Малфой. Грейнджер. Ложь.

Они это не обсуждали. Ни в понедельник, когда шли рука об руку к гриффиндорскому столу, ни позже во время занятий в библиотеке. Ни во вторник на уроке ЗОТИ, сидя рядом друг с другом. В среду, встретившись около Большого зала и проигнорировав ее протянутую руку, Драко обхватил талию гриффиндорки и открыл двери в столовую. — Решил, что немного разнообразия не повредит, — прошептал он и провел ее к Поттеру и Уизли, сухо кивнув в ответ на их приветствие. — Ну что, Гермиона, за кого сегодня будешь болеть? — прищурившись, спросила Джинни. — Надеюсь, ты не заявишься на игру в той уродской майке с номером один и фамилией хорька? — Я болею за Гриффиндор, — спокойно ответила Гермиона, накладывая салат. — И хорек тебя не накажет за такую дерзость? — выгнула бровь Джинни. — Под «накажет» я имею в виду… — Да, я поняла, — зло зыркнула на подругу Грейнджер. — Нет, мы договорились, что игры с Гриффиндором — нейтральная зона. — Не знала, что с ним можно договориться, — закатила глаза рыжая. — Кстати, о наказаниях. Ну и как он? — Кто «он»? — моргнула Гермиона. — Малфой, конечно, — посмотрела на нее, как на слабоумную, Джинни. — Что Малфой? — потеряв нить разговора, спросила девушка. — Как он в наказаниях? — намекала на что-то Уизли. — Джинни, я не понимаю о чем ты, — отпивая какао, сказала Гермиона. — Я про секс, мисс невинность, — раздраженно цокнула Джинни. — Как он в постели? От неожиданности Гермиона захлебнулась и выплюнула какао, как пульверизатор. Слава Мерлину перед ними никто не сидел, поэтому пробормотав неловкое «простите» и убрав беспорядок с помощью магии, она повернулась к подруге, которая наблюдала за этим происшествием в потрясении. — Что? Ты имеешь в виду… его… и меня? — Ты с кем-то еще встречаешься? — саркастично спросила рыжая. — Я помню, ты говорила, что вы еще не спали в сентябре. Но уже месяц прошел. О Малфое ходит много слухов по замку, хочу узнать, что из них правда. И, кстати, я оскорблена, что ты сама не рассказала мне о том, что лишилась девственности. Я думала, мы подруги! — недовольно сложила она руки на груди. — Я… — растерялась Гермиона. Она не знала, что сказать, чувствуя, что начинает краснеть, но, быстро взяв себя в руки, попробовала сменить тему. — Кстати, об этом, куда ты делась после танца с Забини? Я что-то тебя не видела. — С Дином была, — не повелась на маневр Джинни. — Ты реально пойдешь с Забини на свидание, если они выиграют? — попробовала снова Грейнджер. — Во-первых, мы не проиграем. Во-вторых, даже если такое случится, я привыкла держать свое слово — схожу, — кивнула сама себе Джинни. — На самом деле, думаю, это будет довольно весело: он секси, хоть и кобель, но мне же не замуж за него выходить. И давай не переводи тему: что там с Малфоем и его горизонтальными достижениями? — Я не буду обсуждать это при всех, Джинни, и мне уже пора: у меня встреча с Макгонагалл, — сбежала от разговора Гермиона под недовольное фырканье подруги, которая ни на секунду ей не поверила. — Я все равно заставлю тебя рассказать мне об этом во всех сочных подробностях! — крикнула ей вслед Уизли, с прищуром глядя на убегающую спину подруги. Еще не хватало обсуждать такое… Она только-только смогла заткнуть вопящее сознание, которое несколько дней стучало ей изнутри черепной коробки и шептало: «Тебе же понравилось? Я знаю, что понравилось». Разум, который всегда был союзником девушки, ее вероломно предал. В наказание, Грейнджер надела на себя эфемерный кляп, который должен был выполнить две функции: заткнуть внутренний взбесившийся голос, а еще запечатать рот, чтобы поцелуя, который выбил у нее землю из-под ног, больше не произошло. Еще хуже эту ситуацию делало то, что это даже настоящим поцелуем было сложно назвать. Но эффект, произведенный простым соприкосновением губ, ясно давал понять гриффиндорке, что будь этот поцелуй настоящим, она бы пропала прямо там: посередине Большого зала на глазах всей школы. Прокручивая это на повторе, она шла с занятия у Макгонагалл, где отрабатывала обратный Обливиэйт, и после пары уроков оказалась на трибунах. Рядом сидел Невилл. — Привет, — улыбнулась она другу. — Крутой плакат. — Привет, — кивнул он. — Спасибо. Мне Луна помогала, — тепло посмотрел он на Лавгуд, которая сидела рядом. — Вышло здорово, — сказала Гермиона. — Ты сегодня болеешь за Драко? — спросила Луна. — Ну… как его девушка — да. А как Гермиона Грейнджер — за Гриффиндор, — призналась она. — Понятно, — протянула блондинка. — Вы красивая пара, хоть и зажаты — вам надо чаще целоваться, — мечтательно сказала она. — Мы… я не люблю делать это на публике, — пробормотала Грейнджер, теребя нитки гриффиндорского шарфа. — Дети у вас будут красивые, — продолжила Луна, уставившись в небо, где уже началась игра. — У нас не будет детей! — слишком громко ответила Гермиона и тут же спохватилась: — Мы же не женимся. Мы просто… встречаемся. Веселимся, знаешь. — Но дети все равно будут красивые, — прикусила губу Полумна. — У Малфоев, вроде, не может быть несколько детей, — включился в обсуждение Невилл. — Бабушка говорила, что на них проклятие: у них рождается только один ребенок в браке, и всегда мальчик. Чтобы не было конкуренции или что-то такое. — Чистокровные просто больные на всю голову, — покачала головой Гермиона. — Вообще-то мы с Невиллом тоже чистокровные, — заметила Луна с той же своей прозрачной интонацией. — Хотя мне часто говорят, что я больная на голову, — и улыбнулась, как будто вспомнила что-то доброе. — Нет-нет, я не это имела в виду. Я именно про его семейку, — поспешила оправдаться гриффиндорка. — Ну, ты можешь стать той, кто это изменит, — загадочно протянула Полумна. Гермиона ничего на это не ответила. За месяц она стала ниндзя в мире лжи, но еще не настолько помутилась рассудком, чтобы протолкнуть в глотку слова о том, что она будет матерью его детей или изменит его семью. Это было уже за гранью. Она переключилась на игру, ища глазами Гарри и Джинни, но глаза, сами собой, наткнулись на белобрысую макушку Малфоя. Он