Будь моей Суперзвездой

Фильм под названием «Жажда дракона», в котором снимались актеры из Гонконга и Таиланда, получил восторженные отзывы и множество наград на Гонконгской кинопремии. Естественно, Ачи пригласили пройти по красной дорожке вместе с другими актерами. Увидев свободное время в своем расписании, Ачи решил пригласить Панна, Макхамван и Мин Мыана на отдых. Команда из Гонконга забронировала три номера с видом на Викторию в пятизвездочном отеле. Они прибыли за день до мероприятия, что дало им достаточно времени для отдыха.  На второй день они должны были дать интервью прессе вместе с ведущими звездами Гонконга, которое состоялось в отеле. Позже они подготовились и уехали на лимузинах на мероприятие с красной дорожкой. С третьего дня они могли свободно исследовать город.  Учитывая присутствие команды в первую и вторую ночи для помощи Ачи, Панн был вынужден делить номер с Мин Мыаном. И тот, который никогда не сидел без дела, решил взять своего младшего спутника на прогулку по Гонконгу, оставив Ачи и Макхамван, которые были заняты с гонконгской съемочной группой. Ачи не особо волновался, так как был рад, что у молодого Панна была компания и он смог исследовать местность вместе с другом. На этот раз Мин Мыану не нужно было покупать сувениры, так как доктор Нин присоединится к ним после награждения Ачи. Его раннее прибытие было сделано для того, чтобы у Панна был компаньон и «папа», с которым можно было бы гастролировать, пока Ачи был занят. Отец и сын, оба мужчины в возрасте двадцати лет, сели на поезд из города, чтобы посетить Диснейленд. Панн хотел задать вопрос о том, уместно ли двум взрослым мужчинам посещать такое место, но, оказавшись внутри, он потерял себя в веселье, утащив Мин Мыана в очередь на аттракционы, как будто был ребенком. Это напомнило ему о временах с Паем. С тех пор он почти не изменился. Насладившись всеми достопримечательностями, посмотрев ночной парад и фейерверк, они сели на удобный поезд обратно в шумный город. Проходя мимо станции, ведущей к их отелю, Панн с любопытством приподнял бровь. Заметив это, Мин Мыан, всегда проницательный, тихо прошептал: «Есть одно уникальное место, которое я хочу тебе показать». Вскоре двое мужчин оказались среди неоновых огней шумного коммерческого района, где бары и пабы выстроились один за другим. Мин Мыан шел впереди, время от времени проверяя свой GPS, пока они не достигли маленького розового симпатичного магазинчика с крохотной неоновой вывеской, указывающей на его особенный характер. — Давай проверим это, сынок, – с игривой улыбкой подтолкнул Панна старший, побуждая его войти первым.  Атмосфера внутри оказалась не такой устрашающей, как представлял себе Панн. Это была уютная, хорошо освещенная комната с аккуратно организованными полками, которые сразу привлекли его внимание. Однако предметы, выставленные на этих полках, удивили Панна, а Мыан, выглядел так же озадаченным, как гусыня, с восторгом исследуя различные товары.  Старший игриво поддразнил его, сказав: – У каждого свои предпочтения. Просто выбери то, что вам понравится, положи в корзину и заплати там. Если у тебя мало денег, смело воспользуйся моей кредитной картой. – П'Ачи уже дал мне карту с семизначным лимитом, — ответил Панн. – Ну, ты не сможешь сказать, что тебя не любят, — сказал Мин Мыан с легкой ухмылкой. Младший улыбнулся. Он пришел сюда не специально за покупками; Ачи просто дал ему карту на случай чрезвычайных ситуаций. Ознакомившись с обстановкой, он начал исследовать предметы, подходящие для него и Ачи. Другие покупатели в магазине были глубоко поглощены своим собственным выбором, занимаясь своими делами, как если бы они