Без названия

— Запись работает? — Да, её уже включили. — Отлично, кхм-кхм, — прокашлялся перед речью мужчина своим грубым голосом в микрофон. — Первая половина резонной фазы. Пациентка полностью оправилась после недуга и готова к процедуре. От волнения невольно покалывало стопы, словно кто-то маленький бегал по полу и пощипывал их, а пальцы на руках судорожно пересчитывали воздух в надежде нащупать предмет, стоящий внимания девочки, из-за чего доктор Эстер несколько раз уже сделала ей об этом замечание. — Ты не забыла, что тебе не следует волноваться перед процедурами? — учтиво заметила девушка, недовольно скрестив руки на груди из-за халатности пациентки. — Нет, просто сложно держать всё при себе, когда знаешь, что скоро произойдёт, — отмахнулась от замечания нервным смешком Эйри. — К тому же в прошлый раз меня стошнило… Я бы не хотела чувствовать такое снова. Тебя ведь будто наизнанку выворачивает, а потом всё тело болит, а во рту отвратительный привкус. Словно вдобавок ко всему выше сказанному, Эйри припомнились и многочисленные судороги, что сводили её тело после прошлого окончания процедуры, из-за чего ту пришлось держать зафиксированной дольше обычного. — В прошлый раз твой организм не принял артефакт из-за его излишка, и его содержимое добровольно вышло через твою ротовую полость, — неловко заметила доктор, подперев в раздумьях свой подбородок рукой. — Я была против того, чтобы он выходил, — почти шёпотом прошептала девочка себе под нос, недовольно нахмурив брови. — Сегодня у тебя будет почти несущественная его доза, не переживай, стошнить не должно, — рука Эстер легко скользнула по белоснежным волосам девочки в поддерживающем жесте, улыбка выступила на её лице, образуя ямочки на щеках. — И надеюсь, что это даст результат. Положительный, конечно же, — слегка помедлив, добавила она в суматохе, то отвернувшись, то снова посмотрев на Эйри, словно те строили заговоры против других людей, находящихся за толстым стеклом. — Ага, — облегчённо выдохнула девочка, чувствуя томные успокаивающие поглаживания по голове, отчего мурашек стало ещё больше. Теперь внимание привлекла женщина в сиреневом халате, вышедшая из двери со стороны доктора Эстер. Она была одарена тонкими ногами, почти как у девочки, а также имела длинные пепельные волосы, аккуратно собранные в низкий хвост. Её походка явно говорила о закрытости и неуверенности в своих действиях, впрочем, как и собственный голос. — П-подготовка закончена, — доложила девушка, судорожно поправляя очки. — Что с артефактом? — посерьёзнев, осведомилась Эстер. — В-в в норме. — Хорошо, — девушка одобрительно кивнула, одновременно мягким движением руки подтолкнув Эйри к медсестре. - Тогда тебе пора, Эйри, — грустно пролепетала та. — Я буду здесь и прослежу за процедурой. Девочка быстрым шагом подошла к заикающейся коллеге Эстер, а та, в свою очередь, уже завела её в светлый кабинет. Здесь как-никак ценишь существование века над глазом, ведь от этого кабинета можно было буквально ослепнуть в сравнении с привычными тёмными коридорами здания. Прищурившись от яркого света и немного поморгав, Эйри смогла разглядеть людей, приглашающих её на уже подготовленное для неё кресло. На ней располагались всё те же знакомые ей ремешки. Как любезно было с их стороны уже подготовить всё, что требовалось для процедуры. — Вас закрепят лишь для того, чтобы лишний раз не поранить, — в который раз объяснил ей мужчина, стоящий напротив стеклянного стола. — Вы не можете гарантировать нам, что не дёрнетесь в течение введения артефакта, поэтому во избежание лишней боли для вас были установлены эти ремни. — Я знаю, — коротко ответила ему девочка и небольшим скачком взобралась на место процедуры. Это ей говорили каждый раз перед началом эксперимента, и она привыкла. — Сейчас тебе преподнесут стакан, ты должна будешь выпить содержимое, — проинспектировала Эйри девушка, которая привела её сюда ранее. Девочка лишь недавно подметила странность пепельноволосой красавицы. Девушка никогда не заикалась во время процедур или за болтовнёй с кем-нибудь из коллег, а вот если видит её без них — постоянно. — Она из-за меня заикается? Звонкие шаги громко раздавались по хорошо прибранному пространству, и девочка слышала, как к ней подходили всё ближе и ближе. В итоге перед Эйри поставили прозрачный стакан с мутной жидкостью внутри, напоминающая сукровицу. Нисколько не сомневаясь в своём