Глава 1
7 сентября 2024 г., 09:50
“Чувак, я устал”. Каминари заявил, потягиваясь после долгого дня интенсивных тренировок и учебы в UA, что разделяло большинство в его классе, даже если упомянутый класс уже ушел, за исключением его самого, его коллеги Минеты и некоего Изуку Мидории, который был настолько поглощен собственным бредом и размышлениями, что не заметил окончания урока, пока Тсую так любезно и буднично не заявила, уходя: оставив его заканчивать свои записи и собирать вещи в присутствии классных извращенцев.
“Расскажи мне об этом”. - попросил Минета, торопливо заканчивая копировать заметки с доски, он был слишком сосредоточен на своих мечтах о Полночь, чтобы обращать внимание во время урока. “По крайней мере, у нас есть выходные в нашем распоряжении. Эй, Мидория, хочешь перекусить? Может, сходим в то новое заведение в торговом центре? Говорят, цыпочкам нравится это место ...”
Однако он так и не получил ответа, поскольку Изуку был сосредоточен исключительно на том, что отображалось на экране его телефона, и теплая улыбка появилась на его лице. На что бы он ни смотрел, это казалось важным или, по крайней мере, очень личным.
Не то чтобы Минета и Каминари уважали его частную жизнь, они уже подкрадываются к зеленоволосому студенту, чтобы подглядеть, на что бы это ни было, на что бы он ни смотрел, просто на всякий случай, чтобы посмеяться над ним. Но когда они увидели переписку, заполненную текстом за текстом, состоящим только из “Ты можешь прийти, Мидория-кун?” или “Ты свободен? Ты нужен мне в лаборатории”. или случайное “ДАВАЙ ВМЕСТЕ СДЕЛАЕМ ДЕТЕЙ!!”, излишне говорить, что они были гораздо больше шокированы увиденным и постарались выразить свое удивление как можно громче.
“ЧТОАААААААААААААТЬ??” Мальчики закричали, напугав Изуку и почти заставив его выронить телефон, после того, как он сам издал удивленный вопль.
“Ч-что ты делаешь?” Спросил Изуку, прижимая телефон к груди и поворачиваясь лицом к своим одноклассникам. “Ты чуть не довел меня до сердечного приступа!”
“Давайте посмотрим на это!” - почти прокричал Минета, снимая с головы пару липких шариков и принимая боевую стойку.
“Бесполезно пытаться скрыть это от нас!” Добавил Каминари, указывая на своего друга, и на его пальце появились искры. “Мы видели, как ты болтал с девушкой!”
“И ты даже не спрашиваешь, есть ли у нее друзья? Как ты мог?” Минета закричал, кипя от злости, глядя на Мидорию, изо всех сил сжимая свои фиолетовые мячи.
Мидория мямлил и сбивался, пытаясь сформулировать ответ, который удовлетворил бы этих извращенцев и держал их подальше от себя, но его аналитический ум подводил его на каждом шагу. К счастью для него, ему вообще не нужно было придумывать ответ, потому что один взгляд на имя человека на другом конце разговора Мидории ответил на все вопросы, которые могли возникнуть у хулиганов.
Мэй Хацумэ.
Со вздохами поражения и опущенными плечами мальчики опустили стойки, искры Каминари погасли, а мячи Минеты выпали из его рук и прилипли к полу.
“Ложная тревога”. - сказал Каминари, когда он и его группа вернулись к своим столам. - "Это всего лишь цыпочка-изобретательница."
Мидория приподнял бровь при этом заявлении, медленно убирая телефон в карман, прежде чем Мэй отправила еще какие-либо сообщения. “Почему ты так говоришь о ней?”
“Не поймите меня неправильно, она горячая штучка и все такое”. Объяснил Минору, запихивая свои вещи в рюкзак. “Но она может быть ... ошеломляющей”.
“Да, она очень помогает со своими гаджетами, но на самом деле ни о чем другом ей и думать не хочется”. Добавил Денки, вспоминая те несколько раз, когда он навещал розововолосую изобретательницу. “Она ни за что не согласилась бы на перепихон, тем более с кем-то вроде тебя”.
Зеленоволосый мальчик решил проигнорировать оскорбление, смирившись с тем, что сдерживает смех. “... Э-э, да! Мы разговаривали на днях, и она сказала, что работает кое над чем для меня.” Сказал он, похлопывая по телефону в кармане. “Это просто она говорит мне, что все готово, что бы это ни было”.
“Ну, тогда тебе не стоит заставлять ее ждать”. Со смешком сказал Каминари, перекидывая сумку через плечо. “Давай, Минета, пойдем”.
“Да, да. Пока, Мидория, получай удовольствие, не трахаясь”. Нерешительно добавил Минета, так же нерешительно помахав рукой, и поплелся из класса.
Мидория отмахнулся от дуэта извращенцев, прежде чем вытащить свой телефон, как только убедился, что они ушли. И, конечно же, Мэй оставила ему пару сообщений, призывающих его поторопиться, в своей типичной громкой манере говорить заглавными буквами. Ему действительно повезло, что они не отобрали его телефон и не увидели все пикантные фотографии, которые Мэй отправляла ему почти ежедневно большую часть прошлого года. На самом деле, если бы они знали Мэй так же хорошо, как он, они бы знали, что половина этих невинных сообщений, связанных с работой, были сообщениями о сексе.
