Черная кошка

      Деревья расплывались перед глазами, сливаясь в однотипный зеленый пейзаж, но это слабо волновало Луффи. Противный дедушка с его противными тренировками! Ненавижу! Его никогда нет дома, а если он и приходит то только для ради «тренировок». С Луффи хватит! Больше никаких тренировок и дедушек!       За своими мыслями девочка совершенно не замечала как пейзаж меняется, превращаясь из деревьев сначала в груды металла, а затем и в вымощенные улочки с вычурными домами. Что это за место? — … где я?       Внезапно вся обида на деда забылась и Луффи снова очень захотелось чтобы тот оказался рядом. Место, в которое она убежала было совершенно ей незнакомо и это пугало. Она ведь все еще на том же острове, правда? Дедушка ведь ее найдет?       Неожиданно девочку накрыла огромная тень от столь же огромного человека. Настолько большого что Луффи пришлось изо всех сил задрать голову, только чтобы увидеть его целиком. Мужчина в вычурных синих одеждах и со смешным цилиндром пытался тепло улыбнутся ребенку: — Деточка, ты потерялась? — приторно сладким тоном произнес незнакомец, опускаясь на колени чтобы казаться менее угрожающим. — Хочешь, я отведу тебя домой? — А? Домой? — Да, дорогая, домой. — мужчина с силой потрепал девочку по голове, прежде чем взять ее за руку — В место что просто обязательно станет для тебя новым домом, милая Стелла. — Стелла? Но меня зовут Луффи?! — Что ты такое говоришь, милая? Твое имя Стелла, всегда им было и всегда будет. Тот кто сказал тебе, будто тебя зовут Луффи должно быть ужасный лгун. Тебе не следует с ним общатся, хорошо? — Но… — рука мужчины сжалась чуть сильнее и он сурово посмотрел на ребенка. — Хорошо?! — С нажимом произнес взрослый. — Хорошо… — Вот и славно, а теперь пойдем. Моя супруга нас уже совсем заждалась.

***

      Дом был просто огромен! Луффи… или Стелла? Правда ли что дедушка ей врал? Действительно ли ее зовут Стелла? Но Макино тоже называла ее Луффи. Или Макино тоже ей врала? Неважно! Луффи-Стелла никогда не видела таких больших домов. Он был в несколько раз больше чем любой дом в Фууше. И в несколько раз красивее. Когда не отблескивал девочке прямо в глаза противными солнечными лучами! Они мешали ей рассматривать все эти причудливые завитушки!       Внутри он был таким же огромным как и снаружи, и почему-то так же отсвечивал, хотя солнца внутри не было…       Они с незнакомцем прошли через огромную гостиную, поднялись по столь же огромной лестнице на второй этаж и зашли в одну из дверей там. Ка-би-нет, как Луффи сказали. Комната с окном на пол стены, столом и парой диванов. Все кабинеты выглядят так? — А теперь, милая, давай познакомимся получше. — Незнакомец сел на диван и предложил девочке последовать за ним. Его голос все еще был мягким, но уже со стальными нотками, отчетливо отражающимися в его глазах. — Мое имя Аутлук Третий и отныне я — твой отец. Впредь тебе следует называть меня именно так, договорились?       Отныне? Впредь? Луффи, честно говоря, не до конца понимала что именно незнакомец пытается ей сказать. Он говорит слишком сложно! Почему он не может говорить как Макино и другие из Фууши? — Ты… мой Отец? — Именно, милая. — Мужчина, отец, с силой потрепал ее по голове. — А ты, Стелла из семьи Аутлук. Мы — семья. — Семья? Как дедушка? — У тебя нет дедушки, милая. Любой, кто говорил тебе обратное, лгал. Никогда не верь этому человеку, хорошо? — Мужчина сделал отчетливое ударение, на последнем слове. — Х-хорошо… — Но-но, Стелла, милая, благородные леди, такие как ты, не заикаются. Впредь, будь лучше, ладно? — Взгляд, которым «отец» одарил девочку был пугающим, несмотря на то что тон продолжал оставаться мягким — Я… конечно. — Рад это слышать, милая. Уверен, из тебя вырастет прекрасная юная леди, достойная своего рода. — Мужчина в последний раз улыбнулся, прежде чем подняться, показывая что диалог завершен. — Миранда! — Да, милорд? — Отведи Стеллу в ее комнату и подготовь к походу за одеждой. Моя дочь не будет ходить в… — мужчина окинул одежду Луффи пренебрежительным взглядом — подобных обносках. — Слушаюсь, милорд. — Служанка поклонилась. — Пойдемте, миледи.

