Падение

      До конца дня Эрен дрейфовал от свежих воспоминаний, в чем ему помогал чувствительный анус, до мыслей, насколько Леви отличался от того, к кому Эрен уже успел привыкнуть. И чем больше он думал, тем больше ему казались странными эти отличия. Человек, конечно, не был однообразной субстанцией, но Леви днем и Леви ночью были будто два разных человека, и Эрен никак не мог это объяснить для себя. До сегодняшнего дня он мог разделять этих двух Леви, просто потому что тот, кто общался с Эреном днем, вел себя так, будто ночью ничего не происходило, а они были только соседями, но не больше. И как раз это укладывалось в мировоззрение Эрена, он мог понять такое поведение, но после сегодняшнего его визита... Все совершенно перемешалось — не в меньшей степени из-за разговоров Леви о связывании и упоминании прозвищ, какими он пользовался ночью, но в то же время его будто удивляло наличие игрушек в ящике Эрена, которые он сам же и подарил, и еще и его требование презервативов... Эрен ненароком подумал, что либо Джек заразил его чем-то, о чем сказал утром, либо Леви заразился в командировке. Но даже если и так, не слишком ли поздно он спохватился, учитывая прошлую ночь?       Эта мысль заставила Эрена шерстить интернет в поисках совета. Для него это был совершенно новый опыт, из разряда тех, которые совсем не хотелось бы переживать. Эрен был напуган, его едва не захлестывала паника, пока он искал адреса клиник в соседних городах, где можно было бы сдать анализ на венерические — он даже не рассматривал возможность воспользоваться услугами местной клиники. Пусть информация о пациентах была конфиденциальной, но его наверняка кто-то увидит рядом с кабинетом, в котором проводились консультации и забор крови, и Эрен просто не был готов встретиться со шквалом критики от местной общины. Как бы приход ни любил его, Эрен был слишком хорошо осведомлен, как быстро меняется ветер, если выяснялось, что священник вел настолько распутный образ жизни, что ему приходилось проверяться на инфекции, передающиеся половым путем. Все в итоге сведется к обвинению в растлении — он всегда держался на приличном расстоянии от всех детей и подростков, прекрасно зная о печальной славе священников, но кого и когда порядочное поведение останавливало от клеветничества?       Все эти мысли закручивали его нервы настолько, что к вечеру Эрен уже не был уверен, что хочет, чтобы Леви появлялся на его пороге. Он принял душ, но не стал играть с бусами и пробкой, не стал готовиться к приходу Леви, хотя сам так настойчиво просил его прийти. Это, наверное, было нечестно, но разве это имело значение, если Леви заразил его чем-то? Как он пройдет через такой позор?       С другой стороны, это, пожалуй, было его наказание. Он просил у Господа знака, и тот его дал — в своей, своеобразной манере, но все же. Эрен не мог жаловаться.       В постель он ложился с твердой решимостью не пускать Леви в дом, отказаться от встреч с ним до тех пор, пока он не получит результаты анализов — запись в клинике соседнего города была на послезавтра, и все это время Эрен намеревался избегать Леви.       Намерения — это, конечно, благое дело, но Эрен не учел упрямства и настойчивости Леви, хотя стоило: сколько раз до этого он сдавался под его натиском?..       Леви объявился в полночь, как и в любую ночь до этого. Он постучал, и Эрен сел в постели, стиснув в кулаках одеяло, но не пошевелившись. Стук в дверь раздался настойчивее, и Эрен услышал, как Леви дергает ручку входной двери, и то, что замок оказался заперт, должно было разозлить его — Эрен обещал, что дверь будет открыта, что он будет ждать, подготовленный, но вместо этого прятался в дальней комнате, будто ожидавший наказания мальчишка.       