Закатное солнце алого Нила

Красные пустыни безжалостны и суровы, словно гнев самого их хозяина, бога Сета – замёрзнуть ночью или сгореть под палящими лучами в раскалённом песке, в этом удел каждого путника. Таких путников теперь было двое, и оба они выглядели как те, кому здесь в одиночку совсем не место. ⠀ Худой, щуплый мальчишка лет четырнадцати вёл под уздцы небольшую стройную лошадь – он был бос, и стопы его давно уже были изрезаны острыми камнями и обожжены, однако, он продолжал идти со странным стоическим упорством. Смуглый, как и все египетские дети – внешность его была ничем особенно не примечательна. Невысокий, заметно оголодавший; с небольшими тонкими кистями рук, напоминающими девичьи, и длинными чёрными волосами, собранными на затылке в пучок, из которого подле висков выбивались две пряди по обе стороны – однако, в невзрачной внешности его резко и явственно выделялись глаза; янтарно-жёлтые, будто у дикой кошки, пронзительно-умные и по-звериному хитрые. Глаза того, кто знает толк в выживании, заметно опережающие юный возраст. ⠀ В седле сидел ещё один мальчик, совсем ещё малыш – с виду ему едва исполнилось около четырёх лет. Утомлённый дорогой, жарой и мерной поступью лошади, он то и дело клевал носом, покачиваясь верхом на спине благородного животного – что-то в его чертах напоминало его спутника, и всё же он во многом был иным. Круглое личико его было открытее и дружелюбнее, взгляд тёмных глаз – заметно мягче, и, судя по обутым в сандалии ножкам, он познал нужду хоть в чём-то меньше того, что вёл теперь лошадь. ⠀ – Рем, нам ещё долго ехать? – в сотый раз спросил мальчик, прикрывая ладошкой рот от зевка и в детском простодушии забывая, что едет тут только он – юноша огляделся. Вокруг виднелась лишь пустыня, нескончаемая и смертоносная, подобно своему владыке – ему вдруг стало страшно ощущать себя здесь почти что совсем одному, словно запертому в огромной и мучительной смертельной ловушке, но он сжал повод в тонкой ладони крепче: так, чтобы тот, врезавшись в кожу до боли, отвлёк от ноющих ступней и не давал сосредоточиться на страхе. Он сейчас не может, не имеет права бояться. ⠀ – Не знаю, – честно ответил юноша, глядя в сторону тёмного облака, маячившего на горизонте уже с полчаса – дурной, очень дурной предвестник. Так гневается Сет. ⠀ – Потерпи. Мы ещё держимся маршрута, должны выйти. ⠀ И тут день померк. Сухой, обжигающий ветер рванул, резанул по лицу, бросая в него ворох колючих песчинок – юноша никогда не видел силы Сета воочию, но слышал о ней достаточно, чтобы понять, что происходит. Песчаная буря – верная смерть для двух оголодавших детей, оказавшихся одним посреди всего величественного царства смерти и запустения. Ничего не объясняя, он быстро стащил мальчика с лошади, бросаясь наземь вместе с ним, заслоняя собой и пытаясь хоть как-то укрыть своей накидкой от грядущего хаоса. ⠀ – Закрой глаза! – крикнул юноша, перекрывая надвигающийся гул – мальчик взвыл со страху и залился слезами. ⠀ – Мы умрём? – сдавленно выдавил он, дрожа с ног до головы – юноша прижал его к себе крепче. Ветер продолжал закручивать песчаные вихри вокруг, больно кусая кожу. ⠀ – Как мама и папа? ⠀ – Нет, – с неожиданной для того, кто сам ещё ребёнок, решимостью заверил старший сквозь сжатые челюсти. Буря оглушительно засвистела. ⠀ – Мы не умрём, пока я рядом – ясно? Замотайся как следует, прижмись к земле и не открывай глаза, что бы ни происходило. ⠀ Бог Сет жесток, яростен и порывист – теперь, когда небо померкло, а песок стоял стеной, обрушиваясь на несчастных путников, его сила являлась во всей своей ужасающей красе. Пустыня стенала, ревела и готова была поглотить их без остатка, раскрывая свой необозримый огненный зев, погубивший бессчётное число караванов и одиноких всадников – вдруг юноша, будто решившись на что-то в отчаянии, поднялся на колени. ⠀ – Пощади нас! – воззвал его голос посреди свистящих смерчей, обретая нежданную звучность и силу. ⠀ – Что тебе с гибели двоих детей-сирот? Разве в этом твоё могущество? Я буду служить тебе до самой своей смерти, стану одним из величайших твоих последователей – только сохрани жизнь мне и моему брату! Он пропадёт без меня! ⠀ И грозная буря вдруг стихла, вняв данному обету. Сет всегда брал отданное – и никогда не возвращал обратно.