Прекрасный день, чтобы развестись!

Тэхён широким шагом нервно вымеряет метраж комнаты, прижимая несчастный телефон к уху, при этом сжимая его в руке так, словно хочет раскрошить на мелкие кусочки. Омега явно зол, нет, он в ярости, да в такой, что способен нанести непоправимый ущерб тому, кто попадётся под горячую руку. Благо он находится сейчас в квартире в гордом одиночестве. На благо кому-то, но точно не ему самому. Тэхён понятия не имеет, какой по счёту круг уже пройден за время недолгого разговора с мужем, что должен был быть дома вовремя. Хриплый голос альфы совсем не будоражит его сердце, как в обычное время, он только раздражает тем, что приносит щекочущее волнение и спокойствие внутреннему омеге, который банально тает от своего альфы. Только Чон младший не сдаётся и ни в какую не хочет идти на поводу у своей сущности, которая так и шепчет быть покорным своему альфе. Тэ тяжело вздыхает и, устав наматывать круги, резко опускается перед напольным зеркалом прямиком на ягодицы, чтобы скрестить ноги по-турецки. Размазывает большим пальцем яркую красную помаду, которой достаточно долго пытался вывести ровный контур губ. Пропади всё пропадом! На кой хер ему нужна вся эта красота, если тот, для кого хотелось быть самым красивым в этот вечер — просто напросто не придёт! Ещё и помада хреново оттирается, только больше размазывается по коже щёк… Тэхён смотрит на своё отражение слезящимися глазами, из которых в скором времени начнут серпантином падать кристальные бусины слёз. — Тэхён? Ты меня вообще слушаешь? — Чон тоже находится на взводе. Неприятная новость также расстраивает мужчину, но ему необходимо держать лицо и при этом попытаться успокоить младшего. — А что мне ещё нужно услышать? — Тэ полностью искусал нижнюю губу, продолжая неотрывно смотреть на своё отражение. — Что мой муж задерживается на работе хуй знает на сколько во время моей течки? — преждевременная паника накатывает на него не просто так. — Да я это и так понял. Ты же знаешь последствия и совсем меня не жалеешь! — омега искренне не понимает, почему какое-то совещание для его мужа дороже его самого. — Тэ, за два часика с тобой ничего не случится… — Чонгук стучит указательным пальцем по дубовому столу, с глухим стуком отбивая интуитивный ритм. У него не так много времени осталось на разговоры с младшим, но также очень сильно хотелось успокоить своего мужа, чтобы особо не нервировать в сложный период. — Во-первых, этого уже достаточно, чтобы мне стало плохо, а во-вторых, ты сам прекрасно знаешь, что твои совещания постоянно затягиваются ещё дольше! — Тэхён громко возмущается, он не может иначе. Всегда эмоциональным был, особенно во время течек. С таким омегой нужно быть аккуратным даже в своих высказываниях. — Не истери раньше времени, успокойся, расслабься, ни о чём не думай, я постараюсь быстро со всем разобраться. В конце концов, у тебя есть игрушки… — альфа тяжело выдыхает, пытаясь найти временный выход: кто же знал, что партнёр по бизнесу может его так некрасиво подставить и перенести встречу на сегодняшний вечер… — Расслабиться? Ты смеёшься надо мной?! Какие к чёрту игрушки?! Мне нужен альфа, мой альфа, мой муж, который считает, что его работа важнее течки своего омеги! — Тэхён не знает, куда деть себя от накатывающих воспоминаний: провести даже несколько часов наступающей течки в одиночестве кажется чем-то нереальным. — Прекрати, Тэ, ты ведь сам на самом деле понимаешь, что если бы у меня была возможность отказаться от этого совещания, я бы сразу это сделал. Но здесь сделка на несколько миллиардов, да и вообще помимо денег от нее много что зависит. Человек может просто отказаться от дел со мной, если я ему откажу сегодня, — Чон уже и сам злится, пытается побыстрее закончить разговор, так как в кабинет для совещаний уже понемногу заходят прибывшие партнёры. — Да плевать я на это хотел! У меня твоя метка, а ты прекрасно знаешь, что происходит с меченными омегами… — Тэхён всхлипывает, но не плачет, однако находится на грани этого. — Всё, я не могу больше с тобой разговаривать, но знай, что я приеду быстро, — Чонгук с тяжестью на сердце завершает звонок, так как банально не может больше продолжать разговор. Старшему остаётся только надеяться на то, что его муж ничего не вытворит за эти часы. Тэхён же, услышав быстрые гудки, злится ещё больше и кидает свой телефон на пол, ни капли не заботясь о его сохранности, а сам опускается спиной на пол, принимаясь пустым взглядом осматривать белоснежный потолок. Шёлковый бордовый халат, накинутый на голое тело, немного расходится, будучи не сильно плотно завязанным на его талии. Иметь в мужьях Чон Чонгука — генерального директора маркетинговой компании — конечно, замечательно, более того, у омеги не было никаких поводов для истерик ранее, но весомый минус состоит в подобных ситуациях. В долгих командировках или безвылазных совещаниях. Они не часто бывают, но приходятся на важные периоды в семейной жизни. Омега возмущался не просто так — он буквально проходил через идентичную ситуацию. Когда-то давно, когда у младшего только-только появилась метка и приближалось время течки, Чонгука незамедлительно вызвали полететь в другую страну для того, чтобы уладить несостыковки в бумажных делах, а так как дело было срочное — возможности отказаться у альфы не было. Однако ещё тогда никто из них не знал, какие последствия могут быть, если меченный омега остаётся в одиночестве во время течки. Тэхён не любит вспоминать, какие боли его мучили на протяжении всего дня, пока альфа летел обратно, так как оставлять своего омегу в таком