Спаси меня

Как и сказал Август за обедом, его не было ни вечером, ни утром, ни даже обед. Целые сутки Хольт не попадался на глаза Дубину, что его одновременно раздражало и огорчало. Мало того, что это была инициатива самого бизнесмена, так такое обращение, это совсем верх наглости. Пообедав в компании Евы и Отто, парень переоделся в одежду, которую ему ещё утром принесла прислуга. Девушка ещё раз попыталась убедить парня сопроводить того в участок и до дома, на случай чего, но он настойчиво отказался. После чего, она, объяснив ему подробно все этапы лечения, какие таблетки, когда пить, какие мази куда наносить, а также принесла специальный бандаж, который Дима сможет самостоятельно надеть вместо тугой повязки. Девушка вручила ему пакет с лекарствами, который молодой человек положил в сумку. Они обнялись на прощание и вместе с Отто Дубин отправился в полицейский участок. Подъехав к главному входу, там был полный ажиотаж: жаждущие журналисты буквально разбили лагерь перед входом, дабы поймать самый свежий материал, поэтому Дубин попросил подвезти его к одному из запасных выходов. Обычно это место использовали, как курилку, но иногда только так можно было попасть во внутрь. Попрощавшись с мужчиной, лейтенант направился к железным воротам. Там сидел мужичок, который радостно поздоровался с парнем, которого прекрасно знал. Он даже помог ему дойти до самого входа в участок, придержав тяжелую металлическую дверь. Дубин вошёл во внутрь, там царил хаос, все как ужаленные бегали, стоял гомон. Кто-то с кем-то ругался, кто-то очень шумно листал дела. Дима аккуратно прошёл через весь участок, подходя к столу Грома, где его конечно же, не было. Лейтенант обратился к сержанту, который занимал соседний стол, тот сказал, что майор сейчас находится в допросной, куда направился парень. Подойдя к кабинетам, он увидел, что были заняты два, возле дверей стоял конвой. Вдруг из одного кабинета вышли двое парней: один рыжий с короткой стрижкой, одетый во всё с леопардовым принтом, при этом ведя под руку мужчину, внешне похожего на террориста, одетого во всё черного с щетиной и зафиксированной правой рукой. Последний, заметив Дубина, едва ли заметно ему кивнул в знак приветствия, на что ответил лейтенант. После из допросной вышел Федор Иванович, завидя Диму он был очень рад, и сразу подошёл к нему, но, когда хотел было его обнять, Дубин жестом показал, что такого делать лучше не стоит. — Дима, давно тебя не видно было! – радостно спросил Прокопенко. — Я вас тоже рад видеть, Федор Иванович! – сказал Дима, улыбаясь мужчины. — Ох, не поверишь какой у нас тут дурдом, дорогой, хотя, кому я говорю! – произнёс мужчина. — А это случайно были не..? – хотел было поинтересоваться парень, но его перебил мужчина. — А, это, Сергей Разумовский и его друг Олег Волков, – опережая вопрос, ответил полицейский. Генерал-полковник и лейтенант стояли и обсуждали проблемы, которые сейчас происходят в участке, но мужчина намеренно отводил тему подальше дела, которого касается Дубин. Когда двери второй допросной открылась, то их диалог прервался, оттуда при всём параде вышел никто иной, как сам Август ван дер Хольт, за которым вышагивали два адвоката. Дима хотел было поздороваться с мужчиной, но тот прошёл мимо него, даже не обратив на него никакого внимания, словно того и вовсе не было. Это смутило молодого человека, что заметил Прокопенко, но тот не стал задавать лишних вопросов. Следом из допросной выглянул Гром, который выглядел мягко говоря не очень. Заметив Дубина он пошёл к нему и пожал руку. — Привет, Дубина, – проговорил Гром. — Ну что, пойдём поговорим? — Привет, ага, пойдём. Парень вошёл в допросную, и сел, не по обычаю на стул следователя, а на место, где обычно сидели опрашиваемые. — Ну что, как ты себя чувствуешь? – поинтересовался Гром. — Стабильно паршиво, – честно ответил лейтенант, он не хотел в открытую