Детство Александра Гамильтона

Наступила сессионная неделя, которая для большинства студентов Кингс-колледжа была временем стресса и бессонных ночей. Но не для Александра Гамильтона и Джона Лоуренса. Эти двое, с их острыми умами и бесконечной энергией, не только справились с экзаменами блестяще, но и успели вдоволь повеселиться, подкалывая друг друга по ходу дела. Когда наконец результаты сессии были объявлены, оба сдали на отлично, что даже не стало неожиданностью для тех, кто знал этих двух студентов. Но вот наступило три месяца долгожданных каникул. Джон, с чувством выполненного долга, уже мечтал о лете, полном безделья и расслабления. Однако Александр был другого мнения. — Лоуренс, у меня нет времени на отдых, — серьёзно сказал Гамильтон, когда они сидели на ступенях кампуса. — Я планирую посвятить эти три месяца политической работе. Мне нужно закончить пару трактатов и вступить в контакт с ещё несколькими патриотическими группами. Джон рассмеялся и покачал головой, оглядывая друга с явной насмешкой. — Алекс, ты реально нуждаешься в какой-то волшебной жене, которая будет тебя периодически приземлять и показывать тебе, что мир — это не только бумаги и трактаты. Ты знаешь, такая, которая будет вытаскивать тебя из твоего офиса и говорить: "Алекс, хватит писать конституцию на обед!" Короче, кто-то вроде меня! — он театрально хлопнул себя по груди. — Только в юбке. Ха-ха! Александр, не задумываясь ни на секунду, парировал с саркастичной улыбкой: — О, так если ты меня так хорошо знаешь и можешь вытаскивать из моих бесконечных писаний, Джон, то может, мне стоит жениться на тебе? — Он с ухмылкой посмотрел на друга, и на секунду в их глазах загорелся огонёк дружеской иронии. Лоуренс, залившись смехом, ответил: — Ой, только не это! У меня же нет столько терпения на твоё вечное "я должен спасти Америку до обеда!" Они оба хохотали ещё несколько минут, привлекая взгляды прохожих студентов. Но после смеха, Александр вдруг стал серьёзным. — Но, знаешь, Джон, вот и первый год в университете прошёл, — сказал Гамильтон, внезапно погружаясь в философские размышления. — А впереди ещё три. Это так много... И знаешь что? Всё это время нас почти ничему не учили! Всё, что я действительно узнал, я узнал сам! И ты тоже! Мы сидели на лекциях, но настоящие знания приходили только тогда, когда мы сами искали их. Так зачем мне тратить ещё три года? Я могу гораздо быстрее достичь своей цели. Лоуренс поднял бровь и задумчиво посмотрел на друга. — И что ты предлагаешь, Алекс? Пропустить несколько классов и сдать все экзамены за один год? — Именно! — глаза Гамильтона засияли от новой идеи. — Я сейчас же пойду в деканат и узнаю, как можно ускорить обучение. — О, это будет интересно, — усмехнулся Джон. — Когда ты туда придёшь и начнёшь объяснять, как Америка не может ждать три года, пока ты учишься, они тебя либо запомнят навсегда, либо выгонят за дверь. Александр, полный решимости, не теряя ни минуты, направился в деканат. Джон остался на ступенях, качая головой и улыбаясь про себя. "Этот парень действительно не умеет отдыхать," подумал он. В деканате Когда Гамильтон вошёл в деканат, его встретила строгая женщина средних лет, которая, казалось, видела в своей жизни не одну сотню молодых студентов с большими амбициями. Он подошёл к ней с уверенностью и привычной для него деловой улыбкой. — Добрый день. Меня зовут Александр Гамильтон, — начал он, словно это было знакомство с важным политиком. — Я хотел бы узнать, есть ли возможность ускорить моё обучение. Я уже завершил первый год и хотел бы закончить оставшиеся курсы как можно быстрее. Женщина взглянула на него поверх очков с лёгким удивлением. — Ускорить обучение? Хм... Интересный запрос, молодой человек, — она на секунду задумалась, проверяя в голове, не был ли это ещё один из студентов, которые слишком переоценивали свои способности. — Это не стандартная практика, но... возможно. Она сделала паузу, словно обдумывая что-то. Затем продолжила: — Знаете, год назад к нам пришёл другой студент с таким же запросом. Его звали Аарон Берр. Однако тогда это было невозможно. Но теперь, с войной на горизонте и изменениями в политической ситуации, у нас появилась возможность ускоренной программы для тех, кто действительно готов к этому. Александр на мгновение задумался, услышав имя Аарона Берра. Он знал этого парня — тот был известен своей решимостью и амбициями, очень похожими на его собственные. Однако их пути пересекались лишь