летал высоко в небе со сосредоточенным видом, пока Поттер кружил в другой стороне поля. Матч шел уже больше часа, и Гермиона начала терять терпение — она надеялась, что Гарри схватит снитч как можно скорее, чтобы можно было вернуться к по-настоящему важным делам. Но игра игнорировала ее мольбы. Спустя еще час она уже откровенно скучала и перечисляла в своей голове зелья и их рецепты, чтобы хоть как-то занять время. Рассеянно оглядывая трибуны, она вдруг заметила резкое движение: Гарри и Драко синхронно рванули с места, мчась в одном направлении. Толпа вскочила, крича их имена. Ловцы шли бок о бок — и вдруг Малфой резко направил метлу вниз, а Гарри — вправо, делая разворот. Драко преследовал снитч вместе с Поттером, как вдруг мяч, резко поменяв траекторию, нагло пролетел между ними в обратную сторону. Малфой рванул вниз, предполагая, что заветный приз еще раз попробует обмануть игроков и, развернувшись в вертикальном полете под коллективный вздох ужаса с трибун, он увидел золотое сияние. Поттер ошибся, и был довольно далеко. Прижавшись к древку, блондин набирал скорость в попытке догнать снитч. Он видел, что Золотой мальчик также несется к золотому мячику на всех порах, но слизеринец был ближе и, спустя десять секунд, крылатый талисман забился в его выставленной вверх руке под громкий рев зеленой части трибун. — Со счетом 250:100 победу в этой игре одерживает Слизерин! — раздался голос комментатора. — Весной в финале мы снова увидим жаркое противостояние между Слизерином и Гриффиндором, которые решат чье место первое, а также между Когтевраном и Пуффендуем, где определится третье и четвертое. Гермиона пошла к полю, чтобы поддержать Джинни и Гарри, которые обессилено опустились на землю, тяжело дыша. Слизеринцы еще были в небе, выписывая победные пируэты. — Ребята, мне так жаль, — обняла их по очереди Грейнджер. — Пустяки. Главное — финал, — отмахнулся Гарри, все еще хватая ртом воздух. — Тебе придется идти на свидание с Забини, — состроив брезгливую гримасу, сказала Гермиона подруге. — Джинни, ты ничего ему не должна, — мрачно добавил Гарри, снимая перчатки. — Не хочешь — не иди. — Да ладно, схожу, — рассмеялась Уизли. — Посмотрю, насколько правдивы слухи. Зеленые начали спускаться вниз, и Гарри шепнул подруге на ухо: — Не верю, что мой рот это произносит, но… ты должна кинуться ему на шею. — Что? — вытаращилась на друга Гермиона. — Девушки так делают, когда их парень выигрывает, — сдержанно добавил он. — Гарри, я не буду, — прошипела гриффиндорка. — Гермиона, ты его девушка, а он — ловец, благодаря которому они выиграли. Если ты этого не сделаешь, все подумают, что тебе плевать. — Ты прав, — процедила она сквозь зубы, а затем сказала друзьям громче: — Заранее прошу прощения за то, что я сейчас сделаю! Гарри услышал в этом: «Простите меня за предательство всех своих ценностей и за то, что я встречаюсь с нашим врагом и сейчас обниму его». А Джинни услышала в этой фразе: «Я болела за вас, но он выиграл. Я влюблена… простите». Малфой спустился на землю, переговариваясь с Блейзом, который светился от счастья в предвкушении свидания. Драко был уверен, что мулату плевать на победу факультета, он был рад исключительно тому, что победил Уизли и у него появился реальный шанс затащить ту в постель. Настроение было отличное, несмотря на серое небо и ветер, который пробирал до костей даже разгоряченное тело. Все хлопали его по спине, поздравляя, как вдруг он увидел вихрь шоколадных кудрей, и гриффиндорка с разбега врезалась в него, повиснув на шее и отрывая ноги от земли. Он рефлекторно поймал ее за талию и остался стоять с распахнутыми глазами, спрятанными за ее буйными кудрями. — Милый, я так горжусь тобой! — услышал он ее голос. «Что, мать его?!» — Грейнджер, ты что, пьяная? — прошептал он ей в ухо, все еще держа на весу. — Гарри сказал, что девушки ловцов так делают, — раздраженно прошипела она ему в ухо, а затем громче добавила, становясь ногами на землю, но не размыкая рук на шее. — Я, конечно, расстроена, что Гриффиндор проиграл… но ты был великолепен! — Спасибо, детка, — расплылся он в победной ухмылке. — Посвящаю эту победу тебе. «Святой-святой Поттер всегда придет на помощь», — морально закатил глаза Драко. — Ну что, лисичка, какие планы на субботу? — растянув губы в хищной улыбке, спросил Забини у гриффиндорки. — Планирую приручить кобру. Мне брать с собой дудочку? — язвительно ответила Джинни. — Я тебе выдам дудочку, дорогая, можешь дуть в нее, сколько пожелаешь, — ответил он с плотоядной улыбкой. — Блейз, не нарывайся, — холодно сказал Гарри, скрещивая руки на груди и смотря на него взглядом «Мерлин, ну и придурок». — Смотри, как бы ты не подсел на мою игру, змей, — парировала она. — Предлагаю провести репетицию, лисичка. Сегодня в гостиной Слизерина мы будем отмечать победу. Грейнджер наверняка придет вручить подарок Драко — я бы тоже не отказался от поздравлений. Блондин и шатенка синхронно одарили его испепеляющим взглядом. «Можно мне хоть один вечер провести без гриффиндорской мыши?» — раздраженно подумал Малфой. «Можно проявить ко мне хоть капельку милосердия, Мерлин?» — пронеслось в голове у Грейнджер. — Испортить вечер змеям? Да легко! Вызов принят! — Джинни вскинула подбородок, глаза ее сверкнули, как у дикой кошки, готовой к прыжку. — Джинни, прекрати. Я не пойду в этот склеп, — вырвалось у Гермионы. — Да ладно тебе, — отмахнулась подруга, — будет весело. Неужели тебе не интересно, как там внутри? — Ни капельки, — быстро покачала головой Грейнджер. — Если вы думаете, что я позволю девочкам войти в ваше логово, вы явно спятили, — все еще стоя с руками скрещенными на груди, сказал Гарри. — Так уж и быть, Поттер, покажем и тебе, что такое веселье, — отмахнулся мулат. — Ждем вас в девять. — Но отбой в десять! — воскликнула Гермиона, надеясь, что этот аргумент поможет. — Так оставайся в постели своего парня до завтрака, — подмигнул ей Блейз, игнорируя блондина, который пытался его поджечь взглядом, и, насвистывая, пошел в сторону раздевалок.

