Пташка

От лица Синтии

      Чёртов Дезмонд, что он вообще творит?! Вытворять такое непотребство ещё и на сцене — совсем с ума сошёл! А-а-а! Бесит! Думает, что ему всё в этой жизни дозволено, раз он уродился «золотым мальчишкой»? Хрена с два! Среди простых людей куда больше алмазов, чем в этой гнилой сокровищнице. И я докажу ему эту неписанную истину!        — Тия…! — кричала мне вслед Стефани, так резво рассекая просторы Академии. — Тиюшка!       Пришлось остановиться, дав ей возможность меня нагнать. Видимо что-то от меня хотела, раз так упрямо преследовала аж от самой сцены. — Ты чего, Стеф? — Уф-ф-ф… — она остановилась рядом, согнувшись в три погибели, явно не привык к таким забегам. — Ты настоящий дьявол, Тиюшка… — А-а? Да о чём ты вообще? — Заставляешь меня так напрягаться! Да я чуть дух не испустила! — в недовольстве выговаривала мне, заставляя задаться наглой мыслью о том, а на кой чёрт она вообще так напрягалась, если могла вечером позвонить. — Прости-прости… — лишь для галочки извинилась, не считая себя виноватой. — Так что случилось?       Она перевела дух, после чего наконец выпрямилась, медленно зашагав со мной к главным воротам. — Хе-е… — её заискивающий взгляд меня порядком напугал, заставив задаться парой нехороших вопросов.       Обычно Хэйл показывала себя с такой стороны лишь в тех случаях, когда задумала что-то недоброе, я-то уж знала. Именно с такой рожей она зазывала меня на подиум, уговаривая стать её ведущей моделью, совершенно при этом не обращая внимания на мои слова о том, что я в этом деле совершенно неопытна. Брать на себя ответственность за целый показ, ещё и дебютный, ужасно не хотелось, ведь в своих способностях я совсем не была уверена, однако Стефани что в лоб, что по лбу — кристаллически пофиг.       В своей твердолобости она могла посоперничать с моей Аней, правда сестра, в угоду возраста и несмышлёности, велась на мои уловки и лесть, а вот Стефани даже не думала об этом, настойчиво пробивая себе путь к цели. Упрямица. — Чего такую рожу корчишь? — фыркнула на неё, зная, что вот-вот она сморозит очередную глупость.       К сожалению на неё мои грубости не оказывали никакого влияния, оставляя бессильным призраком перед этой святой. — Почему ты не рассказывала мне о том, что между тобой и нашим Риасом что-то есть? — хитрой лисицей вытягивала из меня информацию.       Жалкая попытка, Стеф. Мой брат — всемирно признанный шпион, от которого я понахваталась всяких штучек, так что оставь тщетные попытки меня разболтать, это бессмысленно. — Потому что ничего и нет, — спокойно ответила ей, заприметив ворота, рядом с которыми стояло дорогое авто семейства Хэйл.       В отличии от общепринятых чёрных тонированных тачек, на которых разъезжали все важные лица страны, Хэйлы, в угоду своей экстравагантности, рассекали улицы на алом раритетном автомобиле довоенных времён. В целом — я даже не удивлена. — Да брось, Тия, даже наш недалёкий Алан задался всеми известными вопросами, так чего скрывать правду? — А когда это Алан стал мерой измерения чьих-то отношений, позволь спросить? — хмыкнула ей в ответ, доказывая упрямость характера.       Пусть бьётся об этот лёд сколько угодно, меня даже Лойд порой не может расколоть, так что она — и подавно. — Просто он ведь такой недалёкий… Впрочем, ты права, это плохой пример. В любом случае, сегодня между вами с Риасом явно творилось что-то необычайно жаркое… — Этот поганец просто действует мне на нервы, вот и всё. — Хо-о-о… — она вновь по-лисьи улыбнулась, так невоспитанно близко приблизившись к сдержанному лицу. — Весьма нетипичное для нашего Деметриуса поведение, не находишь? — Как по мне, он всегда такой. Хотя, кто знает, я как-то об этом не задумывалась…       Пусть не думает, что меня это волнует, а то ещё сделает какие-то неправильные выводы. Это ж Стеф… Она на многое горазда. — И всё же ты порой бываешь таким ребёнком, Тиюшка… — хохотнула она, после чего добродушно обняла, пожелав хорошей дороги до дома, быстро рванув в машину, пока я не успела опомниться. — Чао, дорогая!       