состоянии тот бы, конечно же, не смог. Чона младшего мучили адские боли внизу живота, которые не прекращались до того момента, пока он не увидел собственного альфу. Подавители и блокаторы ни черта не помогали, более того, они бы могли нанести непоправимый вред омежьему организму. Естественно, существовала возможность разлуки на период течки, только если принимать лекарства строго по графику перед самой течкой за несколько дней. Тэхён этого, естественно, не делал, так как предполагал, что проведёт её с Чонгуком, который, скотина такая, решил, что если он находится недалеко и совсем немного задержится, то ничего страшного не будет. Немного отдышавшись и придя в себя, Тэ аккуратно поднимается на локтях, чтобы вновь сесть перед зеркалом. Глаза его немного покраснели из-за накатывающихся слёз, которые так и не вышли наружу; помада, стёртая рукой, оставила после себя красный пигмент, из-за чего немного пухлые губы оставались с вишнёвым оттенком; только густые ресницы остались в порядке, прокрашенные водостойкой тушью. Тэхён ведь готовился к сегодняшнему вечеру, хотел устроить ужин, продолжение после которого будоражило всё нутро. Светлые волосы, несмотря на достаточно долгую укладку, растрепались во все стороны, делая их обладателя милее. Сам Тэ продолжает разглядывать свой бордовый халат, что совсем развязался… К данному вечеру столько усилий было приложено, и всё зазря! С одним ужином сколько возился: запёк в духовке свинину, салаты нарезал, расставил всё красиво. Ему так хотелось начать свою течку с чего-то приятного. Даже вино не забыл купить, а альфа решил, что работа важнее его! Точно! Вино! Как же Тэхён мог о нём забыть? Если не удалось провести вечер запланировано вместе с Чоном, то он напьётся в одиночестве. А что ему ещё делать? Ждать, пока разум затмит непреодолимое желание к своему альфе, который сейчас находится на своём слишком важном совещании? Омеге остаётся надеяться, что выпитый алкоголь поспособствует притуплению его инстинктов и приходящей вместе с тем боли. Тэхён стирает с щёк единичные бусины слёз, которые всё же не смогли не вырваться, когда омега зажмурил глаза, чтобы избавиться от смазанных очертаний. Чон с небольшим кряхтением при помощи одного колена встаёт на ноги, при этом не забыв захватить многострадальный телефон с пола на всякий случай. Лёгкими движениями перевязывает шёлковый халат, чтобы тот потуже на нём сидел, в последний раз смотрит на своё отражение и тяжело вздыхает. Ему приходится нелегко, излишняя эмоциональность затмевает разум, как и при разговоре со своим мужем. Возможно, в любое другое время он бы не реагировал так яро на новость о том, что старший задерживается, но накатывающая предтечка говорит за него самого. Внутренний омега и без того тянется к своему альфе с самого утра, Тэхён через силу смог заткнуть в себе желание приехать к старшему на работу, а теперь выясняется, что он должен ждать неизвестно сколько времени, несмотря на то, что Чон сказал, что будет через несколько часов. Знаете, как бывает, сначала одно, потом другое, и вот, старший задерживается не на два часа, а на все пять. И Тэхёна ни капли не успокаивает тот факт, что альфа будет спешить к нему из-за течки, он ведь и так выбрал работу вместо него, что ему мешает и задержаться подольше?.. — Козел! — быстрым, но лёгким шагом омега направляется на кухню. — Скотина! — кладёт телефон на столешницу, а сам открывает дверцу холодильника, чтобы достать из него такое необходимое сейчас вино. — Нет, он просто урод! — Тэхёну необходимо куда-то выплеснуть эмоции, даже если никого нет. Взяв бутылку за горлышко, ставит её на кухонную столешницу, при этом открывая первый ящик, в котором без труда находит штопор. Вкручивать острый кончик штопора в пробку не так уж и легко, но из-за злости и негодования омега прикладывает все возможные усилия, чтобы вкрутить спираль и вытащить пробку с глухим чпоком из бутылки. Тэхён довольствуется проделанной работой напеванием лёгкого ритма песни, которую где-то услышал. Садится за стол в предвкушении пьянства, наливает в пузатый бокал вино практически до края, при этом опустошая половину бутылки. Совсем не так разливают вино, но кого это волнует, когда у омеги горе приключилось. Первые несколько глотков даже не почувствовались, оставляя после себя кисловатый, но достаточно насыщенный привкус, который хочется смаковать на языке. Тэ перекинул одну ногу на другую, как любил это делать, и первое время смотрел в стену, злясь и негодуя, почему всё именно так сложилось. Где-то глубоко внутри он, естественно, всё осознавал и понимал старшего, который тоже не всемогущ и не волен перед определёнными обстоятельствами. Но его омега внутри упорно говорил ему, что если альфа оставил его одного в течку, то значит, что он его не любит и потерял интерес. Игрушки никогда не заменят присутствие альфы, его феромонов и ауры, которую он источает вокруг себя, что, собственно, и влияет на хорошее проведение тяжёлого периода. Тэхён вновь протяжно выдыхает, будто выпускает весь воздух из лёгких, перед тем как взять в руки свой телефон. Он листает ленту соцсетей, чтобы отвлечься, успокоиться от навязчивых мыслей. Кажется, что даже не вникает в смысл постов и видео: все они проходят мимо него, а люди ничего не значат. У омеги живот скручивает, только не от приятных ощущений, а от болезненного волнения. Не может он просто так в одночасье успокоиться. В голову лезут воспоминания той самой течки, когда жар и пот окутывали тело, а разрядка не помогала: сколько бы он ни доставлял себе удовольствие собственными руками — ничего не помогало. Чон Тэхён сглатывает противный комок в горле и вновь пытается перевести своё внимание на посты в соцсетях, пока не натыкается на рекламу приложения для знакомств. Озорная улыбка появилась на его лице, будто мимолётная идея, забравшаяся в его голову, завладела всеми мыслями. Он ведь может создать собственную анкету, только вот не для того, чтобы действительно кого-то найти, а целенаправленно позлить своего альфу и, возможно, вывести из себя. Скорее всего, это вино успело ударить в голову и навести на шальные мысли, но, чёрт побери, как же заманчиво поиграть на нервах Чона. Тэхён, кусая от волнения нижнюю губу, закачивает приложение, внимательно прослеживая за ползунком загрузки. Когда установка завершается, омега незамедлительно заходит в приложение и натыкается на первый пункт регистрации. Ввести свой номер телефона не так уж и сложно. Затем следует поле, в котором необходимо написать о себе: так как омега не ищет отношений, он решает действовать резко и по делу — ему ведь необходимо разозлить своего альфу, а значит, конкретика не помешает. Естественно, приходится приврать, что альфы у него нет, что он бедный и несчастный, совсем не представляет, как ему справиться с предстоящей течкой. Если не учитывать детали, то в принципе так и есть, омега в целом не наврал, просто приукрасил. Да, конечно, так и есть! Тэхён звонко смеётся, выпивая ещё один глоток вина. Он уже предвкушает злое лицо Чона, который был собственником, конечно же, не ярым, что бдит каждый его шаг, но мог возмутиться, если к его омеге подкатывал какой-то альфа. Если Тэхёну не удастся вытащить старшего с совещания, то точно нервы его будут истреплены. Следующий шаг переходит к последнему — самому сладкому в создании анкеты. Фотографии. Конечно же, изначально предполагается, что фотографией будет обычное селфи, но… Кого вообще с такой анкетой может заинтересовать обыкновенная фотография лица, если можно придумать фотки намного провокационней? Тэхён уверенно открывает камеру на телефоне и направляется к напольному зеркалу, чтобы запечатлеть себя в шёлковом бордовом халате. Густые прокрашенные ресницы и растрёпанные светлые волосы придают ему соблазнительный вид, но, к чьему-то сожалению, на фотке половины лица не будет видно, не хватало ещё омеге, чтобы его узнал кто-то… Незнакомцам дозволено увидеть только его пухлые, алые губы от вина и пигмента помады, что остался на губах. Тэхён пробует разные позы, крутится перед зеркалом, щёлкает себя то в прямой позе, то полубоком; шёлковый халат при этом не славится своей длиной, задираясь на молочных бёдрах всё выше и выше; тонкая полоска ткани, что служила поясом, понемногу развязывалась, будучи не туго затянутой, а омега этому значения не придавал. Он улыбался, из-за чего его соблазнительные губы растягивались все шире, иногда даже высовывал кончик языка, как бы облизывая верхнюю губу. Рассматривая получившиеся снимки, он выбрал самые лучшие, а именно откровенные. В них не было определённой пошлости, но было понятно, что всё находилось на тонкой грани между дозволенным и интимным. Тэхён на них выглядел просто идеально, такие фотографии только мужу отсылать, но тот может и подождать, ведь и так накосячил сегодня. Оставалось только согласиться с окончательным оформлением анкеты, что незамедлительно и сделал омега. Гордясь проделанной работой, Тэхён быстро сделал скриншот, выполняя следующий шаг своего плана. Тэ-тэ: «Ким Тэхён, двадцать два года, альфы нет, не замужем. Ищу альфу, который смог бы помочь бедному омеге с течкой… Представляете, кандидатов совсем нет!» Следующим сообщением прилетает несколько скриншотов с теми самыми фотографиями. Тэ-тэ: Мы с тобой завтра разводимся. Я в поиске нового альфы. Поможешь мне выбрать? Их здесь так много, совсем не знаю, как определиться Добавив к своему сообщению несколько слёзных смайликов, омега ухмыляется и, вновь оказавшись на кухне, выпивает ещё несколько глотков вина. Мысли о разводе появились внезапно, по щелчку пальцев, так же, как и идея разместить анкету на сайте знакомств. Первые сообщения от незнакомых альф появляются буквально через несколько минут, чему омега улыбается одним уголком губ: так и знал, что даже не придётся премиум аккаунт покупать. Альфы, падкие на подобные предложения, толпой пишут о том, что их интересует, а именно быстрые связи, над которыми не нужно запариваться. Тем более, когда здесь буквально мёдом намазано — омега с прекрасным телом и с заманчивым предложением не может не привлечь к себе внимание… Только вот небольшой минус состоит в том, что из вороха сообщений необходимо выбрать самые пикантные, те, что могут пробудить огонь в его муже и, соответственно, небывалую ревность. Кто-то пишет банальное: «привет», кто-то, несмотря на суть анкеты, хочет познакомиться поближе, а кто-то… Чонгук тем временем полчаса сидит на совещании и пытается сосредоточиться на том, какие подробности озвучивает его помощник: тот рассказывает деловому партнёру о возможностях и успехах их компании, сверяет аналитику и уточняет моменты, которые были бы интересны влиятельному мужчине, который внимательно слушает его помощника. На душе дерьмово, Чон и сам понимает, что поступил гадко по отношению к своему мужу, но действительно считает, что иной возможности попросту не было. Альфа, что сидит по правую руку от него, никогда не терпит отказов или задержек, обрубает всё на корню, если что-то будет не по его. Только вот на душе всё равно осадок остаётся от осознания того, что совещание действительно может затянуться: альфа достаточно придирчив к