***

Вечеринка была в самом разгаре, когда Драко наконец спустился в гостиную. До этого он орал на Забини добрых двадцать минут. Неужели он не может хоть один вечер не играть влюбленного идиота, Салазар?! — С такими друзьями и врагов не надо, блять! — рявкнул он в финале тирады, но Блейз только развел руками: — Малфой, я хочу трахнуть Уизли. Мне плевать на твои душевные муки. Проиграв спор, Драко натянул черное поло и темные брюки, налил себе огневиски и устроился на диване. В комнате царил полный хаос: музыка гремела, половина Слизерина уже была пьяна в стельку. — Что-то наши дамы задерживаются, — рухнул рядом Блейз с пустым стаканом. — Молюсь всем богам, чтобы они вовсе не пришли, — ответил Драко, делая глоток из своего рокса. — Ты такой брюзга, — закатил глаза мулат, обновляя себе напиток. В этот момент к ним подошел чуть запыхавшийся Гойл: — Эм… Там это… Поттер, Уизли и Грейнджер. Говорят, вы их пригласили. — Да, впусти их! — делая глоток из рокса, сказал Блейз и встал на ноги, потянув за собой Малфоя. — Я тебя придушу, Забини, — прошипел Драко сквозь зубы. — О, какие люди! — театрально воскликнул Блейз, раскинув руки. — Уизли, выглядишь сногсшибательно, — он чмокнул Джинни в щеку. — Забини, ты выглядишь чуть лучше болотной жабы, — фыркнула она, отстраняясь. — Где тут наливают? — Конечно, лисичка, сейчас все сделаем, — взял он ее за руку и повел к диванам. — Не понимаю, что они в нем находят, — покачала головой Гермиона, обращаясь к Гарри. — Ты у меня спрашиваешь? — фыркнул он, двигаясь рядом. — Детка, рад, что ты приняла приглашение, — обнял ее Драко за плечи, прислоняя к себе. — Какого черта вы приперлись? — прошипел он ей ухо, пока прижимал к себе. — Джинни меня заставила. Я бы лучше слизня проглотила, чем провела с тобой лишние десять минут, — ответила тем же она и отстранилась. — Пойдем, — сказал он, закатив глаза. Все диваны были заняты, оставалось только кресло. — Мы там не поместимся, — шепнула парню Гермиона, бросив взгляд на узкое сиденье. — Сядь на подлокотник, — ответил он, падая в кресло и потянув ее за собой. Гермиона присела, пытаясь словить баланс. — А что, теперь у нас открытый факультет? Или это шоу благотворительности? — скривилась Дафна. — Они празднуют нашу победу, — ухмыльнулся Драко. — Я повторяю свой вопрос: где здесь наливают? — переспросила Джинни. — Держи, красотка, — протянул ей рокс с огневиски Блейз. — Поттер, каким ветром тебя занесло в наше скромное логово? — спросила Пэнси, отпивая вино. — Слышал, что змеи заглатывают жертву целиком. Пришел убедиться, что с моими подругами все в порядке, — невозмутимо ответил Гарри, делая глоток огневиски, который ему протянул Забини. — Лонгботтом рассказал? — выгнула она бровь с улыбкой. — Нагайна рассказала. Мы с ней как-то мило поболтали в Годриковой впадине, — ответил Гарри. — Точно, ты же говоришь на парселтанге, — задумчиво ответила слизеринка. — Уже нет. — Как так? — удивилась Дафна. — Это была способность Волдеморта. Пропала связь — пропал и навык. Вы же не думаете, что я потомок Салазара? — фыркнул Гарри. — Шляпа, конечно, предлагала мне пойти на Слизерин… пока не увидела, что у меня есть и мозги, и совесть. — Шляпа хотела отправить тебя на Слизерин? — удивленно переспросила Пэнси. — Ага. — Грейнджер, Уизли, надеюсь, хоть вас к нам не зазывали? — Меня нет, все Уизли — представители Гриффиндора, а вот Гермиону шляпа хотела отправить на Когтевран, — ответила Джинни. — Ну конечно, гигантский мозг и все такое, — лениво сказал Драко, крутя стакан в руках. — Храбрость перевесила, — сверкнула глазами Грейнджер. — Все же для того, чтобы встречаться с тобой, дорогой, безрассудство — ключевая характеристика, — мило улыбнулась ему Гермиона. — Как и стальные нервы и изворотливость, чтобы быть с тобой, детка, — вернул он ей улыбку. — Меня сейчас вырвет, — пробормотала Дафна, отводя глаза. — На, Грейнджер, а то сидишь без дела, — протянула ей бокал вина Паркинсон. — Я не пью, — автоматически ответила Гермиона. Драко положил руку ей на бедро, чтобы показать, что между ними есть хоть какой-то контакт, и гриффиндорка, сглотнув, добавила: — Хотя знаешь, чтобы сидеть в вашем подземелье, мне нужен допинг, — выхватила она бокал из ее рук. — Пойдем потанцуем, Уизли, — уже потянул Джинни за руку Забини, не дожидаясь ответа. — Какие Ж.А.Б.