врать, но и конкретизировать тоже не желал. — Да, досталось тебе, братан, по самое не хочу, – подметил полицейский. — Что ж, а теперь давай по существу. Дима начал рассказывать обо всем, что ему было известно, начиная с того, что он нашёл дело, которое было похоже на их, о том, что на него напали, о том, как его держали в каком-то подвале. Игорь периодически задавал какие-то конкретизирующие, уточняющие вопросы, на которые Дима развёрнуто давал ответы. Их диалог был относительно недолгим, так как Дима, варясь в профессии следопыта, знал, что нужно говорить, где нужно вспомнить побольше деталей. — А, Димон, тут заглядывала Юлёк, просила передать, что мы завтра по утру заглянем к тебе, – говорил Игорь, собирая документы со стола и подходя к двери. — Так что не проспи, а то будем под дверью у тебя стоять. Кстати, Федор Иванович уже распорядился, тебя до дома с ветерком довезут. — Передай ему спасибо, – говорил Дима своему коллеге. — Буду ждать вас. Игорь проводил Диму до запасного входа, где уже стояла полицейская машина, ожидавшая лейтенанта. Парни ещё перекинулись парочкой слов, после чего, попрощавшись, Дубин уселся в автомобиль. Наконец-то он мог хоть немного расслабиться, ибо скоро будет дома. Лейтенанта действительно довезли достаточно быстро, он попрощался с сержантами, которые сидели на передних сидениях, и пошёл к себе в квартиру. Его квартира сейчас ему казалось такой пустой и одинокой, за такое короткое время он уже привык к людям, которые постоянно находились вокруг него, постоянный гомон, который заканчивался только к вечеру. А сейчас – тишина. С одной стороны, наконец-то он был свободен, никто его не держал, работа временно ушла на задний план, с другой – в груди как-то нехорошо щемило, как будто осталась какая-то недосказанность с Августом, но он сам его игнорирует, поэтому, на этом можно и поставить точку. Как говорится, прошла любовь, завяли помидоры. Дима посмотрела на время, оно было уже достаточным для того, чтобы принять лекарства. Парень сделал себе горячий чай и достал из ящика пачку печенья, которое иногда ел, параллельно ища информацию для какого-нибудь дела. Пока горячий чай остывал, парень успел выпить все необходимые медикаменты и намазать свою несчастную ногу мазью, которая уже начала немного ныть из-за его сегодняшней активности. Парень также разложил диван, на котором он спал, обычно ему было либо лень, либо он был настолько уставший это делать, что, он всегда спал на сложенном и под пледом. Сейчас же сделал всё, как белый человек: разложил всё, достал простынь, заправил одеяло в пододеяльник, достал подушки. Когда всё было законченно, то парень пошёл на кухню и начал есть печенье, запивая уже остывшим чаем. Дубин ещё постарался написать своей сестре и Юли, которые нещадно одолевали его весь день вопросами где он, что он и как. Когда он закончил со всем, то выключив звук уведомлений на телефоне, лёг спать. Посредине ночи Дима проснулся от настойчивого стука в дверь. С начала парню показалось, но после того, как он повторился во второй, а затем и в третий раз, то стало совсем не до шуток. Молодой человек встал с кровати, попутно надевая свои очки, и аккуратно самостоятельно без опоры подошёл к двери. Смотреть в дверной глазок было бесполезно, кто-то в очередной раз выкрутил лампочку на его этаже. Дима медленно открыл дверь, однако, он опешил, когда увидел человека, стоявшего за порогом. Это был Август. Он всё также был одет с иголочки: идеально выглаженный костюм, брошь, темные очки, кожаные перчатки, в руках мужчина держал большой букет, предположительно, роз. Пока Дима рассматривал, стоявшего в дверях, то он уловил лёгкий запах алкоголя. — Август, вы пили? – поинтересовался парень. — Пил, – честно ответил тот. — Я могу войти? — Да, проходи, – ответил парень. Август прошёл в квартиру, кладя на тумбочку букет роз, после туда отправляются очки и