находились в обычном супермаркете. Панн заметил красное нижнее белье и решил выбрать один наряд. Его взгляд упал на игрушки и необычные презервативы. Он вспомнил, что Ачи когда-то покупал эти бренды и хранила их в шкафу дома. Парень подошел к кассе. Кассир поприветствовал его по-английски и аккуратно упаковал покупки. Он предполагал, что эти продукты никому не причинят вреда; они просто добавляли азарта сексу с любимыми. Даже если их используют для одиночного удовольствия, нет никаких оснований считать их незаконными. Он держал сумку и ждал, пока Мин Мыан закончит платить. Казалось, что тот покупал довольно много. Панну было любопытно, какой человек сможет таким образом доминировать над кинозвездой. – Что купил? — спросил Мин Мыан, как только они вышли из магазина. — Я не скажу. – Ну давай же! Это моя доброта привела тебя сюда. – Думаешь, Пи'Ачи рассердится на меня за то, что я купил эти вещи? – Давайте подождем и посмотрим. Ведь секс возбуждает каждого. И если мы будем использовать продукты, безопасные с медицинской точки зрения, это лучше, чем использовать неизвестные альтернативы, вы не думаешь? Панн кивнул, соглашаясь с принципами урока «Занятие любовью 101». По пути домой двое друзей остановились перекусить лапшой. Так как режиссер Чжэн уже забрал Ачи и Макхамван на обед. Вернувшись в комнату Мин Мыана, он посоветовал маленькому щенку сначала принять душ. Тем временем он набрал международный звонок по LINE, чтобы поговорить со своим возлюбленным. Но в этот момент его любимый, врач, собирался войти в отделение неотложной помощи из-за внезапного наплыва пациентов с травмами. Молодой актер мог лишь выразить свою поддержку, прежде чем включить телевизор, чтобы посмотреть то, что ему понравилось. Когда Панн вышел из ванной, настала очередь Мин Мыана принимать душ. Когда Ачи связался с ним по LINE, чтобы сообщить, что он вернулся в свою комнату, эти двое продолжили разговор через приложение. На второй день своего путешествия в Гонконг Панн и Мин Мыан вышли из номера достаточно поздно. Тем временем Ачи и Макхамван работали с командой из Гонконга уже с самого утра. Старший отвез Панна в Макао, чтобы насладиться яичными тартами.  Только из-за этого путешествие казалось таким долгим, что даже потребовалась переправа на лодке, но оно того стоило. Тем более, что, пока они были с Ачи, они особо не выходили на улицу, в первую очередь, чтобы избежать внимания. Более того, из гостиничного номера открывался такой фантастический вид; просто лежать и наблюдать за проплывающими лодками было достаточно. Дуэт вернулся на сторону Гонконга, когда уже начали сгущаться сумерки. Панн, желая посмотреть прямую трансляцию мероприятия, попросил Мыана заказать разнообразную еду из отеля, чтобы насладиться ею в номере. Это было дорого, но «что ж», подумал он, оплатив это картой Ачи. Персонал отеля нашел канал, транслирующий Премию Гонконга, а затем извиняясь, покинул комнату. Стол был накрыт деликатесами: медовым запеченным свининой Сиу, уткой по-пекински, различными дим-самами, жареным рисом с крабом, хрустящей уткой в апельсиновом соусе и странным десертом из манго в белой упаковке, название которого старший не мог вспомнить. Оба были поглощены едой и живым мероприятием, они восхищались величием, подобающим стране, которая является лидером киноиндустрии. Вскоре актерский состав «Жажды дракона» прошествовал по красной дорожке. Кевин, во всех отношениях обаятельный ведущий актер Гонконга, вскружил многим головы. Но Панн и Мин Мыан почти синхронно ухмыльнулись при виде этого зрелища. Ачи, одетый в яркий красный китайский костюм в современном стиле, выглядел столь же лихо. Его красивое лицо излучало