А будешь сдавать? — спросил Гарри у рядом сидящей Пэнси. Слизеринка округлила брови, не ожидая, что тот к ней обратится. — ЗОТИ, Трансфигурацию, Зелья, Травологию и Заклинания, — небрежно перечислила она. — А ты? — Тоже. Ты хочешь стать мракоборцем? — удивленно спросил парень. — Идти в Министерство? Салазар, упаси, — фыркнула она. — Может, вообще не буду работать, может начну заниматься дизайном одежды. Мне всегда было это интересно, хотя мать слабо в это верит. Ее идеальный сценарий — сбагрить меня замуж и жить на проценты от выгодной сделки. — Звучит ужасно, — честно сказал Гарри, — но, по-моему, ты не из тех, кому можно что-то навязать. Ты стильная, и кажется, с характером — так что, если начнешь, точно чего-то добьешься. — Поттер, я впечатлена. Ты не так безнадежен, как я думала, — усмехнулась Пэнси. — Но, знаешь, моя мать та еще манипулятивная сука. Однако я не отчаиваюсь, если что, возьму пару уроков у мамы Блейза на курсе: «Как быть вдовой. Многократно». — Звучит как план, хотя я, как будущий аврор, не одобряю убийств, — улыбнулся парень. — Ну, тогда сбегу, — сделала она еще глоток. — Или назло ей выйду замуж за кого-то другого. Ты бы стал прекрасным вариантом, она бы из окна выбросилась. Нет, Рональд Уизли еще лучше — это минимум инфаркт, — мечтательно протянула Паркинсон. Прошло полчаса. Джинни видно не было, после того, как она пошла танцевать с Забини. Гарри сидел и болтал с Пэнси, и это начинало откровенно нервировать Гермиону. Драко спорил с Тео о зельях и их применении. А она сама… она сидела как сова на жердочке, с ощущением, что вот-вот покроется мхом от скуки. — Тебе подлить? — спросил Драко, отрываясь от разговора. — Да, можно, — кивнула она. — Сейчас умру от скуки. — Так развлекись, Грейнджер. Или ты рассчитывала, что я устрою тебе шоу? — усмехнулся он, наливая ей вино. — Я вообще на тебя не рассчитываю, Малфой, — холодно ответила она, вставая. — Где у вас уборная? — Наверх по лестнице и направо, — кивнул он, провожая ее взглядом. Гермиона вошла в общую ванную для девушек. Просторное помещение было затянуто паром — кто-то принимал душ. Она подошла к зеркалу, выдохнула и начала приводить себя в порядок. В этот момент из-за двери появилась Дафна. — Решила все здесь пометить? — язвительно бросила та, облокотившись на косяк. — Гринграсс, тебе еще не надоело? — устало ответила Гермиона, даже не оборачиваясь. — Если у тебя проблемы с Малфоем — решай их с ним. Не надо втягивать в это меня. — У меня нет проблем с Драко. Проблема — ты. Гермиона повернулась, скрестив руки на груди. — Я? Что я тебе сделала? — Мы с ним поженимся. — Поздравляю, — кивнула она, собираясь пройти мимо, но Дафна перегородила ей путь. — И все? — Что ты хочешь, Гринграсс? Чтобы я зарыдала? — Просто будь честна хотя бы с собой. Ты же понимаешь, что не подходишь ему. Он чистокровный. А ты — проект милосердия. — Скучная пластинка, — поморщилась Гермиона. — Мне жаль, что ты до сих пор думаешь, будто происхождение определяет ценность человека. — Ты просто его новая кукла, Грейнджер. — А ты старая, — парировала она. Улыбка Дафны дрогнула, но она быстро взяла себя в руки. — Он никогда на тебе не женится. Поиграется — и вернется ко мне. — Гринграсс, дай пройти, — попыталась отодвинуть ее Гермиона. — Он даже внимания на тебя сегодня не обращал! — Странно, я думала, он вообще никого не видел, кроме своего рокса, — ответила Грейнджер. Дафна склонила голову набок, губы дрогнули в мерзкой, медленной ухмылке. — Мы спали вместе. В начале октября. После вашего свидания. Он пришел ко мне, злой, раздраженный. И остался до утра. Гермиона замерла. — Что ты сказала? — тихо переспросила она. — Неужели не слышно? — сладко протянула Дафна. — Мы. Переспали. Прямо после того вечера, когда вы отмечали свою великую дату. — Да? Я за вас счастлива, — отпихнула ее гриффиндорка и пошла вниз по лестнице. Вот ублюдок. Она же просила его — нет, этот кобель никогда не делает то, что ему говорят. Она терпела его оскорбления, его мерзкий характер, его закидоны, но все: это того не стоит. Она не позволит выставить ее в глазах общества дурой. Хочет трахаться? Тогда может забыть о том, чтобы она играла роль его девушки. «Сукин сын. Да простит меня Нарцисса!» Гермиона вошла в гостиную, почти не дыша. Ни Джинни, ни Гарри видно не было, а Малфой по-прежнему сидел в кресле, смеясь с какой-то шутки Тео. Она не думала. Гриффиндорка подлетела к столику, схватила свой бокал с вином, и — не моргнув — плеснула его содержимое на Драко. — Ты… — прошипела она. Малфой резко поднялся, уставившись на свое поло, в которое алыми разводами впитывалось мерло. — Все кончено, — в ярости процедила девушка. — С меня хватит. Я не о многом тебя просила, но ты и этого не смог выполнить, долбанный мудак. Дальше разбирайся со своими проблемами сам! Гермиона двинулась к выходу, оставляя ошарашенного слизеринца и его однокурсников позади. Она уже дошла до портрета, когда кто-то схватил ее за локоть и потянул назад. — Ты спятила?! Какого хрена, Грейнджер?! — Я просила тебя лишь об одном! — тыкнула она указательным пальцем в пропитанное вином поло. — Неужели это так сложно, мать твою?! — Ты, блять, о чем вообще говоришь?! — взорвался