перчатки. Дима прошёл в комнату, которую освещал яркий лунный свет. Хольт прошёл вслед за ним. Он смотрел на парня, который остановился у стола, вероятнее всего из-за того, что это была первая опора, которую тот увидел. Брюнет подошёл к парню со спины и расставил руки по обе стороны от него, так же, как и он, опираясь на стол. — Дмитрий, простите меня, – начал говорить тот почти шепотом на ухо блондину, его дыхание опаляла нежную кожу. — Я вёл себя неподобающим образом с Вами. Дима повернулся к Августу, который вплотную стоял рядом с ним. Хоть было и темно, но благодаря тому, что окно находилось прямо напротив мужчины, парень мог без проблем посмотреть в темные глаза бизнесмена. — Это всё, что ты хотел сказать? – произнёс парень, его голос немного дрогнул, сам он этого не заметил, но прекрасно услышал Хольт. — Я просто, – мужчина явно старался подбирать слова, сейчас он не был похож на сдержанного бизнесмена. — Я просто помню ваши слова, которые вы мне сказали того, что у вас не принято… — И ты только сейчас решил к ним прислушаться? – перебил того Дубин. — Именно после того, как чуть не убил тот урода в подвале, или после того, как вытащил оттуда, или после того, как сидел со мной в палате? Когда ты решил прислушаться? – Дима уже не на шутку завёлся, он терпел, терпел долго. С начала Август открыто ухаживал за ним, заботился, а потом в один момент начал смотреть, как на пустое место. — Het spijt me, Dmitry, maar ik kan dit niet meer (нидерл.: Простите, Дмитрий, я так больше не могу), – произнёс мужчина, на его лице появилась небольшая ухмылка, которую не успел заметить Дмитрий. После этих слов, мужчина подхватил лейтенанта за бедра и усадил на тот самый стол, устраиваясь в аккурат между ног молодого человека. Он жадно впился в сухие губы парня. Дима закинул свои руки на плечи мужчины, обнимая того, а Август в этот момент ухватился за талию, ближе к бедрам, ненароком не задев больное место. С начала их поцелуй был невинен, только лёгкие прикосновения к чужим губами, после чего, когда Август убедился в том, что Дима не против и не отталкивает его, он стал более напористым. Мужчина начал прикусывать, то верхнюю губа парня, то нижнюю, слегка оттягивая и посасывая последнюю. Иногда Дубин издавал очень томные вздохи, которые несомненно заставляли Хольта становится всё более напористым. Через некоторое время, их поцелуи стали откровенными, и в то же время очень интимными. — Не забывай дышать, – напомнил Хольт, отрываясь от сладких, уже вовсю раскрасневшихся губ, с придыханием, Дубину. Тот лишь кивнул, чего было достаточно мужчине. Он протиснул в чужой рот свой язык, начал ласкать Димин, иногда намеренно, дразня его. Дима решил тоже начать исследовать чужую ротовую полость, однако, его язык оказался между зубами, после чего Август начал посасывать его, чего Дубин, конечно же, не ожидал. Он опять забыл о том, что нужно дышать в такие моменты, поэтому отстранился от брюнета. Между ними появилась тоненькая ниточка слюны, которая блестела под лунным светом. Дима тяжело и глубоко дышал, стараясь восстановить своё сбитое дыхание, а Август в этот момент снова прильнул к уху парня. Его разгоряченное дыхание обжигало нежную кожу, вызывая мурашки. — Dmitry, мы можем зайти дальше? – спросил Хольт, в ожидании ответа. — Можем, – прошептал лейтенант, которому в одно время было немного страшно, но также и любопытно. После этого у Хольта стали развязаны руки, он получил согласие от своего партнёра. Он не был пьян, это была его маленькая уловка, на которую он пошёл специально, но это же и означало, что мужчина осознавал, что делать можно, а что стоит оставить на потом. Бизнесмен сбросил с себя пиджак и жилетку, которые с шумом полетели на пол, также он ослабил галстук и расстегнул две верхние пуговицы рубашки, стало видно, как его адамово яблоко двигается. Теперь из-за того, что ткань рубашки была не