Позволь мне остаться

День у Макс не задался с самого утра. Девушка проспала на работу, проигнорировав все будильники и телефонные звонки, с трудом открыла глаза и пролежала в кровати ещё минут сорок. Голова раскалывалась, тело было тяжёлым, будто заполненным свинцом, в горле пересохло. За окном бушевал ветер, небо затягивало тяжёлыми серыми тучами, а в комнате становилось всё темнее, и от этого вылезать из кровати хотелось ещё меньше. Макс высунула руку из-под одеяла, нащупала на прикроватной тумбочке телефон и, повернувшись на бок, разблокировала его. Несколько пропущенных от Виктории, Даны, Хлои и Кейт, и всего один от Уоррена. Сообщений, как ни странно, было гораздо меньше. Виктория : « Колфилд, ты идиотка? Ты опаздываешь на 20 минут! Заменить тебя сегодня некому!!! » 08:30 Виктория « Твоё счастье, что я приставила практикантку именно к тебе. Она, в отличие от некоторых, не валяется в койке и ведёт ТВОИ чёртовы лекции! Если ты не появишься сегодня к десяти утра, я подвешу тебя над своим кабинетом как пример того, что может случиться, если не приехать на работу!!! » 9:17 Виктория « Боже, Макс, ты там вообще жива? Отлежись сегодня дома и дай знать, как у тебя дела. Если ты не ответишь в течение трёх часов, клянусь, сначала я выбью твою дверь, а потом буду колотить тебя до тех пор, пока ты не оживёшь » 11:44 Макс быстро перевела взгляд в верхний угол телефона и убедившись, что до истечения трёх часов у нее осталось ещё целых 20 минут, облегчённо вздохнула. Медленно приняв вертикальное положение, девушка набрала номер Виктории и прислонила телефон к уху. Ответ не заставил себя долго ждать. – Иисусе, Макс, что случилось? Надеюсь, ты проебала рабочий день по уважительной причине? И, надеюсь, ты не умираешь? – В голосе блондинки слышались злость и волнение. Макс всегда поражалась тому, какой спектр эмоций Чейз может выдать одновременно. – Извини, правда. Я чувствую себя настолько паршиво, ты не представляешь. – Колфилд взяла с тумбочки стакан воды, который заранее оставила ещё ночью, и сделала глоток. – Что ж, учитывая, что вчера ты выпила почти литр текилы, ты хотя бы жива, это уже радует. Я подбила твоё расписание. Не хочу огорчать, но тебе придётся забрать пару вечерних занятий у Кейт через пару недель. Но, по крайней мере, я отбила тебя от Прескотта. Этот сучий сын весь день рыскал по академии, желая за что-то зацепиться. Пришлось наплести, что ты уехала проводить семинар по фотографии и заодно дала своей милой студентке попрактиковаться. – Тон Чейз смягчился и в её голосе была слышна улыбка. Макс осушила стакан до дна и поставила его на место. – Я взяла паузу с Уорреном. На секунду воцарилось молчание. – Ты сделала что? Я сейчас не ослышалась? – Виктория, сидевшая в своём кожаном кресле моментально подскочила и ухватилась за телефон двумя руками. – Боги, Колфилд, ты серьёзно? Вы же помолвлены. Когда ты только успела? – Ещё вчера перед баром. Да, Вик, я... Я знаю, просто... В последнее время всё так сложно и запутанно. Эти полтора месяца выдались странными, а впереди ещё два, и я просто... Не знаю, я просто запуталась? – Встав с кровати и подцепив кардиган, Макс накинула его на плечи и отправилась в сторону кухни. Крепкий кофе сейчас не помешал бы. – Это всё она? – Кто "она", Вик? – Макс шаманила над кофемашиной и пыталась унять колотящееся сердце. “Конечно, Вик всё понимает. Она ведь не дура и не слепая. А не понял бы только слепой дурак.“, думала Макс. Пусть она и осознавала всё происходящее, но боялась признаться себе, и уж тем более не хотела признаваться кому-то другому, но Виктория знала её с начальной школы, поэтому замечала в подруге даже малейшие изменения. – Колфилд. Я, конечно, часто называю тебя идиоткой, но я не думаю, что ты реально идиотка. Ты прекрасно понимаешь, о ком речь. – Блондинка тяжело вздохнула и потёрла переносицу. – Я не знаю, Виктория. Я не хочу об этом думать. Мне просто нужно время разобраться в себе. Во всём происходящем. Мне кажется, будто моя жизнь перевернулась с ног на голову и я совершаю огромную ошибку. – Взяв свою чашку с горячим кофе, Макс села за стол и начала нервно постукивать пальцами по его мраморной поверхности. – Возможно, когда всё закончится, я приду в себя. – Да, ты права. Не следует принимать настолько важные решения в мгновение ока. – Макс услышала, как Чейз щёлкнула зажигалкой и подкурила сигарету. Девушка ухмыльнулась : Виктория гоняла студентов за курение в неположенных местах, а сама не чуралась курить в собственном кабинете. – А ещё, это не телефонный разговор. Кейт в курсе всего этого? – Ох, нет, я ещё никому не говорила про... Паузу. – Отлично. Этим вечером я, ты, Марш и бутылка красного полусладкого. А сегодня у тебя выходной. Только я хочу, чтобы ты взяла на дом подготовку материала для практики. Если хочешь, я могу завезти вечером. – Не нужно. Я сама заеду. – Макс взяла чашку, сделала глоток и прикрыла глаза. – Я думала, ты будешь разбираться с чувствами к жениху, а не искать лишней встречи с человеком, отложившим твою помолвку. – Блондинка усмехнулась. – О мой дог, Вик, замолчи. Я поеду туда после занятий. – Макс тяжело вздохнула, но принятого решения изменять не собиралась. – В любом случае, мне ещё два месяца с ней работать. Я никуда от этого не денусь. – Как знаешь. Обсудим это вечером. А сейчас мне нужно работать. До встречи, Макс. – Виктория, не дождавшись ответа, положила трубку. Макс, снова вздохнув, уставилась в окно.