Тем не менее, Каминари был прав в одном. Ему не следовало заставлять женщину ждать. С этой мыслью он взял свою сумку и направился в лабораторию вспомогательных курсов.
После небольшого обхода, чтобы найти кого-нибудь, кто сначала уберет мячи Минеты с пола.
***
Убедившись, что в комнате класса 2-А нет пятен от виноградного сока, Изуку пришел в лабораторию Мэй и, проведя рукой по своим пушистым зеленым волосам, постучал в дверь, заслужив за свои усилия крик “Открыто!”. Пробравшись внутрь, он увидел, как Мэй Хацумэ расчищает место и устанавливает то, что казалось учебным оборудованием, очевидно, настолько сосредоточенную на своей работе, что она даже не повернулась к Изуку, сказав ему: “Ты так долго!”. “Ой, приветственного поцелуя не будет?” Пошутил он, закрывая дверь. “Ты что, не читал сообщение?” Спросила Мэй, не потрудившись остановить настройку. “Сегодня это ...“ “Только бизнес, я знаю. Просто шучу”. Он закончил с понимающей ухмылкой. “Что, у тебя все еще болит после вторника?” “О, пожалуйста. Ты, может, и суперсильный, но ты никогда не сможешь причинить мне вред, Мидория”. Хацумэ ответила со смешком. “Хотя я не могу сказать того же о нашем научном сотруднике. Как она держится?” “О, ты бы видела ее. Она и пяти минут не могла просидеть в одной позе”. Сказал Изуку, бросая свою сумку на стул у стены. “Вот что она получает за попытку взять тебя в задницу без смазки”. Мэй со вздохом пожурила их отсутствующего партнера. “Я вообще не понимаю привлекательности анала, но это просто напрашивается на неприятности”. “В любом случае, что у тебя есть для меня, Мэй? Ты закончила обновление моих наручей, о которых говорила?” Спросил Изуку, пока тот делал несколько растяжек, готовясь к тому, что придумала розововолосый изобретатель. “Пока нет, я все еще жду кое-какие детали для этого”. Ответила Мэй, открывая холодильник в дальнем конце комнаты и согнувшись в талии, пока рылась в его содержимом. “О, и кстати, твои новые ботинки должны быть готовы к концу недели!” Не уверенный, чего ожидать от Мэй, которой требовался холодильник со всем необходимым, Изуку просто ждал, предвкушение и нервозность подкрадывались к нему, когда он остановился на наблюдении за милой попкой Мэй, покачивающейся из стороны в сторону. Еще через несколько секунд после того, как она разлила напитки и стряпню других студентов, она достала два прозрачных стакана, один из которых был наполнен шипучей зеленой жидкостью, а другой - густым белым содержимым. Она чокнулась ими, прежде чем предложить зеленый своему партнеру. “Выпей это!” Изуку посмотрел на чан, радужки его глаз медленно уменьшались, когда ее слова проникли в его сознание, вызвав на поверхность давно подавленные, отвратительные воспоминания о дне на пляже. “Изуку?” “Э-э? О, прости, прости! Это просто ... воспоминание”. Изуку объяснил, качая головой, а Мэй смотрела на это, сбитая с толку, но не до такой степени, чтобы утруждать себя расспросами. “Что это?” “Ну, мне было нечего делать, пока я ждала завершения остальных своих проектов, поэтому я решилп попробовать себя в другой области”. Студент из службы поддержки ответила широкой улыбкой. “Смотри! Собственная формула Мэй Хацумэ, повышающая мощность! Патент подан”. “Напиток, повышающий крепость?” Мидория задал вопрос, осторожно взяв стакан, капли пота скатились по его лбу, когда он наблюдал, как он пузырится в его руке. “Я ... не знал, что ты химик, Мэй”. “Как я уже сказала, мне было скучно! Итак, прочитав пару книг и поговорив с парой преподавателей, я взяла несколько образцов ДНК, которые ты оставил, и синтезировала формулу, которая должна имитировать твою причуду, тем самым давая тебе дополнительный, хотя и временный, прирост силы!” Хацумэ объяснила, прежде чем углубиться в более технические аспекты своего исследования, а затем рассказала о том, что "Погрузчик был бесполезен, когда дело касалось этого материала". Изуку мог бы прервать ее размышления, если бы был внимателен, но, увы, его мысли были сосредоточены на одной вещи, которую она упомянула ранее. “Что ты имела в виду под "образцами ДНК"?” Спросил Изуку, не уверенный, что хочет услышать ответ. Мэй ухмыльнулась, прежде чем поднять свою собственную фляжку. “Что ты думаешь?” Спросила она, прежде чем одним движением проглотить кремово-белую слизь. И когда он наблюдал, как его розововолосый партнер по лаборатории выпил весь стакан его спермы, как будто это был последний глоток воды в пустыне, его взгляд медленно опустился на собственную фляжку, его глаза расширились так, что чуть не вылезли из орбит. “Бвахахахаха! О, Изуку! Ты бы видел выражение своего лица! Я просто издеваюсь над тобой!” Мэй захихикала, увидев выражение лица Изуку, и вытерла слезу с глаза. “Это просто основано на твоей ДНК, там нет настоящих пловцов!” Он опустил взгляд на свой бокал, затем снова на нее. “Т-ты это серьезно?” “Конечно! Я же не могу просто выпить твою сперму и взбодриться, иначе я бы уже была сильнее Всемогущего!” Объяснила она, в шутку напрягая бицепсы. “Здесь задействован целый научный процесс!” Он опустил взгляд на свой напиток, затем снова на нее. “Подожди секунду. Ты