он. — Ты просто кобель, который… — Малфой закрыл ей рот рукой, не давая закончить предложение при однокурсниках, которые наблюдали за разворачивающейся сценой. Гермиона замычала, пытаясь вырваться, но блондин схватил ее за талию, поднимая, и потащил к портрету. — Отпусти меня сейчас же, Малфой! — мычала она ему в руку. — Я тебя ненавижу! Ты гребаное исчадие ада! Как я могла вообще подумать, что с тобой можно о чем-то договориться?! Ты же эгоистичный, самодовольный, похотливый… Однокурсники не дослушали ее речь, потому что хлопнул портрет, скрывая от пары довольную Дафну, которая стояла на лестнице с широкой улыбкой. — Грейнджер, ты вообще больная?! Какого хера ты позволяешь себе: давно не была на пороге смерти? — процедил Драко, применяя на себе Очищающее и кинув на них Заглушку, зная, что эта стерва будет орать как гребаная пикси. — Ты нарушил договор! — Гермиона с силой оттолкнула его в грудь. — Я поцеловал тебя, потому что так было надо! Ты тоже меня поцеловала после того ужина! Считай счет 1:1 — я его закрыл! — Да плевать мне на поцелуй! — Тогда какого хрена ты несешь?! Он уже стоял почти вплотную. Дыхание в дыхание. Серые глаза метались, ища смысл в ее яростном лице. — Ты спал с Гринграсс после нашего ужина, долбанный лжец! — выкрикнула она. — Что, зелье похоти тебе передалось через мою слюну?! Или устрицы так подействовали, что ты не удержал себя в штанах?! — кричала она. — Я тебя предупреждала: я не собираюсь уничтожать свою репутацию ради тебя — я просто должна обелить твою! Ты не можешь мне изменять!!! Драко уставился на нее, ничего не понимая. С кем он спал? Что за херня? — Какая мерзость, — ввалился в гостиную Драко после ужина, вытирая рот. — Драко, надо поговорить! — перед ним резко возникла Дафна. — Я не в настроении, — бросил он и попытался обойти ее. — Нет, стой! — схватила она его за локоть. — Драко, ты же не серьезно? Какая Грейнджер? Ты не можешь быть влюблен в нее — прекрати ломать эту комедию! Ты просто злишься из-за того парня из Дурмстранга, да? Мне плевать на него! Я думала, ты поедешь в Азкабан! Я испугалась и запуталась. Да, я не права, хоть мы и не встречались. Если ты так хотел меня проучить — хорошо, я усвоила урок. Давай начнем все снова. Брось ее, не позорь свое имя! — Да мне глубоко насрать на тебя и того мудака, — отрезал он, выдергивая руку. — Освободи проход. — Драко, — Дафна шагнула вперед, встав у него на пути. — Нам же было так хорошо вместе. Вспомни, — девушка прижалась к нему губами. Малфой застыл. — Давай, дорогой, ответь мне, и я все прощу, — прошептала ему в губы Гринграсс. — Дафна, — отшатнулся он от нее, — я с Грейнджер. Я не собираюсь с тобой сходиться. Не лезь ко мне, ясно? — прорычал он ей в лицо. — Найди себе кого-то еще и, Салазара ради, не еби мне мозг! Драко отвис. — Я не спал с ней! — Тебе не нравится формулировка? — сдавленно усмехнулась Гермиона. — Потому что она не осталась до утра? Окей. Трахался. Занимался сексом. Вошел в половую связь. Овладел ею. Занялся любовью. Хочешь еще синонимов? — Я не трахался с Гринграсс, идиотка! — взревел он. — Да ты что? Я на дуру похожа?! — Ты и есть дура! — отрезал Малфой. — Она поцеловала меня, я не ответил. Я не спал с ней! — Мне насрать, спал ты с ней или нет! — выкрикнула она. — Тогда чего ты от меня хочешь?! — Ты мне соврал! Вот, что меня бесит, Малфой! — С чего ты вообще решила, что я с ней трахался? — уже из последних сил пытался сохранить рассудок Драко. — Она мне сказала пять минут назад! — Она тебе сказала? — прищурился он, переходя в утробный рык. — Да! — воскликнула красная от злости Гермиона. — Тупая идиотка… Он развернулся резко, почти ломая себе плечо. Подошел к портрету, ударил по раме с такой силой, что дерево взвизгнуло. Холст отворился с грохотом, и Малфой исчез за ним, как ураган. — Малфой, не надо! — кричала ему в спину Гермиона, пытаясь догнать парня, когда срастила все факты. «Ну что за идиотка: как я могла поверить Гринграсс?!» Драко ворвался в гостиную и увидел Дафну, которая сидела на диване и болтала с младшей сестрой. Он подлетел к ней и, поставив руки около ее головы, навис над девушкой. — На что ты вообще надеялась, кретинка… — обманчиво спокойно сказал он. — Драко… — вжалась в спинку дивана Гринграсс, а ее зрачки дернулись к выходу. — Ты правда думала, что тебе достаточно сказать, что я тебя трахнул, и Грейнджер поверит? Что я не опровергну это? — Драко, пожалуйста, я просто… просто вышла из себя, — лепетала слизеринка. — Малфой, отпусти ее, — попыталась вмешаться Гермиона, потянув его за рукав. — Не мешай, — отмахнулся он, даже не глядя. — Ну так что? На что ты надеялась, а, Дафна? — Вы не подходите друг другу… Это же… — голос ее дрожал, — это же нелепо. Ты же сам целовал меня. — Я? — Драко