***

Всё началось полтора месяца назад. Невозмутимая Виктория огорошила Макс новостью о новой практикантке, пришедшей к ним из университета. Колфилд сильно удивилась, так как Чейз крайне редко брала практикантов. Их академия являлась одним из лучших учебных заведений в Сиэтле, над репутацией которого родственники Виктории работали целыми поколениями. Академия постоянно проходила проверки и аккредитации для поддержания той самой репутации, а как только Чейз-младшая заняла должность в ректорате, поводов для нападок стало больше : совсем юная, по меркам остальных учебных заведений, дама во главе академии, несколько новых молодых преподавателей, пришедших следом за ней. Отец Виктории с трудом согласился поставить дочь на главенствующую должность и, вероятно, не сделал бы этого, но обстоятельства сложились иначе, а к её решению несколько изменить преподавательский состав и вовсе отнёсся скептически. Но Виктория сочетала в себе все качества лидера и сильного человека, а Кейт и Макс, по её мнению, полностью подходили на роль преподавателей : девушки вместе учились в школе с уклоном в искусство, посещали курсы фотографии, учились в одном из лучших университетов Америки, стажировались в самых известных издательствах, ежегодно ездили на семинары, сдавали экзамены на повышение квалификации в преподавательской деятельности – к ним было не подмазаться. Виктория понимала, что это рискованный шаг, но была полностью уверена в своих подругах и в себе. Чейз знала, что не разочарует родителей и многолетняя работа её семьи не обрушится. Несмотря на то, что она ступила на пост года на четыре раньше, чем было принято в их семье, Чейз держала академию в ежовых рукавицах. Имея разницу в возрасте со студентами всего в семь лет, никто не смел усомниться в её авторитете, прочности и преданности своей работе. И спустя время мистер Чейз понял, что зря сомневался в дочери. – Практикантка, ты серьёзно? Середина учебного года. Скоро Прескотт старший наведается с очередной проверкой, а у Макс теперь ответственности в два раза больше! – Марш с беспокойством посмотрела сначала на Макс, а потом на Викторию. – Ты ведь понимаешь, что они будут терроризировать её со всех сторон? Мало того, что они будут сунуть нос во всё, начиная с её внешнего вида и заканчивая последней бумажкой? А если эта девчонка окажется взбалмошной? Макс ведь получит нагоняй даже в том случае, если та неправильно заполнит отчёт о практике. Теперь ей придётся следить не только за бумажной работой, лекциями и студентами, но ещё и за этой девицей. – Вот именно, Вик. Это ведь нагрузка на только для меня, но и для неё. Ты уверена, что она справится? – Макс нервно накручивала короткую прядь ореховых волос на палец. – Ей же придётся зарыться в материал и сидеть в нём денно и нощно. Практиканты, да ещё и во время проверок – очень рискованно. Виктория вздохнула, сделала глоток чая и, встав из-за стола, сказала : – Понимаю. Это дочь Джойс. – На секунду губы Чейз расплылись в нежной улыбке. Эта женщина помогала выхаживать мать Виктории после инсульта и в какой-то степени спасла ей жизнь.– Вы обе прекрасно понимаете, сколько эта женщина сделала для моей семьи. Если бы не она, сейчас бы не было ни моей матери, ни академии. Она попросила моего отца лично, он не смог ей отказать. Девушки вмиг изменили выражения лиц. Действительно, если бы не Джойс, мать Виктории даже не успели бы привезти в больницу. Та продолжила : – В тебе, Макс, я не сомневаюсь. Насчёт девчонки беспокоиться тоже не стоит. Она исполнительная, ответственная и не какая-нибудь там соплячка. Всего на пару лет младше нас. С её стороны проколов быть не должно. В случае чего, я всё прикрою. Плюс ко всему, она близкая подруга Бауэрса. – Виктория стала говорить чуть тише. – Если бы не он, отпрыск Прескоттов сейчас сидел бы на киче, а не грел бы свою чёртову задницу в собственной галерее. И Прескотты прекрасно об этом осведомлены. Тем более, они ведь могут и не натравливать на нас своих шавок. Прошлая проверка пройдена на все сто, им нет смысла суваться сюда. – Ого, даже так. – Макс поправила верхнюю пуговицу на рубашке и задумчиво хмыкнула. – Да, всё именно так. Она придёт сегодня в районе трёх часов. Макс, введи ее в курс дела обо всём и сразу, но сильно её не грузи. Объяснишь ей всё быстро, легко и просто. Корт сегодня подкорректирует твоё расписание. Пока