выборе, рука тут же схватила его, и залпом она выпила содержимое, стараясь как можно быстрее проглотить, чтобы не почувствовать вкуса: сладкого или противного - не важно. После проглатывания первое время она ничего не чувствовала, однако спустя нескольких минут ожидания в желудке неприятно зажгло, хотя Эйри придерживалась мнения, что это больше от голода, чем от таблетки. К горлу подкатило неприятное чувство, знакомое для девочки под фразой «Ну вот опять», а ослабленные руки невольно задрожали, покрываясь холодным потом. Докторов тут же насторожило побледневшее лицо Эйри, и они спросили её о самочувствии. Словно ответ на их вопрос и в заключение операции, Эйри изогнулась в спине и выдала несколько рвотных позывов подряд. Однако из-за пустого желудка девочки пол не был залит неприятно пахнущей жидкостью, похожей больше на выблеванные собственные кишки, чем на то, что раньше называли аппетитным завтраком, а всего лишь желудочным соком вперемешку с малой частью того, что та выпила недавно. *** После процедуры Эйри, как и всегда, отправили в одну из больничных комнат, чтобы та пробыла там ещё какое-то время. Как только мечтательница захотела позвать в комнату Барта для того, чтобы рассказать ему о своей новой идее по созданию глиняной фигурки, внезапно в комнату вошла Эстер. Девушка медленно передвигала ногами, одновременно обводя все предметы вокруг пристальным взглядом, а также разорванную бумагу, раскиданную по всему полу до того момента, как её посетил гость. Девочка пыталась нарисовать точный дизайн фигурки, чтобы спокойно уже лепить с него. Они были для неё такими же друзьями, как и живые люди, окружающие её. Она ни разу их не видела и осознаёт, что никогда и не увидит их в реальном мире, но оживить в своей фантазии ей было вполне под силу. Они вместе расследовали дела, болтали и рисовали таких же новых. Вот и Эйри нарисовала их, правда, немного расстроившись, что у неё изначально вышел не тот образ, который она представляла у себя в голове, и немного порвала бумагу. Ну как… Разорвала в клочья и кинула в воображаемую бездну, то есть на пол, если объяснить точнее. С настороженным видом доктор аккуратно подняла одну из частей ранее целой бумаги и вопросительно посмотрела на девочку, когда выпрямилась в спине, взмахнув ей у себя возле уха. Но, впрочем, это сейчас неважно. Перенесёмся на несколько часов раньше, когда Эйри отвели обратно в комнату и та уснула. Где всё началось. Безмолвная фаза купола. Момент, когда весь город погружается во мрак, а кейвийцы валятся в постель от усталости, приветствуя мир грёз в своём подсознании. Эйри стояла на опушке Луднийского леса. Могучие деревья старого леса лабиринтом росли вверх, стремясь проткнуть купол насквозь, между которых даже самая яркая фаза не проникнет. Сплошной мрак. Лёгкий ветерок дул в спину, путая светлые волосы между собой, и зазывал девочку в самую чащу, вплоть до холмистых гор, ограждающих остров от океана в большинстве мест. Шаг. Ещё шаг. Эйри шла по тропинкам, продвигаясь всё глубже в лес. Всюду были слышны шорохи лесных тварей: певчих птиц, шагов ящериц, копошившихся млекопитающих, и, на радость, никакого рокота охотящегося фомоса. Ступенька, ступенька, ещё ступенька. В роли них выступали кольца срезанных деревьев, меж которых лежали опилки. Таких тропинок в лесу можно было счесть по пальцам одной руки. Большинство были глиняными, землистыми и непредназначенные для простых прогулок, а только для рабочих, проводящих свои будни в лесу. Эйри поняла сразу, что это был сон. К её же сожалению. Как бы хорошо ей ни было в лаборатории, но иногда всё-таки хотелось ощутить дуновение ветра на коже. Она бы спросила его, сможет ли он сопроводить её до пробуждения, но тот всё равно не ответит. Она не понимала тот язык, которым говорит природа в этих местах, сколько ни прислушивалась, желая понять, всё обращалось в хаос сплетённых между собой песен кряхтящих от старости деревьев и шума их листьев. Ещё несколько метров было пройдено, как из кустов послышался шорох. Девочка испуганно остановилась, прожигая взглядом зелёный кустарник-баньяка с круглыми ягодами, но вскоре любопытство пересилило страх, и та решила подойти ближе. К тому же звук шагов стал громче. Что-то явно приближалось… Как резко из кустов выпрыгнул тофти, громко урчащий на своём языке и пытавшийся не заплетаться о собственные корни с ног. Девочка ошарашенно отпрыгнула