Осенне-зимний сборник

Чонвон долго смотрелся на себя в экран телефона, наверное, минут десять. Он думал: хоть бы уши не вылезли, хоть бы хвост не появился. Когда он был рядом с Ёнсук, всё шло, мягко говоря, не по сценарию. Однажды он сидел с ней рядом на университетском мероприятии в актовом зале. Чонвон сглотнул раз двадцать, раз десять заглянул в телефон. Не появились ли уши? Лишь после многочисленных проверок он чувствовал себя спокойнее. Он не знал, почему ему так стыдно показывать Ёнсук свой настоящий облик. Волком он был не страшным. Его братья пострашнее будут, а он так, волчонок скорее, поэтому братья над ним и смеялись. Бурый волчонок. Может, он ей понравится, если произойдёт неловкая ситуация: у него вылезут уши или хвост покажется. Чонвон почти угадал. Стоило во время написания домашней работы и обсуждения проекта соприкоснуться с ней локтями, как у него вылезли ушки! Она сначала не заметила, слишком была поглощена выполнением заданий, покусывала краешек ручки в задумчивости, повернула голову и вдруг сказала: — Какие милые! Чонвон дёрнулся. Милые — что? Что она имеет в виду. Он запаниковал, схватил телефон со стола, заглянул в него и покраснел. Скоро Чонвон и Ёнсук оказались на кровати в не очень удобной позе. Хотя в другой ситуации Чонвон сказал бы, что эта поза очень даже ничего. Ему открывался хороший вид на грудь, плечи и подбородок Ёнсук. Он как раз дотронулся до её груди нечаянно. Спрятал руки за спиной, а Ёнсук на него навалилась, чтобы вдоволь насладиться ушками: она их гладила, пощипывала за кончики, чесала. Наверное, у Чонвона ушки были эрогенной зоной, потому что из-за таких с её стороны действий он возбудился. — Ой, нет, не нужно так делать, — заумолял Чонвон, извиваясь от её прикосновений. Он старался быть проворнее, чтобы она не дотронулась до самого главного и самого зудящего места в его теле. Оно как раз больше всего нуждалось в ласке, постепенной, аккуратной… Эх, он не мог попросить такую ласку! Он слишком стеснялся! Слишком-преслишком! Он посмотрел на её веснусчатое лицо, на выкрашенные в огненный цвет густые волосы, спадающие по её круглым плечам, и влюбился в эту девушку, наверное в сотый раз за всю свою жизнь. Бывают ли такие красивые девушки? Бывают. Она перед ним. Или над ним вернее. — Из-за чего у тебя ушки появляются? — Из-за волнения, — сказал Чонвон, слабо улыбнувшись. Ой! Нет-нет! Не трогай мои у-у-ушки! Он завалился на кровать и захохотал что есть мочи, схватился за живот и чуть не умер от коликов. Она увидела хвост, решила и его потрогать и посмотреть на реакцию Чонвона. Он ойкнул, смахнул слёзы, увидев, как она медленно гладит его пушистый бурый хвост, и ужаснулся. Почему нет той самой реакции? Когда его кто-то из девушек или из парней трогал за хвост ради забавы, у него на руках вылезали когти, а вскоре рука превращалась в лапу. Такой реакции сейчас не было. Странновато. Он задумался. Ладно, пусть гладит, не так уж это и неприятно. Она посматривала на его лицо: какой же он смешной. Ей захотелось провести пальчиком по его поджатым губам. Вот так чудеса! У неё в гостях настоящий оборотень! Значит, неслучайно она вытащила карточку с оборотнем, когда ходила в «Магазинчик привидений». Она узнала тайну Чонвона. Нечаянно. Ей стало немного стыдно. Она не хотела, чтобы он показывал ей свои ушки, хвост, лапы. Лапы? — Лапы! — воскликнула она, взяв одну в руку. Провела по ней. Мягонькая. — Милота какая! Ух ты! Ты весь такой мягкий-мягкий! А я люблю мягкие игрушки, кстати! — Надеюсь, ты не хочешь, чтобы я стал твоей мягкой игрушкой, — пробормотал он, наблюдая