🎃 Writober 2024 🎃

— Поближе. Еще ближе. Да чего ты трясешься? Подойди ближе и подожги уже, задолбал, — раздраженно говорил маг, привязанный к столбу, молодому инквизитору. — Жги, салага! Аха-ха! Задорный смех приговоренного разнесся над площадью в унисон с громовым раскатом. Если уж пугать этих идиотов из инквизиции, то так, чтобы на всю свою недолгую жизнь запомнили, что бывает, если связываться с Хваном. На горизонт наползли тучи, пока еще вдалеке сверкнула молния, расчертив небо пополам. — Это не я! — продолжал веселиться Хёнджин. — Но вам же хуже. Он явно не в духе. Конечно, не в духе. За две недели это уже третий раз, когда Хёнджин оказывается на костре. И не виноват он. Наверное. Все эти инквизиторы, что повадились в их деревушку, как на экскурсию. Инквизиторы разные, а хватают каждый раз именно Хёнджина. — Это всё из-за моей безбожной красоты, — шмыгнул носом маг, глядя на темнеющее небо. — Она всегда меня выдает. — Это всё из-за шила в твоей заднице! — раздался грохочущий голос отовсюду. — Ну да, тебе виднее, что там в моей заднице есть, — покивал Джинни, со скукой наблюдая, как из дрожащих рук инквизитора выпадает факел прямо на хворост, облитый маслом. Огонь принялся резво облизывать ветви, взметая снопы искр ввысь. Полы плаща мага загорелись, а за ними коварная стихия перекинулась на брюки и рубашку. Но Хёнджин и глазом не моргнул — ему огонь что щекотка. Одежду разве что жалко, но это дело наживное. Внимание всех на площади привлекла темная широкоплечая фигура, возникшая будто из ниоткуда. Длинный плащ волочился по земле вслед за владельцем, извиваясь черной широкой змеей. Джинни улыбнулся и покачал головой — любил все-таки громовой эффектные появления, считал, что так больше страху внушал. Вот и скажи кому, что в жизни этот пугающий силуэт — просто пупсик, который к тому же очень вкусно готовит. Хёнджин бы душу продал за его блинчики, если бы та уже не была в залоге. Эх, были же времена! Хёнджин тогда был совсем зелёный, только свои силы и возможности познавал. Жизнь начинающего огненного мага была довольно одинокой — свои боялись внезапных вспышек магии, которую ещё только предстояло подчинить, а остальные маги огненных считали самыми взбалмошными и проблемными, шумными и эмоциональными, поэтому лишний раз связываться не хотели. Душу Сатане Хёнджин заложил за желание. Избавиться от одиночества. Найти того самого. Он договор сам составил так, что комар носа не подточит, Сатана не обманет. Они торговались почти трое суток, в конце которых Дьявол сказал, что понимает, почему с огненными дел иметь никто не хочет, подписал договор и смылся. А через месяц, когда Хван собирался послать жалобу в небесную канцелярию на недобросовестность божьего утырка, ему под ноги свалился громовой маг. В прямом смысле свалился. Бан Чан тоже только учился со своей силой уживаться, а гроза, как известно, дама своенравная и непостоянная — еще сложнее, чем с огнем найти общий язык. Хёнджин его подлечил, покормил. Парни разговорились и с того дня больше не расставались надолго. С тех пор минуло почти три сотни лет. И жили два мага душа в душу, пока люди не придумали инквизицию. Не страшно, но раздражают, как назойливые мухи. И тупые в придачу. Вечно путают ведьм и магов и думают, что это одно и то же. На своей глупости и лажают. Хотя был у них и бесспорный плюс — они привносили в давно устоявшуюся и размеренную жизнь двух магов ощущение новизны и мнимой опасности. Хёнджин поддавался им раз за разом (в чём, разумеется, никогда не признается, хоть и знает, что Чан знает), давал себе насладиться ролью девицы в беде, а Чан мог порыцарствовать и спасти любимого из цепких лап врага. Жаль, конечно, что и это развлечение уже стало приедаться. Хван чувствовал, как его одежда рассыпается пеплом, но смотрел только на своего громового, который прибил парочку особо смелых молниями. Остальные сами бросились врассыпную, сообразив, что с этой напастью они своими факелами не справятся. — И не надоело тебе еще? — спросил Чан, снимая с себя плащ, под которым оказались простые брюки и черная рубашка. — Немножко надоело, — честно ответил Джинни, принимая одежду. Веревки давно сгорели, и его больше ничего не удерживало даже символически. — Может, и правда махнем в Австралию, как ты предлагал? Будем разводить кенгуру и плавать в океане. Заведем собаку… — Только скажи, и завтра же отправимся в путь, — улыбнулся Бан Чан, помогая Хёнджину спуститься с кострища. — Люблю костры, — вздохнул тот, с печалью глядя на пепел под ногами. — Но люди и его умудрились испортить всякими гадкими жидкостями… Да, давай махнем на другой конец света. В конце концов, мы всегда можем вернуться, — с улыбкой кивнул Джинни, посмотрев на громового, и сжал его ладонь в своей. Напоследок он взмахнул рукой, и столб, на котором его собирались поджарить, загорелся.

🔥🔥🔥

— Твою мать, и эту душу придется вернуть… — почесал между рогами Сатана. В небесной канцелярии скопилось слишком много жалоб на невыполнение контрактов. Настолько много, что сам батя спустился с облачка и навешал люлей перед подчиненными. Стыдоба-то какая… Теперь приходится разбирать многочисленные контракты, что веками бросались в кучу в углу кабинета. Уже почти полторы сотни душ пришлось вычеркнуть из залогов. И душу огненного мага Хван Хёнджина тоже. Ведь никого он ему не подсылал и от одиночества не избавлял.