Шум в коридоре затих, и Эрен уже слегка расслабился, решив, что Леви ушел, но в окно в спальне вдруг раздался стук, и Эрен едва не подпрыгнул на матрасе, посмотрев на штору. Свет в спальне не горел, и Эрен даже не собирался включать его, надеясь не выдать себя, но тщетно.       – Впусти меня.       Эрен мог поспорить на собственную руку, что окно в спальне было закрыто, так что голос Леви никак не мог звучать так отчетливо, будто он стоял рядом — будто прижимался губами к уху Эрена.       – Давай, будь хорошим, послушным мальчиком и открой дверь.       Эрен подтянул колени к груди и затаился, все же вздрогнув, когда стук в окно повторился.       – Я считаю секунды, и, поверь, ты ответишь за каждое мгновение промедления.       Эрен трудно сглотнул, но не пошевелился — отчасти из-за голоса Леви: жесткого, глубокого, подминающего под себя, точно асфальтоукладчик.       – Насколько ты оцениваешь свою выносливость? Учитывая, сколько прошло времени с моего первого стука в дверь, я могу гарантировать, что завтра ты не сможешь сидеть на своей заднице. Будешь тянуть дольше — будет только хуже. Открывай! – приказал Леви, и Эрен, чувствуя скованность в каждом движении, встал с кровати, но вместо того, чтобы направиться в коридор, подошел к окну и отодвинул штору. Леви стоял у окна, меча молнии взглядом, и каждый миллиметр его лица выражал недовольство поведением Эрена. Это будоражило, порождало мурашки и дрожь во всем теле, и Эрен полностью уверился в своей склонности к мазохизму, испытывая трепет и волнительное предвкушение.       – Впусти меня, – потребовал Леви. – И можешь сразу же бежать к кровати и вставать на четвереньки, задирая голый зад — я не оставлю его в покое, пока он не покраснеет настолько же, насколько покраснел твой анус прошлой ночью после того, как я оттрахал тебя на кухне.       Эрен трудно сглотнул, все еще не шевелясь, и Леви ухмыльнулся:       – С этого момента я считаю секунды, которые обернутся другим наказанием. Чем дольше ты будешь медлить, тем тебе будет хуже. Ты ведь не забыл? Твоя сегодняшняя ночь принадлежит мне.       У Эрена сперло дыхание, но только не из-за обещания Леви — в полумраке казалось, будто его губы совершенно не движутся, а игра тени и света создавала иллюзию, будто у него и вовсе не было глаз — только пустые, черные глазницы, к тому же, Эрен все еще отчетливо слышал каждое слово, произносимое им, хотя теперь он окончательно убедился, что окна были закрыты, и голос Леви не мог так внятно звучать, пока он был на улице. Это пугало настолько, что Эрен на секунду подумал, что все это ему снится, но Леви прогнал все мысли, ударив ладонью по стеклу:       – Открой, или я войду сам! – жестко потребовал он.       Эрен отпрянул от окна, но все же поплелся на выход из спальни на ватных ногах, обдумывая где-то на периферии сознания, что он творит, что ему ожидать, зачем он вообще это делает и как избежать уже определенно заготовленного ему наказания?       Он остановился у входной двери, взялся за ручку и прислонился лбом к дереву, глубоко вздыхая.       – Не упрямься, – послышался голос Леви. – Тебе не идет.       – Ты заразил меня чем-то?       – Открой.       – Ответь, – попросил Эрен, зажмурившись.       – Нет.       – Тогда зачем нужен был презерватив?       Последовала короткая пауза, за время которой у Эрена едва не выскочило сердце из груди из-за миллиона пролетевших в голове мыслей.       – Внешний вид можно было объяснить жарой и общим недомоганием после долгого пути и бессонной ночи. Наличие запаха чьей-то задницы на члене никак не объяснить. Теперь открывай, – потребовал Леви и ударил ладонью по двери.       