усмехнулся, будто услышал шутку. — Это ты полезла ко мне. А я сказал «нет». Слушай внимательно, повторять я не буду, — прошипел он угрожающе тихо. — Еще раз ты влезешь в мои отношения, я тебя закопаю. Я встречаюсь с ней, — показал он пальцем в сторону своей лже-девушки. Гермиона все еще безуспешно пыталась оттащить его от слизеринки, над которой он навис как коршун. — Я влюблен в Гермиону Грейнджер. Гребаная ведьма меня просто, блять, приворожила. Дафна замерла. — Поэтому отъебись от нас и найди себе новую жертву. Ты поняла?! — Да вы даже не взаимодействуете! — выплюнула она. — Я тебя знаю, Драко! Что это вообще был за поцелуй на балу?! Ты так не целуешься! — Это не твое дело, как и кого я целую, — процедил он. — Я не собираюсь оправдываться перед тобой. — Малфой, хватит, отпусти ее. Она все поняла, — снова дернула его Гермиона. — Ты бы никогда не стал встречаться с фригидной Грейнджер! — Дафна сменила защиту на нападение. — Она же просто серая мышь! Гермиона медленно выпрямилась и посмотрела на нее, как профессор на тупую ученицу. — Прости, не расслышала. Кто я? — Фригидная серая мышь, — оттолкнув Драко, вскочила Гринграсс и направила палец на гриффиндорку. — Что вы, трахаетесь под одеялом в темноте? У тебя теперь такие вкусы, а, Драко? Да между вами ни одной искры нет! — перевела она на него взгляд. — Гринграсс, еще раз оскорбишь ее… — голос Малфоя срезался почти до шепота, но был опаснее любого крика. — Ты жалкая, Дафна, — покачала головой Гермиона. — Я жалкая? — истерично рассмеялась слизеринка. — Это мне тебя жалко: ты дура, Грейнджер! Он использует тебя и выкинет! Такой, как он, никогда не женится на такой, как ты! — Да что ж вы все так замуж за него хотите?! — уже начала выходить из себя Гермиона. — Я не хочу замуж — ни за Малфоя, ни за кого-либо еще. У меня есть цели, желания и мечты. Я не собираюсь быть придатком к своему мужу, кем бы он ни был, поэтому закрой уже свой рот и не доводи меня. — Гермиона, что происходит? — рядом с ней показалась растрепанная Джинни, которая только что вошла в гостиную с Блейзом. — Мы уходим, — отрезала Гермиона, развернувшись к выходу. — Эта вечеринка перестала быть интересной. — Стоять, — рявкнул Малфой и развернул ее к себе. — Ты сегодня никуда не идешь, — потянул он ее за собой в сторону спален. — Малфой, ты совсем рехнулся?! Куда ты меня тащишь?! — Гермиона уперлась каблуками в пол, сопротивляясь. — Ты сегодня ночуешь у меня. Блейз, — посмотрел он на друга через плечо. — Без проблем, — отсалютовал ему мулат с улыбкой. — Что?! — попыталась вырваться Гермиона, но Драко подхватил ее на руки и начал подниматься по винтовой лестнице вверх. — Детка, не строй из себя скромницу, — громко заявил он на всю гостиную. — Я просто хочу, чтобы ты повторила то, что делала позавчера. — Ты что, псих? — прошептала она, округляя глаза. — Просто подыграй мне, Грейнджер. — Что? Что мне сказать?! — «Только если ты побьешь рекорд». Гермиона зажмурилась, мысленно проклиная весь Слизерин, потом распахнула глаза: — Только если ты побьешь прошлый рекорд, мой дракон, — крикнула гриффиндорка, заливаясь краской. В дверях спальни Драко опустил ее на пол и наложил Заглушающее заклинание. — И что это было? — спокойно спросила она. — Защитил твою фригидную честь, — пожал он плечами. — Не благодари. — Это еще зачем? — подозрительно сузила глаза Гермиона, заметив, как он запирает дверь. — Чтобы все думали, что мы трахаемся, — не оборачиваясь, ответил он, копаясь в ящике. — Мерлин всемогущий, — простонала гриффиндорка, садясь на край кровати. — И сколько мне здесь сидеть? Минут пятнадцать хватит? Я спать хочу. — Давай ты не будешь меня оскорблять, — недовольно сказал Драко, отрываясь от поисков. — Двадцать? — выгнула она бровь. — До утра. О, нашел! — достал он фляжку Блейза. — До утра?! Ты что, шутишь?! — вскочила Гермиона. — Салазар, как же трудно с девственницами, — закатил глаза он и сделал глоток. — Я не… Я не буду спать с тобой! — Не спи, — плюхнулся он на кровать в одежде. — Я ухожу, — двинулась она к двери. — Ты все испортишь, если выйдешь, — скучающе сказал он, делая еще глоток. — Я не хочу, чтобы все думали, что мы… — она понизила голос, — спим вместе. — Они убеждены, что ты со мной спишь. Иначе я бы с тобой не встречался. Я — Драко Малфой, детка. — Дай сюда, — она выхватила у него фляжку, сделала несколько глотков, зажмурилась. — Ужас, как мерзко. Надо послать Патронус Гарри. — Уизли ему скажет — она видела, что ты ушла. — Джинни будет переживать! — Это вряд ли. Думаю, у нее не будет на это времени, пока она с Блейзом, — ухмыльнулся он. — Что ты имеешь в виду? — нахмурилась Гермиона, садясь на другую кровать. — Они трахались. — Что? Нет! — быстро замотала головой шатенка. — Ставлю свое хранилище, что «да», — сделал