Мой, и только мой

Корабль уносил Энтони Старка в Старый Свет, а он терпеть не мог ничего старого, делая исключение разве что для алкоголя. Позади оставался дом, планы на близкое знакомство с хорошенькой кузиной мистера Толбота и всяческие надежды на сносный год. Но рациональность победила – его бизнесу позарез нужны были новые идеи. И Британия идеально для этого подходила. Он решил, что возьмёт от этой поездки всё, что сможет. Энтони был как-то представлен некоторым англичанам, большинство из них оказались манерны и чопорны, будто мир воистину рухнет, если они перестанут соблюдать этикет или поджимать губы, увидев, как кто-то рядом с ними этот этикет нарушает.  Англия приближалась. Старку пришлось оставить дома Джарвиса, своего слугу, потому что было ясно, что в Англии он будет привлекать слишком много внимания, такой экзотики, как чернокожий, там практически не видали. Проводить время в праздных разговорах о том, каково это, когда тебе прислуживает такой человек, совершенно не хотелось. Принимающая сторона в лице лорда Роджерса взяла на себя заботу подыскать ему кого-то более подходящего, и Старк только надеялся, что этот человек мало разговаривает и не станет осуждать его варварские американские привычки.  Уехать из дома пришлось внезапно. Он откладывал до последнего, но получив письмо от Роджерса с приглашением и обещанием полного содействия, понял, что пора. Посыльный побежал выкупать каюту на корабле, отправляющемся в тот же вечер, а Джарвис, узнав, что останется дома, сначала расстроился, но поняв, что будет предоставлен сам себе на время отсутствия Энтони, постарался скрыть радость. Это у него получалось очень плохо: не заметить широкую белозубую улыбку на таком черном лице мог только слепой. Старк слепым не был, но старательно таковым прикидывался. Для всеобщего блага.  Его предприятие, “Старк Индастриз”, стремительно росло. Отец Энтони сделал себе имя на новых разработках и внедрении технологий во все сферы массового производства, а когда скончался, то сын встал у руля. Первое время этот огромный борт штормило, пока руки не окрепли и не привыкли уверенно править курс. И теперь жажда нового опыта и открытий несла его через океан, в Старый Свет, навстречу балам, дамам в узких корсетах и этикету, которым он обычно пренебрегал в рамках дозволенного.  Сначала его отговаривали плыть в одиночку. Требовалось взять помощника, секретаря, слугу, лакея, охрану и еще бог знает кого - по мнению его экономки мисс Поттс. И хотя он обычно прислушивался к ее мудрым и хлестким советам, в этот раз отчего-то решил поступить по-своему.  - Как упрямый мальчишка, - сетовала она скорее по привычке, а сама улыбалась, провожая его в порту.  Старк поцеловал ей руку, приподнял шляпу и взошел на судно, ни разу не оглянувшись. Он никогда не оглядывался, такова была его природа, касалось ли это сделок или личных отношений. Легко отпускал партнеров по бизнесу, приятелей и возлюбленных, с которыми не сложилось, никогда не вспоминая о них - разве что по чужим вопросам, да и то с теплотой и улыбкой.  Плавание вызывало у Старка уныние и тоску. Он несколько раз посещал бар, но вскоре был вынужден признать, что ему отчего-то совсем не хотелось проводить там время. Пьяные джентльмены и скучающие дамы, которые, казалось, сговорились не давать ему прохода, выводили его из себя. Имя Старка было известно - среди тех, кто мог позволить себе билет в первый класс такого судна, уж точно, поэтому его атаковали вопросами, комментариями и шутками, призванными вызывать смех, но на деле не сулившими ничего, кроме притворной ухмылки. Все заискивающие взгляды и разговоры Старк считывал на лету. И от этого становилось ещё скучнее. Однажды, когда он был в своей каюте, наедине с бутылкой бурбона и сборником чертежей, требующих проверки, к нему постучались. Он, уверенный, что за дверью стоит слуга, распахнул ее, но обнаружил совсем не того, кого ожидал.  - Мистер Старк, вы снова здесь совсем один! Миссис Колин Смитсон, хорошенькая молодая жена банкира Смитсона, практически ввалилась в его каюту, не дожидаясь приглашения. Старк устало потер глаза. Это было совершенно некстати, он не ждал ее! Какая наглая девица, право слово. И так скоро! Едва ли минуло полгода после того, как для них со Смитсоном прозвучали свадебные колокола, и вот она уже была здесь, готовая забыться в объятиях любовника.  - Я нахожу одиночество сносным, миледи. Мне необходимо работать, поэтому к сожалению свободного времени для развлечений не остается.  Старк не стал закрывать дверь в каюту, надеясь, что она поймет намек, но она лишь прошла глубже в комнаты, уселась на диван и дернула плечиком, обтянутым газовым шарфом.  - Уверена, мое общество вы найдете куда более приятным, чем… Чем бы вы здесь ни занимались.  