такой плотной, в комнате появилось синее свечение от устройства на спине у брюнета, оно становилось то ярким, то чуть потухало. Комнату же наполнили тяжелое дыхание людей, наслаждающихся моментом. Август начал целовать ушную раковину Димы, иногда полизывая и покусывая хрящ, от чего у того с губ слетали вздохи, руками же брюнет поглаживал бедра парня, сидевшего на столе. Хольт облизал краешек уха парня, а затем, просунул свой язык в отверстие. — Август, – проговорил на придыхании парень. — Не надо туда. Бизнесмен послушно начал спускаться ниже, прямиком к шее молодого полицейского. Он без зазрения совести оставлял на нежной коже мокрые отметины, ему нравилось, что после каждого поцелуя того пробирала мелкая дрожь и появлялись мурашки, очевидно это было одна из эрогенных зон парня, о которой теперь знал мужчина. В один момент Август, подобно пиявки, начал оставлять на бледной шее лейтенанта Дубина отметины, которые буду завтра очевидно видны. Однако, на один засосах он не остановился, Хольт периодически легонько прикусывал кожу, оставляя на ней следы от зубов. Хольт взял Диму за ягодицы и придвинул к себе ближе, стараясь самому ещё ближе прижаться к парню. У обоих было очевидное напряжение в штанах, которое они ощущали через ткань. Август аккуратно, всё также продолжая целовать парня то в губы, то в шею, оттягивая резинку пижамных брюк и трусов, просунул свою руку в нижнее бельё лейтенанта. Он нащупал уже вставший половой орган и начал медленно водить рукой, то вниз, то вверх, иногда потирая головку и размазывая природную смазку молодого человека по всему стволу. С губ Дубина сорвался стон, который успел поймать миллиардер, накрывая губы того очередным поцелуем. Это более чем удовлетворяло и возбуждало иностранца. Лейтенант тоже решил проявить инициативу и потянулся к брюкам мужчины. Для того, чтобы расстегнуть их, ему пришлось немного повозиться и задействовать две руки, чтобы справиться с замысловатой пряжкой на ремне. После того, как с ним было покончено, он расстегнул ширинку. Из-под боксеров уже выглядывал, налитый кровь возбуждённый член Хольта. Дима, повторяя за мужчиной, также просунул руку ему под нижнее бельё. Он был очень сильно удивлён размером его пениса, так как тот значительно был больше и в диаметре, и в длине, чем у самого Дубина. Когда теплая рука опустилась на член миллиардера, то тот издал очень томный выдох, который заставил на мгновение остановиться парня. Августу, как и Диме было очень хорошо, отчего уже не мог сдерживать бушующие эмоции, из-за чего ненароком ударил током парня. — Давай кое-что попробуем, – сказал Август. Он, придерживая парня за бедра, спустил со стола, слегка прильнув к нему своим телом к нему. Из-за этого Август ещё сильнее прижался к Диме из-за чего их возбуждённые члены соприкоснулись, и разница в их размерах была видна уже невооруженным взглядом. — Держись за меня, – произнёс мужчина, после чего парень послушно закинул руки тому на плечи, а сам одной рукой опёрся о стол. Август своей рукой обхватил оба члена и начал нежно водить пальцем от одного отверстия уретры к другому, смешивая их предсеменную жидкость и используя её в качестве смазки для хорошего скольжения. Не останавливаясь целовать, начал двигать рукой вверх и вниз, сжимая в руке их половые органы, из-за чего они терлись друг об друга, издавая пошлые чавкающие и хлюпающие звуки. Иногда, Хольт испускал небольшие разряды тока, которые ещё больше возбуждали молодого человека. — Август, м-м, – успел проговорить Дима, пока его губы снова не заняли. — Быстрее. Дважды повторять мужчине не нужно было, он начала набирать темп рукой. Низ живота у парня начал тянуть, предвещая тот факт, что скоро он кончит. Рука Августа, то и дело, начала соскальзывать на чувствительные головки, из-за чего те соприкасались между собой, вызывая очень приятные ощущения. — Я сейчас, – произнёс парень, прижимаясь