еще глоток слизеринец. — Довольный Забини, гнездо на ее голове — все указывает на секс в каком-то из кабинетов. — Джинни не могла… — потрясено прошептала гриффиндорка. — Ты просто прелесть, Грейнджер, — засмеялся Драко. — Такая святая наивность. — Он же… он же перетрахал всех в замке! — Да, кстати, на кровати, где ты сидишь, — довольно заметил слизеринец. — Какая мерзость, — вскочила с мебели Гермиона, вызвав приступ смеха у Малфоя. — К столу я бы тоже не подходил, — продолжал издеваться он. — И к креслу тоже не рекомендую. Гермиона стояла, смотря на него с гневом. — И где мне спать?! На полу? — Скорее всего он тоже осквернен, — хмыкнул он. — Мерлин, здесь есть хоть одно место, где он бы не трахал кого-то? — закатила глаза Грейнджер. — Да, потолок. Хотя в этом вопросе ни в чем нельзя быть уверенным, — нахмурился Драко и снова рассмеялся. — Великолепно, — скривилась Гермиона. — Где, по-твоему, мне лечь? — Можешь лечь на мою, — поднялся он. — Ты думаешь, я лягу туда, где кого-то трахал ты? — прищурилась Гермиона. — Я никого здесь не трахал, — лениво перебрался Драко на кровать Блейза. — Ага, конечно, — фыркнула Гермиона. — Я брезглив и люблю ходить в гости, — он сделал глоток из фляжки и довольно прищурился. — Ты клянешься? — подозрительно сузила глаза Грейнджер. — В этом вопросе ни в чем нельзя быть уверенным, — ухмыльнулся Драко. — Малфой… — Да ложись ты уже, — устало сказал он, снимая поло через голову. — Что ты делаешь?! — резко отвернулась девушка. — Собираюсь спать, — закатил глаза Драко. — Голым?! — все еще стояла к нему спиной Гермиона. — Грейнджер, я просто снял майку, Салазар… — Ты ее наденешь? — Зачем, если я ее снял? — подошел он к шкафу и достал спортивные штаны, снимая брюки. — Малфой, я не буду спать в одной комнате с голым тобой! — Тогда не спи, — равнодушно ответил он. — Ты точно оделся? — с опаской спросила она, все еще стоя к нему спиной. — Да, — уверенно соврал он. Гермиона медленно обернулась… и замерла. Он стоял в одних темно-серых боксерах, лениво натягивая штаны, как будто делал это исключительно ради нее. — Малфой! — резко повернулась она назад пунцово-красная. — Все-все, я в штанах. Тебе надо раскрепоститься, Грейнджер, а то так и помрешь девственницей. — С чего ты вообще взял, что я… — Я тебя умоляю, — фыркнул Драко, даже не дожидаясь вопроса. — Ты точно одет? — недоверчиво переспросила она. — Повернись и узнаешь, — ехидно сказал слизеринец. Она повернулась — очень медленно — и первое, что бросилось в глаза: его голый торс. Идеальный, как в учебнике по Анатомии искушения: кубики, плечи, светлая кожа, и длинный, будто нарочно подчеркивающий линию тела, шрам от груди до ребер. На парне были серые низко посаженные спортивные штаны, которые открывали вид на явные косые мышцы. — Нравится? — выгнул бровь Малфой, ухмыляясь. — Я в ужасе, — буркнула Гермиона, пряча пунцовые щеки за волосами. Она подошла к кровати и применила к ней Очищающее заклинание. — Салазар, ты просто олицетворение занудства, — простонал Малфой, но тем не менее тоже махнул палочкой и очистил кровать Забини, прежде чем в нее завалиться. — Дашь мне что-то? — спросила Гермиона. — Ты о чем? — нахмурился Драко. — Майку, шорты. Только, умоляю, не Забини. Драко взмахнул палочкой, и из шкафа вылетела белая футболка и синие шорты. — Отвернись. — Тебе что, двенадцать? — закатил глаза Драко. — Отвернись, я сказала! — зыркнула на него Гермиона. — Да с радостью, не хочу ослепнуть — я еще столько всего не повидал, — повернулся на бок блондин. Гермиона проигнорировала завуалированное оскорбление. Она уменьшила шорты и, быстро скинув с себя свитер и лифчик, натянула футболку, то и время оглядываясь и проверяя, не подглядывает ли он. А затем села на кровать спиной к парню и стянула колготки и юбку, надевая шорты. — Долго еще? Я терпеть не могу спать на боку, — раздался глухой голос с другой кровати. — Сильнее, чем рыбу? — Что? — Ты говорил, что ненавидишь рыбу. Вот я и пытаюсь понять: что больше бесит — рыба или спать на боку? — Ты, — не задумываясь, ответил он. Гермиона в этот момент наклонилась, чтобы расправить постель. Драко повернул голову — и оказался лицом к лицу с ее задом, обтянутым уменьшенными шортами, которые, казалось, нарочно подчеркивали округлость. Полушария кокетливо выглядывали при каждом движении. Малфой сглотнул и отвел глаза. «Херовая идея. Прямо-таки блистательно херовая. Спать в одной комнате с девушкой, которую не собираешься трахнуть», — мысленно застонал Драко. Шестьдесят девять дней. Без секса. Он помнил каждый, мать его, день. И ночь. И особенно утро. Гермиона, ничуть не подозревая, какой кризис переживает сосед по комнате, забралась под одеяло до самого подбородка и погасила свет. — Спокойной ночи, Малфой. — Ага.