Как же он устал от них! Да, Старк с лёгкостью завоевывал сердца, иногда не прикладывая к этому особых усилий, и конечно, за ним сложилась определенная репутация, вполне заслуженная, но в последние годы он отошел от старых привычек, предпочитая сначала познакомиться с дамой, наладить с ней дружбу и только потом шагнуть дальше. Жениться в его планы не входило, но вести разгульный образ жизни вечно тоже было невозможно. Даже для Старка. Он тяжело вздохнул, но с места не двинулся.  - Боюсь, вынужден отказаться. С огромным прискорбием и грустью, миледи. Но мой долг должен быть на первом месте. Надеюсь, вы поймете меня.  Девушка ошарашенно смотрела на него, часто моргая, отчего ее длинные ресницы порхали, словно крылья бабочки. Она покраснела, пытаясь найтись с ответом, но в конце концов просто вскочила с дивана и выбежала из каюты, напоследок бросив на Старка злобный взгляд.  Господи, помоги ему! Как хорошо, что это был последний день на этой посудине, посреди океана, по соседству со скучающими идиотами.  Пережить бы последнюю ночь качки, а утром наконец можно будет сойти с судна на твердую землю, и это обстоятельство вызывало в Старке радость, о которой он раньше не подозревал. Воистину, забери у человека что-то, а потом верни, как было, - и это осчастливит его сверх меры! Перед тем, как заснуть, Энтони долго ворочался. Мысли разбегались, перескакивали на совершенно неожиданные пути, и этот поток было совершенно невозможно остановить. Промучившись так около часа, он поднялся, надел халат и вышел из каюты, чтобы пройти через роскошный холл прямо на палубу. В свете молодой луны океан робко искрился то тут, то там; плеска волн было не слышно за работающим двигателем. Мощный лайнер разрезал морскую гладь пополам, словно острый острый нож масло. Можно было представить, что корабль летит над водой, словно заколдованный, или вообразить, что под ее толщей живут невиданные звери, которые преследуют тень судна. Старк вдыхал горький соленый воздух полной грудью, поражаясь тому, что за все дни пути ему раньше не пришло в голову выйти сюда ночью: свежесть кружила голову и опьяняла, так что ему осталось лишь дойти до каюты, раздеться и упасть в накрахмаленные простыни, чтобы заснуть спокойным сном без сновидений.  На следующий день, едва Энтони успел закончить утренний туалет и позавтракать, стюарды появились в столовой и объявили, что до прибытия в Англию осталось не более пары часов. Сложно было усидеть на месте и не пуститься бегом в каюту, приплясывая на ходу! Время тянулось медленно, и только приближающаяся земля, словно символ будущего, позволяла поверить, что скоро этому ужасу придет конец. *** Роджерс встретил его в своем экипаже, запряженном двойкой отличных скакунов, лоснящихся на скудном английском солне. Он рассмеялся, ударил Старка на плечу, как в старые добрые времена, и не удержался от комментария: - Выглядишь ты, конечно…  - Настоятельно попрошу придержать свои наблюдения при себе, - Старк попытался выглядеть серьезным, но не удержался от улыбки. Он рад был видеть Роджерса. У них в прошлом были свои недопонимания, но с течением времени они будто бы забылись. Роджерс, даром что лорд, был человеком простым и страдал от обостренного чувства долга. Впрочем, его арендаторам жаловаться на судьбу не приходилось: Стивен содержал свои владения в отличном состоянии, и это касалось всего: полей, лошадей или людей, за которых он чувствовал ответственность.  Это когда-то и встало между ними, как кость в горле. Была история, о которой и вспоминать не хотелось, да и Старк устал гоняться за призраками прошлого. Он лишь надеялся, что ему не придется столкнуться с человеком, вбившем клин в его дружбу с Роджерсом. А если и придется… Ну что же поделать.  - Я распорядился сразу же везти нас в поместье, - Роджерс робко улыбнулся, будто извиняясь. - Но мы еще вернемся в город, зададим жару! - Непременно, - Старк обрадовался новостям, он мечтал уснуть спокойным сном не на шаткой кровати. - Ну расскажи мне, что у тебя там интересного по моему направлению? Роджерс пустился в подробное описание всяческих механизмов и машин, которые находчивые фермеры его поместья использовали в работе. Он мало что понимал в инженерии, поэтому порой его рассказ совершенно не укладывался в голове, но Старк не расстроился. Это сделало предвкушение встречи с инновациями только слаще.  За окном проплывали городские пейзажи, которые в конце концов уступили место пасторальным. Карета мягко покачивалась на рессорах, и Старк задремал, извинившись перед Роджерсом. Тот понимающе улыбнулся и протянул ему небольшую подушку.  - Знаешь, - сказал Энтони, засыпая, - мне отчего-то кажется, что скоро все изменится.  - Что именно? - подался вперед Роджерс. - Совсем все, - сказал и уснул. Он уже не мог видеть, как Стивен сжал пальцами переносицу и зажмурился. Что-то и вправду скоро изменится.