Помахала из открытого окна, умчавшись куда-то вдаль. Вот ведь плутовка, а ведь кажется таким ангелочком, чес слово… — Ну что за девчонка…? — растрепала волосы, после чего неспешной походкой направилась в сторону площади, на которой мы условились встретиться с семейкой.       Пусть сегодня и был выходной, в угоду важного выступления, Академия назначила внеклассные занятия для оттачивания навыков. Нам, как представителям «элиты», нельзя было ударить в грязь лицом перед высокопоставленными людьми, поэтому дирекция настоятельно рекомендовала больше времени уделять спектаклю. Собственно, поэтому в свой законный выходной я, как последняя кобыла, вынуждена была горбатиться в школе, тогда как моя маленькая негодница веселилась на Птичьем рынке.       Аня-таки уговорила Лойда подарить ей собаку в честь первой заработанной стелы, поэтому сегодня они втроём отправились на выставку животных. Хотели и меня взять, но так уж вышло, что самое большое количество заводчиков выставлялось именно сегодня, когда у меня была назначена репетиция, так что я смиренно отказалась от прогулки, настояв на том, чтобы эти трое сходили без меня. В любом случае мне как-то всё равно, кого они там приобретут. Кошку, собаку, птичку, крыску… Главное: пусть мебель не портит, мои вещи не трогает и мне не мешает, а остальное уже на совести Ани и Лойда, что поддался этим очаровательным изумрудным глазкам. «Бли-и-ин, может попросить у Лойда совет на счёт этой чёртовой сцены с поцелуем? Он ведь профи, такое не раз вытворял на миссиях в угоду желанной цели, а то и вовсе кувыркался с дурочками в постели, только бы достичь желаемого. Уж кто-кто, но мой братец в этом толк уж точно знает, как бы странно это не звучало…» — размышляла про себя, неспешно шагая по тратуару.       Сегодня на улицах было довольно людно, однако никакой толпы, что радовало. Размеренная, тихая атмосфера, лишь способствующая поднятию настроения. Был бы с собой плеер с кассетами, подаренный братом на позапрошлое Рождество, вообще было бы супер, но устройство я благополучно оставила дома, забыв на кровати. «Чёрт, что я вообще такое говорю?! Это ж как стыдно подходить к Лойду с таким вопросом!» — щёки сами зарумянились, стоило спроецировать данную ситуацию. «Господи, какой же стыд! Он если и не поднимет меня на смех, так разозлиться из-за вульгарности сценария! Хотя… Миссии это, конечно, только пойдёт на пользу. Всё же такое сближение между нами на сцене точно оставит в повседневной жизни след. Хо-о-о… А ведь я об этом даже не подумала… Это ведь такая хорошая почва для соблазнения. Да и Риас сам ко мне тянется, судя по его уловкам. Податливый материал — лишь благость для мастера, не правда ли?» — сама не заметила, как на лице разродилась злорадная ухмылка. «Если всё пойдёт гладко, уже к концу семестра я смогу добиться желаемой цели. Хе-е-е… Чтобы такого попросить у Лойда за эту авантюру? Да он мне на всю жизнь должным останется.» — М…? — в нос ударил отдалённо знакомый запах, привлёкший внимание. — Аня…?       Я точно знала, это её аромат, отличающийся особой, не похожей ни на одну другую, ноткой. Правда, в этот раз, почему-то, он смешивался с каким-то шерстяным запахом, похожим на тот, который щекотит нос при примерки любой натуральной шубы. Тёплый, немного пыльный, но отчего-то понятно-приятный. — Не нравится мне это… — фыркнула себе под нос, ускорившись в направлении тонкого шлейфа.       Пришлось немного поплутать по каким-то подворотням, но в конечном итоге след привёл к часовой башне, что находилась на той самой площади, куда я изначально шла. Поднявшись на пятый этаж, пройдя коридор до самого конца, я нехотя встретила на пути большого пушистого и очень странного на вид пса, от которого почему-то смердело моей сестрой. — Гр-р-р…! — тотчас зарычал зверь, заметив меня в паре шагов.       Стало не по себе, ведь псина оказалась большой, а я, как назло, не прихватила с собой ничего, чем могла бы отбиться при нападении. «Этот запах… Чёрт!» — Аня! — крикнула на весь коридор, зная, что она где-то рядом. — Чёрт тебя дери, почему ты опять влипаешь в какие-то неприятности?!       