документам, и в обычное время это не вызывает никаких проблем, более того, становится понятней, что человек, решивший стать его партнёром по бизнесу, достаточно компетентен в обсуждаемых вопросах и внимательный до мелочей. Однако сейчас такая любовь и ответственность к своей работе идёт в минус, нежели в плюс. Чон давненько не чувствовал болезненного узла внизу живота, что скручивался от волнения из ничего. Потому что по сути абсолютно ничего не произошло, но страх не успеть не даёт сосредоточиться. Он прекрасно помнит все слова мужа и, хоть и пытался успокоить его, себя успокоить он так и не смог. Кажется, альфа забыл, что если попытаться усидеть на двух стульях, в конечном счёте ничего хорошего из этого не выйдет. Ему самому хотелось бы сейчас находиться рядом с омегой, таким пылким и страстным, но вместо этого альфа пытается хотя бы немного сосредоточиться на документах и следить за сутью слов своего помощника, потому что уже скоро ему самому придётся отвечать на некоторые вопросы, которых, он уверен, будет вагон и маленькая тележка. Только сейчас его отвлекают не гнетущие мысли, а вибрация в кармане брюк. Он всегда ставит телефон на вибрацию на всякий случай, если вдруг что-то важное случится, а сейчас особенно, когда у младшего течка началась. Чонгук ведь не изверг какой-то, чтобы вот так отключать телефон без шанса для связи. Вибрация прекращается после порядка семи сообщений. Она не слишком сильная, чтобы быть слышимой для остальных, что безумно радует. Альфа аккуратно достаёт телефон, чтобы не отвлекать никого от выяснения деталей, и, словно школьник, украдкой заглядывает на шторку уведомлений. Все сообщения были от Тэ, что, в принципе, не удивительно. Его муж никогда не отличался терпением, только суть всех сообщений поражала с каждым новым. Чонгук, кажется, не смог для начала отойти от этой анкеты на сайте знакомств и от внезапного развода, как читает новые пересланные сообщения. Все они были от каких-то незнакомых альф, что хотели познакомиться с его омегой: каждый такой индивидуум будто просил сломать ему нос при личной встрече. Тэ-тэ: Пересланное сообщение. «Приветик, сладкий. Как у такого прелестного омеги не может быть альфы? Такое упущение…» Чон стискивает зубы всё сильнее, сжимает свободную руку в кулак, из-за чего кожа натягивается на костяшках до побеления. А Тэхён тем временем его не жалеет, ещё пересылает одно сообщение. Тэ-тэ: «Какое превосходное тело… А эти изгибы… Милый, я могу прекрасно помочь тебе с течкой. Я бы хотел всего тебя облизать с ног до головы.» Тэхён немного морщится, когда пересылает своему мужу подобное, потому что читать пошлости от других альф ему противно, но что только не сделаешь для того, чтобы вывести из себя одного-единственного альфу. У Чона сейчас зубы в порошок сотрутся оттого, насколько сильно он стискивает зубы и не может выплеснуть эмоции в полной мере. Он, кажется, только сейчас обращает больше внимания на фотографии, которые омега выложил в своей анкете. Чонгук задницу ему надерёт за такое поведение. Снимки чересчур соблазнительные, от них в буквальном смысле слюни текут, только вот тело его мужа не для чужих глаз, а только для его. Тэ-тэ: «Поразительной красоты омега. Если бы прямо сейчас я был рядом с тобой, то ты бы не искал никого. У меня член стоит только от твоих фоток… Только скажи, куда приехать, я сразу же примчусь!» Омега решает, что с пересланными сообщениями пора заканчивать, и уверен, что его муж сейчас на взводе, другого варианта и быть не может. Тэ-тэ: Ну вот, как-то так… Хотя, знаешь, их намного больше, я просто выбрал тех, кто мне понравился Тэхён прикусывает нижнюю губу в который раз. На самом деле, его очень сильно волнует предстоящий разговор, но он ничего не может с собой поделать. Естественно, ему никто не нравится, все сообщения ему мерзки, но также он прекрасно понимал, на что идёт. Желание побыстрее оказаться в любимых мужских руках перебивает всё остальное. Ему сейчас невыносимо тяжело в одиночку переживать даже предтечку, что уж тут говорить о дальнейшем развитии состояния… Чонгук: Какого чёрта?! Что за хрень происходит? Альфа ничего не понимает. Только переставляет телефон в беззвучный режим, теперь уж точно как школьник. Даже не особо улавливает сути переговоров, в которых должен участвовать. Спасает лишь одно: его самого никто не спрашивает, всё внимание сосредотачивается на его помощнике. Чон не представляет, что бы делал, если бы сейчас ему пришлось начать свою часть переговоров. Тэ-тэ: Ну как же? Мы с тобой разводимся, мне нужен новый альфа. Ты совсем не читал сообщения? Чон младший вновь добавляет слёзные смайлики в конце. Его непоседливую натуру ничего не изменит. Он буквально издевается над старшим и не стесняется этого. Поделом ему! Тэ не испытывает и доли жалости к альфе, который вместо того, чтобы прямо сейчас раздевать его, находится за чёрт знает сколько километров от него. Слушает отчёты, хотя мог шептать ему приятные слова на ухо. Перебирает бумаги, хотя мог бы гладить его нежные бока. Чонгук: Не прикидывайся, ты прекрасно понимаешь, о чём я Старший злится, у него самого метка на шее горит, будто так и манит бросить всё и бежать к своему мужу. Оба подсознательно понимают, что никакого развода не будет, что анкета на сайте знакомств — ни что иное, как блеф чистой воды. Их связь неразрывная, она окутана любовью и пылкими чувствами, что не остынут никогда. Только вот альфа внутри скребётся от негодования: как же его омега мог выставить своё тело напоказ. Чонгук собственник. Тэхён об этом знает и умело пользуется. Тэ-тэ: Я прекрасно