"Не хочу я в вашу Корею!" (с)

Машина тронулась с места, плавно скользя по ночному Сеулу, но мысли Таты оставались там, в том поцелуе. "Чёрт, что теперь делать?" Сердце всё ещё бешено колотилось, а в груди разливался странный коктейль из эмоций — возбуждение, злость, растерянность. Тата понимала, что если сейчас приедет домой, она просто сойдёт с ума, гоняя в голове этот момент снова и снова. Резко сменив маршрут, она велела водителю остановиться у одного из уютных кафе в центре города. Тата зашла в небольшую уютную кафешку и выбрала столик у окна. Приятный аромат кофе и свежей выпечки витал в воздухе, создавая ощущение уюта. Официантка почти сразу подошла к ней, протягивая меню с приветливой улыбкой. Тата мельком пробежалась по списку блюд и без раздумий выбрала сэндвич с копчёной курицей и имбирный чай. Пока она ждала заказ, достала из сумки наушники и включила ту самую песню, под которую они репетировали с Хёнджином и Феликсом — Storm от Honors. Мелодия заполнила сознание, словно возвращая её обратно в танцевальный зал. Когда еда была готова, официантка аккуратно поставила поднос на стол, но, прежде чем уйти, немного замялась. — Извините, но… можно с вами сделать селфи? — спросила она с лёгкой робостью в голосе. Тата улыбнулась. — Да, конечно. Без вопросов. Она встала, слегка поправила волосы и сделала с девушкой несколько селфи. — Спасибо! — счастливая официантка буквально светилась от радости. — В жизни вы очень милая. Тата снова улыбнулась, кивнула и вернулась за стол, готовясь наконец-то перекусить. Но, как только она взяла телефон, тот завибрировал. На экране высветилось имя Лили. — Тата, ты где? — обеспокоенно прозвучало в трубке. — Я перекушу и скоро буду дома, — спокойно сказала она, стараясь скрыть внутреннее напряжение. Лили что-то ещё сказала на прощание, но Тата уже не слушала, её взгляд остановился на имени Хёнджина в списке контактов. Она неосознанно нажала на номер, и телефон тут же начал вызов. Чёрт. Пальцы дрогнули, она тут же попыталась сбросить звонок, но не успела. Экран засветился входящим вызовом. — Тата... — услышала она знакомый голос. — Я нечаянно, — сразу же выпалила она, чувствуя, как её сердце забилось быстрее. — Эм... — Хёнджин замялся. Он явно не знал, что сказать, но после короткой паузы продолжил: — Да может и нечаянно, но ты знаешь, что нам нужно обсудить всё, что между нами. Я хочу понимать, на что могу рассчитывать. Тата судорожно сглотнула. — Хорошо, — неожиданно для самой себя ответила она. — Жду тебя возле дома через 40 минут. Она быстро нажала на кнопку завершения вызова и уставилась на экран, осознавая, что только что сказала. Она сама предложила встретиться. Что она делает? Но ответ был очевиден. Она тоже хотела разобраться. Хотела понять, есть ли у них что-то после всего, что случилось в Милане. Тата выдохнула, стараясь успокоить сбившееся дыхание. Она не ожидала, что так просто скажет «хорошо». Что сама назначит встречу. Что теперь у неё есть ровно 40 минут, чтобы разобраться в своих мыслях и подготовиться к разговору, которого, возможно, боялась больше всего. Она быстро допила чай, даже не успев доесть сэндвич. Всё внутри словно сжалось в тугой узел. «Ну и что ты наделала?» — мысленно спросила она саму себя, ловя в отражении окна своё напряжённое выражение лица. Тата быстро расплатилась, накинула куртку и вышла на прохладный ночной воздух. Ей нужно было собраться. Через 35 минут она уже была возле своего дома. Сердце колотилось. Она зашла внутрь, включила приглушённый свет и бросила взгляд на себя в зеркало. Тёплый уличный воздух немного раскраснил её щёки, а глаза блестели, выдавая волнение. Прошло ещё несколько минут. И вот снаружи раздался звук подъехавшей машины. Хёнджин приехал. Тата замерла, услышав звук закрывающейся дверцы автомобиля. Она сделала глубокий вдох, пытаясь успокоить бешено стучащее сердце. Её руки вдруг стали холодными, несмотря на тёплый вечер. Несколько секунд — и в дверь постучали. Тата провела ладонями по волосам, будто это могло помочь ей собраться с мыслями, и направилась к входу. Когда она открыла дверь, Хёнджин стоял перед ней, освещённый мягким светом фонаря. Его волосы были чуть растрёпаны, а в глазах читалась непонятная смесь эмоций. — Привет, — тихо сказал он. — Привет, — ответила Тата, отходя в сторону, приглашая его внутрь. Хёнджин вошёл, не сводя с неё глаз, и остановился посередине комнаты. Несколько долгих секунд они просто смотрели друг на друга, не зная, с чего начать. В воздухе повисло напряжение. — Значит, ты тоже хочешь разобраться? — первым нарушил тишину Хёнджин, склонив голову набок. Тата прикусила губу и кивнула. — Да. — Хорошо, — он сделал шаг ближе, заглядывая ей в глаза. Его голос был низким, спокойным, но в нём чувствовалась тревога. Тата посмотрела ему в глаза и почти шёпотом произнесла: — У вас было что-то с Донателлой до… — она замялась, но, набравшись храбрости, закончила: — До нас? Хёнджин резко подошёл ближе и обнял её за плечи, удерживая её взгляд. — Нет, — твёрдо сказал он. — Был поцелуй. До твоего приезда в Сеул. До того, как мы с тобой познакомились. Тата опустила глаза, её сердце сжалось. Внутри разлилась неприятная, жгучая