Сообщающиеся сосуды

      Изуку едва слышал слова полицейского из-за жара «Одного за всех» в своей груди и его гула в ушах. Находившаяся рядом с ним Нана сжала его в своих объятьях, стараясь оттянуть на себя как можно больше энергии. Дайгоро тоже был где-то рядом и в какой-то момент его рука легла ему на голову.       - Пацан, я связался с остальными, – произнес он. – Попробуем нивелировать приступ сами, без Восьмого. Открой свое сознание, позволь Пустоте взять верх, провались в нее. Направь эту энергию, которую «Один за всех» передает тебе, в другое русло, попробуй вызвать нас всех скопом, – он провел ладонью по волосам Изуку. – Все будет хорошо. Тебе просто нужно потратить ее более или менее безопасным образом, раз пока не удается подавить панику и тем самым остановить передачу. Пустота также поможет тебе отрешиться от твоего страха, поскольку в нее не просачивается адреналин и другие чисто гормональные триггеры. А разумом ты понимаешь потребность успокоиться.       Изуку даже не имел сил кивнуть, но позволил Нане и Дайгоро помочь ему опуститься на крышу на случай потери сознания и возможного падения.       - Давай, малыш, – голос женщины с трудом достигал сознательной части его разума, которая еще не до конца помутилась в попытке удержать контроль над ситуацией. – Мы и остальные готовы протянуть тебе руку помощи. Просто протяни свою в ответ.       Изуку позволил себе закрыть глаза в попытке вновь оказаться в том странном и отчасти пугающем, но уже немного знакомом ему пространстве Пустоты. Он боялся, что не сможет достаточно успокоить разум, чтобы попасть туда, однако вышло иначе и он почти сразу отключился от реальности. Как отрезало.       Вместо крыши, на которой Изуку был всего несколько мгновений назад, его окружила Пустота, а перед глазами раскинулся парад далеких разноцветных звезд, к каждой из которых от него протянулась тоненькая светящаяся ниточка. Глубокая тишина наполнила его уши, но на этот раз она не испугала его.       Изуку чувствовал, что из него стали вытягивать энергию, которая потекла от него к звездам по едва заметным ниточкам-ручейкам, но не оказал сопротивления. Вместо этого он позволил себе зависнуть в невесомости, не думая ни о чем и радуясь тому, что здесь не чувствовал боли от чрезмерной нагрузки на свое тело. Также он рассеянно рассматривал разноцветные звезды, пытаясь понять, кто из призраков за какой скрывался.       Ближе всего к нему были две звезды. Одна из них была оранжевой и Изуку хорошо помнил ее по своему первому опыту взаимодействия с Пустотой. Та звезда символизировала Дайгоро. Другая – розовой. Он предположил, что за ней в реальности была Нана.       Вдалеке ровно мерцала еще одна смутно знакомая звездочка, имевшая голубой цвет, и Изуку, глядя на нее, ощутил на своем разуме ответную энергетическую волну. Та не содержала сообщений от того мужчины, Второго, но тоже по-своему успокоила мальчика ощущением его присутствия и ровных эмоций.       Изуку не был уверен в том, сколько прошло времени, но его это и не волновало. Его убежище в реальности было осквернено нежелательным присутствием полицейского, а здесь до него никто не мог добраться и попытаться навредить ему. Здесь действительно было безопасно.       Ниточки энергии продолжали тянуться из него, достигая далеких звезд, но Изуку почти не чувствовал этого. Ему не было больно или неприятно, он не ощущал жара или холода. Это просто было. Паника давно покинула его разум, а в теле не было напряжения или иного дискомфорта. Изуку рассеянно наблюдал за пульсирующими звездами, находясь уже где-то на границе между явью и сном.       - Малыш, соберись! – далекая волна зеленой звезды окатила его с головы до ног, частично смывая расслабленность – Не дай себе раствориться в Пустоте полностью. Это опасно для тебя и вполне может стоить тебе жизни.       На долю секунды Изуку был готов отмахнуться от предупреждения Хикаге, поскольку он редко, когда чувствовал себя настолько хорошо и в безопасности, как сейчас. Но затем до него в полной мере дошел смысл сказанного и оставшуюся расслабленность как рукой сняло. К счастью, паники удалось избежать.       - Давай, малыш, пора возвращаться, – голос Йоичи достиг его вместе с волной, источником которой была далекая звезда белого цвета. – Твой разум достаточно успокоился и излишки энергии «Одного за всех» мы также извлекли из твоего тела. Хикаге прав. Тебе не стоит растворяться здесь и заходить дальше определенных пределов.       - И не переживай так сильно из-за того полицейского, – добавил звучащий издалека голос Эна. – Нана хорошо его знает, поскольку он друг Восьмого. Он достойный доверия человек. И он знает про «Один за всех».       Изуку неуверенно кивнул, эта информация его немного успокоила и позволила надеяться, что удастся обойтись малой кровью. Теперь ему нужно было как-то вернуться в реальность и он сосредоточился на том, чтобы суметь почувствовать хоть что-то из того, что окружало его там.

