Хроники Нарнии: Пересечения миров

      

Глава 42

      — Ни на секунду нельзя оставить тебя одного, — мрачно констатировала Афина, строго глядя на Питера. Тот только что пересказал ей новости, полученные от джинна. — Скажи мне, Певенси, если я выйду на палубу и сверюсь по звёздам, компасу и картам — я ведь не обнаружу, что мы держим курс прямиком в Бездну?       — Вижу, ты отлично знаешь, что это за место, — осторожно заметил Питер. Меньше всего на свете ему хотелось злить Афину Грант ещё сильнее.       — Знаю, уж поверь, — раздражение в её голосе не утихало. Питеру казалось, что воздух вокруг Хранительницы ощутимо горячее, чем в остальной каюте. — Этот чёртов джинн не обещал провести тебя туда?       — Не думаю, что Бартамус сам знает, как проникнуть туда и остаться в живых, — Питер старался подбирать слова, чтобы не спровоцировать новый всплеск гнева. — По его словам, единственный способ попасть туда и не сойти с ума по пути — это «Коллекционер». Но что-то подсказывает мне, что Вюргер не станет помогать в этой затее.       — Пообещай мне, — Афина глубоко вздохнула. — Пообещай, что не станешь творить глупостей. Это слишком серьезно, нам нужно всё обдумать.       — Не припоминаю, чтобы я когда-либо промышлял глупостями, но обещаю, — он мягко улыбнулся, глядя на старшую Грант. — Но ты ведь понимаешь: нам не обойтись без этого. Придётся искать путь в Бездну. Сразу после того, как разберёмся с текущими делами.       Афина понимала это лучше других. Как понимала и то, что, несмотря на импульсивную натуру, Питер не станет менять план и пытаться с наскока штурмовать место, полное смертельных опасностей.       — Рада, что мы договорились, — почти наставнически произнесла она, поднимаясь из-за стола. — А теперь тебе стоит отдохнуть.       Спорить он не стал. Взглянув в окно, Питер увидел, как солнце начинает подниматься из-за горизонта.       Ему удалось поспать несколько часов. Сон был глубоким и без сновидений, чему Питер только обрадовался. В последнее время его преследовали одни и те же образы: огромный зал с наглухо зашторенными окнами, где затаился Магнус. С тех пор как Питер вернулся, ему лишь однажды удалось ясно увидеть логово врага. Теперь же видения стали фрагментарными и обрывочными. Причину он не знал: то ли сам начал осваивать окклюменцию, то ли Магнус начал подозревать неладное, а потому предпринял меры, которые не позволяли бы ему шпионить за ним.       Выйдя на палубу и вдохнув соленый морской воздух, Питер ощутил, как остатки сонливости окончательно улетучились.       — К утру будем в Дженнабе, — доложил мистер Мингс, когда Питер поднялся на капитанский мостик. — Ветер попутный, я приказал поднять все паруса.       — Замечательно, — кивнул Питер.       — Единственное, что меня беспокоит... — мистер Мингс выглядел скорее растерянным, чем испуганным. — Мы идем по торговым путям уже почти сутки и до сих пор не встретили ни одного судна.       — Насколько это необычно? — спросила Афина, поднявшаяся следом за Питером.       — Скажу по опыту, а он у меня немалый, — Мингс старался сохранять спокойствие. — Когда я служил на других кораблях в этих водах, мы видели по меньшей мере два-три корабля в день. Этот маршрут из Дженнаба — главная артерия, соединяющая Южные марки с Калорменом и севером. Обходить его опасно, ведь Дженнаб — последний приличный порт, где можно пополнить запасы пресной воды и провианта.       — Будем осторожны, — ответил Питер. — Совпадение это или нет, нам в любом случае нужно в город.       — Думаешь, инквизиция закрыла порт? — тихо спросила Афина, когда они отошли в сторону.       — Теоретически — да. После того как мы убили Гарима, новый правитель Ирроан оказался на редкость лоялен к тарханам. Это в лучшем случае.       — О худшем не хочу даже думать, — Афина поежилась, вспоминая события на Юкане.       Замечание Мингса заставило Питера насторожиться; он изо всех сил гнал дурное предчувствие. Разумеется, легкой прогулки никто не ждал, но если инквизиция Калормена действительно блокировала Дженнаб, даже мощи флагмана нарнийского флота могло не хватить. Афина выразительно посмотрела на него, давая понять: пора поговорить без лишних ушей.       — Как будем вытаскивать пленников? — спросила она, едва они закрылись в капитанской каюте. — Штурм — самоубийство, сил слишком мало. Трюк, который ты провернул в прошлый раз, тоже не сработает: времени на подготовку нет. Мы прибудем на рассвете, я хочу знать, к чему готовиться.       — Ты, я и Мингс сойдем на берег, — ответил Питер. — Разведаем обстановку. Мест, где могут держать пленных, всего два. Первое — городская тюрьма. Я там уже бывал: проникнуть легко, уйти сложнее, но реально. Второе — корабли инквизиции. Надеюсь на этот вариант, тогда всё будет еще проще.       Афина на мгновение задумалась, но в итоге согласилась. План был наглым, а как она уже успела убедиться, именно такие безумные идеи Питера обычно и срабатывали.       — Должно получиться, — резюмировала она. – Не смотря на то, что твой план начинается как плохой анекдот- король, Звезда и пират проникают в город!       — Сомневаться в решениях своего короля в некоторых странах считается изменой, — усмехнулся Питер, за что Афина в шутку замахнулась на него рукой.       Остаток дня прошел спокойно. Погода благоволила, дул попутный ветер. Однако теперь Питер и сам видел: оживленный морской тракт пуст. За весь день «Симфония» не встретила ни одного паруса.       — Ночью никаких огней, — распорядился Питер.       — Как прикажете, капитан, — кивнул старпом. — Но учтите: сейчас полнолуние, совсем спрятаться не выйдет.       — Для того нам и нужны черные паруса. Если что-то заметите — зовите меня.       Питер долго ворочался в гамаке, слушая плеск волн за окном. Сон не шел. В какой-то момент он услышал тихий скрип двери соседней каюты и знакомые шаги. У его двери они замерли.       — Не сплю, — негромко сказал он.       — Не могу уснуть, — Афина бесцеремонно вошла, зажгла лампы и, задернув шторы, выудила из шкафа книгу. Она по-хозяйски устроилась в кресле.       — Моя каюта всегда к твоим услугам, — Питер прикрыл глаза ладонью от яркого света.       — Премного благодарна, — хмыкнула Хранительница, бросив на него взгляд поверх страниц.       В каюте воцарилась тишина, нарушаемая лишь сухим шелестом бумаги. Питер лежал с закрытыми глазами, анализируя свое состояние. Он узнал это чувство — почти то же самое он испытывал перед своим первым сражением у Беруны. Тогда его сон прервали известием о гибели Аслана. С годами этот мандраж притупился, возвращаясь лишь в исключительных случаях.       — Что ты будешь делать, когда мы найдем мечи и убьем Магнуса? — внезапно спросила Афина.       — Даже не знаю. Путь в наш мир для нас закрыт, — он пожал плечами, глядя на покачивающуюся лампу. — Буду восстанавливать королевство. Возможно, придется еще повоевать с тарханами — они любят проверять наши границы на прочность после каждой заварушки.       — Ты даже не допускаешь мысли о спокойной жизни? — она внимательно посмотрела на него.       — Спокойная жизнь в глуши возможна для кого угодно, только не для короля. Исчезнет Магнус — появится кто-то другой. Тисрок или великаны Этинсмура. Всегда найдется угроза для страны, семьи или меня лично.       — А ты «оптимист», — улыбнулась Афина.       — Мы это уже проходили, — вздохнул он. — Когда мы победили Джадис, мир в Нарнии не наступил по щелчку пальцев. Мы годами подавляли сопротивление её сторонников. Потом были тарханы, затем тельмарины, великаны, снова тарханы... Но есть и позитив: в этот раз с нами будете вы. Это всё меняет.       — Хочешь, чтобы мы остались после того, как всё закончится? — в её голосе промелькнула странная интонация.       — А у вас есть другие планы? — Питер улыбнулся.       — Нет, просто... — Афина замялась. — Мы вообще не должны были встречаться. Не знаю, что скажут в Небесном Чертоге.       — Думаю, Совету Звезд будет не до нас, — пожал плечами Питер.       — В таком случае я подумаю над твоим предложением, — улыбнулась она. — В конце концов, кто-то же должен за тобой присматривать.       Они проговорили до самого рассвета, пока в дверь не постучали.       — Капитан, Дженнаб на горизонте! — доложил Мингс.       Питер прильнул к подзорной трубе. — Порт вроде не закрыт. Кораблей инквизиции в гавани было всего два, причем не самых крупных. Город едва просыпался под первыми лучами солнца.       «Симфония» бросила якорь у входа в бухту. Черный корпус и темные паруса надежно скрывали флагман в утренних сумерках, но с восходом солнца эта маскировка потеряет смысл. Нужно было действовать быстро.       — Таврос, ты за старшего, — скомандовал Питер минотавру.       — Учтите, — пробасил тот в ответ. — Если сокол Гракх подаст сигнал, что вы в опасности, я плевать хотел на скрытность. Мы высадимся и камня на камне от этого города не оставим.       — Другого от тебя и не ждем, — усмехнулся Питер, спускаясь в шлюпку вместе с Афиной и Мингсом.       - Сир, какова вероятность того, что в городе падальщики? – Мингс усердно налегал на весла, но в его голосе явно читалась тревога.       - Где-то между возможно, и скорее всего, - Питер старался говорить как можно бодрее. Но стоило ему поймать на себе взгляд неодобрения от Афины, тут-же пожалел о не вовремя проявившемся чувстве юмора. – Гракх облетел город, ничего, что могло бы указать на присутствие падальщиков он не увидел. – Питер как никто другой хотел в это верить.       Чем ближе они подплывали к причалу, тем отчетливее становилось ощущение: в Дженнабе творится неладное. В порту стояла мертвая тишина.       — У них что, всеобщий выходной? — скептически шепнула Афина.       Не успел Питер ответить, как воздух прошил резкий звон колокола. Спутники синхронно обернулись.       — Это из форта, — Мингс указал на крепость, возвышавшуюся над дворцом.       — Гракх, следи за обстановкой, — бросил Питер соколу, кружившему над ними. — Идем. Посмотрим, что там происходит.       Они двинулись по пустынным улицам. Двери домов были заперты, окна занавешены. Но Питер кожей чувствовал — за ними следят. В щелях ставен мелькали тени, город затаил дыхание. Чем ближе они подходили к центру, тем чаще на глаза попадались следы недавних беспорядков: разбитые лавки, обломки мебели и выжженные пятна на мостовой. Колокол в форте вновь начал бить, только теперь не отрывисто-предупреждающе, а в безумно-лихорадочном темпе.       Запах гари в воздухе становился отчетливее, попутно смешивался с каким-то другим, сладковато-металлическим. От этого запаха у Питера неприятно заныли зубы. С похожим он уже сталкивался, в голове тут-же возникли образы Красной гавани, год назад.       - Вон там, - Афина указала на угол улицы, ведущей к центральной торговой площади.       Из-за угла вышел человек, точнее то, что раньше было человеком. Одежда на нём была разорвана в клочья, кожа приобрела землисто-серый оттенок, а сквозь неё проступали неестественно вздувшиеся, черные вены.       - Бездна меня забери, - тихо произнес Мингс, его рука инстинктивно потянулась к мечу на поясе.       Питер поднял руку, его спутники верно поняв сигнал, медленно начали отступать, держась за мечи, будучи готовы выхватить их при первой же необходимости.       