за тем, как она рассматривает подушечки на его лапе. — Я к тебе пришёл домашку вместе делать, а закончилось всё тем, что ты меня изучаешь… Кхм, ну исследуешь… Как бы сказать? Он покраснел, побледнел, короче говоря, за несколько секунд пережил несколько метаморфоз, не менее неловких, чем появление сначала ушек на голове, потом хвоста, а теперь вот, лапы появились. Скоро он и вовсе в волка обратится. — Волнуешься? — спросила она весело, заглянув в его глаза. Чонвон отвернулся, вскинув гордо подбородок: вот ещё он будет волноваться! Не дождётся! Он — волк гордый! — Извини, что заставила это всё показать, — сказала Ёнсук, отпустив мягкую лапу и поудобнее сев на кровати. Она нашла взглядом подушку, положила себе на колени и добавила робко: — Мне нравится, что ты такой чудесный, милый оборотень, — созналась она искренне и потупила взор, обдумывая, что бы ещё сказать, чтобы подбодрить его: она заметила, что он очень смутился. — Я честно-честно никому не расскажу твою тайну! — Её многие знают уже. Так что, ничего страшного, если проговоришься. Меня Хисын любит за хвост дёргать. Напьётся, я его, пьянчугу, на спине тащу домой, а он дёргает, зараза такой, — с улыбкой сказал Чонвон, посмотрев на свою подругу. — Спасибо за твои слова. Они придали мне уверенности, теперь я думаю, что я красивый волк, благородный. Она подвинулась к нему, подняла голову и чмокнула в красную щёку. У Чонвона ушки непроизвольно зашевелились, в глазах на секунду потемнело, когда её губы оказались поверх его, такие тёплые, такие… необычно это было. Первый поцелуй… Он закрыл глаза, положил руку на её плечо, руку, а не лапу, лапа исчезла, наверное, к нему вернулась уверенность. В конце концов, он мужчина, и должен быть уверенным в себе. Конечно, как и любой человек и как и любой оборотень, он может быть и слабым, но прямо сейчас он хотел быть сильным и смелым. Он придвинул её к себе за плечи, обнял и поцеловал, вдохнув запах её великолепных волос. Этот запах пьянил. Чонвон осторожно облизал её губы языком, поцеловал опять, улыбнулся хитро и прижал её к своей груди. Сердце билось вне себя от радости. И какое-то незнакомое тепло разливалось по всему телу. Она вскинула взгляд. Улыбнулась, сказав: — Ушки пропали, — чуть-чуть печально. И спрятала носик в его кофте. — Это было хорошо. У тебя тоже первый? — Угу, первый, — отозвался он. — А можно второй? — Можно, — она прильнула к его губам, потрогала его живот и прошептала. — А можно там потрогаю? — Да, — как-то быстро, не подумав, разрешил он. — Потрогай, пожалуйста. Она провела ладонью по его ширинке. Твёрдый. Заулыбалась в поцелуй. — Останешься ещё на часок? — спросила, прикусив губу. — Ну раз ты просишь, — без заиканий произнёс он, поглаживая её по розовой щеке. — Пойдём ещё уроки поучим. А потом можем опять целоваться. И ещё: покажешь мне свои ушки? Хочу их трогать, гладить. — Ты меня убить хочешь такими милыми просьбами? — он уронил её на кровать. — Укушу. — Нет! Ай! Она зажмурила глаза, но он не укусил, только поцеловал почти неслышно в мочку уха, а потом в шею. Он поднялся и сказал: — Я рад, что ты узнала, кто я на самом деле. Давно хотел рассказать, но стеснялся. — Твоё стеснение помогло, — улыбнулась она, взяв его за руку. — Ну что, волчонок, будешь чай с печеньем? Он весело кивнул, потёршись о её щёку. — Ура! Ушки появились! — воскликнула она и запищала от счастья. — Я влюбилась в эти ушки. Чонвон поморщился, а потом улыбнулся и чуть не завыл от удовольствия: приятно было, когда ему чесали за ушком. А ещё приятнее будет тогда, когда он признается Ёнсук в чувствах, которые