A little sunny

      Какой малыш! Сынмин аккуратно слез с него, любуясь каплями своей спермы на его животе, стянул наполненный презерватив с его члена, завязал его узелочком и поднялся с постели, прошествовав с ним в ванную, где кинул мешочек в ведро, после чего вошёл в душевую кабинку. Включил воду, настраивая комфортную температуру, просто наслаждался. И думал…       Правильно ли он поступил? Получается, преследовал только свои интересы? Использовал мальчишку в своих интересах. Но отказать себе не мог. Честно, сначала думал просто помочь ему рукой. Но потом… Его цитрусовый запах просто свёл с ума. И теперь Чонин там, в его постели. Один. Стоит ли увести его домой сейчас? Или дождаться утра? Тело всё решило за него, пока вытирал его влажными салфетками. Пальцы сами ударили по выключателю, а после омега просто залез под одеяло и прижал к себе горячего альфочку, мгновенно засыпая.       Проснулся от сладкого стона и копошения у себя под боком. Чонин попытался выбраться из-под одеяла, но Мин притянул его обратно. Почему он всё ещё так сильно возбужден? Сынмин ощутил под ладонями дрожащего младшего, покрытого липким потом. Инстинктивно нашёл его губы, целуя так сладко и нежно. Йени прижался к нему, немного потираясь о его тело. Возбуждение тут же разлилось по всему организму, руки потянулись к такому желанному мальчику.       — Доброе утро, солнышко! Ну же, помоги мне… — попросил Сынмин.       — Хён, я… не знаю… — прошептал Чонин.       — Просто обхвати ладонью мой член, повторяй за мной!       Мин потянулся к нему губами, пробуя его на вкус, пальцы поползли по телу вниз, пока не наткнулись на кое-что твёрдое. Когда его живота внизу коснулись прохладные пальцы альфы — аж сердце замерло. Чувствовал себя, словно девственник и соблазнитель одновременно. Уже через полминуты руки обоих порхали вверх-вниз по стволам друг друга, а губы не отрывались от губ. Внизу всё так тянуло, накрывая сладкой дымкой наслаждения. Чонин жался к нему всё плотнее, и работал рукой всё быстрее. Сынмин старался задевать большим пальцем чувствительную головку члена альфы, размазывая предэякулят, отчего мальчишка довольно скулил ему в рот. Тёплая сперма окропила пальцы, когда оба достигли кульминации, после чего Сынмин почти насильно утащил младшего в душ.       Было безумно приятно держать его в своих руках. Видеть, как он слаб только из-за того, что было между ними ещё пять минут назад — отличное удовольствие. Опять довольно трогал его, гладил ладонями, сам помыл ему волосы, очистил кожу. Чонин тоже трогал его — так несмело и осторожно, будто любое прикосновение могло ему как-то навредить. Не удержавшись, целовал его впалые щёки, высокие скулы, веки. Чонин хихикал и сам подставлялся ещё больше. Потом они вместе вытерлись полотенцами и вернулись в спальню, одетые в одинаковые халаты. Сели на постель друг напротив друга. Младший растерянно осмотрел помятые простыни, а после стыдливо опустил глаза.       — Чонин, я думаю, что нам нужно кое-что обсудить, — начал Мин.       — Да, хён, нужно, — согласился альфа. — Я вчера повёл себя ужасно. Позволил так себя вести, и всё это состояние… Никогда ещё такого не было. Поэтому я должен извиниться.       — Боже, малыш, посмотри на меня! — попросил омега, и Чонин послушно поднял голову, встретившись с ним взглядом. — Феликс подлил тебе возбуждающее средство в шампанское. Поэтому здесь точно нет твоей вины! Вот почему оно до сих пор действует…       — Значит, мы… я…       — Успокойся, ладно? — Сынмин огладил его щеку большим пальцем и легко коснулся губами его гуд, затем отстранился.       — Но как теперь мы будем общаться? — с отчаянием спросил Чонин. — Мы же друзья и ты старше, а я совсем еще… ну…       — Всё было так ужасно? Я… тебе ни капли не понравилось?       — Нет-нет, ты прекрасен и с тобой так хорошо. Просто… просто я совсем ничего не умею.       — Эй, ты научишься! Чонина, просто нужно время. Иди сюда! — Сынмин притянул к себе альфочку, обнимая поперек спины. — Ты же дашь мне время? Хочешь, я научу тебя?       — Ты правда сможешь, хён? — тихо спросил Нин ему куда-то в шею.       — Если ты согласишься быть со мной. Пока не найдешь кого-то более достойного.       — Или пока ты не найдёшь, хён… Ты мне очень нравишься…       Ну и как же его бросить после таких слов? Еле слышные слова этого мальчишки тронули за самое сердце. Кажется, он определился со своей парой на ближайшее время. Этот юный альфа лучше всех вместе взятых, что были до него. Он точно не предаст и будет верен. Не бросит.       — Пойдём завтракать. Тебе нужно восстановить силы. Так быстрее впитается препарат, — позвал Ким.       Омега дал младшему свои джинсы, футболку и толстовку, сам надел почти такой же комплект. Взял его за руку и потянул вниз по лестнице. Чонин мило улыбался, немного краснея, и шёл следом. Смеясь и толкаясь, они влетели в столовую.       — А кто это у нас такой хорошенький в гостях? — раздался голос папы.       Сынмин застыл и посмотрел в направлении стола, где пил кофе Ким Юсон.       — Папа? Ты же вроде в Осаке? — растерянно проговорил омега.       — Эка невидаль! Самолёты всё ещё летают, — тепло улыбнулся старший.       — Я Чонин, господин Ким. Младший сын Ли Донхэ, — представился альфа.       — Младший сын?       — Да, господин. Я внебрачный. Просто пока не объявили официально.       — Я думаю, что тебе лучше вернуться обратно наверх или покинуть дом, — вдруг сказал Юсон. — Почему не выпил подавители? Это твой первый гон?       — Что? Нет, пап! — решил вмешаться Сынмин. — Это просто корень женьшеня. Ребята подшутили на вечеринке.       — Сынок, что же ты думаешь, я не могу отличить гон от чего-то другого? Корень женьшеня растворяется в крови спустя восемь часов. У альфы гон, и что-то мне подсказывает, что ночь вы провели вместе. Надеюсь, вы предохранялись? — уточнил Юсон.       — Предохранялись, пап. Чонина, вернись наверх. Я сам тебе сейчас принесу завтрак.       — Ну и что у тебя с этим мальчиком? — спросил старший, стоило только юному альфе скрыться из вида.       — Разве не понятно? — Сынмин подозвал жестом прислугу и сел за стол.       — Так у тебя на него планы?       — Папа, ну какие планы? Ему всего-то шестнадцать! Пока что в планах помочь ему пережить гон. Ну и после нескучно провести время, пока не надоедим друг другу.       — Он тебе нравится! — протянул Юсон, лукаво подмигнув сыну.       — Ну, нравится! — пожал плечами Мин. — Просто сладкий мальчик! И не нужно завидовать, папа! ________________________       Гон? У него правда гон? Чонин не мог поверить! Это впервые с ним так. Состояние почти постоянно возбуждённое, и тело такое незнакомое, чувствительное, впервые познавшее близость с омегой.       Сынмин был прекрасен. И ночью. И утром. Было лестно, что такой парень, как Ким Сынмин, вообще обратил на него своё драгоценное внимание. Сел на его постель, и полной грудью вдохнул сладкий запах тюльпанов. Дрожь воспоминаний пробежалась по коже, расползлись мурашки.       Омега вернулся в комнату минут десять спустя. С улыбкой и в сопровождении слуги с тяжёлым подносом. Они вместе завтракали, а после опять целовались. Постепенно с ним рядом прошли все мысли, просто покинули его. Чонин пробыл с ним несколько дней. Они почти не выходили из комнаты. Ночью гуляли по саду. Им было хорошо вместе.

1.03 вторник

      — Ну всё, иди! Опоздаешь на первую пару, хён! — протянул Чонин, обнимая своего омегу за талию.       — Нини, но ты сам меня держишь! — улыбнулся Сынмин, целуя в губы. — Я сам заберу тебя после занятий. Дождёшься меня до половины третьего?       — Да. Я позанимаюсь в библиотеке. Хён, все смотрят!       Чонин попытался отстраниться, но старший только теснее прижался к его груди, оплетая его шею руками. Он соединил их губы, целуя так нежно.       — Просто целую своего парня. Что тут плохого! — улыбнулся Ким.       — Парня? Значит, ты согласен с моим предложением стать парой? — ахнул альфа.       — Боже, Чонин, мы видимся с тобой почти каждый день и переспали раз пятьсот! Конечно мы пара! И пусть все видят, чтобы не облизывались на чужое!       — Я буду тебя ждать к половине третьего, хён. И… в общем… спасибо!       — За что? — Сынмин внимательно посмотрел ему в глаза.       — За то, что спас меня. Ты мой ангел! — тихонько сказал Чонин.       — А ты моё маленькое солнышко! Моё!       — Твоё!