Эрен закусил губы. Он напросился на наказание — на целых два наказания, судя по всему — просто потому, что сумел убедить себя, что его первая мысль была ошибочной. Сколько раз он слышал выражение, что самое простое объяснение событию и есть то, чем это событие является, но в очередной раз все для себя усложнил. Он весь день провел, как на иголках, из-за своей глупости, а теперь еще и поплатится за то, что засомневался в Леви...       Эрен глубоко вздохнул и открыл дверь, пропуская недовольного Леви внутрь. Если прежде от него исходила темная аура — сейчас Эрен даже не знал, каким словом описать свои ощущения. Леви смотрел исподлобья, его мрачное настроение заполняло коридор с такой скоростью и так давило на Эрена, что подкашивались ноги. Хотелось сесть, а еще лучше — сбежать подальше, но Эрен только прислонился спиной к закрытой двери и осмелился встретить его черный взгляд.       Леви отошел в сторону и приглашающе указал рукой вглубь коридора, будто это он был хозяином дома и предлагал Эрену располагаться. И пусть Эрена уже отпустило чувство, будто Леви был выходцем из Ада — он догадывался, что все это было лишь игрой его воображения, — но разница с тем, как он вел себя днем, не давала покоя. С другой стороны, Эрен не мог отрицать, что при свете дня вообще все кажется другим, и, может быть, ничего в Леви не менялось, а Эрен все выдумывал, потому что вся остальная его жизнь была скучной и однообразной, и только их с Леви тайна придавала ей красок.       Он отстранился от двери, отчасти ожидая шлепка по заднице, когда проходил мимо, но Леви лишь последовал за ним — безмолвно, и это тоже ненадолго заняло мысли Эрена, ведь днем Леви был на удивление разговорчив. Хотя сейчас он мог быть просто зол.       Чем ближе они были к спальне, тем туже завязывался узел внизу живота, волнение заполняло черепную коробку, освобождая ее от мыслей, которые не касались того, что произойдет сегодняшней ночью. Сердце заколотилось еще быстрей, едва Леви сзади шумно вздохнул, будто был недоволен медлительностью Эрена, но он не мог ускориться — он не боялся Леви, не ждал, что тот его покалечит, но с каждым новым шагом Эрен понимал, что запомнит эту ночь на всю жизнь и навсегда усвоит один простой урок: не стоит злить Леви.       Эрен вздрогнул от неожиданности, когда дверь в спальню хлопнула за его спиной, но послушно подошел к кровати и сбросил с плеч халат.       – Ремень или ладонь?       Ему было позволено выбирать? Удивительная щедрость!       – Ладонь, – кое-как преодолев ком в горле, ответил Эрен. Он надеялся, что такой выбор сыграет ему на руку: если Эрену будет больно от шлепка, то и Леви наверняка тоже.       На ягодицу опустился смачный удар ладонью, и Эрен едва не подпрыгнул на месте.       – Ладонь, так ладонь. – Леви прижался к спине Эрена телом и уткнулся лбом между лопаток, оставляя еще один шлепок — уже на другой ягодице: – Вставай на четвереньки.       Эрен вновь попытался проглотить ком в горле и заставил непослушное тело принять позу на кровати — руки и ноги не слушались, в ушах шумело, Эрен заторможено пытался вспомнить, наказывали ли его поркой родители в детстве, но мысль упорхнула, точно птица, едва на ягодицу опустилась ладонь с очередным шлепком.       Пока что Эрену больно не было — он вздрагивал от неожиданности из-за напряженного тела в целом: перегруженная нервная система реагировала слишком остро, и каждый шлепок отзывался электрическим разрядом вдоль позвоночника и груди. Эрен сжал простыни в ладонях, глядя между своих рук, все еще опасаясь встречать взгляд Леви — почему-то он решил, что Леви воспримет это, как непослушание, и продлит наказание.       – Не похоже чтобы ты подготовил анус.       