Фараонка

      Лада вздрогнула, теряя равновесие. Плечи толкнуло назад, и она полетела вниз, повалившись навзничь. Что-то сильно ударило в живот, придавая ускорение. Затылок дернуло, звонко звякнули зубы, едва не прихватывая кончик языка, копчик прошило насквозь. Она взвыла. Ло бы отползти, скрючиться, свернуть эмбрионом, баюкая отбитые кости, но живот тянуло вниз, давя на кишки. Она открыла глаза, промаргивая разноцветные мушки.              На нее смотрело что-то.              Два глаза друг над другом расплывались и моргали, горя безумным огнем, плавящим кости и кожу.              Ло вскрикнула, пытаясь отползти, сдвинуться. Безуспешно. Только черные глаза придвинулись еще ближе, расплываясь в темные кляксы, поглощающие солнце. Ей казалось, что глаз уже не два, а восемь или двенадцать. Она кружатся по морде чудовища как в хороводе и целенаправленно сводят с ума.              — Нашел, — прорычало чудище, притираясь ближе, так что грудью Ло чувствовала кожу, а на подбородке ощущалось чужое поверхностное дыхание. Под ухо уперся кончик носа. По ощущениям вполне человеческого. Повел по линии челюсти и дальше к шее. Принюхиваясь.              Существо одобрительно рыкнуло.              — Да, правильно нашел.              Лада пыталась напрячь мышцы живота, изогнуться, сбросить это куда-то с себя. Не могла. Тело застыло в оцепенении. Сердце билось где-то в глотке. И даже пальцы не разгибались, судорожно держась за что-то под ней.              — Ло… — проурчало существо, смачно облизывая шею.              «Это… что? Эротический кошмар?» — хихикнула девушка своим мыслям.              Зря. Точно зря.              Оно подняло голову, отстранившись достаточно, чтобы его лицо больше не сливалось в невнятную кляксу. Смуглое, юное, с круглыми черными глазами и растрепанными волосами, ртом, сложенным в вечной улыбке. Лицо с неаккуратно зашитым шрамом под глазом. И как итог, как добивающий аккорд: на макушке — соломенная шляпа.              У Ло перехватило дыхание.              Юноша будто бы сошел со страниц манги или вылез из экрана ноутбука. Она даже кажется заметила краешек шрама на груди.              — Луффи… — пробормотала она, оседая вниз.              Разве…              Разве это возможно?              Как…              Как?              Почему?              Луффи не думал. Он, довольно ворча, вернулся к ее шее.              — Ты помнишь…              — Помню? — пробормотала она. Тот кивнул, не отрываясь от кожи. Шея и плечи уже блестели от пота и слюны. Чудище останавливаться не хотело, пуская в ход зубы, раздавая укусы как благословения. Она вздрогнула, когда зубы дернули сосок.              Подождите.              Она не готова!              — Стой! — вскрикнула она, отдирая его от себя. Безуспешно. И перед глазами вспыхнули на мгновения буквы на пальцах, складывающиеся в слово "Смерть". Буквы, которых пока у нее не было.              — Убегаешь? — рыкнул он. В черных глазах загорелся было погасший огонек.              Ло дернулась, но ее тут же обвили гибкие конечности, не давая двинуться. Она повернула подбородок, краем сознания цепляясь за черный цвет кожи.              Воля… откуда?              — Ты опять сбегаешь! Опять! — почти закричал Луффи, сжимая девушку. Гибкий язык коснулся уха, проходясь по раковине. Жесткий, слишком жесткий для доброго главного героя голос шепнул: — Ты не сбежишь. Я не дам. Ты же не сможешь сбежать, если будешь частью меня, верно?              — Что…              И закричала, когда зубы впились в плечо, кусая до крови, до мяса. Вырывая кусок кожи и мышц. По груди потекло горячее. Над ухом противно чавкало.              — Сладко, — протянул детский почти счастливый голос, — Хочу еще!              — Нет! Нет!              Укусы спускались вниз, вырывая куски мяса с груди и ребер. Ло кричала, а чудище с лицом ребенка пировало на ее костях. Обгладывало пальцы, высасывало костный мозг из бедренных костей, смаковало выдавленный глаз как устрицу.              — Ты — моя… и ты… останешься… со мной…