"Не хочу я в вашу Корею!" (с)

Лили заметила, как Тата опустила голову и притворилась, что спит. Она слегка наклонилась к подруге и шепнула: — Ты в порядке? Тебя долго не было. — Просто устала, — тихо ответила Тата, не открывая глаз. Лили кивнула, не желая её тревожить. Она вернулась к своему журналу, а Тата погрузилась в свои мысли. Хенджин, сидя через несколько рядов, не мог перестать бросать на неё украдкой взгляды. Он видел, как она старается скрыть свои эмоции, как натянуто выглядят её плечи, но в то же время, он чувствовал, как их связь продолжает тянуться, невидимая, но ощутимая. АйЭн слегка подтолкнул его локтем: — Всё нормально? Ты выглядишь так, будто тебе нужно выговориться. — Всё в порядке, — ответил Хенджин АйЭн скептически прищурился, но не стал настаивать. Он знал, что если Хёнджин захочет поговорить, то сделает это сам. Но сейчас что-то явно не давало ему покоя. Хёнджин снова посмотрел на Тату. Самолёт мягко продолжал свой путь сквозь облака, убаюкивая пассажиров лёгкой вибрацией. Тата, несмотря на внутреннее напряжение, постепенно погрузилась в дремоту. Её дыхание выровнялось, а голова слегка склонилась на плечо. Хёнджин же так и не смог расслабиться. Он чувствовал, как в груди клубится беспокойство, а мысли одна за другой сменяют друг друга, не давая покоя. В ушах глухо шумел белый гул самолёта, но он почти не обращал на него внимания. Всё, что занимало его сейчас, — это Тата. Время тянулось мучительно медленно. АйЭн давно уже задремал рядом, а Хёнджин так и продолжал сидеть в напряжении, не сводя глаз с Таты. Прошло, казалось, несколько часов, когда раздался голос пилота: — Уважаемые пассажиры, наш самолёт начинает подготовку к посадке. Пожалуйста, убедитесь, что ваши ремни безопасности застёгнуты. Тата слегка пошевелилась, сонно нахмурилась и открыла глаза. В первые секунды она выглядела немного растерянной, пока не осознала, где находится. Затем её взгляд скользнул в сторону — и она снова столкнулась с настойчивым, неотрывным взглядом Хёнджина. Тишина между ними длилась всего секунду, но в ней читалось слишком многое. Тата моргнула, окончательно приходя в себя, и машинально поправила волосы. В её взгляде мелькнуло что-то, похожее на растерянность, но она быстро спрятала это за лёгкой маской безразличия. — Мы уже прилетаем? — её голос звучал хрипло после сна. Лили кивнула. — Ты хоть немного выспалась? Тата пожала плечами, застёгивая ремень безопасности. — Не особо… А ты? — Немного. Самолет приземлился и все пассажиры медленно направились к выходу. Лили поспешно побежала вперед, АйЭн последовал за ней, но Хенджин ждал момета, когда Тата окажется рядом. Тата взглянула на него внимательнее. Тёмные круги под глазами, чуть нахмуренные брови, напряжённые плечи. Он явно не сомкнул глаз за весь полёт. — О чём ты думал? — тихо спросила она. Хёнджин наклонился ближе, его голос тоже стал тише, но в нём звучала явная серьёзность. — О тебе. Тата не ожидала такой прямолинейности. Её сердце сжалось, но она постаралась не подать виду. — Это немного пугает, — попыталась пошутить она, но её голос звучал не так уверенно, как хотелось бы. — Мне плевать, пугает это тебя или нет, — ответил он так спокойно, что по коже пробежал холодок. Она сжала пальцы, не зная, что сказать. Тата быстро взяла сумку и пошла вперёд, делая вид, что ничего не произошло. Когда они сошли по трапу, их встретил влажный, тёплый воздух ночного Сеула. Тата сделала глубокий вдох, надеясь, что смена обстановки поможет ей привести мысли в порядок. Лили быстро нагнала Тату и, наклонившись к ней, тихо предупредила: — На выходе полно папарацци. Готовься. Тата закатила глаза и нервно провела рукой по волосам. Конечно. Они ведь только прилетели, но их уже поджидают. — Отлично, — пробормотала она. — Как будто мне этого не хватало. Лили легонько сжала её запястье, давая понять, что она рядом. Позади слышались шаги. АйЭн и Хёнджин шли следом, но Тата чувствовала особенно один взгляд — тяжёлый, прожигающий её спину. Она даже не оборачивалась, чтобы понять, кому он принадлежал. АйЭн, уловив это напряжение, бросил взгляд на друга и усмехнулся: — Хён, может, хватит её испепелять? Ещё немного — и она почувствует это