понимаю только одно: мой альфа кинул меня одного страдать в мою течку! Я подаю на развод Не волнуйся, ты только придёшь подписать некоторые документы. А завтра я съезжаю от тебя! И ты можешь дальше пропадать на своих совещаниях У омеги, кажется, кончики ушей горят от всей лжи, которую он написал. Своего альфу он, конечно же, ни на кого другого никогда не променяет. Однако живот болезненно скручивает и не даёт шанса на другие ответы. Умолять приехать он больше не будет, он добьётся того, чтобы сам Чон примчался к нему и наконец взял так, как любит… Чонгук: Боже, Тэхён, перестань ёрничать! Быстро удали анкету Моего омегу какие-то извращенцы не должны видеть Небось обдрочились уже… Тэхёну смешно с последних слов. Обычно старший может позволить себе грубые словечки в двух случаях: во время секса или злости. Без особых размышлений становится понятно, какой случай именно сейчас, а значит, план омеги работает. Тэ-тэ: Я больше не твой омега! И не смей мне указывать! Ничего не удалю Череда сообщений пишется под коварную улыбку младшего. Чонгук: Приеду — задницу тебе надеру за такие выкрутасы Альфе приходится несладко — с одной стороны, нужно показывать заинтересованность перед партнёром, а с другой… Ревность накрывает с головой. Он будет ревновать своего омегу в любом случае, даже его метка не поможет младшему. Чон прекрасно осознает, что никто иной не поможет омеге в течку так, как он, никто не удовлетворит омежью сущность так, как выбранный альфа с меткой. А всё равно не может избавиться от желания проломить черепную коробку любому, кто посмел написать младшему пошлости. Тэ-тэ: Ха-ха! Смотри, чтобы к твоему приезду мне задницу кто-то другой не драл Тэхён буквально играет с огнём. Накал страстей возрастает с каждым сообщением. Чонгук: Чон Тэхён! Чёрт возьми, на альфу уже поглядывают несколько людей, сидящих за длинным столом для переговоров. Скорее всего, он выпустил подавляющие феромоны от злости и даже не заметил этого. Тэ-тэ: Можешь считать, что я уже Ким! Тэхён вновь делает глоток вина, опустошив половину стакана. Лёгкое опьянение ударяет в голову, но тем не менее омега остаётся в рассудке, если не считать небольшого головокружения, которое пройдёт через несколько минут. Чонгук: Вот же мелкий… Альфа пытается прийти в себя и очень надеется, что никто из присутствующих не заметил такой резкой смены настроения. Ему с каждой секундой всё сильнее хочется плюнуть на всё и поехать домой к своему омеге. Он на своё имя откликается со второго раза, когда его просят уточнить рост цен за конкретный промежуток времени. Его терпение на исходе, а Тэхён словно не понимает, что творит каждым своим сообщением. Кажется, последней каплей становится сообщение, пересланное через несколько минут, в котором Тэ заигрывает с каким-то чмырем (по скромному мнению Чонгука). Тэхён с ним разговаривает ласково и игриво, так же, как и с Чоном. Каждое ласковое слово омеги с новой силой разжигает огонь внутри, и, хоть альфа головой понимает, что всё сделано ради того, чтобы вывести его на эмоции, никак не может себя контролировать. На Тэ его метка. Раз и навсегда. Единственный до конца жизни. Но даже метка ни черта не успокаивает, когда омега назло создаёт анкету на сайте знакомств и переписывается с другими альфами, не забывая докладывать обо всём своему. И что ж, шалость Тэхёна удалась на славу, так как раздраженный альфа срывается со своего места и без лишних слов направляется на выход. В этот момент его не останавливают мысли о сорвавшейся сделке, о сильных финансовых потерях, о возможной потере важного делового партнёра… — Чон Чонгук, куда же вы? — спохватился его секретарь, которому оставалось только за голову взяться от ужаса. Для того чтобы состоялось это совещание, они несколько месяцев обрабатывали сидящего альфу на сделку. — Я… — Чон останавливается около двери, взявшись за ручку. — Приношу свои глубочайшие извинения, но я вынужден прервать совещание. Моему омеге плохо, и я не могу его оставить. Я пойму, если в дальнейшем вы не захотите сотрудничать с нами, но состояние моего омеги мне важнее всего. Больше ничего не сказал, и ответов он тоже не ждал. Во время того, как шёл к машине, лишь написал Тэхёну пару слов. Чонгук: Жди меня Я в пути Омега злобно ухмыляется, читая последние сообщения от своего мужа, и понимает, что в скором времени ему несдобровать. Только вот скорое наказание никак не пугает молодого омегу — тот предвкушает встречу со своим альфой. Уже не обращает внимания на телефон, так как больше делать там нечего: его небольшой хитрый план выполнен, а значит, теперь нужно всего лишь подготовиться. Подправить причёску и посмотреть на себя в зеркало — не занимает много времени. В остальном омега идеален, по его собственному мнению. Тихие уведомления на телефоне продолжают приходить с частой периодичностью: слишком много альф хотят помочь омеге с таким заманчивым предложением. А Тэхёну, на самом деле, необходим только один альфа, который, между прочим, уже на всех парах мчится к нему. Чонгук с силой сжимает руль до белых костяшек, будто это может чем-то помочь. Он не настолько зол, насколько взбудоражен. Тэ всегда любил выводить его на эмоции. Чон в обычное время не настолько эмоционален, но течка младшего всё меняет: внутренний альфа реагирует на метку и на то, что его омеге на самом деле становится хуже без его присутствия. Чон уже несколько сотен раз пожалел, что поставил в приоритет совещание, хотя его самого тоже можно понять. Кто же знал, что достаточно придирчивый Чиёль (тот самый деловой партнер) захочет именно сегодня провести