к мужчине и пряча лицо у него на плече. — Ik ook, schat (нидерл.: Я тоже, солнышко), – сказал Август, слегка замедляя движение рукой. Через несколько минут, Хольт почувствовал, как по его руке начала стекать вязкая и густая сперма Димы, а после этого кончил и сам мужчина. Но чего он не ожидал, так это того, что парень потеряет сознание и начнёт падать вниз. Август его поймал, и аккуратно, словно пушинку, поднял и перенёс на разложенный диван, на котором до этого спал Дима. Из-за этого вышло так, что он запачкал тому футболку, поэтому, раз уже такое случилось, пришлось её снять вовсе. Он снял и очки, которые до сих пор были на парне и положил их на стол. Мужчина встал и направился в ванную, взяв висевшее там полотенце и смочив его теплой водой, отправился к Дубину, чтобы обтереть того. Он поправил ему нижнее бельё и брюки, а потом накрыл одеялом. Сам он отправился застирать футболку, испачканную спермой и умыться ледяной, дабы унять свои эмоции, бушующие через край. Закончив со всеми делами, он вышел из ванной и увидел, что молодой человек уже успел скинуть с себя одеяло и оно было где-то на полу. Август снял с себя уже осточертевший ему галстук, а затем и рубашку. Сев на край кровати, он снял наконец-то с себя ботинки и носки, а затем и брюки. Хольт бросил их на стул, находившийся возле стола, заваленного многочисленными листочками, блокнотами и книгами. Миллиардер улегся на диван рядом с парнем, после чего тот сразу же прильнул к нему, закидывая одну ногу на него и ложась тому на руку, а мужчина в этот момент приобнимает парня, так чтобы не создавать лишнего давления и не вызвать каких-либо тяжелых последствий с поломанными ребрами. Свободной рукой, Август зарывается в волосах Димы, поглаживая того. Так он и засыпает. Они могли бы проспать весь день, но когда на улице уже встало солнце и комнату заполнил солнечный свет, то в дверь начали громкой стучать, из-за чего, Дима слез с Августа и перевернулся на другой бок. Хольт понимал, что если он не прогонит тех, кто пришёл, то Дубин точно проснётся. Поэтому он встал с дивана и направился к входной двери. Открыв её, он увидел красноволосую девушку, а рядом с ней того самого Игоря Грома. Их взгляд был прикован к человеку, который стоял в дверях, и это был явно не Димка Дубин. Он стоял только в одних трусах, которые прикрывали причинное место. На голове у него были растрёпанные волосы, которые в беспорядке падали на глаза, губы были яркого розового цвета. Мужчина был явно в отличной физической форме: гармонично накаченные мышцы, рельефное тело. Единственным недостатком был большой шрам на правой руке, который, был больше изюминкой нежели недостатком. Простояв примерно с минуту, рассматривая человека в белье, изучив его досконально, пара пришла к одному выводу – перед ними стоял Август ван дер Хольт, который является одним из богатейших людей мира. — Пиздец, – громко сказала пара вместе. От этого Дима сразу же открыл глаза. Он встал и быстро пошёл в коридор, где только в одном нижнем белье стоял иностранный миллиардер, смотревший на пришедших с раздражением. Пара перевела взгляд на блондина, который появился в коридоре за Августом. Вид у него был потрепанный. Вся шея была искусана и покрыта темными отметинами от засосов, а губы выглядели ещё хуже, чем у иностранца. Парень стоял весь перемотанный бинтами, опираясь на деревянный косяк. — Ахуеть, – всё также произнесла пара вместе, закрывая дверь с громким хлопком. Дима стоял весь красный и было не понятно на кого он был больше похож на помидор или рака варёного. — Димон, пусть он хотя бы штаны наденет, – прозвучал голос Грома за дверью. В нём было ни иронии, ни стёба. Это очень напугало лейтенанта. Дубин посмотрел на Августа и тот без лишних отправился за своими брюками. Натянув их и застегнув, он вернулся в коридор. Блондин открыл дверь до сих пор шокированным друзьям, которые