тревога. — Но как, Хени? — её голос задрожал. — Как так может быть? Ты же молодой парень, а она взрослая женщина… Она почувствовала себя беспомощной. Мысли спутались, эмоции захлестнули её с головой. В какой-то момент глаза наполнились слезами. Она не понимала, как такое могло происходить. Хёнджин вздохнул, проведя рукой по своим волосам, словно пытаясь собраться с мыслями. Его взгляд не отрывался от Таты, он видел, как её губы дрогнули, а пальцы сжались в кулак. — Это было в самом начале нашего контракта, — наконец заговорил он, стараясь говорить мягко, но уверенно. — Она сама поцеловала меня. Это был… момент, который я не ждал. Тата медленно подняла на него глаза, но молчала. — Донателла для меня — просто деловой партнёр, знакомая. Не больше, — Хёнджин чуть крепче сжал её плечи, будто боялся, что она отдалится. — Мои чувства сейчас… только для тебя. Он замолчал на мгновение, затем устало усмехнулся и добавил: — В этом мире, в индустрии, где мы находимся, иногда приходится идти на такие моменты ради карьеры. Айдолы… мы не всегда можем выбирать, как выглядеть в глазах публики. Тата слушала его, но внутри всё ещё чувствовала горечь. Она хотела понять, принять, но эти слова… Они резали её изнутри. Тата молчала. Она пыталась осознать услышанное, но внутри всё переворачивалось. — То есть… ты просто принял это? — её голос был тихим, но в нём читался упрёк. Хёнджин провёл ладонью по лицу, будто стирая невидимое напряжение. — Я не хотел этого, — его голос звучал искренне. — Но тогда я был никем. Айдолы проходят через многое, и иногда у нас нет выбора. Тата отвела взгляд, с трудом переваривая его слова. — Это неправильно, — прошептала она. — Я знаю, — он кивнул, делая шаг ближе. — Но сейчас у меня есть выбор. И я выбираю тебя. Она почувствовала, как его пальцы мягко коснулись её подбородка, заставляя снова посмотреть ему в глаза. В этих тёмных глазах не было лжи, только тёплая, глубокая привязанность. — Пожалуйста, не отталкивай меня, — тихо произнёс Хёнджин. Тата сжала губы, борясь с эмоциями, а затем, неожиданно для себя, шагнула к нему и обняла, уткнувшись носом в его плечо. Хёнджин вздохнул с облегчением и крепко прижал её к себе, поглаживая по спине. — Всё будет хорошо, — прошептал он, целуя её в висок. Она не знала, правда это или нет, но в этот момент ей просто хотелось ему поверить. Тата глубоко вдохнула, стараясь успокоить мысли, и, немного отстранившись от него, посмотрела в глаза. — Может, выпьем чаю? — предложила она, пытаясь смягчить напряжённую атмосферу. Хёнджин слегка улыбнулся, но покачал головой. — Не хочу чая, — спокойно ответил он. — Давай просто посмотрим что-нибудь. Она кивнула, чувствуя, как его предложение снимает часть напряжения между ними. — Тогда… пойдём ко мне в комнату? Хёнджин не раздумывал. — Пойдём. Тата развернулась и направилась к лестнице, чувствуя его шаги за спиной. Они поднялись по лестнице в тишине. В комнате Тата первым делом включила настольную лампу, создавая мягкий полумрак. Хёнджин прошёл следом и опустился на край кровати, наблюдая, как она роется в ящике тумбочки в поисках пульта. — Хочешь посмотреть что-то конкретное? — спросила она, кидая на него короткий взгляд. — Что-нибудь лёгкое, — ответил он, откидываясь назад и упираясь руками в постель. Тата кивнула и включила на телевизоре YouTube. Их алгоритмы давно подстроились под вкусы, и на главной странице тут же появилось множество танцевальных видео, закулисных моментов со Stray Kids и интервью. — Ну конечно, — усмехнулась она, прокручивая ленту вниз. Хёнджин хмыкнул: — Думаешь, у меня по-другому? Тата выбрала какое-то старое выступление их группы, села рядом и подтянула колени к груди. На экране заиграла энергичная музыка, участники Stray Kids задвигались в идеально синхронных движениях. Хёнджин молча наблюдал за видео, но Тата чувствовала, что он напряжён. — О чём думаешь? — тихо спросила она, бросив на него взгляд. Он повернул голову, его тёмные глаза встретились с её. — О нас. Тата сжала губы, но не отвела взгляд. — Думаешь, у нас всё получится? — её голос был почти шёпотом, а в глазах мелькнула смесь надежды и страха. Хёнджин не раздумывал. — Да, я уверен в этом, — твёрдо ответил он. А в следующую секунду он резко придвинулся ближе и заключил её в крепкие объятия. Его руки обхватили её талию, притягивая ближе, словно он боялся, что она может исчезнуть. Тата не успела даже моргнуть, как почувствовала, как его губы накрыли её, требовательно, жадно, будто он ждал этого момента слишком долго. Её сердце пропустило удар. Всё, что было в голове — все сомнения, страхи, воспоминания о Милане — исчезло в этом поцелуе. Она инстинктивно потянулась к нему, запустив пальцы в его тёмные волосы, чуть сжимая их. Хёнджин целовал её так, словно хотел доказать, что его слова были правдой. Что он действительно уверен. Тата чувствовала, как его дыхание смешивается с её, как тепло его тела окутывает её, заставляя забыть обо всём. Хёнджин отстранился на секунду, их лбы соприкоснулись. — Я правда хочу быть с тобой, — выдохнул он, чуть поглаживая её спину. Тата смотрела в его глаза, всё ещё ощущая сладкое послевкусие их поцелуя. — Тогда просто будь, — прошептала она.