Пёс всё ещё гавкал, но не нападал, похоже, сам меня опасаясь или просто пока что не видя врага. Бог его знает, не важно, главное, он не является сейчас помехой. — С-сестрёнка…? — послышалось из-за двери, заставив к ней подойти. — Только не открывай дверь! — Божешь ты мой, Аня, что ты там делаешь?! — ругалась на неё, зная, что в комнате находится взрывчатка. — Уходит оттуда, немедленно! — Но Аня должна помочь! Я спасу папу! «Лойда? Да что она такое говорит? Что у неё опять творится в голове…? А-а-а, какой же странный ребёнок, чёрт!» — Будто ты знаешь, как обезвреживать бомбы, дурёха! — рычала на неё, попутно выискивая лаз, через который она попала в помещение.       На глаза попалось небольшое окошко под потолком, что часто встречались в старых домах до военного периода. Видимо через него эта дурочка и пролезла внутрь. «Ей пора бы перестать смотреть всякие боевики… Они явно на ней плохо сказываются…» — Гаф-гаф! — пёс попытался меня отвадить, правда сам дав заднюю, лишь пригласив тем самым. — Я вам не враг, — сухо бросила ему, осознавая, что псинка попалась смышлёная, пусть и пугливая. — Аня, а ну живо иди сюда!       Встала на ящики, после чего, зацепившись за раму, подтянулась, выскользнув в проём, правда так и не решившись перелезть внутрь. И что же я вижу? Правильно, моя маленькая зазнайка, с видом самого умного в мире детектива, смотрит на весьма хитрое детонирующие устройство, гадая, видимо, какой из одноцветных проводков ей нужно перерезать. Ну что за наивная самоотверженность? Ты первоклашка, не способная сложить трёхзначное и двухзначное число, о каком сапёрстве может идти речь? — Сестрёнка! — воскликнула она, просияв доверчивой улыбкой. — Помоги! — Я тебе не сопёр, балда, — фыркнула на неё, протягивая руки. — Давай, вылазь отсюда. — Нет, я должна помочь папочке! — она топнула ножкой и замотала головой, отказываясь хвататься за мои руки. «Ну что за упрямица, ей-богу!» — Аня, если так хочешь ему помочь, просто не лезь на рожон, хорошо? — Бу-у! — надулась та, отвернув от меня моську. — Боже… — пришлось влезть в комнату, вспомнив все уроки акробатики, что мне преподавал сам брат в своё время. — Чёрт… Жизнь меня к такому явно не готовила… — потирая занывшую спину фырчала под нос, подходя к сестре. — Вот! — с гордым видом всезнайки она указала на бомбу.       Я молча её оглядела, подмечая, что та не похожа на те, что когда мне доводилось видеть, а значит, вероятней всего, это какая-то самоделка. Ещё хуже, так как подобные редко подаются общепринятой системе, поэтому профанам с ними работать уж точно не стоит. — Прости, малыш, но тут я бессильна… — потрепала её по голове, попутно подталкивая к лазу. — Но как же папочка…?! — С ним всё будет хорошо, если мы оставим для него послание, верно же? — взяла её на руки, ведь с её-то ростиком до окна она бы не достала. — Тия! Ты гений! — взмахнула ручками, после чего кое как пролезла в окно, судя по звукам грохнувшись на несчастного пёсиля. «Бедолага, она ведь не самая лёгкая ноша…» — Просто, в отличии от тебя, сестрёнка, я смотрела куда больше фильмов, — хмыкнула в ответ, в этот раз куда ловчее справившись с узким проходом. — Кстати, что за пёс?       Подметила, что с моей Анечкой этот пушистый гигант ведёт себя куда милей, видимо доверяя ей. Забавно, ведь мне казалось, Аня не слишком хорошо понимает, как нужно себя вести с пушистиками. — Он мой новый друг! — гордо оповестила Аня, пока я выуживала из портфеля пенал.       Не зря таскала с собой маркеры! Знала, когда-нибудь они точно пригодятся! — Уаф! — гавкнул гигант, дружелюбно завиляв хвостом. — Это моя старшая сестрёнка, пёсик, поэтому не обижай её, — поучительно науськивала питомца малышка, пока я осторожно вычерчивала на двери яркие алые письмена. «Милахи…» — Уаф! — вновь гавкнул пёс, почему-то слушаясь маленькую хозяйку.       