совещание… Чон по своей глупости захотел усидеть на двух стульях, но у него не вышло. Теперь дальнейшая судьба их контракта под огромным вопросом, но… По правде говоря, альфу сейчас это не особо волнует, когда он проворачивает ключ в замочной скважине и ощущает достаточно интенсивный природный запах своего омеги. Течка брала своё. — Тэхён, если ты думаешь, что можешь так шутить, то… — Чонгук начинает басом отчитывать омегу, но стоит ему взглянуть на милейшее создание, которое опирается на дверную раму плечом — все возмущения разом пропадают. — То что? — Тэхён соблазнительно улыбается, совсем не чувствуя и капли страха. Он слишком доверяет своему альфе, чтобы бояться напускного недовольства. Более того, омега понимает, что выглядит слишком привлекательно, чтобы не вскружить голову старшему. Лёгкое опьянение даёт ему больше уверенности в себе. Самый дикий коктейль на свете. Тэ выдвинул ногу немного вперёд, из-за чего края халата расходились на его бедре, оголяя молочную кожу. Вьющиеся светлые волосы окончательно растрепались и приняли свою естественную форму кудряшек. Искусанные губы тотчас расплылись в улыбке от того, как старший пожирает его взглядом. Живот тянет приятным узлом похлеще, чем когда-либо: одного пожирающего взгляда хватает, чтобы возбудиться. Внутренний омега довольствуется присутствием своего любимого альфы, но не время показывать искренние чувства — хочется совсем немножко поиграть на нервах Чона… — Кхм… То мне придётся тебе показать, чей ты омега на самом деле, — Чонгук снимает лакированные чёрные туфли, наступая себе на пятки, чтобы не отрываться от созерцания прекрасного. Тэхён для него идеален в любом виде, но в течку омега раскрывается по-иному. Его невероятный феромон окутывает с ног до головы, а нежность сводит с ума. Несмотря на выпущенные коготки, он безумно ранимый в этот период. — Чей же? — Тэ скрещивает руки на груди, выпрямляя спину. — Я теперь незамужний омега, который ищет себе альфу, — говорит с придыханием, когда старший надвигается прямо на него. Естественно, не от страха, а от предвкушения. — Представляешь, мой муж выбрал работу, а не меня. Мне так грустно и одиноко… — он совсем не смотрит на своего альфу, только его галстук поддевает длинными пальцами, чтобы сжать мягкую ткань. По правде, ему многого стоит вот так безразлично держаться на расстоянии нескольких сантиметров от мужчины. Чон младший дрожит от присутствия альфы, настолько сильно его будоражат чужие феромоны. Он всегда был слаб перед Чонгуком. Мужчина, что выше его на голову, навсегда поселился в его сердце. — Тебе стоит понять своего мужа, он тоже оказался заложником ситуации, — Чон хрипит, внутренний альфа рвёт и мечет от того, что его хозяин тянет с помощью их любимому омеге. Тот так сладко пахнет, что зубы сводит от желания попробовать его на вкус. Но сейчас нельзя, сейчас нужно выяснить все неурядицы. — Эгоист! — омега с небольшой силой толкает старшего в грудь и смотрит злобно, несмотря на то, что при желании его могут с лёгкостью завалить. — Думаешь только о себе! Разве не видел, сколько альф с меня будут пылинки сдувать, пока ты где-то шляешься? — Тэ толкает его до тех пор, пока альфа не соприкасается спиной с твёрдой поверхностью стены. Чон специально подчиняется своему омеге, дает выплеснуть эмоции, им обоим необходима разрядка. Но последние слова заставляют его рокотать от накатившей ревности. — Не позволю ни одному альфе прикасаться к тебе. Всем руки переломаю, — Чон легко меняет позиции: теперь не его прижимают к стене, а он. Конечно, к резкости не прилагалось силы, альфа не простил бы себе, если бы причинил и долю боли младшему. Тэхён загнанно дышит и сдерживает себя от того, чтобы не проскулить позорно от возбуждения. Всегда любил, когда старший показывает свою силу и доминантность над ним. — Надо было раньше так говор… — Тэ не успевает договорить, как его прерывают поцелуем. Чонгук больше не мог терпеть, голубые глаза каждый раз прожигают ему душу. Полные губы так и шепчут взять их в плен своих. Поцелуй выходит несдержанным: Чон рычит, кусает, врывается языком в рот, чтобы вылизать начисто. Под таким напором омега слабеет, ноги подкашиваются, а сам он пытается удержаться на них, вцепившись немного отросшими ногтями в сильные плечи. За таким темпом ему в жизни не успеть, но он старается, не уступает альфе, зарываясь одной рукой в смоляные волосы, чтобы оттянуть их у корней. Вся квартира заполняется их смешанными запахами, которые кружат голову похлеще того же самого вина. Чонгук буквально вдавливает младшего в стену, не забывая при этом сжимать его талию. У Тэхёна, кажется, уже давненько бельё пропиталось смазкой, которая безостановочно выходит от возбуждения. Забывшись, они отрываются друг от друга, чтобы восстановить дыхание. Омега сразу же переходит на шею, чтобы уткнуться в запаховую железу. Только принюхавшись, замечает слабый феромон другого омеги. Течного омегу может разозлить любая мелочь, которая хоть как-то выбивается из рамок дозволенного. Тэ тотчас отстраняется, словно ошпарился кипятком, и злобно смотрит на альфу, который до этого кусал его шею. — Ты где шлялся? От тебя пахнет омегой. Скотина! — в буквальном смысле шипит. Омега внутри негодует, мечется и понять не может простых истин. Тэ бьёт старшего по плечу, а тому хоть бы хны: силёнок у младшего не хватает для того, чтобы оттолкнуть его. Хотя не настолько он уж и хотел отталкивать альфу, который так правильно сжимал его талию. — Думаешь, в моей компании работают только альфы? Я не сексист, — Чон хрипит, жадный поцелуй распалил его и