молча прошли в квартиру и разувшись прошли в комнату. Юля наступила на дорогущий пиджак, который валялся на полу. Она молча подняла и пиджак, и жилетку и положила её к рубашке. В этот момент Гром доставал контейнеры со стряпнёй Юли, которую они принесли специально для Димы и свежей выпечкой из булочной. За всей этой сценой Дубина наблюдал из-за спины Хольта, который закрывал того собой. Когда Юля расставила четыре кружки на стол и закинула туда по пакетику заварки чая, а Гром поставил чайник, то девушка жестом пригласила парней сесть за стол. Гром и Пчелкина сели напротив Дубина и Хольта. Стояла напряженная тишина. Первым заговорил Гром. — Вы типа..? — Мы встречаемся, – перебил того Август, казалось, что на его лице не было никакой абсолютно эмоции. — Ага, это я уже понял, – он посмотрел на Дубина. — А ты типа..? Раскрасневшийся Дима посмотрел с начала на Юлю, ища в её глазах поддержку, но увидел в них только шок. Потом взглянул на Грома, который пристально смотрел на своего коллегу. — А, эм, ну там, да, – что-то несуразное промямлил парень. Тут на него повернулся Хольт и вопросительно посмотрел, причём взгляд был довольно суровым. Дима взглянул на него. — Так, ладно, – собрал мысли в кучу парень. — Да, мы встречаемся, – сказал Дубин, смотря Августу в глаза, тот, удовлетворённый ответом, встал из-за стола и направился в прихожую. За ним проследила пара, которая после этого ничего не сказала. — Димон, я вообще думал, что ты это, чист и невинен, – шмыгнул носом мужчина. — Чего? – спросил вопросительно Дубин. — Вообще я тоже так думала, – поддержала Юля своего парня. — Ты же дальше работы своей никуда не смотрел, не то, чтобы там отношения строить или что-то вроде того. Дай боже, хотя бы раз в год с семьёй встретишь. — Вот-вот, – поддакивал Игорь. — Юлька дело говорит. — В любом случае, мы рады, что ты не один, – говорила девушка, наливая кипяток в кружки. — Мы тебя с Игорьком всегда поддержим и будем рядом! — Спасибо, – сказал Дима, пододвигая чашку поближе к себе. — Но, пожалуйста, больше никому не говорите об этом. Из прихожей раздался звук открывающейся двери. В комнату к ребятам вернулся Август с телефоном в руках. Он положил его возле парня, а сам подошёл к пакету, где лежали медикаменты, мужчина достал нужные таблетки и, захватив мазь, направился к столу, положив мазь рядом с телефоном. Он налил стакан воды и поднёс всё Диме. — Сперва это, потом всё остальное, – проговорил мужчина, немного отодвигая свой стул. Дима послушно выпил лекарства, ставя пустой стакан на стол, Юля его аккуратно взяла и поставила в раковину. Они с Громом с интересом наблюдали за тем, что же будет дальше. А дальше сам владелец «HOLT International» начал наносить мазь на ногу лейтенанта полиции. — Болит? – поинтересовался Август, растирая лекарство. — Не сильно, – ответил Дима, удивленно смотря то на мужчину, то на друзей, которые помотали головой. Закончив с ногой, он, немного выдав на пальцы и нанёс эту же мазь на яркие пятна на шее. Когда Хольт завершил все процедуры с Дубиным, он сел рядом на стул. Он закинул ногу на ногу, а руки скрестил на груди. И опять повисла гнетущая тишина. — Ты куда-то уходил, – спросил Дима, дуя на свой чай. — Отто звонил, – ответил тот. — Попросил его привезти кое-что. Дима кивнул ему, ничего не отвечая. — Ну раз вы тут вдвоём, то это, – мужчина порылся во всех карманах, нащупав что-то в заднем кармане джинсов. Он достал два листка, сложенных в несколько раз. Передав их Дубину, Гром продолжил. — Короче, что за кипишь такой был, суд скоро, а точнее через три дня, надо явиться. Слушанье будет долгим, делом сам понимаешь, резонансное, СМИ уже ночуют под дверьми участка. — Всё, хватит о работе, что было, то прошло, – сказала Юля. — Давай лучше поговорим о другом! После этого девушка начала расспрашивать про самочувствие парня, как он лечиться, что говорит врач. Дубин