безмятежную, но напряженную ауру, напоминающую «Лонг Фэй Тяня», вымышленного принца мафии из прошлого. – Неудивительно, что Кевин влюблён. Мой приятель выглядит чертовски хорошо, — заметил Мин Мыан. – П'Мыан! – Панн чуть не ткнул его вилкой, притворяясь оскорблением. – Успокойся, щенок. Кевин просто смотрит. Твое сердце и все остальное уже принадлежат моему приятелю, не так ли? — Верно, — ответил Панн, откинувшись назад с лукавой ухмылкой. Будь то Лонг Фэй Тянь или нет, он скоро встретит раскалывающего небо дракона Панна. – Ты фантазируешь о моем друге, Панн? Ты сейчас выглядишь совершенно... очарованным. – Что? Не правда! – Если бы я в это поверил, я был бы дураком, — сказал Мин Мыан, подозрительно сузив глаза. Однако шаловливый Панн лишь притворился озабоченным, собираясь взять себе в тарелку очередной кусок чар сиу. – Ешь много, чтобы у тебя были силы играть с доктором Нином, — поддразнил голос. – Шутник как всегда, — упрекнул Мин Мыан, хотя и с оттенком нежности. Несмотря на проказы щенка, его друг Ачи был настоящим зачинщиком, всегда вовлекая щенка в свои игры. Церемония награждения прошла с большим энтузиазмом, сопровождаясь выступлениями различных артистов и певцов. Во время одного из выступлений камера повернулась к Ачи, который восхищенно смотрел на сцену. Зал разразился восторженными криками, когда фанаты увидели на большом экране своего любимого тайского актера, который махал в камеру, вызывая еще более громкие аплодисменты. – Он действительно горячий, не так ли! – заметил Панн с явным раздражением. Мин Мыан игриво взъерошил волосы Панна: – Не зацикливайся на этом. Быть знаменитостью требует терпения. И всегда нужно уважать фанатов. – Я понимаю. Если П'Ачи счастлив, то и я тоже. – Ты справился хорошо. Не зря я помогал с самого начала твоих ухаживаний. – Спасибо, Пи'Мыан, — искренне ответил Панн, подняв руку в традиционном жесте благодарности. Старший засмеялся и жестом предложил ему сосредоточиться на прямой трансляции, с нетерпением ожидая награждения. После церемонии команда и актерский состав фильма отпраздновали множество своих побед, включая лучший сценарий, фильм, песню, художественное оформление и лучшего актера второго плана. И Ачи, и Кевин получили награды за лучшую мужскую роль, разделив количество голосов. Воистину, это была ночь Жажды Дракона. Той ночью Панн остался в комнате Мин Мыана. Старший знал, что его «сын» сначала захочет дождаться, пока его друг вернется в свою комнату. Мин Мыан заказал красное вино, сыр и мясное ассорти, чтобы насладиться атмосферой залива Виктория. Сотрудники отеля быстро накрыли столик на балконе и удалились. — Если хочешь, в холодильнике есть пиво, — предложил киноактер, глядя на молодого человека. – Все в порядке. Я сохраню пиво для своих сверстников. С папой вино больше подходит. – Ты же не подразумеваешь, что я стар, не так ли? — спросил Мин Мыан, слегка неуверенный в невинном выражении лица сына. – Нисколько. Я слишком уважаю тебя. Щеки Панна раздулись. Даже если Мин Мыан хотел его отругать, трудно было злиться, когда тот выглядел таким очаровательным. Мин Мыан, колеблясь выпить еще, протянул Панну свой стакан в знак тоста. Он сделал легкий глоток. Тем временем младший деликатно схватил кусок светло-желтого сыра, уравновешивая его медленным глотком темно-красного напитка. Он смотрел, теряясь в огнях города, исходящих от высоких зданий за рекой. Ближе к двум часам ночи кинозвезде позвонил личный менеджер. – Ачи очень пьян. Вы можете помочь? Я в лифте. Панн, слегка подшофе, сразу же оживился. Это было необычно для Ачи — быть в таком состоянии. Двое мужчин быстро направились к выходу из лифта, где плотная фигура