Эрен поджал ягодицы от этого комментария, но увернуться от прикосновения к анусу не попытался: Леви обвел его подушечкой пальца и надавил на центр, проникая на длину фаланги. Эрен инстинктивно подался вперед — без смазки на пальце ощущения были не из самых приятных. Леви обошел кровать, и Эрен скосил взгляд, наблюдая за ним с закушенной губой. Он достал пробку из верхнего ящика прикроватной тумбы, выдавил на нее порцию лубриканта из флакона — Эрен не потрудился убрать его после ухода Леви днем, — и вернулся на прежнее место.       – Не думай, что я спущу тебе это с рук, – приставив вершину пробки к анусу, пригрозил Леви, и Эрен опустил голову на ладони перед собой. Он ничуть не сомневался, что Леви не лгал: его обещание, что Эрен не сможет сесть на свой зад утром, не было всего лишь словами — он выполнит его в самом ближайшем будущем.       Леви встал на колени позади Эрена и, едва надавив на анус пробкой, шлепнул свободной рукой по ягодице.       – Дай мне минуту, и я...       – Поздно, – прервал его Леви и оставил еще один шлепок — Эрену показалось, что в этот раз удар был сильнее, или ощущения были такими только потому, что он пришелся на то же место, что и предыдущий. Леви сильнее надавил пробкой, и Эрен постарался расслабить мышцы, поджавшиеся от легкой боли на ягодице.       Противоположные чувства запутывали, Эрен никак не мог понять: ему нравилось то, что делал Леви, или нет. Ощущения от растягиваемых мышц просто перекрывали боль от шлепков или же его заводило то, что его наказывали? Он определенно испытывал волнение перед каждым звонким ударом по заднице — где-то на уровне солнечного сплетения каждый раз что-то будто натягивалось и рвалось, Эрен крепче хватался за простыню под собой и даже вцепился в нее зубами, когда самая широкая часть пробки вошла в него, и анус непроизвольно сжался от очередного шлепка, выталкивая ее наружу. Леви снова ввел ее, и Эрен шатко выдохнул, разрываясь между ощущениями от болевшей ягодицы и приятной растянутостью ануса. Эрен подался назад, и, из-за того, что Леви крепко держал пробку в одном месте, она провалилась внутрь, войдя в Эрена до основания. Он проскулил от облегчения и тут же прошипел от болезненного шлепка, медленно снимаясь с пробки. Может, он и нашкодничал, но мгновение облегчения того стоило — Эрен закусил губу, стараясь сдержать улыбку, хотя Леви и не смог бы ее увидеть.       Позади него раздался смешок, и следом Эрен почувствовал, как пробка входит в него, и в этот раз Леви не попытался быть аккуратным и медленным — он давил и давил, пока та вновь не провалилась полностью, и тут же вынул ее, сдобрив переживаемые Эреном ощущения смачным шлепком.       – Не напрашивайся на большее, – предупредил Леви и вставил пробку, но в этот раз не стал доставать и переключился на пока еще нетронутую ягодицу. Теперь его ладони ложились то на одну, то на другую, и Эрен не мог предсказать, с какой стороны прилетит следующий шлепок. Левую уже немало саднило, анус сжимался каждый раз, когда Леви бил по ней, но облегчения это не приносило — для удовольствия, которое бы перекрыло ощущение боли, ему нужно было что-то толще узкого перешейка между основанием пробки и самим конусом.       Эрен посмотрел на свой член и удивился тому, что он не только налился кровью, но и выделял смазку — Эрен, конечно, чувствовал эрекцию, но его внимание было настолько сосредоточено на том, что происходило с его задницей, что все остальное как будто вообще не имело значения. Он потянулся к члену, но Леви тут же перехватил его руку и завел ее за спину, прижимая к пояснице.       – Не смей.       Эрен разочарованно простонал: как только внимание вернулось к члену — он стал испытывать невыносимое желание прикоснуться к нему.       – Свяжу, – ответил на невысказанную мольбу Леви, и Эрен стиснул челюсти, разрываясь между желанием ослушаться и прикоснуться к себе и волнением перед возможными последствиями. – Ты установил приложение?       