без того неконтролируемое желание овладеть омегой. Вместо того, чтобы отойти, лишь сильнее прижимает к себе младшего, проникая ладонью под халат, чтобы смять мягкую ягодицу. Альфа прекрасно чувствует, насколько возбуждён омега, но при этом продолжает пререкаться с ним. — Пока твой омега дома сидит, ты засматриваешься на других? — Тэхён громко сопит и пытается не застонать от того, насколько приятно мужская рука гладит его ягодицу. Омега всхлипывает и дрожит, когда старший задевает и проникает под край нижнего белья. Льнёт ближе, шумно и горячо выдыхает прямиком на ухо мужчине. Чон никогда не любил тянуть, если чего-то хотел. Потому и указательным пальцем чувствует обильное количество смазки между ягодиц, совсем невесомо дотрагивается до сжавшегося колечка мышц, из которого тотчас следует новая порция смазки. — Пока мой омега дома клеит других альф, я работаю, — Чон с ума сводит младшего своим твёрдым тоном, от которого хочется заскулить. Вся их ссора больше похожа на прелюдию, от которой всё узлами сводит внизу живота. Тэ всегда был слаб к их разнице в росте и телосложении. Он всегда был на фоне альфы нежным, маленьким созданием, которое хотелось оберегать. Также и сейчас дыхание сводит от несдержанности и доминантности его альфы. Ни один мужчина не станет на равных с его Чонгуком. — Я вижу, как ты работаешь. Небось, всех омег там перетрахал, — Тэхён, несмотря на то, что дрожит от возбуждения, всё равно находит в себе силы на едкий комментарий, который только разжигает огонь в сердцах обоих. Чон вновь убивает весь напор поцелуем, с наслаждением кусая пухлую нижнюю губу, которая раскраснелась от нетерпеливых поцелуев. Тэ, несмотря на свои громкие слова, с такой же пылкостью отвечает любимому человеку. Мычит, также кусая в ответ альфу, пока тот уже давно сминает его ягодицы без особой жалости. Мягкая кожа прекрасно ощущается под подушечками пальцев, весь омега становится таким податливым, что сердце замирает. Младший не может насладиться поцелуем, а когда его язык берут в плен чужие губы, посасывая упругую плоть — и вовсе закатывает глаза. Ему клубочком свернуться хочется в объятьях мужчины. Трогать только его. Дышать только им. Никого к себе не подпускать, кроме него. — Тэхён! — рычит Чон ревностно, чем заводит младшего ещё больше. — Я люблю только тебя, — альфа больше не хочет топтаться в коридоре, одним рывком поднимает на руки омегу, который лишь тихонько пискнул, плотно прижимаясь к его груди. Сильный альфа заводит ещё больше, Тэ чувствует себя так правильно, словно обязан быть в его руках. Омега чувствует, как его собственный член давно истекает смазкой, а при движении старшего неумолимо трётся о грубую ткань, заставляя громко дышать и поскуливать на ухо. Тэхён вылизывает шею альфы размашистыми движениями, чтобы оставить больше своего запаха и слюны: у его мужа ни в коем случае не должно быть и намёка на запах другого омеги. Этот взрослый, статный мужчина только его. Младший самостоятельно оттягивает набок голову альфы за отросшие волосы, из-за чего слышит не особо довольный выдох. С не слишком громким фырчанием вылизывает свою же метку, пока Чон старается держать себя в руках, чтобы донести недовольного омегу до широкой кровати. Кажется, смысл слов альфы доходит до него только через некоторое время. — Я тебе уже не верю! Ты меня бросил на растерзание судьбы! — Тэхён смотрит затуманенным взглядом прямиком в чёрные глаза старшего, который так и пышет возбуждением. Омега всё так же на его руках прижимается к сильному телу и наслаждается тем, насколько его легко донесли до спальни. — Ах так, значит? — Чон хмурит брови больше для вида. Аккуратно опускает спиной на кровать омегу и нависает над ним. Бордовый халат младшего уже давно развязался, оставаясь лентами, перекрещённым на талии. Омега нисколько не стыдится своего вида, прекрасно знает, насколько привлекателен. Его прелестное личико раскраснелось, а светлые волосы рассыпались по постельному белью. Он дышит шумно, едва совладая со своим возбуждением. Чонгук не может им надышаться, ведёт кончиком носа по грудной клетке, в конечном итоге касаясь губами вставшей бусины соска. Накрывает губами её, пока младший мечется, всё же собравшись с силами ответить на вопрос: — Так! — Придется тебе заново доказать свою любовь, — альфа, оторвавшись от своего важного занятия, вновь продолжает начатое. Втягивает сосок губами, слушая тихий стон сверху. Одной рукой опирается на постель, а другой раскрывает любимое тело с молочной кожей от оков шёлкового халата, пересчитывая каждое ребро большим пальцем, пока омега выгибается от ласк. Тэхён зарывается своими длинными тонкими пальцами в чёрные волосы старшего, как бы не давая оторваться от своей груди, хотя старший даже и не собирался этого делать. По кругу кончиком языка водит, задевая периодично бусину, что сопровождается дрожью любимого тела. Свободной рукой уже без лишних промедлений переходит на впалый живот, который поджался от напора Чона. Он любит изводить омегу, чередуя нежную и грубую ласку. Когда кончики пальцев мужчины касаются кромки белья, омега вновь вздрагивает, но не останавливает, забывшись в удовольствии. Вдоволь наласкав первый сосок, Чон переходит ко второму, при этом снимая кружевное бельё. Приходится оторваться от младшего, чтобы снять с ног и отправить его в неизвестном направлении. Тэ в это время поднимается на локтях к мужчине, при этом снимая с плеч халат. Хватается за галстук, чтобы ослабить его, и дрожащими руками расстегивает пуговицы рубашки на альфе. Шумное горячее дыхание делится на двоих, а феромоны