физически. Хёнджин лишь молча сжал челюсть, не отводя взгляда от Таты. Его молчание говорило больше, чем любые слова. Толпа возле выхода действительно была внушительной. Фотовспышки уже мелькали за стеклянными дверями аэропорта, и Тата внутренне приготовилась к этому спектаклю. — Просто иди рядом, не задерживайся, — наставляла Лили, пока они приближались. Тата кивнула, накидывая капюшон худи, но прекрасно знала — это не поможет. Всё внимание всё равно будет приковано к ним. Когда автоматические двери разъехались, их тут же ослепил свет вспышек. — Тата! Тата, посмотрите сюда! — Хёнджин, что думаешь о вашем совместном номере? — Тата, как тебе работать с Бан Чаном и Хёнджином? — Вы проводите время вместе вне репетиций? Вопросы сыпались один за другим, но Тата делала вид, что их не слышит. Она просто шла вперёд, стараясь сохранять нейтральное выражение лица. Хёнджин шел рядом, чуть позади, но его присутствие ощущалось особенно остро. — Держись, — тихо бросила Лили, слегка коснувшись её локтя. АйЭн, идя рядом с Хёнджином, тихо хмыкнул: — Как они быстро подбираются, да? Хёнджин молчал, сжимая кулаки в карманах куртки. Он смотрел на фотографов, но мысленно всё ещё прожигал взглядом Тату. Когда они подошли к машине, водитель уже открыл дверь. Тата быстро скользнула внутрь, Лили за ней. — Вы едете с нами? — спросила она, глядя на Хёнджина и АйЭна, которые задержались снаружи. АйЭн уже открыл рот, чтобы что-то сказать, но Хёнджин опередил его: — Да. И, не дожидаясь ответа, сел в машину, оставляя Тате ноль шансов. В салоне машины повисла напряжённая тишина. Тата села ближе к окну, глядя на ночной город за стеклом. Лили заняла место рядом, скрестив руки на груди. АйЭн расположился спереди, а Хёнджин… Конечно же, он сел рядом с Татой. Она почувствовала это ещё до того, как повернула голову. Близость его тела, тепло, исходящее от него, и этот молчаливый, но ощутимый взгляд. Лили скосила глаза на них и закатила их так, будто уже пожалела, что оказалась в этой машине. — Что-то вы все притихли, — проговорил АйЭн, пристёгиваясь. — Даже непривычно. — Мы просто устали, — ответила Лили, бросив на Тату предупреждающий взгляд, словно чувствовала, что сейчас что-то произойдёт. Тата кивнула, но продолжала смотреть в окно. Хёнджин сидел неподвижно, но Тата знала — он хочет что-то сказать. Он чуть подался вперёд, его плечо почти коснулось её. Голос прозвучал низко, приглушённо, но уверенно: — Ты же понимаешь, что нам нужно поговорить? Тата напряглась, но не повернула головы. Она продолжала смотреть в окно, будто надеясь, что он отступит, если не получит реакции. Лили незаметно скосила на них взгляд, но промолчала. — Тата, — голос Хёнджина стал настойчивее. Она сжала губы, но не выдержала и повернулась к нему. Их лица были слишком близко. — Здесь и сейчас? В машине? — её голос был тихим, но с оттенком раздражения. — Лучше сейчас, чем никогда, — спокойно ответил он. АйЭн тяжело вздохнул с переднего сиденья. — Ребят, а можно без драмы хотя бы до дома? Лили фыркнула, но Тата не отвела взгляда от Хёнджина. — Хорошо, — выдохнула она. — Тогда скажи, что именно ты хочешь обсудить. Хёнджин посмотрел на неё пристально, а потом произнёс: — Нас. Тата почувствовала, как внутри всё сжалось. Она ждала этих слов, но надеялась, что они не прозвучат. — Нас? — переспросила она, слегка склонив голову. — Да, — твёрдо ответил Хёнджин, не отводя взгляда. Лили медленно закатила глаза и выдохнула: — Окей, а я просто послушаю музыку, чтобы не слышать этого. Она надела наушники, давая понять, что не хочет вмешиваться. АйЭн же просто хмыкнул: — Если вы начнёте ругаться, я выйду прямо на ходу. Но Тата и Хёнджин почти не слышали их. — Что ты хочешь услышать? — наконец сказала Тата, сложив руки на груди. — Ты избегаешь меня. И даже сейчас. Почему? — Может, потому что не хочу повторять одну и ту же ситуацию? Хёнджин слегка нахмурился: — Какую ситуацию? Тата усмехнулась, но в её голосе не было веселья. — Когда ты ведёшь себя так, будто имеешь на меня право, но как только я делаю шаг ближе, ты отступаешь. Хёнджин открыл рот, но не сразу нашёлся, что сказать. Тата посмотрела прямо на него: — Так вот, скажи мне сразу — зачем этот