***

— Милая, неужели тебе совсем не интересно? Это ведь такая важная тема. — Как всегда мягко произнес Отец. Стелла больше не верила в эту «мягкость». Отец всегда говорит мягко, а потом назначает наказания за непослушание, от которых болят руки или спина, в зависимости от степени провинности. — Сосредоточься, Стелла!       Имя. Это плохо. Когда Отце называет Стеллу по имени, значит он уже ей недоволен. Вдохни, выдохни, улыбнись и внимательно слушай. Нельзя чтобы Отце рассердился еще сильнее. Даже если этикет и традиции — это ужасно скучно. — Прошу прощения, отец. Я… буду внимательнее. — Хорошо, тогда продолжим. Через месяц состоится важный банкет и я хочу чтобы ты, милая, к тому времени была готова выйти в свет. Так что нам следует поспешить.       Выйти в свет звучало ужасно. Что если она что-то сделает не так? Стелле не хотелось даже думать, насколько зол будет Отец если она оплошает на банкете, среди всех…       Не стоит об этом думать, лучше сосредоточится на занятии. А не то Отец решит что ей «недостает внимательности» или еще хуже «недостает воспитания». Девочке совершенно не хотелось бы повторять ни первое, ни уж тем более второе. Она это переросла, спасибо большое. Больше никогда. Слишком уж отец страшен когда гневается и хотя гневается на нее он не так уж часто, как минимум не сильно, менее пугающим это его не делает.       Отец строг, не терпит лени и безразличия, а также крайне требователен к соблюдению установленных правил. Например — не отвлекаться на уроках.       В конце концов, Стелле предстоит вырасти в идеальную юную леди, способную представлять собственный род — начитанную, образованную, умеющую подать себя. Когда необходимо — кроткую. Идеально владеющую этикетом и умеющую им грамотно пользоваться. С исконно аристократическими хобби вроде вышивки, но никогда не шитья, не пристало благородной леди самой шить одежду.       Иногда, бессонными ночами, когда Стелла закрывает глаза и представляет что она все еще Луффи ей становится тошно от себя и своего лицемерия. От способности лгать в любой ситуации. Луффи не смогла бы солгать даже если бы это спасло ей жизнь. Наверное Отце прав, говоря что Луффи никогда не существовала. Всегда было только Стелла из «идеальной» семьи Аутлук. Никакого Дедушки, никакой Макино.

***

— Что-то случилось, миледи? — приторным тоном произнесла Няня. Едва не заставившая Стеллу вздрогнуть. — О чем ты, Жозефина? Со мной все хорошо, просто обдумывала прочитанное, как и велел Отце. — Девочка вновь натянула вежливую улыбку. Верно, она глупая. Она забылась, позволила улыбке соскользнуть. Так нельзя. Отце был бы недоволен. Не просто же так он приставил к ней Жозефину в качестве няни. Не безразлично-вежливую Миранду или снисходительно-обходительную Клару, а именно въедчивую Жозефину. — Что ж, это хорошо. Усердно учитесь, чтобы вырасти в прекрасную благородную леди.       Стеллу пробирает до мурашек, но она не ежится. Ежится это для плебеев, не для благородных леди. Жозефина пугает почти как Отец, вероятно от того что обладает почти аналогичной властью и не стесняется ей пользоватся. Девочке остается лишь все время вежливо улыбаться и прятать нервозность и страх в самые дальние уголки сознания. Это, наверное, нездорово, но кому ли не плевать. Главное — это помогает избегать неприятностей.

***

— Стелла, родная, приближается новый сезон! — фальшиво-воодушевленно вещает «матушка» — Мы с тобой просто обязаны заглянуть к портному и заказать новый гардероб. Ты ведь слышала, в этом году в осенней моде кораллово красный и этот отвратительно вычурный оранжевый. Ну что за ужас, ты согласна? — Конечно, матушка. — Покорно соглашается девочка. На самом деле сочетание не кажется ей таким уж «ужасным», но споры с Матерью никогда ни к чему не приводят. Вообще ни к чему. Мать не Отце, она предпочитает просто игнорировать мнение Стеллы. Для нее не существует мнения Стеллы, только ее и ее мужа. — Ах! Не могу себе представить, как мы могли бы показаться на людях в таких вульгарны цветах. Жаль что на этот раз альтернативные оттенки не подобрали. Как недальновидно с их стороны! — Продолжала разглагольствовать Мать — Запомни, Стелла, родная — твой внешний вид крайне важен. Твой наряд — первое, на что люди обратят внимание при встрече. Он обязан быть подобранным с умом т опрятным. Ни в коем случае не грязным! Запомни это! — Конечно, Матушка, я запомню. — Кивает головой Стелла, продолжая вежливо улыбаться. От улыбки порой ноют щеки и сводит лицо, но это ничего. Главное — она создает правильный образ, беспрестанно улыбаясь и кивая. Улыбаясь и кивая. Подобно куклам, продающимся в сувенирных магазина. Именно этим она и является: Идеальной куклой для своих «родителей».