Макхамван слегка покачивалась, отягощенная сильно пьяным Ачи. — Почему он такой пьяный, Пи'Ван? — спросил Мин Мыан, обеспокоенно глядя на своего друга. – Он раздобыл какой-то местный китайский выдержанный спиртной напиток. Актеры со съемочной площадки пробовали несколько рецептов. Панн забрал Ачи у менеджера, без особых усилий поднял пьяного мужчину и быстро отнес в свою комнату. – О боже, какой сильный молодой человек, — воскликнула Макхамван. Мин Мыан тихонько рассмеялся, думая про себя: «Панн довольно опытен в ношении. Ему по ходу приходится делать это довольно часто». *** — Панн, это ты? — раздался сонный голос Ачи. Сердце младшего смягчилось от слабого голоса: – Да, это я. — Я так скучал по тебе, Панн. Сердце большого ребенка еще больше растаяло от пьяного признания: – Я тоже скучал по тебе, Пи'Ачи. — Поцелуй, пожалуйста~ Сердце Панна заколотилось. Подойдя к роскошному номеру, Мин Мыан открыл дверь и вошел, позволив Пунну положить своего любимого на кровать. – Давай помогу привести в порядок, — предложила Макхамван. Мин Мыан поднял руку, отказываясь, и указал на пьяного Ачи, который теперь сжимал Панна, как будто от этого зависела его жизнь. – Родители, вроде нас, должны позволять своим детям сниматься в любовных сценах, — пошутил он. – Ох... Хорошо. – Макхамван вздохнула, приняв вид опытного менеджера знаменитостей. – Панн... позаботься об Ачи вместо меня. Очисти лицо, нанеси крем. Не забывай, сияющее лицо Ачи имеет первостепенное значение. – Понял! — твердо ответил Панн. Эти двое игриво отступили назад, смеясь возле двери, надеясь, что Ачи не стошнит Панну на лицо. Оставшись один, Панн внимательно изучал пьяное лицо Ачи. Его кожа блестела, красиво накрашенная после прогулки по красной дорожке. Его глаза, подчеркнутые тонкой подводкой, имели кошачье очарование, но покрасневшие щеки, вероятно, были следствием китайского алкоголя, о котором упоминала Макхамван. Слабый травяной аромат исходил от тепла его тела, соблазняя Панна уткнуться носом в изгиб его шеи. — Ммм… — Сладкий стон сорвался с губ Ачи, когда он отреагировал на эту близость, его изящные пальцы запутались в иссиня-черных волосах Панна. — Подожди… это не тот момент, — Панн слегка отстранился, встретившись с затуманенными глазами Ачи, в которых светился озорной блеск. — Панн, сначала сотри макияж, чтобы у меня не было прыщей, — приказал глубокий голос Ачи. Он вел себя как ребенок, даже используя ноги, чтобы игриво обвить их вокруг ног младшего. — Сначала поцелуй меня, пожалуйста... Не торопись. Панн подчинился, поддержав голову Ачи и нежно прижавшись губами к его губам. Однако тот просунул язык, пряный вкус трав, смешанный с алкоголем, проник в рот парня. Естественно, щеночек ответил ему взаимностью, переплетя их языки. От нежного поцелуя всё обострилось до того, что Ачи прижали к кровати, а Панн навис над ним. — Подожди, — младший восстановил самообладание, отстранившись от интенсивного поцелуя, который оставил его без дыхания. Ачи соблазняюще посмотрел вверх и даже дразняще потерся ногой о теплую ткань брюк возлюбленного. — Ты не устал за сегодня? — спросил Панн, сидя рядом с ним и глядя на пьяного мужчину заботливым взглядом. – Нисколько. Но так жарко... невыносимо жарко... — ответил Ачи, его голос был томным и ленивым, когда он начал расстёгивать свою китайскую рубашку, открывая взгляд на свой рельефный торс. Панн глубоко вздохнул, чтобы прийти в себя. Он не знал, что может случиться дальше, но сначала ему нужно было очистить лицо знаменитости. В противном случае Макхамван устроит ему разнос. — Полежи спокойно минутку, — нежно прошептал Панн, — сначала я сотру с тебя макияж, а потом мы