сказала, что скопировала мою причуду из ячеек в моем ...” “Сперма, да”. Сказала Мэй, облизывая край стакана, чтобы подчеркнуть свою точку зрения. “Серьезно, что бы мы ни делали, ты все равно не скажешь ничего даже отдаленно непристойного”. Он посмотрел на свой напиток, затем снова на нее, прищурив глаза. “Но как? Это особенность, повышающая силу, как это повлияло на мои репродуктивные клетки? Разве это не должно повлиять на мою мышечную ткань?” “Отличный вопрос!” Мэй воскликнула, щелкнув пальцами. “Понятия не имею!” “Что?” Спросил зеленоволосый мальчик, его глаза снова расширились. “Эй, я же говорила тебе, что это... относительно новая территория для меня!” Хацумэ вскинула руки, защищаясь. “Ты даже не знаешь, как это работает? И ты хочешь, чтобы я это выпил?!” Спросил Изуку, глядя на все еще пузырящийся напиток в своих руках с новым чувством беспокойства. “Хэй! Тесты дали хорошие результаты! Конечно, они проводились на мышах, но в какой-то момент мне пришлось начать испытания на людях!” Мэй объяснилась, прежде чем вздохнуть, подойти к Изуку и положить свои руки поверх его. “Просто выпей это, пожалуйста? Действительно, что самое худшее, может случиться?” Сказать, что Изуку был в конфликте, было бы преуменьшением века. В одной руке он держал подозрительно выглядящий чудо-напиток, приготовленный полным новичком в области химии из синтезированных образцов его ДНК, полученных из его спермы. С другой стороны, упомянутым новичком была Мэй Хацумэ, надежная студентка и один из его самых надежных друзей. А также его подруга по сексу. Но самое главное, он доверял ей. И если он был честен, перспектива стать сильнее, сократить разрыв между ним и Всемогущим, сделать еще один шаг, неважно, насколько маленький или временный, к осуществлению его мечты стать великим героем, была действительно очень заманчивой. “Хорошо, хорошо”. Изуку смягчился, к еле сдерживаемому ликованию Мэй. “Но разве я не должен сначала выполнить несколько упражнений? Получить базовые числа для измерения приращений?” “Звучит заманчиво! Боксерская груша в задней части, гантели и скакалка в третьем ящике”. Розововолосая ученая отложила в сторону несколько инструментов и датчиков, чтобы получить некоторые данные о юном герое, прежде чем схватить его за запястье и посмотреть на него снизу вверх с легким румянцем на щеках. “Спасибо, что доверяешь мне в этом, Изуку”. Изуку улыбнулся, прежде чем притянуть ее к себе для поцелуя. Не яростный, почти властный поцелуй, которым он обычно дарил ее, когда они занимались этим, а медленный, почти сентиментальный, который, честно говоря, удивил Мэй как неожиданностью, так и непроизвольностью, но в основном тем, насколько ... неэротичным он был. Еще через несколько секунд после сладчайшего поцелуя, который они разделили, Изуку заговорил с ухмылкой на лице. “Как ты и сказала, что самое худшее, может случиться?” Мэй запнулась, пытаясь найти, что сказать после поцелуя, но ограничилась тем, что мило надула губки и легонько ударила его кулаком по руке, и, коротко рассмеявшись, Мидория снял рубашку - в основном для того, чтобы дать Мэй на что посмотреть - и направился к боксерской груше. Через несколько минут и после обычной тренировки Изуку Мидория, к большому удовольствию Мэй, блестел от пота, его подтянутые мышцы были открыты прохладному воздуху лаборатории, когда он начисто вытер лоб и восстановил увлажнение, прежде чем напоить себя тем, что приготовила Мэй. “Хорошо, контрольные цифры записаны”. Сказала Мэй, вводя результаты Изуку на планшет. “Готов?” “Да, давайте сделаем это”, - сказал Мидория, набрасывая полотенце на плечи, прежде чем медленно вернуться к столу, где он оставил все еще шипучий чан с научным соком. “До дна!” Он поднес фляжку к губам и выпил ее содержимое одним махом, чудо-формула прошла по его горлу, как шипучая, удивительно вкусная газировка. “Хм, на вкус как ... мята? Я думаю”. Сказал Изуку, ставя стакан обратно на стол и глядя на свои руки, как будто ожидая, что они изменят цвет. “Как ты себя чувствуешь?” Спросила Хацумэ с планшетом в руке и причудой Зум, работающим на полную катушку, пытаясь найти малейший признак изменения в теле студента-героя. “Пока ничего особенного ...” Ответил он, потягиваясь и вытирая лоб. Мэй напевала, делая записи в своем планшете. “Хорошо, дай пару минут, чтобы формула подействовала, затем повтори процедуру, понятно?” Но когда она снова подняла взгляд, Изуку определенно изменился. Во-первых, его лицо было красным, он тяжело дышал и обливался потом. И, во-вторых, его брюки были натянуты, чтобы скрыть огромную выпуклость в них, даже больше, чем обычно. “Я, Изуку, ты в порядке?” Спросила она, и ее собственное лицо залилось румянцем, таким же, как у Изуку, когда она увидела размер выпуклости в его штанах. После всех тех раз, когда она расстегивала его палатки, она могла сказать, что его член был намного больше обычного, факт, который одновременно пугал и возбуждал ученого. Однако, прежде чем Мэй смогла подтвердить это, Изуку со стоном забрался на стол, сбросил ботинки и одним движением снял штаны, прежде чем одним движением сорвать с себя