разговор? Чтобы убедиться, что я всё ещё реагирую на тебя? Или всё-таки для чего-то большего? Тата сделала глубокий вдох, пытаясь собраться с мыслями: — Я могу поговорить с тобой, Хёнджин, но сейчас мне нужно побыть одной. Я устала. Завтра репетиция, мне нужно быть в форме. Давай оставим этот разговор на потом. Хёнджин молчал, но в его глазах было что-то, что Тата не могла понять. Она могла ощущать его разочарование, но не была готова сейчас вникать в это. Машина продолжила путь, и вскоре подъехала к дому Таты и Лили. Внутри было по-настоящему тихо. АйЭн заметил, как оба сидят в напряжении, но ничего не сказал. Когда машина остановилась, Тата открыла дверь и уже была готова выйти, как вдруг Хёнджин, не сказав ни слова, потянулся и взял её руку. Тата обернулась и встретилась с его взглядом. Он наклонился и, не говоря ни слова, поцеловал её руку. Тата была в лёгком шоке, но не стала сопротивляться. Она просто ответила сдержанной улыбкой: — Спокойной ночи, — тихо сказала она и быстро вышла из машины. Лили последовала за ней, не оглядываясь на происходящее. Когда они подошли к двери, Тата быстро открыла её и в спешке зашла внутрь. Лили подошла рядом, глядя на неё с укоризной. — Тата, ты с ним… — начала она, но Тата только качнула головой: — Я не готова. Завтра поговорим, когда будет время. В то время как Тата и Лили исчезли в доме, машина вновь двинулась в путь. Она остановилась у дома ребят, и Хёнджин с АйЭном вышли. Оба взяли свои сумки и встали на мгновение, ожидая, пока водитель уедет. АйЭн покачал головой, глядя на друга: — Ты на неё слишком наседаешь, Хён. Ты её так не добьёшься. Хёнджин фыркнул, не обращая внимания на слова АйЭна, и стиснув зубы, направился к дому. АйЭн не стал продолжать разговор, лишь покачал головой и последовал за другом. Зайдя в дом, Хёнджин сразу направился в свою комнату, но на пути ему встретился Феликс. — Как съездили? — спросил Феликс, приподняв бровь. — Нормально, — коротко ответил Хёнджин, раздражённо прищурившись. — Как Тата? — продолжал Феликс, не отводя взгляда. Вопрос словно ударил по Хёнджину. Он остановился, и в какой-то момент на его лице отразился полный внутренний конфликт. — Нормально, Тата. Если у тебя есть к ней или про неё вопросы — напиши ей сам, — произнёс он, и, не выдержав, пошёл по ступенькам вверх, в свою комнату. Феликс остался стоять на месте, смотря ему вслед, но ничего не сказал. Вскоре за ним последовал АйЭн, который тоже подошёл и, увидев реакцию Хёнджина, произнёс: — Не бери в голову. Он сам не свой после показа. Феликс кивнул и мягко сказал: — С возвращением. Тем временем Тата, зайдя в дом, также направилась к своей комнате. Закрыв дверь, она скинула с себя одежду и направилась в душ. Тёплая вода, струящаяся по её телу, помогала смыть усталость и все тревоги дня. Тата закрыла глаза и прислонилась к стенке, позволяя воде унести все её переживания. Мысли её вновь вернулись к Хёнджину. Он ведь тот же парень, которого она когда-то выбрала, которого полюбила. Но всё, что случилось на показе с Донателлой, не даёт ей покоя. Она переживала за их отношения, за то, как его поведение менялось. Было трудно понять, что он на самом деле чувствует. Сделав несколько глубоких вдохов, Тата вышла из душа и, завернувшись в полотенце, пошла к шкафу. Она выбрала простую пижаму и, наконец, легла на кровать, погружаясь в свои мысли. Её телефон вдруг провибрировал. Это был Хёнджин. Она открыла сообщение, не зная, что от него ожидать, и прочитала: — Я всегда буду только твоим. Тата закрыла глаза, пытаясь сдержать эмоции. Но из глаз, как по команде, начали катиться слёзы. Она не могла сдержать чувства, которые накрывали её в этот момент. Слёзы текли по щекам, не останавливаясь, как вода в её душе. Она закрыла лицо руками, пытаясь избавиться от боли и пустоты. Тата снова взяла телефон в руки, глядя на экран, но не могла найти ответ. Просто отправила сообщение пустое, а сама погрузилась в тишину ночи. Она думала о том, как закрутила её жизнь в Корее, как всё быстро менялось. Но вот что было по-настоящему важно сейчас — она не знала, какой шаг сделать дальше. Закрыв глаза, Тата погрузилась в сон, её мысли уходили в мир, где ответы не требовались.