сможем... продолжить. Признав основное обещание, Ачи подчинился, откинувшись на спинку кресла и ожидая следующего шага парня. — Обещай, — Ачи протянул мизинец перед лицом. Он выглядел таким очаровательным. Несмотря на то что он знал, что может получить выговор от матери, Панн хотел лишь одного — заняться с ним любовью. Мысль о том, что ему больше не придется мыть тело и лицо, поглощала разум молодого человека, но он все равно протянул руку и дал обещание. Ачи удовлетворенно улыбнулся. Он согласился лежать спокойно, пока тот принесет из ванной ватные шарики, средство для снятия макияжа и небольшую стеклянную миску. Высокая фигура вернулась и увидела пьяного мужчину, сидящего по-турецки около изголовья кровати. Мягким ватным диском он осторожно стер макияж с лица своего возлюбленного, постепенно убирая цветные пятна с его бровей и глаз. Внешность Лонг Фэй Тяня постепенно превратилась в Шин Ачи. Однако обнаженное лицо Ачи оставалось самым привлекательным в глазах Панна. — Продолжай смотреть, и я забеременею, — пробормотал Ачи, от его милых глаз щеки младшего снова покраснели. Он рассмеялся, прежде чем убрать оборудование. Затем взял крем для лица и нанес его на Ачи. — Уже чувствуешь себя сонным? Ачи покачал головой и сел на колени к Панну. Он поднял голову и нежно поцеловал кончик его подбородка. Это был умоляющий жест, который тронул сердце молодого человека, поскольку он редко видел такую уязвимость. – Все еще жарко. Могу ли я снять рубашку? — невинно спросила знаменитость. Панн поцеловал старшего мужчину в лоб, и развернул их лицом друг к другу. Они достигли этого момента. – П'Ачи, ты хочешь это сделать? Пьяный мужчина робко кивнул. Он уже знал, что хочет этого, но Панн все равно спросил. Улыбка озорного щеночка была слишком милой, чтобы с ней справиться. Его губы прижались к левому веку Ачи и двинулись вправо. Медленно кончик его носа ласкал щеку Ачи, прежде чем его язык нежно вошел в рот его любимого. Ачи с радостью отреагировал на сладость, усилив связь между их телами. Он запустил руки под футболку Панна, оставляя горячие ощущения на его широкой спине. Затем поднял подол рубашки парня, обнажая его высокое мускулистое тело. Руки Ачи блуждали и сжимали каждый дюйм, пока Панн не начал тяжело дышать, охваченный желанием. Затем мужчина скользнул руками в пижаму любовника, следя за тем, чтобы ничто не ускользнуло от его прикосновения. – Дерьмо! –выругался Панн, когда Ачи крепко обхватил его эрекцию и оттянул брюки партнера в сторону. Затем он нетерпеливо взял Панна-младшего в свой голодный рот. Но тот не собирался быть единственным, кого ласкают.  Приподняв Ачи и сменил его положение, он снял свои ярко-красные штаны и швырнул их через комнату. Они оба наслаждались друг другом, обмениваясь ароматами своей страстной встречи. Однако, когда Ачи собирался кончить, ему пришлось быстро отвернуться. Он хотел, чтобы дракон во рту исследовал его тело другими способами. Сменив положение, Панн прислонился к стопке плюшевых подушек в изголовье кровати. Тем временем старший, который все еще носил красную рубашку, закрывающую верхнюю часть тела, выпрямился, прежде чем опустить талию и оседлать член Панна, который теперь стоял прямо. Его тело с жадностью окутывало его.  Панн стиснул зубы от волнения, когда Ачи начал сжимать его волнами. Это заставило желудок сжаться. Он не ожидал, что тот сможет так быстро полностью поглотить его, его тело грациозно подстраивалось, пока кровать под ними не закачалась.  