Эрен не сразу понял, о чем он, но Леви потянул за основание пробки, дав подсказку, и Эрен закусил губу. Соврать или нет? Вибрация сейчас, в такой момент, могла бы добавить приятных ощущений, но хотел ли Эрен добавлять самому себе испытаний? Ему могло прилететь наказание еще и за ложь, да и установка приложения — дело пары минут, так что Эрен кивнул и высвободил запястье из захвата, чтобы дотянуться до телефона на тумбе. Он разблокировал экран и, открыв приложение, передал телефон Леви. Тот недолго изучал его, поглаживая горящие ягодицы Эрена свободной ладонью, и, наконец, выбрал паттерн вибрации — Эрен вздохнул и уткнулся лицом в простыню, зажмуриваясь и прогибаясь в спине. Вибрация медленно усиливалась до самой мощной, на какое-то время задерживаясь в этом режиме, и так же медленно ослабевала, в какой-то момент почти полностью затихая. Эрен уже пробовал этот паттерн, и даже без дополнительной ласки быстро возбуждался и так же быстро кончал от простой мастурбации, и сейчас не представлял, как долго сможет продержаться, прежде чем острая необходимость заставит его приласкать член. Если Леви никак не предотвратит этого — Эрен ослушается, не сможет не ослушаться, и, наверняка напросится на другое наказание. И шкодливый мальчишка в нем хотел этого. Хотел проверить пределы и своих возможностей, и пределы терпения Леви.       Внезапный шлепок по уже измученной ягодице контрастировал с приятным ощущением от вибрации, и Эрен простонал, подаваясь назад, еще больше отставляя задницу.       – Ах ты, развратник, ты там наслаждаешься? – хриплым от возбуждения голосом поинтересовался Леви и, намотав волосы Эрена на кулак, потянул его на себя. Эрен встал на четвереньки, но Леви потянул дальше, заставляя подняться на колени и откинуться на свою грудь спиной. Темный взгляд обжег, и Эрен недвусмысленно прижался задницей к его члену. – Нравится? – Леви довольно сильно шлепнул его по бедру, и Эрен, прижавшись носом к его щеке, кивнул.       Ему нравилось. Ему и правда это нравилось. А еще...       – Я заслужил, – выдохнул Эрен, касаясь губами линии челюсти Леви.       ...Он ведь и правда заслужил.       Возбуждение вперемешку с болью пьянило, как никогда прежде. Эрен хотел ласкаться и, одновременно, чтобы Леви не давал ему спуска, чтобы продолжил сладкую пытку, чтобы Эрен перестал здраво мыслить и просто чувствовал, спустившись в самые темные глубины своей души, чтобы все рациональное в нем растворилось и осталось только низменное, плотское, животное.       – Заслужил, – подтвердил Леви — не только словами, но и повторным шлепком.       Он до сих пор игнорировал тот факт, что Эрен терся задницей о его горячий член — горячее обычного, или так казалось из-за саднящей кожи на ягодицах? Но размышлять об этом Эрен толком не мог — он пользовался безнаказанностью, выпрашивал снисхождение, намекал, что готов принять его в себя, но Леви не обращал на это внимания.       – Я буду послушным мальчиком. Твоим послушным мальчиком, – зашептал Эрен, испытывая необычное удовольствие от своих слов. Подобная болтовня в постели всегда казалась ему нелепой и неестественной, но сейчас, стоило только попробовать, новизна происходящего волновала и заставляла продолжать. Как и каждую ночь с Леви до этого, Эрен открывал в себе что-то новое и неизведанное, и это было потрясающе. Он взял член Леви в ладонь, проводя по твердому стволу от головки до основания и продолжил: – Я буду встречать тебя каждую ночь готовым, больше никогда не буду запирать дверь — я исправлюсь. Я все сделаю — только скажи, и я все сделаю, лишь бы снова почувствовать его в себе, – он прижал его член между своими ягодицами, но основание пробки не позволило в полной мере насладиться контактом. – Что мне сделать? Скажи — я сделаю... пожалуйста, Леви, просто...       – Просто — что? – горячее дыхание опаляло кожу шеи, Леви оцарапал ее зубами, и Эрен шатко выдохнул, ожидая укуса, но Леви только вновь шлепнул его, будто торопя с ответом.       – Трахни, – выдохнул в его ухо Эрен. – Просто трахни.       – Думаешь, с тебя довольно? – Еще один шлепок, и Эрен, как в бреду, покачал головой:       – Нет, я знаю, что заслужил большего. Но у нас впереди вся ночь, – прошептал он и снова провел ладонью по члену Леви.       Он ничего не ответил, но потянул пробку за основание, вынимая ее и тут же заменяя членом — лубриканта было недостаточно, но Эрену было плевать: он простонал и плотно прижался задницей к лобку Леви. Колени дрожали и разъезжались, Эрен вновь потянулся к своему члену, но Леви перехватил обе его руки и заставил уткнуться лицом в простыню. Эрен попытался устроиться удобнее на коленях и плечах и бездумно потянул руку из захвата, за что тут же получил по заднице. Он промычал и от обжегшей кожу боли, и от ощущения, когда анус сжался вокруг ствола члена. Леви уложил его руки на поясницу и сжал запястья одной рукой, другой продолжив оставлять шлепки на бедре в самые неожиданные моменты, пока неторопливо трахал Эрена.       Если мозги Эрена начали плавиться от вибрирующей пробки и порки, то теперь они точно превратились в желе. Скольжение мышц ануса по члену, наполненность, боль, нараставшее давление в собственном члене и невозможность к нему прикоснуться сводили с ума, дыхание сбилось, в горле пересохло от стонов и хрипов — он не сдерживал себя, да и не смог бы, как бы ни старался.       Леви ускорился, забыв о наказании, и теперь просто держал Эрена за запястья, не позволяя прикасаться к себе — Эрен до боли сжал руки в кулаки, впиваясь ногтями в ладони, и, кажется, стал умолять отпустить его или прикоснуться к ноющему члену самому, но Леви его будто не слышал. И продолжал игнорировать его, пока сам не кончил. Его член все еще был в Эрене, когда Леви склонился к нему, устраивая его руки рядом с головой и надавливая на запястья всем весом.       – Ты же помнишь, что наказаний для тебя два? – он потерся носом об ухо Эрена, но сфокусироваться на его словах было так сложно, что Эрен не сразу отреагировал — все его существо сосредоточилось на члене внутри, на который хотелось продолжить насаживаться, пока не наступит оргазм. – Я буду трахать тебя всю ночь, – низко продолжил Леви, – но кончать ты не будешь.       Леви выпрямился и вынул член, тут же заменив его пробкой — она все еще вибрировала, но он выключил ее спустя пару мгновений.       – Не смей шевелиться, – приказал он, а Эрен только собирался перевернуться на спину и уточнить, что имел в виду Леви, и еще больше хотелось довести себя до оргазма ладонью, но он замер и только скосил взгляд на Леви за спиной. – Умница, – он ласково похлопал по ягодице и встал с кровати.       – Леви...       – Молчи.       Леви отошел к шкафу с одеждой и раскрыл его. Времени, чтобы найти то, что он искал, понадобилось совсем немного, и Эрен спустя всего минуту увидел, как Леви возвращается к кровати с ремнем и носовым платком. Эрен привстал на локти, с волнением глянув Леви в глаза — после того, как Леви отшлепал его ладонью, он не вынесет еще и порку ремнем. Леви криво ухмыльнулся, будто прочитав его мысли, но остановился не у задницы Эрена, а у его головы.       – К изголовью, – скомандовал Леви, и Эрен послушно подполз к изголовью, просто потому что не был готов к еще одной порции наказания прямо сейчас. Леви убрал мешавшие подушки, встав одним коленом на кровать, и просунул одно из запястий Эрена в петлю из ремня.       – О, Господи... – выдохнул Эрен, заставив Леви хмыкнуть.       – Не поминай его имя. Тем более в такой момент.       Второе запястье тоже оказалось в петле — не без молчаливого согласия Эрена, и Леви затянул ремень, подложив под пряжку носовой платок. Эрен попытался пошевелить запястьями, пытаясь понять, сможет ли высвободиться, но тут же получил по рукам.       – Ослабнет — скажешь, я подтяну, – проинструктировал Леви и привязал руки Эрена к одному из прутьев изголовья кровати.       – Разве нам не нужно какое-то стоп-слово? – тихо спросил Эрен и потянул связанные кисти на себя, проверяя прочность узла. Сердце заходилось в груди, но уже не столько от возбуждения, сколько от волнения. Эрен припомнил сегодняшний разговор на этой самой кровати и проклял свой длинный язык. Он согласился на все это, ничего толком не обдумав.       – Не сегодня, – Леви легко шлепнул его по заднице и потянул за основание пробки, но не для того, чтобы вынуть — только чтобы подразнить. – Ты снимал себя?       Эрен свесил голову, но кивнул. Сейчас все те видео, что хранил его телефон, казались постыдными, хотя изначально Эрен думал, что ему понравится смотреть на себя, пока Леви будет его трахать. Он не пересматривал ни одно из них, и сейчас только мысль о том, чтобы увидеть, как он резвился с дилдо, умоляя Леви поскорее вернуться, смущала.       – Посмотрим, – едва ли не промурлыкал Леви, хотя Эрен ни за что бы не сравнил этот звук с мурчанием обычного кота — скорее крупного хищника, и он прошелся приятным трепетом вдоль позвоночника. – Ты и правда скучал, – добавил Леви, и Эрен тихо простонал, спрятав лицо в простыне.       Двенадцать записей. Почти по две на каждый день отсутствия Леви. Может быть, с ним все-таки что-то не так? Разве такое либидо — не признак проблем с ментальным здоровьем? И до этого, Леви приходил почти каждую ночь — и Эрену было мало одного раза, он без промедления согласился бы на повтор. Он с предвкушением ждал возвращения Леви не только потому, что тот просто вновь окажется в его постели — Леви перед отъездом обещал прийти на всю ночь, и мысль, что они будут заниматься сексом все это время, будоражила.       Эрен поднял голову и посмотрел на свои запястья. Леви затянул ремень вокруг них, но никак не закрепил язычок пряжки — Эрен мог легко высвободиться, нужно было только потянуть руки в стороны, но делать этого он не стал. Он посмотрел на затылок севшего на кровать Леви и чуть улыбнулся. Им и правда не нужно было стоп-слово.       – Можно мне лечь? – он все еще стоял на коленях и локтях, и поясницу от такой позы начало тянуть.       Леви глянул на него через плечо с ухмылкой и вдруг направил объектив камеры телефона на него. Эрен сглотнул, но не пошевелился, так и не услышав ответ на свой вопрос. Леви заснял всю его позу, встал позади него на колени, и Эрен, поддаваясь странному желанию, еще больше прогнулся в спине, отставляя зад, демонстрируя себя на камеру. Усталость поясницы отошла на второй план, Эрен замер, ожидая реакции на свои действия, и тихо охнул, когда на измученную ягодицу пришелся звонкий шлепок. Леви взялся за основание пробки и медленно вынул ее — Эрен не стал сжимать мышцы, представляя, насколько пошло он должен был сейчас выглядеть с раскрытым, растраханным анусом, и все же вновь спрятал лицо в простыне, почувствовав, как из него на яйца потекла сперма. Леви приставил пробку к анусу и стал медленно трахать ею — Эрен промычал и потянул руки на себя, только сильнее затягивая ремень вокруг запястий.       – Можешь лечь. – Леви вставил пробку обратно и легко пошлепал Эрена по бедру.       