боксеры, отчего Мэй громко ахнула, поскольку ее теория подтвердилась: член Изуку был чертовски огромным. Более конкретно, он каким-то образом увеличился с 8 дюймов до 11 дюймов в длину, а его яйца раздулись до такой степени, что могли просто взорваться. И, судя по неприятным стонам, исходящим от Изуку, когда он яростно мастурбировал прямо перед ней, Хацумэ опасалась, что так оно и есть. “Мне-мне-мне жаль, Мэй! Я ничего не могу с этим поделать!” Сказал он, тяжело дыша, все еще продолжая свои безумные движения. “Я не знаю, что на меня нашло!” Научная сторона разума Мэй отключилась при виде того, как ее друг нагло дрочит прямо на ее столе. Дело не в том, что он никогда не делал этого раньше, или что она никогда не видела, как он это делает раньше, черт возьми, они вдвоем вытворяли гораздо более непристойные вещи. Но Изуку всегда так хорошо умел отделять их сексуальные отношения от рабочего партнерства, всегда уважал ее границы и частную жизнь - даже если она сама прекрасно понимала, что не так уж честна с ним, - что видеть, как он откладывает их эксперимент, чтобы подрочить, было менее захватывающим и более нервирующим. Не то чтобы это было не захватывающе, как бы сильно Мэй ни ненавидела себя за такие мысли. В этом было что-то настолько первобытное, свирепое, инстинктивное, что вид руки Мидории, размытой над его великолепным новым членом, запал ей прямо в мозг. Возможно, дело было в беспрецедентной длине, или огромном обхвате, или в массивных, тяжелых яйцах, набухающих от нагрузки за нагрузкой- “Сперма ...” И тут щелкнуло. Что бы ни придумала Мэй, это был не какой-то чудесный суперстероид. Вероятно, это было ближе к чудесному супер-сексуальному усилителю. И теперь ее друг страдал от последствий её ошибки. У нее не было ни времени, ни ума задумываться, как это было возможно, или почему это никогда не появлялось в тестах. Она не могла сосредоточиться на научном объяснении или решении, особенно когда бедный Изуку корчился от мучительного удовольствия прямо перед ней. Было только одно решение, которое она могла придумать, она только надеялась, что оно сработает. Итак, не теряя ни секунды, Мэй подбежала к Изуку, оторвала его руки от своего члена и взяла его в рот. Зеленоволосый боец издал гортанный стон, когда рот его подруги заключил верхнюю половину его пульсирующего члена в свои теплые, влажные объятия. Не было ничего такого, чего бы он не испытывал раньше, но все было как в первый раз. После этого ощущения стали намного интенсивнее. Что не осталось незамеченным Мэй. Даже в свои лучшие дни она никогда не вызывала подобной реакции у Изуку. Очевидно, у мальчика также повысилась чувствительность. "Хорошо. Чем скорее я закончу с ним, тем скорее смогу узнать, как это исправить." Подумала Мэй, покачивая головой вверх и вниз по его длине, применяя все свои навыки, чтобы вызвать еще больше стонов у бойца. Мидория, испытывая удовольствие, как никогда раньше, хотя и при обстоятельствах, которые он не совсем понимал, ухватился за края стола, в основном потому, что, несмотря на его превосходный контроль над своей Причудой, он не хотел рисковать причинить боль Мэй, что, учитывая, как сталь начала прогибаться под его хватками, вероятно, было правильным решением. Он даже не смог найти в себе сил окликнуть ее и предупредить, что опасно приблизился к краю. Хацумэ сосредоточила все свои усилия на том, чтобы освободить Мидорию. Она переключилась с обводов языком вокруг головки его члена, усилила всасывание и даже слегка поцарапала кончик зубами - движение, которое часто вызывало противоречивые стоны у мальчика, но сейчас вырвало у него противоречивый вопль, - все это время накачивая нижнюю половину его члена одной рукой и лаская его яйца другой. И за ее усилия она получила внезапную порцию спермы прямо в горло, причем с таким ударом, что ее заткнуло, и она отступала, пока во рту не остался только кончик. После еще нескольких всплесков, от которых внутренности ее рта побелели, его крики превратились в стоны, а затем в вздохи, когда он ослабил хватку на помятом столе. Как только она закончила глотать сок Деку, который, по ощущениям, стоил трех оргазмов, Мэй подошла к Изуку, чтобы проверить его. “Изуку! Ты в порядке?” - В отчаянии спросила она, снимая одну из своих перчаток и прикладывая руку к его лбу. Изуку несколько раз моргнул, пока его зрение не вернулось к фокусу. “Ч-что случилось?” Спросил он сонно, как будто проснулся с ужасного похмелья. “Мне жаль, Изуку! Моя формула сделала это с тобой!” Сказала Мэй, протягивая ему стакан воды. Дрожащими руками Изуку взял стакан и осушил его одним глотком. “Ч-что? Как? Э-это не...” “Я не знаю. Я понятия не имею, как препарат, который должен был сделать тебя сильнее, оказался стимулятором твоего либидо”. Сказала Хацумэ, взяв стакан и снова наполнив его. “Но теперь, когда все закончилось, может быть, мы сможем ... “ Ее прервал громкий стон. “Изуку?” Спросила она, повернувшись лицом к студенту-герою, только для того, чтобы обнаружить, что он снова ворочается на столе, прежде чем ее взгляд скользнул дальше по его телу. “Черт возьми, почему у тебя все еще