4.
24 ноября 2024 г., 17:37
Как Трэвис на это согласился, он и сам не знал. Возможно, ему было что-то такое предрешено Богом. Суть была только в том, что Ларри шуршал вещами, пока искал ему что-то подходящее для сна.
В комнате брюнета было тепло, даже немного душно, и пахло чем-то усредненным между чистотой и сигаретами. Еще немного сырые волосы Трэвиса падали на лицо, пока он пытался размять затекшую шею. Фелпс широко зевает и его глаза слезятся, от чего тому приходиться много моргать.
Кровать у Джонсона мягкая и упругая, подушки старые и из них лезут перья. А плед, которым укрыли одеяло, съехал, спадая на пол.
— Нашел что-нибудь? — устало тянет Трэвис, ведя плечами. — Я уже так хочу спать.
— Дай мне секунду. — Ларри тянет окончания и почти поет, когда достает из полки большую растянутую толстовку.
— Предлагаешь мне спать в одной кофте? Мы что в порно? — хихикает Фелпс, а потом хмурится, когда Джонсон как-то уж очень непозволительно широко улыбается, сдерживая смех. — Что?
— Ты такой серьезный. Напоминаешь мне лису.
— Почему именно лиса? Я же не рыжий.
— Ласка?
— Так бы сразу.
Скидывая с себя рубашку, Трэвис кутается в кофту и выплевывает жвачку, которой хабалисто чавкал весь вечер.
— Мы ведь живем в одном здании, звучит глупо нет. — Фелпс прикрывает глаза и ложится на спину, укладывая руки на живот. Слышит как Ларри одним щелчком выключает свет в комнате и чувствует как прогибается матрас под весом Джонсона, когда тот ложится рядом, в стене.
Он Ларри пахнет мятной пастой, мылом и табаком. Трэвис позволяет себе уткнутся в его плечо носом и замереть, в ушах тишина, а голове спокойствие, которое так тепло растекается по венкам и сосудам, впитывается в кожу.
Джонсон поворачивается на бок, лицом к Фелпсу и легко целует его скулу, перекидывая через блондина руку. Все кажется таким заглушенным, сейчас никого из них не волнуют шумы соседей, машины за окном или лаящая собака. Трэвис глубоко дышит и приоткрывает сонные глаза, чтобы увидеть перед сном довольного Ларри.
Утро наступает как-то уж очень сюрреалистично и книжно. В комнату, громко стукнув дверью о кровать, входит Эш и закатывает глаза, видя как лежащий в плену конечностей Джонсона, Трэвис сопит и пускает слюни в футболку брюнета.
Ларри открывает глаза первым и тянется к часам, поворачивая их к себе. Щурится, смотря на пиксельные цифры «8.15» и очень уж недовольно вздыхает.
— Сегодня суббота. Выходной день, Эшли. Ты ведь знаешь, что такое выходные? — Джонсон зевает и садится на кровати, вытягивая руки в замке наверх.
Кемпбелл цокает и показывает другу язык.
— Собирай себя и своего парня мы едем отдохнуть у озера.
— А вот если у нас в планах озера не было…? — робко интересуется проснувшийся Трэвис.
— То вы живете по плану, который придумала Эш. — выглядывает из-за девушки Сал. — Воу, милые ножки.
— А? — Фелпс как-то неопределенно смотрит на свои голые ноги и почти моментально краснеет, чувствуя как Ларри быстро целует его, уходя в ванную первым.
В комнате стоит запах духов Кемпбелл и чего-то вкусного, видимо приготовленного кем-то из ребят, что по-хозяйски ходили по квартире и занимались своими делами. За окном ярко светило солнце, что ползло через стекло, прямо в комнату и заливало теплым светом все, включая Трэвиса. Тот же пытаясь, то ли проснуться, то ли слится с интерьером, сидел на кровати и смотрел на мольберт, на который вчера в шутку кинул свои вещи.
Ладно, возможно в его жизни еще что-то было не потеряно. Ну, кроме отца, дома, смысла и совести. Все остальное принимало исключительное участие в каждом дне блондина.
— Трэвис. — в который раз Тодд зовет его и теперь наконец Фелпс слышит его и отзывается.
— Да? — откашлявшись, спрашивает Фелпс, понимая как пересохло во рту.
Блондин встает и выходит из комнаты. Сонный и помятый, в кофте пропахшей Ларри и с пустыней Сахарой во рту, Трэвис двигается от косяка двери к кухне придерживая себя за мебель и стенки. В светлой кухне пахло омлетом и кофе, просачиваясь к полке с кружками, изученной еще вчера, стоя рядом с Тоддом — ох, он никогда до этого с Моррисоном не разговаривал, вот блин — он встает на носочки и достает стакан, наливая воду прямо из-под крана.
Тодд молча смотрит, держа в руках лопаточку, видимо присматривая за сковородой с завтраком Трэвиса. Он ждет, когда Фелпс перестанет пить так жадно, как будто он маленький черный мальчик из Африки, собирается сказать что-то о воде, но дошедший до воды на дне Трэвис выставляет указательный палец перед его лицом и говорит:
— Эддисон поменял водопроводные трубы, вода чистая. — удовлетворенно выдыхает Фелпс, ставя стакан в раковину.
— Понял. Буду знать. — кивает Моррисон и добавляет. — Ты омлет с чем любишь?
— С чем угодно. Я не то, чтобы часто мог позволить себе омлет утром, чувак. — вздыхает Трэвис. — И спасибо. Прости, что приходиться с этим возиться. — блондин уходит раньше, чем Тодд смог бы возразить.
Моррисон был тем, кто относился к нему лояльно еще тогда, когда они с Ларри дрались в старшей школе. Потому Трэвису это всегда льстило. Добравшись до ванной, Фелпс опирается о косяк открытой двери плечом и осматривает Джонсона, стоящего у зеркала и распутывающего свои волосы.
— Доброе утро? — Трэвис отталкивается от косяка и проходит внутрь, осматривая свое уже довольно бодрое лицо.
— Еще какое. Можешь взять мою щетку или новую из шкафчика. — шипит Ларри.
— Дай сюда, неумеха. — забирая у парня расческу, говорит Трэвис. Он водит по запутанным волосам расческой, постепенно распутывая колтуны и узелки. — Чтобы волосы не путались, мог бы собирать из в хвост или пучок.
— Ты прям как моя мама. — улыбается Джонсон, перехватывая руку Фелпса с расческой и развернувшись тянется поцеловать, но Трэвис отворачивается, тихо говоря.
— Я еще не почистил зубы.