Ложиться уже не хотелось — хотелось, чтобы Леви продолжил, но Эрен послушался и постарался устроиться так, чтобы вес не сильно давил на член. Задницу все же приходилось отставлять, несмотря на желание дать пояснице отдохнуть, но это не помогло, когда Леви навалился сверху, накрывая своим телом. Он легко укусил за плечо, привлекая внимание, и Эрен поднял голову, тут же встречаясь с собственным отражением на экране телефона — Леви переключил съемку на фронтальную камеру. Он принялся оставлять укусы и поцелуи на плечах и шее, и Эрен запрокинул голову назад от удовольствия, едва удерживая глаза открытыми.       – Скажи, чего ты хочешь?       – Чтобы ты трахнул меня, – не размышляя ни секунды, ответил Эрен. – Чтобы трахал всю ночь. – Леви стрельнул взглядом через экран и ухмыльнулся. Эрен почувствовал, как он трется членом о его задницу, и закусил губу. – Хочу снова почувствовать твой член в себе.       – Ненасытный чертенок, – пробормотал Леви, уткнувшись носом в его затылок. Он завершил запись, но не отложил телефон, чтобы выполнить просьбу Эрена — он перешел в раздел галереи и нажал на иконку, чтобы поделиться файлом. Эрен с удивлением наблюдал, как Леви в строке нового письма набирает электронный адрес со своим именем и фамилией в качестве логина.       – Не против? – уточнил Леви, и Эрен, подумав, все же покачал головой.       Теперь у Леви будет такое провокационное видео с ним. Эрен и сам, каждый раз снимая себя, думал, что хотел бы отправить получившееся видео Леви, и, наверняка бы отправлял, если бы знал куда, но это был сумасшедший риск. Не потому, что Эрен не доверял Леви и думал, что он тут же распространит его, и карьера Эрена закончится без его согласия, а потому, что это видео мог увидеть Джек. Он точно не будет молчать, и о далеко не праведном поведении Эрена община узнает спустя минуты после того, как Джек его увидит, но...       Но тот самый шкодливый мальчишка, тот чертенок, что рос и креп в душе Эрена и все чаще брал бразды правления сознанием, хотел этого. Хотел, чтобы Джек это увидел. Хотел, чтобы узнал, что каждую ночь Леви проводит с ним, с Эреном. Чтобы Джек устроил Леви скандал, чтобы они поссорились — окончательно. Джек — явно не из тех, кто прощает измены, он уйдет, они расстанутся, и тогда Эрен сможет претендовать не только на короткие встречи по ночам, урывками и втайне — он сможет претендовать на все время Леви. Он сможет заполучить его, безраздельно занимать все его внимание, он сможет засыпать и просыпаться рядом с ним, провожать на работу, заниматься с ним сексом между чашкой кофе и душем по утрам — Эрен так отчаянно этого желал, что остальные последствия не имели значения. Эрен оставит церковь — он уже почти на это решился, и пусть его будут звать разлучником, похотливым, завистливым — как угодно, но Леви будет его, а это единственное, что имело для него значение.       Эрен так погряз в своих мыслях, что едва успел прочитать тему письма, прежде чем Леви его отправил. «Ты многое упускаешь». Странная подпись для письма самому себе. Эрен покосился на Леви, но тот не обратил на него внимания и, вернувшись в галерею в телефоне, включил воспроизведение первого видео Эрена.       – На чем мы остановились? – пробормотал Леви, уткнувшись лицом между лопаток Эрена и потянув за основание пробки, приподнявшись над ним. – На том, какой ты ненасытный, точно. – Леви вынул пробку и заменил ее своим членом — Эрен даже не заметил, что у него снова встал. Тихий стон Эрена смешался с его же стоном, раздавшимся из динамиков телефона. Утихшее возбуждение взвилось ураганом, прогоняя мысли, Эрен мелко задрожал, но отставил зад, встречая пока еще медленные толчки. Давление их общего веса на член было невыносимым, Эрен застонал громче и потянул руки на себя.       Если до сегодняшнего дня в нем оставалось место сомнениям, то эта ночь сотрет их в пыль — Эрен был в этом уверен. Леви снесет остатки фундамента того, кем был прошлый Эрен, и слепит из него что-то совершенно новое.