назад, вцепившись от неожиданности рукой в свою рубашку, после чего тут же рассмеялась, побежав вслед за ним, стараясь не отстать и не потерять из виду ожившие корни. - Подожди! - крикнула та вслед копошившемуся чудику, но те не понимали её, чтобы остановиться. Какое-то время она преследовала тофти, изредка перепрыгивая через поваленные давним штормом деревья. Это с того дня, что ты слышала, даже сидя под землёй в лаборатории. - Наверное, жутко было здесь, - подумала про себя девочка. Хорошо, что у неё было такое место, где бы она могла переждать грозу. Имела дом, огораживающий её от опасной реальности. - Ты идёшь домой? Можно мне с тобой? - снова прервала тишину Эйри, догнав тофти и заглядывая ему в лицо, пытаясь привлечь внимание того своим присутствием. Тот лишь фыркнул что-то невнятное себе под нос, похожее на ворчание, но девочка лишь пожала плечами, показывая, что для неё непонятны его слова, и решила, что раз уж та его не понимает, то спрашивать бессмысленно. Она решит сама и пойдёт с ним. Но тофти остановился, смотря прямо перед собой и вытянув вперёд одну из своих кривых деревянных ручек. - Хм? - озадаченно хмыкнула девочка, тут же остановившись и отведя взгляд в сторону, оглядываясь по сторонам. Духи… Много духов, и все смотрели. Они безмолвно наблюдали из тени и следили за их движениями, анализируя каждый следующий шаг, слово, вздох… — Эйри, всё хорошо? — желая узнать причину данного беспорядка, в который раз вопросительно позвала её доктор. Девочка помотала головой, словно пытаясь прийти в себя. - Который раз я уже так задумываюсь, забывая о происходящем вокруг? - пробормотала она про себя, в действительности слегка нахмурив брови, озадаченная данным состоянием, что было ей в новинку. — А, это… — нервно хихикнула Эйри. — Я замечталась, точнее, я рисовала. Кстати, конечный рисунок у меня получился! Девочка развернула рисунок в сторону Эстер, показывая своё художество. Та рассматривала его в течение минуты, после чего облегчённо улыбнулась. — Очередной друг? — догадавшись, спросила она. — Ага, — довольно ответил ей голос в ответ. — Как-нибудь ты обязательно должна нас с ним познакомить. — А сейчас? — слегка расстроенно спросила девочка. — Его зовут Марф, он очень хитрый и наблюдательный, а ещё он довольно своенравный. Как раз отлично впишется в компанию к Киц и Геншё! Я видела их в Луднийском лесу, и мы болтали, правда! — Прости, льнинка, — виновато понурив голову, перебила девочку Эстер. - Но я пришла только сказать тебе, что завтра ты возвращаешься в своё родное восточное крыло. Занятия с Маистрэ возобновятся на следующий день, сразу же после твоего прихода туда, для того чтобы ты могла к ним подготовиться. Насколько я знаю, у тебя не было времени сделать этого ранее. А также у нас могут быть некоторые изменения, — слегка помедлив, закончила девушка. — Изменения? — заинтересовалась Эйри, растерянно хлопнув ресницами. — Какие же? — Я дам тебе знать, когда будет нужно, — уверила её Эстер. — Мы в любом случае в скором времени увидимся, поэтому не переживай об этом. Рука девушки медленным движением погладила девочку сначала по щеке, потом прошлась по волосам, взъерошив и без того растрёпанные пряди, после чего резко встала и, прекратив диалог, поспешно собрала разбросанные по комнате оставшиеся частички разорванной бумаги. — Ты же не против, если я уйду вместе с ними? — Думаю, Марф будет не против избавиться от своей изначальной концепции, — одобрительно кивнула ей девочка. Дверь захлопнулась, и в комнате снова ровно один человек, не считая его выдуманных друзей. Хорошее настроение тут же начало понемногу испаряться, словно вода на огне, ровно в тот момент, когда девочка осознала это. Повалившись на кровать, Эйри стала снова рассматривать своё творение разума. Перед ней был уже не пустой белый лист бумаги. Перед ней был мрачный, но в то же время совершенно этим не страшный лес. Его можно было бы охарактеризовать такими терминами, как умиротворенный или даже волшебный. Из-за деревьев выглядывало куча тёмных силуэтов роста примерно с саму девочку с красными глазами, среди которых изредка встречались и духи белого цвета. Все они вопросительно глядели перед собой, как бы спрашивая Эйри, что она делала в лесу в такое время или же зачем решила запечатлеть этот момент на листе. Но одно она знала точно - все они смотрели именно на неё своими алыми от непонимания стеклянными глазами.