***

      Тсукаучи отвлекся только на несколько минут, чтобы доложить о ситуации, связанной с его вызовом в эту школу, руководству и запросить помощь от коллег по надзору за безопасностью учебного процесса. Все же тот факт, что любой ученик школы имел свободный доступ на неогороженную крышу и мог попасть туда без сопровождения взрослых, был достаточен для того, чтобы провести ряд проверок.       Он думал, что за это время ничего не случится, особенно учитывая тот факт, что он непрерывно контролировал пульс парня, держа пальцы прижатыми к его шее, а свечение энергии постепенно спадало на протяжении нескольких минут кряду, пока он следил за ним. Однако, закончив говорить и посмотрев на подростка, Тсукаучи подумал о том, что это могло быть очень большой ошибкой с его стороны.       Нет, Мидория никуда не сбежал и даже не очнулся за время его короткого разговора. Однако вся его кожа была словно покрыта очень частой и хаотичной сетью из энергии, а он сам словно растворялся в ней, бледнея почти до прозрачности.       Ужас на несколько мгновений парализовал разум Тсукаучи, поскольку ничто за его в общем-то богатой на всякое разное жизни и карьере не готовило его к подобному зрелищу. Тем более в связке с «Одним за всех», о котором, как ему казалось, он знал достаточно много. Как и о том, что другой причуды у этого ребенка не было. Возможно ли, что кто-то сделал это с ним, пока он был один после того, как выбежал из кабинета директора?       Тсукаучи потряс головой. Сейчас было не время проводить расследования и строить гипотезы. Ребенка надо было спасать и если то, что с ним происходило, проистекало из причуды, то он знал, к кому обратиться за помощью.       Очень осторожно он попытался поднять мальчика на руки и вздохнул с облегчением, когда ему это удалось. Учитывая то, что Мидория буквально растворялся в неизвестной энергии у него на глазах, Тсукаучи уже был морально готов к тому, что тот утратил всякую материальность. Перехватив мальчика покрепче, он поспешил покинуть крышу.       - Дорогу! – рявкнул Тсукаучи, едва оказавшись в коридоре, который уже наполнили ученики и учителя, спешившие на перемену.       Он проносился мимо них, держа Мидорию на руках и стараясь по мере возможности контролировать его физическое состояние. К счастью, оно хотя бы не ухудшалось. Краем глаза он также наблюдал за реакцией окружающих на мальчика. Большинство выглядели откровенно недоумевающими и почти раздраженными, когда узнавали его.       Охранник школы и вовсе как будто хотел что-то возразить или вмешаться, но Наомаса вложил в свой взгляд столько властности и угрозы того, что будет, если кто-то сейчас встанет у него на пути, что он отступил. Он предпочел не связываться с ним и просто активировал систему выхода из школы. Разумно с его стороны.       Добравшись до служебной машины, Тсукаучи на мгновение остановился, обдумывая свои дальнейшие действия с учетом имеющихся у него ресурсов. В конце концов, приняв решение, он поместил мальчика туда, куда обычно помещают задержанных, зафиксировав его самым тщательным образом, поскольку тот все еще был без сознания.       Сев за руль, Тсукаучи первым делом активировал подавитель причуды, встроенный в ремень безопасности, которым пристегнул Мидорию. Он выставил минимальный уровень, поскольку не хотел рисковать в любом случае. После этого он завел мотор и включил сирену, едва выехав за ворота школы.       По пути Тсукаучи набрал номер, который всегда использовал в подобных ситуациях. Он никогда бы в этом не признался, но он был рад тому, что у него была возможность в любое время обратиться за помощью к этому человеку.       - Это Тсукаучи, – коротко обозначил он себя, когда собеседник взял трубку. – Извини, что звоню в такое время. Мне нужна твоя помощь. Подросток, без сознания, проблема с причудой. Ситуация срочная и потенциально опасная для ребенка. Я могу подъехать с ним к тебе?       Получив в ответ подтверждение, Наомаса свернул на светофоре и направил свою машину в сторону, противоположную его участку. Туда, где вдалеке сверкали на солнце башни Юэй.