стоит?” И, конечно же, он по-прежнему был тверд, как скала. Обычно ему требовалось несколько минут, чтобы пройти еще один раунд (его личный рекорд составлял две с половиной минуты, и это было по совершенно особому случаю), и все же он был здесь, указывая на потолок и поднимаясь на дыбы, чтобы уйти. Мэй задавалась вопросом, смягчился ли он вообще с самого начала. Покачав головой, она смирилась с тем, что обдумает это позже. Прямо сейчас Изуку нуждался в ее помощи, и черт возьми, если у нее не было настроения помочь ему. Она быстро стянула с себя серую рубашку и расстегнула простой хлопковый лифчик, прежде чем потащить своего приятеля по сексу за ноги, пока он не сел на край стола. "Если обычно ему это уже нравится, интересно, как долго он теперь протянет". Подумала Хацумэ, обхватывая член Мидории своими сиськами, вызвав у него стон в тот момент, когда он коснулся ее декольте. Несмотря на обстоятельства, Мэй все равно обнаружила, что ей приходится сдерживать гордую ухмылку на его экспрессивную реакцию, которая стала только громче, когда она начала потирать ими вверх-вниз по пульсирующему члену. Именно тогда она заметила, что из-под ее декольте внезапно выглядывает приличная порция не такой уж маленькой Деку. Оглядываясь назад, можно сказать, что это имело смысл, учитывая тот факт, что он почти мгновенно стал на три дюйма больше. Что, черт возьми, она придумала, и как, черт возьми, ей это пришло в голову? Покачав головой, Мэй отбросила эту мысль в сторону. Позже будет время для экзаменов, прямо сейчас ей нужно было как можно скорее отделаться от Изуку, и она начала работать над этой перспективой, облизывая пульсирующую длину, выглядывающую из верхней части ее груди, хотя и с некоторыми трудностями, учитывая, что у нее никогда не было возможности подставить голову, трахая кого-то в титьки, но она довольно быстро привыкла к неортодоксальному ракурсу. Инженер продолжала свои движения, целуя кончик члена Деку или даже беря его в рот и намыливая языком всякий раз, когда он появлялся в верхней части ее ложбинки. Ощущения обжигающе горячего, твердого как сталь члена на ее чувствительных, мягких сиськах было достаточно, чтобы быстро возбудить ее, несмотря на далеко не идеальные обстоятельства. Хотя, учитывая тот факт, что у Изуку, казалось, практически не было простоев, она восприняла намокание в своих трусиках как своего рода благословение. Учитывая его новые размеры, ей понадобится вся возможная помощь. Изуку застонал громче, когда двойственные ощущения захлестнули его и без того перегруженный разум, заставляя студента чувствовать, что он вот-вот лопнет в любую секунду. И все же, возможно, вопреки здравому смыслу, он сдерживался, главным образом потому, что эти новые, захватывающие ощущения каждую секунду заново взрывали его разум, и он был чертовски уверен, что ни на секунду не хотел останавливаться. Но как бы он ни старался предотвратить надвигающуюся кульминацию, талантливый язычок Мэй в сочетании с теплыми объятиями ее большого, мягкого бюста в конце концов довели его до крайности. Хотя на этот раз он был достаточно в сознании, чтобы предупредить ее. “Мэй! Я-я больше не могу сдерживаться! Я собираюсь кончить!” Он застонал, посмотрев вниз и увидев, что его приятель по траху улыбается ему в ответ. Хацумэ быстрее двигала своими сиськами по всей пульсирующей длине, слизывая каплю за каплей преякулят, вытекающий из кончика. “Выпусти это для меня, Изуку!” Она застонала, пристально глядя на Изуку, впитывая каждую деталь, каждый аспект его красивого, потного лица со своей Причудой и запечатлевая это в своей памяти. Прямо перед тем, как в ее собственное лицо попала струя соленой спермы, заставившая ее отступать, когда струя за струей вылетали в воздух, только чтобы попасть прямо ей на грудь, лицо и даже немного на волосы. Она даже открыла рот, чтобы попытаться поймать несколько упавших. К тому времени, как Изуку закончил, Мэй была в полном беспорядке, покрытая таким количеством спермы, что не могла справиться, даже когда она отчаянно пыталась оттереть капли спермы со своих сисек и лица и дочиста облизала пальцы. "Из-за пота на моей коже эту сперму будет практически невозможно выделить и проанализировать. Кроме того, было бы расточительством выбрасывать их, когда для них есть гораздо более вкусное назначение!" Она рассуждала так, как будто ей нужен был предлог, чтобы смыть сперму, покрывающую ее тело. Хотя и не все, ей нравилось ощущение того, что она покрыта спермой, почти так же сильно, как ее вкус, настолько сильно, что она даже не пыталась вымыть волосы. Мидория едва мог разглядеть что-либо за звездами в своем поле зрения, когда он лежал на столе, тяжело дыша. “Ого ...” - пробормотал он, когда его зрение вернулось в фокус. “Это было ... потрясающе ...” “Теперь ты веди себя тихо, Изуку”. Сказала Мэй, снимая юбку и белые хлопковые трусики. “Позволь мне позаботиться о тебе”. “П-прости, Мэй”. Будущий герой натянуто улыбнулся, уже чувствуя, что его тело просит большего. “Ты просто хотела обычного рабочего дня, и теперь это случилось”. Мэй вздохнула, прежде чем взобраться на стол и