охотно отвечал на вопросы, попутно спрашивая у Юли о её работе. Они мило беседовали, а вот Гром и Хольт в этот момент не проронили не слова, смотря друг на друга таким взглядом, как будто были готовы подраться в любую секунду. Дима и не заметил, как за их беседой прошло больше полутора часа. Ей уже кто-то несколько раз позвонил, оказалось, что это из студии и там у них произошло ЧП и ей срочно надо приехать и помочь, ибо без неё они никак не справятся. Тяжело вздохнув, девушке всё же пришлось согласиться, хотя она не горела желание. Игорь поддержал её, но всё же деваться некуда было, поэтому молодые люди начали собираться. — Так, Дима, обязательно поешь хорошо, – читала нотацию Юля. — Если что-нибудь случиться, сразу же пиши, звони, кричи. — Хорошо, – ответил парень, держа открытую дверь. — Приезжайте в гости ещё. — Всё, давай, бывай, Димон! – сказал Игорь. Дима захлопнул дверь и повернул замок, его друзья ушли и теперь он остался с Хольтом наедине. Мужчина стоял в проходе, оперевшись на косяк. — Так значит, что мы теперь состоим в отношениях? – поинтересовался парень. — Да, – ответил тот. — Но разве вы должны были там, в чувствах признаться? Или объясниться как-нибудь? – бубнил Дубин. Август подошёл к Диме, прижимая того к входной двери, преграждая ему путь к отступлению рукой. — Ik vind je leuk, (нидерл.: Ты мне нравишься), – сказал бизнесмен на своём родном языке. — А теперь по-русски. — Ты мне нравишься, sunshine, – повторил мужчина. Дима заметно покраснел, вплоть до кончиков ушей. — А ты скажешь, Дмитрий, разве я тебе безразличен? – напористо спросил Хольт. Немного замешкавшись, Дубин всё-таки решился. — Август, у нас это и не принято, а кто-то даже и осуждает, но, – подбирал правильные слова молодой человек, опустив голову на грудь мужчины. — Но ради тебя, я готов поступиться своими принципа и пренебречь общественными мнениями. Мне очень приятно твоё внимание, мне нравится твоя забота. Ты мне сам нравишься. Дубин поднял свой взгляд на мужчину. Сейчас на его лице была улыбка, а похож он был на довольного сытого кота. — Я счастлив это слышать, – произнёс Хольт. Дима проскользнул под вытянутой рукой миллиардера и, взяв уже почти завядшие цвета с тумбочки, направился в комнату. Он снова покраснел, но ещё больше, вся его шея до лопаток была покрыта румянцем. Парень достал из вазы уже засохший букет белых лилий, которые когда-то ему его парень. Он набрал свежей воды и поставил туда розы, надеясь, что они отживеют. К парню со спины подошёл Хольт, обнимая того крепкими руками. — Давай сегодня проведём день вместе, – попросил мужчина. — Чем бы ты хотел заняться? – поинтересовался Дубин. — Может, что-нибудь посмотрим? — Хорошо, но выбирать буду я, – ультимативно сказал Дубин. Август чмокнул парня в щечку, после чего тот снова покрылся румянцем. Мужчина даже дотронулся тыльной стороной руки до лба парня, думая, что возможно это температура у него. Но тот отмахнулся и лег на диван. За ним последовал Хольт. Выбор программы был весьма специфичен для иностранца, а Диме напомнило детство. Он включил подборку лучших эпизодов «Следствие вели с Леонидом Каневским». Они смотрели старые эпизоды, иногда обсуждая что-то или подмечая какие-то моменты. Со временем Хольт втянулся и ему это казалось не таким уж и странным, а даже в каком-то смысле интересным. На середине третьей передачи в дверь постучали, Дима хотел было сам встать и открыть дверь, но Август его остановил. Открыв входную дверь, на пороге оказался Отто с несколькими костюмами в руках и сумкой. Передав всё своему работодателю, тот ушёл. Увидев, что в руках у Хольта, Дубин опешил. — Я надеюсь, что ты не против, если я у тебя поживу немного, – сказал мужчина, вещая свои костюмы в шкаф к полицейской форме. — Хорошо, – ответил парень. Август, закончив с одеждой, вернулся обратно к Диме на диван, и они продолжили смотреть Каневского.