мимолётно. — Аарон Берр, говорите? — спросил Гамильтон. — И что случилось тогда? Женщина кивнула. — Он был очень талантливым студентом, как и вы, но тогда университетская политика не позволяла ускоренной программы. Однако с приближением войны всё изменилось. Теперь, если вы хотите, вы можете пройти ускоренное обучение, но это будет требовать полной самоотдачи и постоянной работы. Гамильтон ухмыльнулся, сжав кулаки в восторге. — Полная самоотдача? Это то, что я делаю каждый день. Скажите, что мне нужно, и я сделаю это. Женщина немного смягчилась, заметив его решимость. — Хорошо. Я вас предупреждаю, что это будет непросто, но если вы готовы взяться за дело, то у вас есть шанс закончить обучение раньше. Я оформлю запрос на вас, и вы получите подробности в течение недели. Но знайте, что вас ждёт огромная нагрузка. Александр кивнул, полный энтузиазма. — Никакой нагрузки не может быть больше, чем у человека, стремящегося к свободе своей страны, мадам. Я готов. — Отлично, — женщина улыбнулась впервые за весь разговор. — Тогда готовьтесь, мистер Гамильтон. Потому что следующие месяцы будут самыми трудными в вашей жизни. Александр Гамильтон решил, что продолжать обучение в прежнем темпе — трата времени. Он понимал: чем быстрее он закончит университет, тем быстрее достигнет своих целей. Однако ускоренное обучение требовало одобрения казначея — человека, который контролировал распределение финансов и процесс подачи заявок на изменения в учебном графике. Тётка в приёмной равнодушно сказала: — Обратись к казначею. Ему решать, дадут ли тебе разрешение. Алекс поднялся на четвёртый этаж к офису казначея. Постучавшись и услышав недовольное «Войдите», он открыл дверь и увидел перед собой не старого, опытного администратора, а студента, лишь чуть старше него — четверокурсника с ленивым, самоуверенным взглядом. — Чего тебе? — проговорил казначей, даже не отрываясь от книги. — Я пришёл насчёт ускорения учебного плана. Хочу закончить раньше. Мне нужно ваше одобрение, — спокойно начал Алекс. Казначей вдруг ухмыльнулся и отложил книгу. — Ха! Дружище, ты что, Аарон Бёрр, чтобы так рано закругляться? Нет уж! Не вижу смысла давать тебе это разрешение. Так что иди отсюда. Найди себе терпение или другой путь, — произнёс он, явно наслаждаясь своей властью. Надменность казначея вывела Александра из себя. Он почувствовал, как внутри закипает гнев, и не удержался: — Ах, значит, ты у нас бог университета? Ты ещё вчерашний студент, а уже мнишь себя великим судьёй чужих судеб! Не дождавшись ответа, Алекс сжал кулаки и, в один порыв, ударил казначея в плечо, чтобы сбить с него это самодовольство. Тот вскочил, готовый дать сдачи, когда дверь кабинета внезапно распахнулась, и на пороге возникла деканша. Её строгий взгляд будто пронзал воздух. — Что здесь происходит? — холодно спросила она. Казначей, поднимая руку для удара, замер, встретившись с её взглядом. Стараясь выглядеть невинным, он с раздражением указал на Александра, который, словно ничего не произошло, спокойно уходил к двери: — Он первый начал! Но деканша лишь свела брови, наблюдая, как Гамильтон выходит из кабинета, даже не оборачиваясь. Секунды растянулись, пока казначей понял, что остался с её ледяным взглядом один на один. Александр, слегка кивнув, развернулся и вышел из деканата. Он чувствовал, что это был правильный шаг. Он был готов к новому вызову, но его мысли всё же возвращались к Аарону Берру. Этот человек теперь казался ему загадкой — кто он и почему они никогда не пересекались больше? Когда он вышел на улицу, Джон всё ещё ждал его на ступенях. — Ну, и что они сказали? — спросил Лоуренс, поднимая бровь с ухмылкой. — Сказали, что я могу ускорить обучение, — ответил Гамильтон, усмехнувшись. — И, похоже, я иду по стопам ещё одного амбициозного парня. Зовут его Аарон Берр. Год назад он пытался сделать то же самое, но тогда это было невозможно. — Берр? — Лоуренс насмешливо скривил рот. — О, ты теперь не только собираешься революцию устроить, но и в ученики к нему пойдёшь? — Не знаю, что это за парень, — задумчиво произнёс Александр. — Но я уверен, что мы с ним ещё встретимся. И, Джон, чувствую, что эта встреча будет... интересной. Лоуренс хмыкнул. — Ну что ж, Алекс. Скорее всего, после этих каникул тебе придётся носить с собой не только трактаты, но и пару мечей. А теперь... Пойдём отпразднуем твоё будущее славное ускоренное обучение! Они оба рассмеялись, шагая вдоль по кампусу, готовясь к тому, что принесёт им будущее.