схватить своего партнера за подбородок. “Изуку. Это была моя ошибка, и я это исправляю.” сказала она, глядя прямо ему в глаза, сидя верхом на его коленях, одной рукой удерживая равновесие, а другой прижимая его член к своей влажной киске. “Теперь ты выглядишь так, будто в тебе еще много чего есть. Так что приготовься, потому что я собираюсь прокатить этого плохого парня”. Добавила она дерзким тоном с ухмылкой на губах, прежде чем игриво подмигнуть Изуку, чтобы подбодрить его. Но внутри Мэй сама нуждалась в некоторой уверенности. Она посмотрела вниз, мимо своей покрытой белыми прожилками груди, на эрегированный член, который ждал под ней, испытав нечто похожее на головокружение, когда он вырисовался перед ней до такой степени, что все остальное выпало из фокуса. Она выдохнула, сама не зная, что задержала дыхание, и медленно опустилась на член Изуку, гораздо более твердый, намного больший, намного более ошеломляющий, чем когда-либо. С другой стороны, это было намного, НАМНОГО привлекательнее. Мэй никогда раньше не считала себя королевой больших размеров, но она должна была признать, что мысль о том, что Изуку разорвет ее на части своим новым зверем и погубит ради кого-то, кроме него, внезапно показалась довольно заманчивой, даже если это было довольно нелепо. Когда кончик протолкнулся сквозь ее складки, оба студента запрокинули головы и застонали почти в идеальный унисон, их звуки становились интенсивнее и необузданнее с каждым дюймом члена Изуку, который проникал в киску Мэй. К тому времени, когда она приняла в себя половину его члена, Хацумэ задыхалась, пот катился по ее телу и падал на лежащую, почти ничком фигуру зеленоволосого героя, в то время как сам Мидория радовался, когда мышцы влагалища розововолосой ученой сжимали его сильнее и туже, чем когда-либо прежде. “Это ... это потрясающее ощущение!” Сказал Изуку между тяжелыми вдохами. Мэй издала отрывистый смешок. “Т-ты еще ничего не видел... пока ничего, мальчик-герой!” Она выдохнула, прежде чем прикусить губу и еще ниже опустилась на член своего партнера. Еще через несколько минут, заставляя себя двигаться по всей длине члена своего друга, сопровождаемых громкими стонами и несколькими почти оргазмами, Мэй кончила на член Изуку, запрокинув голову и вскрикнув, почувствовав, как кончик соприкоснулся с ее шейкой матки и толкнул ее через край. Тем временем Изуку с благоговением смотрел на Мэй, когда она выла от удовольствия, отчасти удивленный тем, что его подруга смогла принять всю его новую длину, и все же она была здесь, сидела у него на коленях, а ее чувствительная киска касалась волос на его лобке. Его лицо стало свекольно-красным, когда он увидел ее обнаженную фигуру, свет лаборатории падал на ее потное, покрытое спермой тело и придавал ей ауру ангела. Извращенного, сквернословящего ангела. После того, как Мэй некоторое время наслаждалась оргазмом, она положила руки на точеную грудь Изуку и приготовилась к тому, что должно было стать самой дикой скачкой в ее жизни. Она медленно поднялась с члена Мидории, мышцы ее влагалища все это время крепко сжимали его, пока только кончик не оказался внутри ее теплого, влажного туннеля. Она посмотрела на своего партнера, на его лице была смесь неописуемого благоговения и умопомрачительного удовольствия, и улыбнулась, прежде чем снова принять его, на этот раз немного быстрее. Она повторяла свои движения, каждое из которых вызывало у ошеломленных подростков звуки экстаза и эйфории. Довольно скоро она прыгала на его члене, как будто это было ее второй натурой, как будто она была знакома с его потрясающим членом. Мидория рванулся бы ей навстречу, как обычно, если бы не был совершенно ошеломлен ощущениями, которые испытывал. В том виде, в каком он был сейчас, все, что он мог делать, это издавать стоны удовольствия и пялиться на Мэй Хацумэ, от ее лица, искаженного от удовольствия, с высунутым языком, до ее подпрыгивающих, сочных грудей, до ручейков ее соков, стекающих по его длине и собирающихся у него на коленях и столе. Вида того, как она отдается удовольствию прямо на нем, было достаточно, чтобы Изуку потерял себя. “Я собираюсь кончить!” Он закричал, чувствуя, что приближается к краю. “Сделай это! Кончай в меня, наполни меня!” Мэй закричала в ответ, приближаясь к собственному оргазму, полностью уверенная в противозачаточных таблетках, которые стали почти неотъемлемой частью ее рациона. По крайней мере, этой химии она могла доверять. Изуку вышел из транса, вызванного удовольствием, в котором он находился, и схватил Мэй за талию, притягивая ее к себе, пока он выпускал порцию спермы за порцией в ее ожидающее влагалище, все время издавая гортанные стоны. Стоны, на которые Мэй отвечала взаимностью, когда сама достигла кульминации, ощущение липких струек спермы выстрелило глубоко внутри нее, глубже и сильнее, чем когда-либо прежде, усиливая удовольствие и толкая ее через край, когда она разбрызгивала свою эссенцию вокруг члена, находящегося внутри нее. Хацумэ только пришла в себя после тяжелейшего оргазма в своей жизни, когда почувствовала, как член внутри нее зашевелился, за которым