Так он с выставки? Не похоже… Там ведь не выставляют таких возрастных собак. Да и выглядит он не столь ухоженно, как это свойственно выставочным конкурсантам. Значит бродяжка… Хотя, вроде, даже медальон есть. Да и пахнет этот пёс странновато. Будто сбежал из клиники. — Готово, — отойдя от своего творения на пару шагов, оценила проделанную работу. — Папочка точно должен получить наше послание! — зарезвилась Аня, хлопоча у двери. — Он смышлёный человек, Нюта, — погладила её по голове, после чего отвлеклась на странный тонкий шлейф, тянущийся откуда-то издалека. — Нам пора отсюда убираться, малышка, — взяла сестру за руку, быстрым шагом направившись к выходу.       Пёс помчался следом, тихо что-то бурча на своём языке. Аня, будто бы его понимая, отвечала на какие-то незаурядные вопросы, пока я спешно прикидывала, куда бы спрятаться, чтобы не попасть под прицел. «В воздухе витает запах пороха. Мне это не нравится. Будто бы скоро начнётся какая-то заварушка… Лойд… Что же происходит? Почему Аня оказалась в гуще событий? И где тебя, чёрт подери, носит?!» — Тия, стой… Постой же…! — лепетала малышка, пытаясь вырвать руку из крепкой хватки. — Папочка!       Я резко остановилась, посмотрев на часовую башню, на которой вот-вот должен был забить колокол. Пока сестра что-то говорила мне под руку, препираясь с псом, я пыталась разобрать сотни запахов на составляющие, вычленив из них нужное сплетение. Непростое дело, ведь в городских джунглях летает слишком много острых ароматов, путающих следы, однако для такой «Ищейки» как я, даже это посильная ноша. — Он жив, — заслышав последний «бом», уверенно высказала сестре, получив в ответ лишь радостную улыбку. — Гаф! — И правда, Тия! — Аня неожиданно кинулась мне на шею, вынуждая сесть на колени. — Мы спасли папочку! Мы такие молодцы! Хе-хе! — Гаф-гаф! — вокруг метался радостный пёс, порой потираясь боками о наши тела.       Странно, чего это она так разволновалась? Мы ведь говорим о Лойде — лучшем шпионе нашей родины, которого не так легко и убить… А… Она ведь не знает об этом… Для неё он ведь простой человек, некогда забравший из приюта… Поэтому и переживает? Да, вероятней всего… Это просто я привыкла к его рискованной жизни, когда в любой момент мне может прийти письмо в чёрном конверте. — Тия… — вырвал из мыслей тоненький голосок. — Да? — заглянула в её большие, наполненные слезами глаза, неожиданно вздрогнув. — Нюта… — поспешила вытереть крупные капли, стекающие по розовым щекам. — Боже, Нюта, не плачь… Ну чего это ты?       Она громко шмыгала носом, похоже сама не понимая, что с ней творится. — Я… Я так испугалась за папочку! Я не хочу, чтобы он погибал! Я хочу жить с папочкой, мамочкой, Тией и пёсиком долго-долго! «Малышка… Ведь правда, ты же совершенно не знакома со смертью…» — на душе стало как-то паршиво от мысли, что это является чьим-то недостатком.       Сама-то я с ранних лет была тесно знакома с горем и утратой, прийдя в этот мир в самый неблагополучный момент, но что уж поделать. Тут лишь две дороги: либо идти вперёд, невзирая на трудности, либо молча в гроб, иного не дано. И как-то второй вариант совершенно не прельщал, ведь с каждым годом я всё чаще ловила себя на мысли, что не зря когда-то брат возложил на алтарь судьбы все силы, только бы уберечь меня от смерти. И по гроб я буду ему обязанной за это, пусть никогда никто из нас не произнесёт этих слов друг другу. — Всё закончилось, Анечка… — шептала я, крепко прижимая к груди, осторожно поглаживая по розовым волосам.       Рядом скулил растерянный пушистик, тыкающийся в руки мокрым носом. Видимо волнуется за хозяйку — верный мальчик. — Теперь можно расслабиться, ведь опасность миновала… — Тия… Тия, пообещай. Пообещай, что будешь рядом! Что мы все будем рядом! Мы ведь семья! — пряча мокрое лицо в моё плечо молила Аня, разрывая хрупкое сердце на куски.       Я знала, что не могу обещать ей этого, ведь знала — всё это фарс, призванный лишь услужить большому плану. Не мной написаны его постулаты, поэтому и не я буду решать, чем именно всё закончится. Пусть смогу удержать подле нас с Аней Лойда, однако Йор… Я не смею ставить ей ультиматумы, ведь никак не отношусь к их с братцем сделке. С моей стороны это будет очень непорядочно и нагло. — Я буду рядом, Аня… Буду защищать, ведь такова роль старшей сестры…