теплились в его сердце. *** — Что у тебя было? — ошарашенно произнёс Чонвон. — Ч-что?! Он краснел стремительно. Да как он мог сказать такое! Хитрый и!.. И! Раздражает! Как же его бесил этот Ли Хисын. Всё у него уже было. И поцелуй первый, и второй, и третий. И секс. Чонвон опрокинул в рот рюмку соджу. Может, ему так же, как и Хисыну, заявиться к своей любимой девушке и предложить вместо деланья домашки перепихон?! Ну нет, она на такое не согласится. К тому же он не хотел пугать её. Приходить пьяным — это фу как некрасиво. Он решительно покачал головой, отметая этот вариант. Другой придумает. А может быть и не надо придумывать ничего. Само сложится. Пройдёт время, они сблизятся. Вот тогда и захотят обоюдно. Этот расклад событий понравился Чонвону больше всего. И тут в ресторанчик ввалился Сонхун. Он едва передвигал ноги и выглядел помятым и очень уставшим. Чонвон давно не видел друга таким. Сонхун бросил на диван свою сумку, снял пальто и, сокрушённо уронив голову на ладони, прохныкал: — Это конец. — Ты чего как в воду опущенный? Свидание плохо прошло? — спросил Хисын, подвинув к рукам друга баночку пива. Тот взял её в руки и нахмурился. Похоже, свидание действительно прошло хуже некуда. Так решил волчонок Чонвон и приготовился выслушать друга. — Никогда не ходите в «Магазинчик привидений»! Слышите меня? Никогда! Никогда-никогда! Они — шарлатаны! Подсунули мне не то зелье… Боже мой! Что ж я натворил-то… — Сонхун поспешно открыл баночку пива и сделал несколько спасительных глотков. — В общем, свидание моё, как вы уже правильно поняли, провалилось! — И что же ты сделал? — поинтересовался Хисын, следя взглядом за нервными движениями Сонхуна. Он сдул со лба густую прядь волос и сказал: — А вот что: я выдал ей такое… Сказал, что мне жуть как нравится её грудь, потом пригласил Мэй к себе домой, но это была безобидная фраза. Самое ужасное: я сказал, что хочу её во всех возможных позах… И, знаете ещё что! Я говорил это не по своей воле. Подозреваю, что то зелье, которое мне Ники подсунул, было не зельем любви и привлекательности, которое должно было мне помочь, а зельем правды. Вот у меня и развязался язык. Сейчас того эффекта, который был несколько часов назад, нету. Закончился. Ну и отлично. Я думал, что его действие будет намного дольше длиться. Всё, моим отношениям пришёл конец. — Подожди ты. Не делай поспешных выводов. Может, не конец ещё. — Ты бы её лицо видел. Когда она услышала про позы, посмотрела на меня уничтожающим взглядом и взмахнула рукой, чтобы пощёчину дать, но не дала. Она холодно сказала мне «пока». На этом наше свидание и закончилось. — Да уж… — протянул Чонвон, втайне смеясь над Сонхуном. Какой бы ни была безнадёжной его ситуация, всё-таки она была ещё и забавной. «Магазинчик привидений»… Интересно, что это за место. Чонвону захотелось сходить туда и раздобыть какое-нибудь зелье смелости или правды на худой конец. Он как раз хотел бы сказать Ёнсук о своих желаниях. Но не так много раскрывать, как Сонхун. Чонвон в который раз за вечер сделал вывод: придётся действовать самому. На волшебство полагаться опасно. Он посмотрел на своих друзей, которые говорили уже на другую тему и выглядели уставшими, но несмотря на все трудности, весёлыми. Вполне возможно веселья прибавили баночки пива в их руках. Чонвон перевёл взгляд на окно за спиной Сонхуна и улыбнулся безмятежно. Он чувствовал, что ни делается в жизни, всё к лучшему. По крайней мере, в его жизни. По крайней мере, именно сейчас. Он вдруг ясно понял, что ему нужно сделать, чтобы обрести счастливые и здоровые отношения со своей девушкой.