последовали сильные руки, схватившие ее за талию, двигающиеся, чтобы схватить ее за задницу, когда Изуку внезапно встал из-за стола, все еще находясь внутри нее, и вызвал у девушки громкие крики удовольствия, заставив ее задуматься, не достигла ли она только что нового оргазма. У нее даже не было времени задать вопрос, поскольку зеленоволосый боец отнес ее к стене лаборатории, к которой он быстро прижал Мэй. Все опасения или вопросы застряли у Мэй в горле, когда Изуку начал двигать бедрами, прижимая ее к стене, в то время как первобытные стоны срывались с его рычащего рта. Ей не пришлось тратить много времени на размышления, почему Изуку трахает ее сильнее, чем когда-либо прежде, списывая это на ее чудодейственное зелье, прежде чем ее разум отключился от ошеломляющего удовольствия. Пальцы Изуку впились в ее толстые бедра, когда он отрывал ее от земли и накачивал ее, каждый сильный толчок вырывал у ученого хрюканье, визг или стоны. Он едва осознавал, что происходит, движимый только грубой, первобытной похотью. Хацумэ не то чтобы возражала, она была слишком счастлива обвить руками шею своего приятеля и впиться ногтями в его спину, возбуждая его изо всех сил частыми вдохами и чувственными стонами. И это сработало лучше, чем она могла ожидать, каждый хриплый стон и чувственное мурлыканье заставляли его отдаваться ей быстрее и жестче, до такой степени, что стена, к которой была прижата Хацумэ, сотрясалась каждый раз, когда боец вонзал в нее свой член, хотя она уже давно перестала заботиться о своих коллегах-ученых. Однако Изуку где-то глубоко, сквозь туман похоти, затуманивший его разум, надеялся, что они никому не мешают. Но какая бы рациональность ни оставалась в голове Мидории, она была быстро отброшена в сторону, когда мальчик приближался к очередному оргазму, его движения становились быстрее и яростнее с каждой секундой. Мэй, уже потерявшая счет своим оргазмам, обхватила дрожащими ногами талию парня и притянула его к себе для небрежного поцелуя с языком. И когда они оба снова приблизились к краю, когда стенки влагалища Мэй сжали пульсирующий член Изуку, подростки застонали, сомкнув губы, прежде чем упомянутый стон превратился в экстатический крик, когда они кончили, теплый проход ученого наполнился липкой эссенцией героя, когда ее собственные соки потекли вокруг его члена на пол. Пальцы Изуку медленно разжались с бедер девушки, и она встала на дрожащие ноги. Схватившись за стену позади себя, чтобы не рухнуть на пол, Мэй застонала, когда Мидория вышел из нее, его содержимое выплеснулось из ее лона, растекаясь по земле. Хацумэ облизнула губы при виде сливок, растекающихся у нее между ног, задаваясь вопросом, было бы такой уж плохой идеей опуститься на колени и съесть их прямо с пола. Не то чтобы у нее было много времени подумать об этом, так как, пока она отвлекалась, Изуку схватил ее за руку и практически швырнул на стол, прижимая ее торс к холодной металлической поверхности и снова прижимаясь к ее киске. “Трахни меня!” - Это все, что Мэй смогла сказать, прежде чем Изуку снова вошел в нее, оба студента явно были на одной волне в том, насколько страстно они хотели продолжить свой роман. Она повторила свои слова под страстные стоны, призывая своего партнера трахать ее жестче и быстрее, прежде чем произнесенные слова превратились в бессвязное бормотание эйфорических звуков, ее глаза закатились, когда Изуку добился своего с ней. И то, как он это делал: трахал ее, склонившись над столом, совокуплялся, прижавшись к полу, на четвереньках, затем, после короткого перерыва для траханья лицом вниз, поднимал ее и колотил, укладывая на тачку, или как можно ближе к ней, когда Мэй не могла удержаться, ее измученные руки подкашивались всего после пары толчков. Не то чтобы это помешало Изуку отправиться в город на её пизде, уткнувшись лицом в залитый спермой и потом пол. После большего количества поз, чем они могли вспомнить, и большего количества оргазмов, чем они могли сосчитать, двое студентов снова оказались на полу, а розововолосая ученая лежала на спине, закинув ноги на плечи зеленоволосого громилы. И как только они закончили с этой позой - снова сопровождаемой полностью удовлетворяющим оргазмом и более громкими стонами удовольствия - Мидория снова вышел из измученной пизды Мэй, с ворчанием откинулся на задницу, когда ему потребовалось время, чтобы собраться, звук глубоких вдохов наполнил комнату. Посмотрев вниз, он увидел, что Мэй Хацумэ изо всех сил пытается не заснуть, когда его семя вытекло из ее киски, образовав лужицу на полу, которая присоединилась ко многим другим, образовавшимся во время их возни в лаборатории, а также потеки, покрывавшие волосы и кожу девушки. Образ его подруги, покрытой его сущностью, был последним, что он увидел, прежде чем закрыл глаза, сосредоточившись на восстановлении своей энергии. Восстановив часть своих сил, Мэй поднялась, с трудом опираясь на руку, и застонала, это простое действие оказалось для нее слишком большим напряжением. Она натужно ахнула, увидев сидящего там Изуку, усталость только сейчас начала проявляться на нем, когда он тяжело