Существо остановилось. Оно медленно подняло голову, и Питер почувствовал, как вдоль хребта пробежал холод. У него не было глаз. Точнее, глазные яблоки полностью заплыли какой-то мутной, багрово-черной пеленой. Мысленно Питер молил все на свете, чтобы существо их не увидело. Но тварь уже не отводила от них свои налитые кровью глаза. А затем оно закричало. Но если бы Афину попросили сравнить звуки которые издавало существо, она бы назвала те звуки, которые доносились из его глотки как угодно, но не криком. Из горла падальщика вырвался низкий, клокочущий рык, больше похожий на хруст ломающихся костей.       На зов падальщика медленно, но начало появляться подкрепление. Вслед за первым из-за угла начали появляться другие. Пять, десять, двадцать... Целая толпа. Мужчины, женщины, даже подростки. Все они были отмечены одной и той же печатью безумия: почерневшие вены, отсутствующий взгляд, застывший на лицах оскал животной ярости. Некоторые из них сжимали в руках обломки досок или ржавые ножи, те кто до этого были стражниками, по прежнему крепко сжимали мечи и копья, но большинство полагалось на собственные зубы и ногти, превратившиеся в когти.       — Гракх! Улетай! Предупреди Тавроса — никакого штурма! — крикнул Питер в небо, надеясь, что сокол услышит его в этом хаосе.       - Проблема, - Питер выхватил меч, лезвие Риндона ярко блеснуло в лучах утреннего солнца. Афина и Мингс тоже выхватили оружие, и встали спиной к спине, готовясь отражать нападение. Отступать к гавани было поздно- твари уже были везде, в том числе и в том проулке откуда они пришли. Из переулков, которые они только что прошли, бесшумно, словно тени, начали выбираться новые твари. Город не был пуст. Он был в засаде.       - Их не так и много, можно прорваться, - коротко заметил Мингс, крепко сжимая в руках меч.       Питер, успевший сосчитать примерную численность врага, и насчитавший их не более трех десятков, бросил взгляд на Афину, та коротко кивнула.       Афина вскинула руки, и воздух перед ней пошел рябью от концентрированного жара. Первый ряд нападавших вспыхнул, словно сухая солома, но их товарищи, не обращая внимания на пламя, перешагивали через горящие тела, продолжая натиск.       Питер действовал мечом, превратившись в вихрь стали. Долгое время он не убивал, но сейчас у него не было выбора. Эти существа больше не были людьми. Он отсек руку, тянувшуюся к его горлу, увернулся от ржавого ножа и точным ударом повалил очередную тварь. Но на месте одного убитого тут же появлялись двое новых.       Мингс, несмотря на возраст, сражался с отчаянной храбростью опытного рубаки, но Питер видел, что старпом быстро выдыхается. Твари давили числом, меньше их не становилось, и надежда на прорыв таяла на глазах.       — В дом! Живо! — скомандовал Питер, заметив массивную дубовую дверь лавки, которая казалась крепче остальных.       Он мощным пинком выбил дверь, и они втроем ворвались внутрь, едва успев захлопнуть её перед самым носом беснующейся толпы. Мингс тут же загнал тяжелый засов. В дверь ударили десятками рук, дерево затрещало, но выдержало.       В лавке царил полумрак и пахло сушеными травами и специями.       — Это ненадолго, — тяжело дыша, произнесла Афина, прижимая ладонь к стене; её магия была на исходе. — Камень Безумия превращает их в кровожадных тварей, но он же дает им неестественную силу. Они проломают стену, если понадобится.       Удары в дверь становились всё сильнее, к ним присоединился скрежет когтей по дереву.       - Будем уходить по крышам, - предложил Питер, - дома стоят плотно, должно получится, если повезет доберемся до форта.       - Я боялся, что вы предложите именно этот вариант, - наигранно недовольно, проворчал Мингс, ему хватило одного взгляда в зарешеченное окно, чтобы понять, что по земле им путь закрыт.       - Мы доберемся до форта, а назад? – Афина понимала, что времени осталось не так много, удары в дверь не стихали, но и без понимания дальнейших действий просто бежать ей не хотелось.       - Из форта есть подземный ход до самой гавани, - ответил Питер. Он помнил о нем еще с тех пор, когда они планировали захват Дженнаба, Тогда они им не воспользовались, но теперь другого выхода не было.       - Наверх, - резко скомандовала Афина, указав на окно на втором этаже. План Питера ей не нравился, но перспектива погибнуть здесь, нравилась еще меньше.       Они бросились вверх по ступеням, окно было почти под самым потолком, высоковато, но его размеры были достаточны, чтобы в него смог пройти даже Мингс.       Питер подставил сцепленные руки, помогая Афине взобраться. Мингс так-же помог взобраться Питеру, после чего уже Питер и Афина вдвоем помогли страпому выбраться на козырек дома. И только они закрыли окно, как двери лавки с грохотом слетели с петель, и десятки падальщиков ввалились внутрь. Не найдя своих жертв, они яростно взвыли, и принялись крушить все до чего могли дотянуться, в надежде утолить свою жажду крови.       Оказавшись на крыше, они на секунду замерли. Перед ними раскинулся Дженнаб — сверху он казался лабиринтом из желтого камня. Дома здесь строились вплотную друг к другу, разделенные лишь узкими, как щели, проулками.       — По крышам мы доберемся до форта быстрее, чем по земле, — Мингс прищурился, оценивая расстояние между зданиями. — Главное — не смотреть вниз. – Питер был уверен, что последнюю фразу старпом адресовал точно не Афине, и даже не Питеру.       Но упрекнуть в этом старпома ни Питер, ни Афина не могли. А смотреть вниз было страшно. Улицы Дженнаба превратились в кишащие реки безумия. Сотни зараженных метались внизу, их крики сливались в один жуткий, нечеловеческий гул.       Первую крышу они смогли преодолеть тихо, твари внизу сновали по улицам подобно омерзительному потоку.       - Придется прыгать, - Питер оценил расстояние между крышами. Оно было не более семи футов. – Я первый.       Разбежавшись, он без труда преодолел расстояние, и практически бесшумно приземлился на соседний дом. Следом за ним, изящно и почти бесшумно, приземлилась Афина. Мингсу прыжок дался тяжелее — он тяжело рухнул на колено, часть черепицы соскользнули вниз, прямо в гущу беснующихся чудищ.       Теперь красться было бессмысленно, твари с поразительной ловкостью принялись карабкаться на стены. Питер и его товарищи неслись над городом, перепрыгивая с одной террасы на другую. Под ногами хрустела черепица, а из открытых люков на крышах иногда пытались выбраться те, кто уже успел заразиться внутри домов. Питер на бегу сбивал их ударом эфеса или просто отшвыривал в сторону, не тратя времени на полноценный бой.       — Питер, берегись! — вскрикнула Афина.       С крыши более высокого здания, мимо которого они пробегали, на Питера рухнуло нечто массивное. Питер успел предположить, что его противником был портовый грузчик, чьи мышцы под воздействием магии вздулись так, что кожа лопнула в нескольких местах.       Питер едва успел выставить меч, принимая удар на гарду. Тяжелая туша впечатала его в каменный пол крыши. От твари пахло гнилью и озоном. Багровые глаза смотрели в упор, а из пасти капала вязкая, черная слюна.       — Прочь! — Питер уперся ногами в живот монстра и с силой отшвырнул его от себя.       Афина, не дав существу подняться, вскинула руку. Короткая вспышка чистого белого пламени ударила твари в грудь, сбрасывая её с края крыши. Послышался глухой удар о мостовую.       — Их становится всё больше, они лезут изо всех щелей! — Мингс указал вперед.       Там, где плотные ряды домов прерывались, открывался вид на главную площадь.       - Что-то не так, - Афина указала на площадь, где толпа падальщиков образовала пустое пространство, в центре которого стоял человек с жезлом в руках. Этот человек не выглядел обезумевшим чудовищем, напротив, он с любопытством смотрел на разворачивающуюся погоню по крышам города.       - А вот и инквизиция, - выдохнул Мингс, бег и прыжки по крышам давались ему с трудом, но адреналин помогал.       Питер присмотрелся, он почувствовал, что взгляд инквизитора направлен именно на него. Инквизитор поднял свой посох, и камень, венчавший навершие посоха, блеснул в лучах солнца. Падальщики завыли в унисон, те, кто карабкался по стенам, удвоили свои усилия.       - Быстрее, - скомандовал Питер. Они вновь бросились бежать по крышам, вновь и вновь перепрыгивая препятствия. Побег по крышам превращался в гонку со смертью.       Но вскоре вой падальщиков утих, и они остановились на одной из террас с беседкой, особняк явно принадлежал человеку зажиточному. Впрочем, что толку от денег, если ты сейчас один из проклятых безумцев, мелькнула мысль в голове Питера.       - Когда вы обещали мне приключения, я и представить не мог, что они будут такими, - тяжело выдохнул Мингс, упав на скамью в тени цветов.       - Вы неплохо держитесь, - Питер протянул флягу с водой Афине, но та отказалась, и он протянул воду старпому.       Мингс ничего не ответил, лишь сделал несколько глотков, после чего вернул флягу ее владельцу.       - Продолжим? – Питер бросил взгляд на Афину, та коротко кивнула.       Остаток пути они проделали почти бесшумно. Теперь это напоминало игру теней. Они перебегали от одной трубы к другой, перепрыгивали через невысокие ограждения и пробирались сквозь развешенное для сушки белье, которое так и осталось висеть на веревках, став немым свидетелем катастрофы. В одном из окон Питер заметил детское лицо — ребенок смотрел на них сквозь щель в ставнях, его глаза были чистыми, не тронутыми безумием, но его мать быстро увела его от окна, Питер лишь успел дать ей знать, чтобы они и дальше сидели тихо.       Наконец, впереди выросла массивная громада форта. Его стены, сложенные из темного базальта, казались неприступным островом в море охваченного безумием города. Мост был опущен, а у ворот маячила знакомая Питеру фигура.       — Твою за ногу, Певенси! — из тени башни вышел человек, чей вид был далек от королевских стандартов, но для Питера сейчас он был самым желанным союзником.       Логан Эвери, пират и контрабандист, выглядел так, будто прошел через мясорубку. Его камзол был залит не то вином, не то кровью, левая рука висела на перевязи, а в правой он сжимал меч, чье лезвие было в крови.       — Логан, — Питер коротко кивнул, переводя дух. — Вижу, ты снова в центре неприятностей.       - Кто бы мне это говорил, - широко усмехнулся Логан, жестом приглашая их за собой. Он провел их через мост, ворота были приоткрыты достаточно, чтобы они могли попасть внутрь. И как только они оказались внутри, стража моментально закрыла их на тяжелый засов, после чего принялись поднимать подвесной мост. — Привел подкрепление? Надеюсь, они умеют драться лучше, чем те бедолаги из городской стражи, что сейчас забились по углам в казармах.       - Следи за словами, пират, - произнес один из стражников, Питер его узнал.       - Сержант Ернст, рад видеть вас в добром здравии, - Питер вспомнил того, кто допрашивал его в тот день, когда они с Афиной чуть не попали в неприятности, пытаясь выбраться из города и вернуться в Нарнию.       - Так вы приятель Эвери? – Ернст хоть и без энтузиазма, но пожал руку старшего Певенси. – И полагаю вы тоже пират.       - Сейчас это уже не важно, не так ли? – Питер взглянул на сержанта, тот недолго думая кивнул, давая понять, что сейчас они союзники. – Где правитель Ирроан и магистрат?       - Полагаю забились по углам дворца, трясутся от страха, и молят всех богов которых могут вспомнить о помощи, - мрачно ответил Ернст.       - В городе еще есть выжившие, - в разговор вступила Афина, ее взгляд был устремлен на сержанта городской стражи.       - А в форте еще больше, приблизительно три четверти населения, - ответил Ернст. – Я не отправлю своих парней рисковать жизнью ради нескольких сотен выживших.       Афина запнулась на полуслове, логику сержанта она понимала, не одобряла, но для споров о гуманизме время было явно не подходящим.       — Город пал, Пит. Буквально за одну ночь. Те, кто не успел запереться за толстыми стенами, превратились в… это. Моя «Ведьма» осталась в порту, и я не уверен, что там остался хоть кто-то из моих ребят, кто еще узнает своего капитана. - Логан подошел ближе, его взгляд стал серьезным, лишенным привычной иронии.       - Там на площади мы видели тархана- инквизитора, - сказала Афина.       - Верно, - Ернст сплюнул на каменные плиты под ногами. – Они управляют этими созданиями. Сначала у людей просто болела голова, потом начались драки, а вчера ночью город просто взорвался.       - А пленные? – Питер взглянул на сержанта. – Тарханы должны были привезти с собой пленных.       - Они здесь, - ответил Логан, - мы с сержантом договорились, что если мы выживем, они их отпустят.       - У нас с Юканом нет и не было разногласий, - подтвердил Ернст. – Это тарханские церковники устроили все это. Если это из-за ведьм Юкана, то я бы хотел чтобы…       - Ведьмы ни при чем, - ответил Питер, - тарханская инквизиция управляет падальщиками. Но я не понимаю зачем?       - Нужно вернуть пленных на Юкан, - Логан слегка застонал, поправив руку на перевязи. – Экзарх Эбергард что-то затеял, Нии-Маль может знать, что именно.       - На площади не Эбергард? – спросил Питер.       - Нет, эта гнида свалила, после допроса пленных, - ответил Ернст. – Думаю вы видели Эрвира, его лейтенанта, или как они там называют свою иерархию.       - Убьем его, - неожиданно для Питера и остальных предложила Афина. – Убьем, уничтожим его посох, и твари сами разорвут друг друга. Камень- единственное что удерживает их в узде.       - Даже если каждый в этой крепости возьмет в руки оружие, нам не прорваться к Эрвиру, - возразил сержант Ернст.       - Пойдем только я и он, - Афина указала на Питера, на лице сержанта застыло удивление.       - По подземным переходам, - кивнул Питер, - один из выходов, прямо в центре площади, у фонтана.       — Вы оба чокнутые, — с искренним восхищением и тихим ужасом в голосе произнес Мингс, переводя взгляд с короля на Хранительницу.       — Я бы предпочел термин- непредсказуемые, — Питер коротко усмехнулся, но глаза его оставались холодными и сосредоточенными. Он посмотрел на сержанта Ернста. — Сержант, нам нужны факелы, желательно карта, не думаю что точно помню схему подземных ходов. И еще... если мы не вернемся через два часа, делайте то, что должны. Уводите людей через порт, если сможете.       Ернст молча кивнул, отдавая дань уважения их решимости. Логан Эвери, прислонившись к стене, лишь покачал головой.       — Знаешь, Певенси, я всегда думал, что короли умирают в золоте, а пираты — в петле. Но, кажется ты решил удивить даже меня. А я то пират в восьмом поколении.       Питер не ответил. Он подошел к массивному железному кольцу, вмонтированному в пол башни. Афина встала рядом, её ладонь легла на рукоять меча, а в глубине зрачков уже начинало разгораться холодное белое пламя.