Безумно тебя люблю! — Да, Гарри, да! — плакал он, омывая моё плечо и грудь слезами. — Люби меня всегда! Люби только меня одного. Всегда! — Клянусь, что я буду любить только тебя, Драко, — ответил я. — Обещаю! — Я люблю тебя тоже! — тихо произнёс он и я улыбнулся. Мой мальчик признался мне. Несмело, испуганно, непривычно для него, но признался. — Идём, нам надо в душ и собираться на самолёт… Да, маховик надо не забыть. Драко, напомни мне его не забыть, — кивнул я. — А ещё надо поужинать и собрать сы… сына нашего в дорогу, — добавил Драко. В самолёте мои самые любимые мальчики спали. Конечно, ведь мы вылетели из Хитроу ночью. Люциус купил нам билеты первым классом. Своя кабинка, где только мы, наш мир наша семья. Прекрасное питание, душ тебе тут и все удобства. Мы с сыном играли на компьютере в игры, пока Драко листал интернет или обнимал нас со Скорпиусом. Он так трогательно спал с ребёнком, обнимая его и словно защищая от всего мира, что у меня наворачивались на глаза слезы. Мои мальчики… Самые родные и правильные мальчики на свете. Моя семья. За полтора часа до прилета я поцелуями разбудил Драко, пока сын всё ещё спал. — Мы подлетаем, да? — поинтересовался Малфой и я кивнул. — Да, мой родной, сейчас ужин принесут, перекусим на дорожку, да собираться пора, — ответил я и провел рукой по животику Драко. Наклонившись, поцеловал. — Я люблю тебя и нашего малыша в тебе, Малфой! — Я уже привыкаю к нам, Поттер, — улыбнулся слизеринец. — К нам — как к семье, как к супругам, к сыну и малышу во мне. Я уложил его на постель и принялся целовать. Две минуты у нас есть, пока не принесли ужин. Я заказал нам хороший стол, пока Драко спал с сыном в обнимку. Я их наснимал на камеру в телефон. Надо бы его с собой забрать. Ах, дай-то Мерлин, получится. Молитвами Альбуса Дамблдора, конечно, должно всё получиться!