Детство Александра Гамильтона

В тот день Александр Гамильтон и Джон Лоуренс, два неразлучных друга, первокурсники университета, только что завершили свой последний день занятий во втором семестре. Экономические теоремы, формулы, долгие лекции – всё это измотало их до предела. Спускаясь с кампуса в парк, они пытались переварить все, что узнали, но с каждой минутой всё больше чувствовали себя оторванными от реальности. — «Слушай, Лоуренс, если я ещё раз услышу слово “инфляция”, то просто упаду лицом в ближайшую лужу», — Александр потёр виски и бросил на друга усталый взгляд. — «Понимаю, Гамильтон. Но что делать? Добро пожаловать во взрослую жизнь, где все хотят от тебя ответов и денег», — подколол Лоуренс, ухмыляясь. Они уже почти дошли до парка, когда перед ними внезапно открылась ярмарка. В воздухе витали запахи карамели и горячих орехов, мелькали палатки с разноцветными огнями, а повсюду раздавались смех и музыка. Но больше всего их внимание привлекла одна палатка с вывеской: «Ясновидение и предсказания. Узнай свою судьбу!» — «Ярмарка ясновидения, а? В это реально кто-то верит?» — скептически пробормотал Лоуренс, покосившись на вывеску. — «Да брось, Джон. Разве тебе не интересно хоть раз в жизни узнать, что впереди?» — в глазах Александра зажёгся озорной огонёк. Его всегда манила неизвестность, особенно когда жизнь превращалась в монотонную рутину. — «Ты же вроде как самый скептичный человек, которого я знаю. Что случилось? Ты ударился головой о книгу по теории игр?» — подколол Лоуренс, но Гамильтона было уже не остановить. — «Да ладно, Лоуренс! Живём один раз! Разве не хочется выйти за пределы скучных лекций и хотя бы на минутку погрузиться в нечто… непредсказуемое?» — Александр подмигнул и рванул к палатке, увлекая за собой друга. — «Вот влипли...» — проворчал Лоуренс, следуя за ним. Встреча с шаманом Внутри палатки было темно и таинственно. Запах благовоний ударил в нос, а по стенам плясали тени от мерцающих свечей. В центре сидел шаман — высокий и худощавый мужчина с седой бородой и загадочным взглядом. Он был облачён в странный наряд из перьев и шёлка, словно взятый прямиком с театральной сцены. — «Проходите, джентльмены», — шаман сделал величественный жест рукой. — «Сядьте на кушетку. Здесь, в моём мире, исполняются любые капризы!» Лоуренс скривился: — «Любые капризы? Тогда можно чашечку кофе и счёт за аренду меньше на половину?» Шаман смерил его суровым взглядом и медленно поднял палец: — «Больше не дерзи мне, джентльмен. Лучше ты меня обожай. Ты сейчас в гостях у тени. Я дружу с адом, так и знай!» Александр закашлялся, стараясь скрыть смех: — «Похоже, Джон, у тебя достойный соперник по сарказму!» — «Да, только этот соперник, видимо, общается не с людьми, а с призраками», — не унимался Лоуренс. Шаман сел напротив них и загадочно улыбнулся: — «Так, посмотрим, что скрывается за вашими душами. А у тебя, Лоуренс, вообще есть душа?» — «Может, и была, но её уже кто-то продал на аукционе», — съязвил Лоуренс. Шаман не удержался от ухмылки: — «Не волнуйся, если найдётся покупатель, я дам тебе знать». Гамильтон захохотал: — «Вот видишь, Джон! Твоя душа – ходовой товар!» Гадание для Александра Шаман открыл старую колоду карт и начал перетасовывать их с таким видом, будто в его руках сосредоточена сама судьба. — «Кто карт язык понять сумел, для тех уже не существует предел. Из карт, из карт нужно три, пусть они предскажут, что вас ждёт впереди». Каждый вытянул по три карты и Шаман окинул Александра пристальным взглядом. — «Начнём с тебя, мой юный друг». Он разложил карты на столе и долго смотрел на них, поглаживая свою бороду. — «В твоём роду все — аристократы. Но беда в том, что доход упал. Мама погрязла в фантазию о идеальной любви , что сама не замечала как встречала и вступала в связь с не теми мужчинами , но а отец.. ой ой ой отцу и подавно нужен не был ...». — «Ага , всё правда ... и теперь понятно, почему я так часто ужинаю кашей быстрого приготовления», — съязвил Гамильтон. Шаман продолжил: — «Моя рекомендация: найди жену с богатым отцом». Александр рассмеялся: — «Интересное предложение. Это как объявление: “Аристократ ищет денежный мешок”. Но, признаюсь, заманчиво». Шаман кивнул: — «Женитьба — это выход. Но помни: брак — это ловушка. Если хочешь быть свободным, как твоя мать , скачи с места на место. Но для этого нужна зелень, и немало». И продолжил шаман " зелень сям , зелень там , я твой вижу рай.... я все сказал теперь попробуй цвет судьбы угадай ..." Гамильтон задумчиво покачал головой. — «Похоже, мне действительно стоит задуматься о выгодном браке». Лоуренс вмешался: — «Главное, чтобы не пришлось брать в жёны дочь этого шамана». Гадание для Лоуренса Шаман нахмурился и вгляделся в Лоуренса так, будто видел в нем больше, чем знал сам Лоуренс. Его глаза блестели лукаво, как будто он нашел самую нелепую шутку мира и собирался сейчас ею поделиться. — «Тебя, мой друг, природа одарила редким даром: искусством избегать работы, словно это смертельный яд. Ты — человек, который способен затеряться на диване так мастерски, что твоё отсутствие