***

      Айзава пришел в учительскую после первого урока, чтобы воспользоваться шансом занять практически единственный доступный диван, где его бы не беспокоили ученики. Конечно, ничто бы не помешало ему завалиться спать после изматывающего ночного патруля где-нибудь в углу за своим собственным столом в классе, но отказывать себе в доступных удобствах без острой необходимости он счел нерациональным. У него было еще около двух часов до того, как начнутся послеобеденные занятия.       Это была его ежегодная головная боль – добиться того, чтобы в его учебном расписании были такие окна после ночных патрулей. И нет, он не отчислил весь свой нынешний класс только ради того, чтобы добиться этого. Просто они все были самодовольными и напыщенными идиотами, которых убили бы во время первой же настоящей операции. А Айзава не горел желанием ходить на похороны своих учеников.       Сегодняшний ночной патруль выдался весьма утомительным, да и второкурсники не прибавили ему бодрости во время первого урока, поэтому он чувствовал за собой полное право наконец хоть немного поспать. Вот только у чертовой Вселенной похоже были на него другие планы.       Айзава только задремал, когда его коллеги наконец разошлись по своим занятиям и оставили его в покое (да, Хизаши?), когда его телефон, спрятанный в потайном кармане костюма, завибрировал. Шота разлепил тяжелые веки, полностью готовый проклясть того, кто решил позвонить ему в этот час. Честное слово, если это опять были рекламные предложения каких-то товаров или услуг, то он лично уничтожит ближайший офис данной фирмы.       Однако на экране высветился номер Тсукаучи. Раздражение Айзавы немного уменьшилось. Он хорошо знал этого человека и понимал, что тот не будет беспокоить его без острой необходимости. Все же и он тоже хорошо его знал.       - Сотриголова, – произнес Шота в трубку, рефлекторно сжимая пальцами свой захватный шарф и приподнимаясь на диване.       Меньше, чем через минуту он знал в общих чертах ситуацию и то, с чем и почему детективу нужна его помощь. Вздохнув, он поднялся на ноги и направился к выходу из учительской. Кажется, отдохнуть ему сегодня было не суждено.