дышал. Опустив взгляд еще ниже, она увидела его наполовину эрегированный пенис, блестящий в смеси жидкостей ее партнера и ее собственной. Часть ее была впечатлена его выносливостью, другая часть начинала раздражаться по этому поводу. Независимо от ее текущих мыслей, тот факт, что у Изуку все еще был стояк после - она взглянула на часы на стене лаборатории - почти трех часов безостановочного траха вызывал небольшую проблему. Что бы ни было в той безбожной смеси, оно не только усилило сексуальное мастерство Изуку, но и превратило ее друга в гребаную машину. Только сейчас он начал проявлять какие-либо признаки усталости, в то время как она была на грани обморока. Она не знала, сколько еще сможет продержаться в таком темпе, но что она точно знала, так это то, что у нее неприятно болело там, внизу. Если так пойдет и дальше, Изуку может просто трахнуть ее так сильно, что это действительно причинит ей вред. И у Мэй могут быть свои странности, но то, что ее трахнули так сильно, что у нее пошла кровь, определенно не было одной из них. "Я могла бы просто отсосать ему несколько раз, пока он не устанет." Хацумэ подумала, прежде чем быстро покачать головой. "Нет. Он, вероятно, снова попытается трахнуть меня в лицо, и я определенно не смогу его остановить. И я не уверена, что доверяю ему потребление кислорода, не в таком состоянии. Если бы я попыталась отсосать ему, он мог бы вцепиться мне в рот, вот и все." Она смотрела на неподвижную фигуру своего партнера, обдумывая, каким будет ее следующий шаг, несмотря на усталость, она часто ловила себя на том, что отвлекается на скульптурное телосложение студента-героя и его новый, улучшенный, аппетитный член. "Я могла бы просто отменить это. Даже сейчас он все еще Изуку. Я могла бы просто сказать, что я устала или что я довольна, и он бы понял." Мэй рационализировала, бросив быстрый взгляд на душевую, примыкающую к лаборатории, задаваясь вопросом, как она туда попадет. - "А он бы? Он кажется довольно агрессивным, и я не знаю, насколько эта формула изменила его. Может быть, он бы не остановился. Или, может быть, он бы остановился, но по дороге домой почувствовал себя настолько неудержимо возбужденным, что напал бы на невинного! Что, черт возьми, мне делать?" Мысль о том, что ее возлюбленный превратился в неконтролируемого сексуального маньяка, довела Мэй до исступления, когда она оглядывала комнату, пытаясь найти что-нибудь, что могло бы ей помочь. Только сейчас она подумала, что, возможно, создание противоядия было бы хорошей идеей, но упускать возможности - это никому не поможет. Она медленно приподнялась на столе, ее колени размазали по полу коктейль из их спермы, пока она не оглядела один конец комнаты, другой, пока ее взгляд не остановился на ее телефоне, стоявшем всего в нескольких футах от нее, с несколькими струйками спермы на экране. "Я действительно хочу втянуть ее в эту историю?" Мэй спросила себя, глядя на телефон, разумно ли было просить кого-то еще о помощи в решении проблемы, которую создала ее неопытность. "К черту, я либо прошу ее о помощи, либо рискую, что мне вышибут мозги. Кроме того, она перенесет это лучше, чем я когда-либо могла". С новой решимостью Мэй потянулась за своим телефоном, небрежно вытерла его пальцем и открыла приложение для обмена сообщениями. "Я просто надеюсь, что она все еще в школе". Подумала она, не раздумывая дочиста облизывая один палец, а другой рукой печатая так быстро, как только могла. "В таком случае, пройдет совсем немного времени, и она приведет сюда свою сладкую задницу".***
“Привет, мы все еще готовы к завтрашнему дню?” Спросила Кьёка Дзиро, доставая свои вещи из шкафчика, уставшая после долгого занятия в библиотеке. Единственное, чего она сейчас хотела, это пойти домой и хорошенько принять ванну. Все еще ожидая ответа, она закрыла свой шкафчик и повернулась к подруге, только чтобы обнаружить, что та смотрит в свой телефон с легкой улыбкой на губах и легким румянцем на щеках. “Момо?” Момо Яойорозу обернулась с легким писком удивления. “Ч-что? Что-то не так?” “Я спросила, готовы ли мы пойти завтра на вечеринку с ночевкой в дом Мины”. Джиро спросила еще раз, возясь со своими гнездами. “О, да, конечно! Абсолютно”. Ответила Момо, ее улыбка стала шире, когда она несколько раз неловко рассмеялась, стараясь выглядеть как можно более заметной. “Слушай, почему бы тебе не продолжить, я эээ ... кое-что забыла, там, в библиотеке”. Дзиро приподнял бровь, когда Момо медленно попятилась. “Правда? Что ты забыла?” Однако, прежде чем она закончила свой вопрос, Момо уже мчалась по коридору, а ей вслед раздавалось “Пока, увидимся завтра!”, - эхом отдающееся в ушах. Яойорозу хватала ртом воздух, когда бежала к лаборатории вспомогательного курса, еще раз, не замедляя шага, посмотрела на свой телефон, текст на экране наполнил ее разум множеством приятных возможностей. "срочно 3 человека с производителем игрушек Изуку, поторопитесь, пожалуйста" Что бы ни заставляло Мэй игнорировать их код, должно быть, это было что-то срочное. Хотя, учитывая контекст, это была та срочность, в которой ей не терпелось убедиться самой.