станет откровением даже для самого дивана». Лоуренс, облокотившись на подлокотник, с ленивой ухмылкой повернулся к шаману: — «Звучит как мое резюме. Продолжайте, мастер инсайтов». Шаман подмигнул и двинулся дальше: — «В твоей семье, юноша, всегда все стремились к вершине власти: мама, сестра, брат… даже ваша собака. Если бы ты женился, то и твоя жена с удовольствием держала бы тебя под каблуком. А ты... ты был бы настолько доволен, что сам бы его там укрепил суперклеем». Александр, который до этого сдерживался, уже начал захлебываться от смеха. Он вытер слёзы и, покачав головой, прыснул: — «Ах, Лоуренс, если бы только твоё умение увиливать можно было конвертировать в валюту! Ты бы затмил даже Роберта Морриса». Лоуренс с притворной серьёзностью закинул ногу на ногу: — «Я? Под каблуком? Ну, по крайней мере, там будет стабильно, и кормить будут вовремя. Как знать, может, и халат подарят». Александр покатился со смеху, свалившись с кушетки, словно подкошенный. Он пытался что-то сказать, но только судорожно хватал ртом воздух. Шаман хитро улыбнулся: — «А вот ещё предсказание: ты будешь путать носки, терять ключи и забывать годовщины. Но жена-то, о, она будет помнить каждую, и за каждый забытый день — тебе штрафное чаепитие с её мамой». Лоуренс развёл руками: — «Прекрасно! Теперь у меня не только кредиты, но и пожизненное пророчество: носков не дождаться, годовщины — под угрозой, а тёща — на скоростном наборе». Александр, продолжая хохотать, ударил кулаком по подушке: — «Это готовый сценарий для памфлета! Назовём его: “Жизнь Лоуренса: под каблуком и в носках разного цвета”». Лоуренс кивнул, поднимая воображаемый бокал: — «Прекрасно! Как сказал бы мой отец: “Провал? Нет, сын, это просто стиль жизни”». Даже шаман не выдержал и засмеялся, а Лоуренс, как всегда, развалившись в кресле, с ухмылкой заключил: — «По крайней мере, одно радует: если буду под каблуком, так хоть каблук будет из натуральной кожи». Шаман поднял палец, словно собираясь выдать ещё одно пророчество: — «И даже с натуральной кожей, юноша, твой путь — это путь вечно измотанного, но довольного лентяя». Лоуренс одобрительно хлопнул в ладоши: — «Звучит как карьерная цель!» Александр, смеясь так, что начинал икать, добавил: — «Если бы ты работал так, как шутишь, ты бы уже стал президентом». Лоуренс ухмыльнулся: — «Президент? Нет уж. Это слишком большая ответственность. Но вот король диванов и мастер непринуждённого избегания дел — это мой стиль». Шаман с поклоном подытожил: — «Твоё будущее, Лоуренс, это не просто комедия. Это эпос. И знаешь, что самое прекрасное? Ты будешь главным героем, который из всех трудностей выбирается не трудом, а за счёт остроумных комментариев и умного друга». Лоуренс подмигнул Александру: — «Ну что, гений, готов меня вытаскивать из следующей передряги?» Александр, всё ещё утирая слёзы смеха, только махнул рукой: — «Да что с тобой ещё делать, как не вытаскивать? Главное — не потеряй по дороге оба носка. И меня заодно». Шаман задумчиво водил пальцами над картами, его лицо приобрело озабоченное выражение. Наконец, он прищурился, словно уловил что-то невероятно важное, и заявил с театральной серьёзностью: — «По картам вижу: долго жить не будешь. Но на то и видно... язык слишком длинный». Лоуренс, не моргнув глазом, расплылся в ехидной ухмылке и мгновенно парировал: — «Что ж, выходит, моя жизнь — это лимитированная серия. Но зато, пока она идёт, я заставлю всех сожалеть, что не выдали мне инструкцию “Как заткнуть Лоуренса”». Шаман, не растерявшись, поджал губы и добавил: — «Вот именно, юноша. Инструкции не завезли, но слышу, что твой язык может вызвать локальную катастрофу. Тебе бы его страховать, на всякий случай». Лоуренс кивнул с притворной серьёзностью: — «Страховка? Отличная идея! Давайте, и ещё пару полисов на всякий: один от нападения на нервы, другой от внезапных приступов остроумия». Александр не выдержал и снова захохотал: — «Боюсь, братец, полис от тебя уже никто не купит. Тут риски неподъёмные». Лоуренс, пожимая плечами, заключил: — «Значит, я ходячий катаклизм. По крайней мере, я интереснее метеоритов». Шаман усмехнулся, склонив голову: — «Ну что ж, будь готов, Лоуренс. Если твой язык не укоротит тебя, то уж кто-нибудь обязательно захочет попробовать». Лоуренс выдохнул, как будто эта угроза его ничуть не смутила: — «Попробуют? Пусть! Главное — успеть рассказать им всё, что я о них думаю, до того, как они это сделают». Путь обратно в кампус Оплатив по пять долларов каждый, друзья вышли из палатки и направились обратно в университет. — «Так значит, богатая невеста, да?» — задумчиво произнёс Александр, глядя на небо. — «Только смотри, не прогадай. А то вдруг придётся всю жизнь следовать советам шаманов», — подмигнул Лоуренс. — «Главное, чтобы свадьба была с носками», — съязвил Александр. Их хохот разнёсся по тихой улице, оставляя за собой эхо беззаботного вечера. Этот день они точно запомнят на всю жизнь. Сноски : Роберт Моррис-родился 20 января 1734 года в Ливерпуле, Англия, и умер 8 мая 1806 года ,один из самых богатых людей в колониальной Америке,