Шторм за окном мерк по сравнению со штормом страсти, разгоревшимся от неудержимых движений Ачи. Панн был в восторге, чувства переполняли пылкие волны удовольствия, доставляемые Ачи. Положив голову на грудь старшего, он обвёл языком яркий цветок, наслаждаясь вкусом каждого соска. Казалось, это только подогрело желание Ачи, поскольку он давил на Панна и сжимал его, пока тот чуть не умер под ним. Что Ачи пил?! Обязательно куплю и буду хранить дома! Даже после первоначальной позиции, Ачи планировал дать Панну отдохнуть. Молодой актер встал на ноги, готовясь к следующей сцене. Слышимый звук напряженно стиснутой челюсти Аши вызвал очаровательный, притягательный смех. Играя, он дразняще коснулся указательным пальцем подбородка Панна, который воспользовался моментом, чтобы застать его врасплох и взять ситуацию под контроль. Тот оставил серию нежных поцелуев на затылке Ачи, в результате чего его цвет лица заметно побледнел. – Тебе нравится такое? — тихо прошептал Панн, его губы приблизились к мочке уха Ачи, продолжая ритмичные движения. – Ах… угу... мне это нравится… – Ачи простонал в ответ, полностью потерявшись в чувствах.  Приготовься! Я буду продолжать ласкать тебя снова и снова, пока ты не сможешь стоять на ногах! Панн приподнял подол красной рубашки Ачи, обнажая прекрасную кожу. Он оставлял страстные поцелуи и следы нежных укусов. С нетерпением Панн вкушал сладость кожи старшего, опьянев от их общего желания. Их тела двигались в идеальном ритме, звук кожи о кожу заглушался стоном удовольствия. Наконец первый раунд подошел к концу. Кровать была в беспорядке, повсюду разбросаны смятые простыни. Ачи торопливо перенесли на диван возле большого панорамного окна. Панн поставил его на колени, его тело прислонилось к спинке. Без колебаний проник в него сзади. — Панн… это так приятно, — простонал мужчина, его голос был полон удовольствия. Полученные комплименты взволновали молодого человека. Горячие ладони нежно ласкали переднюю часть тела, иногда сильно, вызывая бурные эмоции. Он использовал два пальца, чтобы стимулировать волнистый кончик, пока Ачи не издал пронзительный крик. Обе руки крепко сжали спинку сиденья. Его тело кипело от силы эмоций, пока он не кончил во второй раз за короткое время. Панн сел и положил тело, пребывающее в беспорядке, себе на колени. Он осыпал страстными поцелуями все его плечи. Сам Ачи с удовлетворением прижался к теплу чужой груди. — Ты уже хочешь спать? — спросил он с беспокойством. Потому что Ачи наверняка устал за весь день. — Я хочу спать и обнимать тебя, Панн. Он успокоился, заговорил более четко, и ответ по-прежнему согревал сердце младшего. Тот, кто ответил, получил еще один сильный поцелуй в щеку. – Пойдем примем душ. Скоро я смогу заснуть. Ачи кивнул. Но он потерял силы вставать. Поэтому Панн поднял его на руки и опустил в широкую ванну. Он открыл кран, чтобы теплая вода стекала вниз и покрывала тело мужчины. Затем он зачерпнул воду и аккуратно очистил его. Ачи просто сидел там, позволяя своему возлюбленному заботиться о нем. После того, как он закончил, Панн подхватил его и вытер большим полотенцем. Сейчас все успокоилось, но горячие ощущения все еще бурлили в Ачи. Он поднял взгляд на человека, который нежно вытирал его, прежде чем тихо заговорить. – Панн. – Да? – Жар еще не спал. Можем ли мы пойти на еще один раунд? – Ачи мило поднял указательный палец. Панн глубоко вздохнул. Казалось, у него не осталось сил восхищаться несколькими комплектами нарядов, которые он тайком купил. Что они дали П'Ачи? Панн решил взять свои слова обратно; он точно не стал бы прикасаться к этому алкоголю даже с десятифутовой палки! – Пожалуйста, Панн, пожалуйста! Это все еще неудобно. — Ладно, пи тер, продолжим! — сказал голос, и герой поднял его на руки как в колыбель. Ачи счастливо рассмеялся и позволил буре снова обрушиться на комнату. КОНЕЦ