***

Драко открыл глаза, когда на улице только-только забрезжил рассвет, что означало, что он скорее всего не проспал, хотя и забыл завести будильник. Он махнул рукой вправо, чтобы достать палочку, но тумбочки там не оказалось, зато его глаза встретились с Грейнджер, которая лежала на соседней кровати, зажав одеяло между ног. Она поджала одну ногу, из-за чего ее задница была самой высокой точкой на карте кровати, а шоколадные локоны были раскиданы по подушке, под которой была зажата рука. Девушка размеренно дышала, слегка приоткрыв рот, и выглядела… беззащитной. Почти милой. «Блядство». Драко медленно встал, все еще наблюдая за ней с настороженностью, и медленно двинулся в сторону комода, чтобы взять полотенце. Ее долбанные ботинки показались из ниоткуда, создавая шум — Гермиона резко подскочила и села. — Что происходит? — прохрипела она, протирая глаза. — А что, по-твоему, может происходить, Грейнджер? — закатил он глаза, беря полотенце. — Собираюсь станцевать балет, — тряся им, саркастично произнес парень. — Очень смешно, — зевнула она, прикрывая рот рукой. Драко уже хотел сказать, чтобы она выметалась из его постели, комнаты и желательно жизни. Грейнджер совершенно не ценила его жертву: он отдал ей свою кровать — место, в которое он не позволял ложиться никому! Драко уже открыл рот, чтобы выставить ее за дверь, как вдруг девушка потянулась, сцепливая руки в замок над головой. Она выгнулась, из-за чего его футболка слегка поднялась, открывая голое бедро. Но, что еще хуже: она сняла лифчик, и теперь Драко отчетливо видел очертания ее сосков сквозь неплотную майку. Семьдесят, мать его, дней. Без секса. Он почувствовал, как перехватило дыхание. И тут дверь с грохотом распахнулась, и в комнату ввалился полусонный Забини. — О, вы еще не закончили свой антисекс-марафон? — упал он на свою кровать прямо в одежде. — Я уже ухожу, — начала подниматься Гермиона с кровати, ставя свои длинные ноги на пол и наклоняясь, чтобы застелить постель. Глаза Блейза округлились, когда он увидел ее задницу, обтянутую короткими шортами, на что молниеносно отреагировал Драко, выгибая бровь и сжимая зубы. — Грейнджер, хватит играть в домового эльфа. Иди уже отсюда, ради всего святого, — бросил он с ленивой интонацией, натягивая на себя привычную маску равнодушия. «Нельзя давать Блейзу ни единого шанса доставать меня, когда эта мышь поковыляет в свою нору». — Знаешь, Малфой, я думала, что пересекаться с тобой днем — сомнительное удовольствие. Но просыпаться с тобой в одном помещении с утра — сродни продолжающемуся ночному кошмару, — язвительно сказала она, разворачиваясь к мулату. — Забини, где Джинни? — скрестила она руки на груди. — Минут десять назад спала у себя, — зевнул он. — Подожди. Ты что, спал у нас?! — округлила глаза Гермиона. При этом — развела руки в стороны, и ткань футболки натянулась, отчего торчащие соски снова оказались в центре внимания. Глаза Блейза сначала зацепились за ноги, потом перескочили выше. Малфой мысленно выругался. — Это последнее, что я там делал. Твоя подружка, конечно, что-то с чем-то, — мечтательно протянул он. — Но у меня к тебе вопрос, Грейнджер… Она нахмурилась: — Что? — Тебе не холодно? — Нет… — непонимающе моргнула она. — Получается, это сон в одной комнате с нашим прекрасным темным принцем так тебя взбудоражил? — растянул он губы в хищной улыбке. — Что? — Ну, я просто… вижу твои соски, — расплылся он в довольной улыбке. Гермиона резко сложила руки на груди, заливаясь румянцем. — Не неси ерунды. Знаете, мне пора, — сдавленно пробормотала она, начиная собирать свои вещи и всовывая ноги в ботинки. — Была не рада вас видеть! — двинулась к выходу девушка. — Ну, твое тело говорит иначе, — рассмеялся Блейз. — Забини… — прошипел Драко. — Ты в моем списке ненависти, Забини. Имей в виду! — хлопнула гриффиндорка дверью. — Столько открытий, — мечтательно протянул Блейз, закидывая руки за голову. — На Хэллоуин я узнал, что у нашей мышки есть талия. Сегодня — что у принцессы Гриффиндора ноги до самой Скандинавии. И, оказывается, есть грудь. Как ей удавалось скрывать это восемь лет? Что думаешь, Драко? — прищурился он, смотря на друга. — Не понимаю о чем ты, — сипло бросил Малфой, направляясь к двери в ванную. — Как проходит твое вынужденное воздержание? Сон с Грейнджер помог в этом вопросе? — ухмыльнулся мулат. — Просто заткнись, — прошипел Драко и хлопнул дверью. Как раз идеально помог — осознать весь этот ебаный цирк, в который превратилась его жизнь. Утренний стояк превратился в национальное бедствие из-за ее — его — долбанных шорт и этой идиотской футболки с ее торчащими сосками. К январю он или снова станет девственником, или забудет, как вообще трахаться, если не сойдет с ума раньше, конечно. Парень вошел в душ, и его рука снова потянулась к месту возбуждения.

***

Гермиона выскочила из портрета, красная как китайский фонарь. Она была зла, смущена и… возбуждена. Да, черт побери. Может она и была девственницей, но она не была слепой. Растрепанный Малфой с голым торсом на фоне утреннего рассвета был откровением. Чем-то будоражащим. Сложно остаться равнодушной, когда с утра первое, что ты видишь — полуголый парень с кубиками, этими блядскими руками, исписанными венами, и небрежной укладкой. Даже если это хорек. Даже если она Гермиона Грейнджер. Проклятый кедр и кардамон въелся в его подушку, в одеяло. А теперь — и в нее. Ей срочно надо было в душ. — Гермиона… — Джинни приоткрыла один глаз. — Милый костюмчик, — зевнула она, вытягиваясь. — Не могу поверить, что ты спала с Забини, — покачала головой Гермиона, доставая вещи. — Не могу поверить, что я не сделала этого еще раньше, — ухмыльнулась она, опираясь на локти. — Он, конееечно…. — Пожалуйста, избавь меня от подробностей! — Тогда ты рассказывай! — Что рассказывать? — Вы помирились? Примирительный секс всегда горячий, — мечтательно пропела она. — Да, помирились, — буркнула Гермиона, доставая туалетные принадлежности. — Сколько раз? — выгнула бровь Джинни. — Что? — Сколько раз вы «мирились»? Ханна говорила, что он может «мириться» минимум два раза подряд. — Джинни… — Сколько раз ты кончила? — прищурилась подруга. — А ты? — выпалила Гермиона, окончательно выходя из себя. — Два, — гордо вскинула голову с огненными волосами Уизли. — Так что? Или он тип парней, с которыми не кончают? Эгоистичные мудаки, которые думают только о себе. — Я… нет, он... "Ну почему мне надо все это говорить, Мерлин?!" — Он прекрасный… любовник. Мне все нравится, хоть мне и не с чем сравнивать. — Это не обязательно. Если секс хорош, ты это поймешь и без сравнения. Так что, он страстный или нежный? Грубый? Резкий? — Как когда, — пыталась скрыться в дверях гриффиндорка. — Мне надо в душ. — Сколько раз ты кончила, Грейнджер?! — Три! Три! — выкрикнула она, захлопывая дверь за собой. Гермиона прислонилась к деревянной поверхности спиной и закрыла глаза. «Мерлин, когда все это закончится, я обещаю — я ни скажу ни слова лжи. Я наверняка исчерпала весь жизненный лимит вранья!»