сгущаются, смешиваясь между собой. Уведомления телефона доносятся с кухни невероятное количество раз, будто кто-то спамит омеге. Альфа, уже скидывая с себя брюки с нижним бельём, догадывается, в чём дело: здесь сложно не догадаться, учитывая весь предыдущий разговор. Чонгук нависает над омегой, который вновь откидывается на спину, раскидывая волосы по подушке. Внутренний альфа мечется от ревности, он вспоминает, что омега выставил свою анкету на сайте знакомств. Старший накрывает член Тэхёна своей большой ладонью, быстро и безжалостно водя по нему в быстром темпе из-за обильного количества смазки, выходящей из покрасневшей головки. Тэхёна размазывает по постели от удовольствия. Он пытается свести колени, но ему мешают бока альфы, что не перестаёт смотреть на тяжело дышащего от возбуждения омегу. Большой палец касается головки, проводя несколько раз по кругу, словно давая порции электрического разряда по телу. Младший громко стонет, обильно течёт, повторяет имя своего мужа и впивается отросшими ногтями в плечи. — Только не говори, что ты до сих пор не удалил анкету… — Чон хрипит прямиком на покрасневшее ухо Тэ, что заходится дрожью во всём теле от приятных ощущений. — Не скажу… — Тэхён шепчет, он не в силах и слова произнести, а его здесь ещё и допрашивают. Какая ему к чёрту анкета, когда с ним его любимый муж?! — Тэхён! — Чон рокочет, ускоряет движение руки, чем ещё больше заставляет извиваться младшего. Ему неприятно от того, что его откровенные фотографии увидят ещё хрен пойми сколько альф, которые не постесняются наяривать на тело его мужа. — Ну что?! — омега ещё в состоянии даже повысить голос, хотя сам растекается под альфой. — Да, не удалил! Я ещё в поиске своего альфы, — Тэхён готов во всём признаться, лишь бы ему позволили нормально кончить. Чон же, сжалившись над таким изнеженным омегой, всё же ускоряет темп и позволяет изогнуться в оргазме. Тэхён прижимается к нему, дрожит и трясётся, закатывая при этом глаза от удовольствия. Омега кажется таким нежным после разрядки, что хочется расцеловать его милое личико, в чём старший себе не отказывает. — Становись в коленно-локтевую, — через некоторое время говорит альфа после жарких поцелуев. Тэ и сам льнёт ближе, подставляясь под ласку. — Сейчас я тебе покажу, как засматриваться на чужих альф, будучи замужем, — Чон легко, но звонко шлёпает по упругой ягодице, пока омега пытается встать. — Если бы ты сразу ко мне приехал — ничего бы не было! — Тэхён возмущается, так как нисколько не чувствует своей вины. Только немного распухшие губы дует от негодования. Он ведь так ждал этого вечера, а альфа решил всё испортить. — Ох, спасибо, что напомнил! Из-за твоих заскоков я теперь банкрот, Чиёль ни за что не согласится перенести совещание на другой день. Мы и так его слишком долго обрабатывали, — Чон внимательно наблюдает за тем, как младший встаёт на колени, опускаясь грудной клеткой на мягкую постель, и оттопыривает ягодицы. — Ты любишь утрировать. Всё будет хорошо, — Тэ вновь ворчит, но его перебивает шлепок. — Ай! — омега вскрикивает больше от неожиданности, потому что боли совсем не чувствует. — Я мыслю рационально, — Чон мнёт в руках мягкую кожу на обеих ягодицах, раздвигает их и видит, как течёт обильно его омега. Альфа всю свою злость и негодование решает выместить на младшем, припав к сжавшемуся колечку мышц. Слизывает смазку, кружит кончиком языка по кругу, слушает сладкие стоны. Омега ёрзает на месте от скорости языка, комкает край подушки, но всё равно не желает отдаляться от стимуляции. Сопит громко, также стонет и пытается насадиться на язык. Он бы давно повалился на постель, если бы не сильные руки, крепко сжимающие его ягодицы. Чонгук его не жалеет, тщательно вылизывает, кружит вокруг дырочки и чувствует, как его омега вновь дрожит и извивается. Когда альфа проникает языком внутрь, то не забывает огладить языком стеночки, наконец-то находя тот самый комок нервов, еле дотягиваясь до него кончиком языка. Тэхён громко стонет его имя в который раз и изливается под себя, крупно дрожа от удовольствия. Младший, уже лёжа на спине, притягивает альфу для громкого, влажного и долгого поцелуя. Его же смазка отчётливо ощущается при поцелуе, но это ни капли не отталкивает, только притягивает. Через время омега понимает, что возбуждение накатывает по новой, всё из-за пришедшей течки. Он отчётливо даёт понять, что готов на ещё один заход. Чон входит в него без особого сопротивления, так как смазки ещё больше становится. Громкие шлепки разбавляются такими же стонами и дыханием. Тэ выгибается, принимая каждый толчок. Его метка приятно печёт шею оттого, что он находится рядом со своим альфой. Чонгук тоже наконец чувствует наслаждение, до этого полностью отдавая внимание своему омеге. Хватает пары размашистых толчков, чтобы оба получили разрядку. Тэхён также громко стонет, а старший зарывается в его шею, чтобы почувствовать приятный феромон. — Я люблю тебя, Чонгук-а, мне никто не нужен кроме тебя, — прерывисто говорит омега, восстанавливая дыхание. Он уже лежит на плече своего альфы, пока тот обнимает его одной рукой. — Я знаю, милый, я тоже тебя люблю, — говорит старший, прежде чем поцеловать омегу в светлую макушку. Кажется, оба даже не заметили, как уснули, без сил свалившись на кровати, даже не помывшись после нескольких заходов. Чонгук только на утро узнает, что ему пришло сообщение от своего помощника… Секретарь Пак: Господин Чон! Господин Чиёль согласился перенести совещание на другой день. Для него семья — это святое, и он понимает, что иногда она может быть важнее работы!