***

      Тсукаучи следил за состоянием мальчика всю дорогу, пока они ехали в Юэй. Тот по-прежнему был без сознания, но в какой-то момент ему показалось, что энергия стала чуть менее доминирующей на его теле. Во всяком случае, он стал больше похож на живого человека, использующего причуду, чем на какой-то фантом или голограмму.       Наконец впереди показался неприступный барьер Юэй и Тсукаучи остановился напротив ворот – Айзава уже ждал его там и подошел к машине. Наомаса дистанционно открыл дверь, чтобы герой смог полноценно увидеть ребенка, и заметил, как приподнялась в недоумении его бровь над пока еще черными глазами.       Наклонившись вперед, Айзава внимательно обследовал подростка, а затем отстегнул ремень, который фиксировал того в машине и параллельно выполнял функции подавителя. Тсукаучи на мгновение напрягся, ожидая какой угодно реакции от причуды – вспышки, выброса, даже полного исчезновения Мидории. Однако вместо этого свечение энергии пошло на спад.       - Думаю, стоит немного понаблюдать, прежде чем рубить с плеча, – произнес герой. – Кажется, динамика пока положительная. Не говоря уже о том, что пока он без сознания, внешнее вмешательство может навредить.       Тсукаучи кивнул, хотя его пальцы немного нервно сжали руль. Все же он имел представление о том, сколь могущественным был «Один за всех». И если у мальчика есть хотя бы десятая часть этой силы, то ее бесконтрольный выброс просто расшвыряет их в стороны и не заметит. Не говоря уже о том, чем это могло обернуться для самого Мидории.

***

      Изуку глубоко вздохнул, наконец полноценно ощутив собственное тело и то, что находилось вокруг него. На этот раз, в отличие от прошлого, вернуться из Пустоты оказалось значительно труднее. Словно что-то дополнительно усложняло этот процесс.       Он не торопился открывать глаза, стараясь осознать свое окружение, опираясь на другие чувства. Кажется, он определенно больше не был на крыше. Он почти сидел на чем-то более мягком, чем бетонная поверхность. Да и его опорой не был кто-то живой. Скорее это было похоже на диван.       Какой-то запах потревожил нос Изуку и он рефлекторно принюхался. Тот имел горько-шоколадный оттенок и казался смутно знакомым. Наконец он смог его узнать – так пах кофе, который его мама готовила себе по утрам. Но вряд ли же он оказался у себя дома, верно? Да и едва ли сейчас было настолько рано. Все же он отключился вскоре после ухода из кабинета директора. А значит это был второй урок.       Подобные наблюдения были не то чтобы действительно необходимы, но помогли Изуку собраться с мыслями и глубже прочувствовать себя и свою жизнь. Он больше не был в Пустоте, где были только далекие звезды, посылавшие ему свои волны из чистой энергии «Одного за всех».       Чья-то ладонь мягко коснулась его лица и тонкие пальцы невесомо скользнули по щеке, поглаживая ее и оставляя после себя легкий привкус статики. Должно быть, это был кто-то из призраков.       - Просыпайся, малыш, – голос принадлежал Нане.       Изуку приоткрыл глаза и встретился взглядом с женщиной, озадаченно нахмурившись. Та парила в воздухе, используя свою личную причуду и частично проходя насквозь крышу машины, в которой он находился. Потому что он был в машине. Осознание этого факта заставило его снова напрячься в тревоге, а «Один за всех» настороженно пробежаться по его венам.       - Мидория, – смутно знакомый голос привлек его внимание и Изуку заметил мужчину, который сидел на водительском сиденье, глядя на него.       Это был тот самый полицейский, который приехал к ним в школу по вызову директора. И если Изуку в его машине, то… Его арестовали? У него неприятности? «Один за всех» поднимался жаром в его груди, но внезапно исчез. Изуку испуганно заозирался, не понимая, что происходит.       - Парень, успокойся, у тебя нет проблем, – еще один голос раздался рядом.       Изуку обернулся в его сторону и увидел перед собой знакомого мужчину. Его глаза горели красным, а волосы и шарф развевались, бросая вызов законам гравитации. Сотриголова. Это был Сотриголова, а позади него он заметил Юэй. Они были возле академии.