что больше времени придётся уделять практикантке, а не лекциям. Но тебе же будет проще. Меньше нагрузки – меньше вероятность проколоться. – А теперь всё звучит не так уж и страшно. – Кейт улыбнулась, встала из-за стола и послала девушкам воздушный поцелуй. – Мне пора бежать. Дана одна отдувается на практической. Как только за ней закрылась дверь, Макс снова тяжело вздохнула. – Вик, почему именно я? Чейз достала из тумбы пачку тонких ванильных сигарет и выудив из нее одну, аккуратно вложила в губы и подкурила. – Твоя основная нагрузка в этом году – выпускники. Через полтора месяца они отчалят в галереи, редакции и университеты, поэтому времени у тебя станет больше. – Почему ты не выбрала Джефферсона, или, скажем, Уорд? – Потому что я доверяю тебе. Извини, Макс, но я правда очень на тебя надеюсь. Колфилд улыбнулась. Придя в академию преподавать, она чётко понимала – Виктория устроила её в тёплое и надёжное гнёздышко, дала стабильность и возможность хорошо жить и зарабатывать, не полагаясь на финансы родителей. И Макс не могла подвести её. Договорив с подругой, Колфилд с головой ушла в дела. Выпускать студентов – дело нелёгкое. В их головах уже не было места для учёбы. Только перспективы будущего, желание шагнуть в новую главу жизни и заболтать преподавателя. Но Макс всё пришлось провести несколько контрольных тестов, отвести несколько лекций и проверить целую кипу работ. Рабочий день выдался шальным, и девушка совсем забыла о практикантке. Освободившись, она сразу решила взять перерыв и передохнуть хоть немного. Макс сидела в своей препараторской,бесконечно щурила глаза от проникающих внутрь солнечных лучей, помешивая кофе в картонном стаканчике и делая пометки в ежедневнике. Все сегодняшние лекции были проведены, журналы заполнены, составление отчётов продвигалось как нельзя лучше. Тишина нарушилась звуком открывающейся двери. Макс, не отрывая взгляда от ежедневника, поправила пальцем маленькие очки на кончике носа и произнесла : – Уоррен, я же сказала, что задержусь. У меня в подчинении теперь очаровательная практикантка, с которой мне теперь нужно проводить больше времени, чем с тобой. – Затем она быстро встала из-за стола, посмотрела на дверь, и её будто бы прошибло током. На пороге стояла высокая синеволосая девушка, младше явно всего на пару лет, как и говорила Виктория, с пирсингом в губе и прижимала к груди несколько папок. Чёрные джинсы обтягивали её бёдра, кожаная куртка на пару размеров больше болталась на плечах, а из-под майки выглядывали края чёрного кружевного лифчика. Макс сразу почувствовала себя маленькой девочкой-школьницей. Даже на шестисантиметровых шпильках она была ниже вошедшей девушки, стоящей в кедах, почти на полголовы. Та в свою очередь тоже смотрела на Макс растерянно-оценивающим взглядом. Синеволосая рассматривала Макс с интересом, пробегая по ней взглядом снова и снова. Перед ней стояла миниатюрная девушка в чёрной мини-юбке, белой приталенной рубашке с широкими рукавами и расстёгнутой верхней пуговицей, на кончике веснушчатого носа красовались небольшие аккуратные очки, а волосы были растрёпаны и небрежно заколоты на затылке. Шумно сглотнув, Хлоя подошла ближе, протянула Макс ладонь и улыбнулась : – Меня зовут Хлоя. Хлоя Элизабет Прайс. Очаровательная практикантка. Виктория сказала, что вы будете моим руководителем практики. Макс сразу же протянула руку в ответ и заметила, что ногти у девушки были накрашены синим лаком прямо в цвет волосам. – Да. Меня зовут Максин Колфилд. Но я предпочитаю, чтобы меня звали Макс. – Девушка улыбнулась и расцепила рукопожатие, которое явно затянулось. – Хорошо, мисс Колфилд, я учту. – Девушка положила папки на стол Макс и присела на стул. – Никакая я тебе не мисс Колфилд. Зови меня Макс, когда мы наедине. У нас ведь не такая уж и большая разница в возрасте. – Девушка подошла к своему рабочему месту и захлопнула ежедневник. Под ложечкой приятно засосало. Макс снова почувствовала себя девочкой-школьницей, у которой появилась возможность завязать разговор с симпатичным парнем. Или девушкой. – Хорошо, Макс. – Хлоя улыбнулась и все ещё продолжала глазеть на неё. Виктория говорила, что её куратор – милая девушка, с которой будет совсем не сложно работать, но она даже не думала о том, что девушка будет такой. Растрёпанная и явно уставшая, в отлично сидящей одежде, с прекрасным веснушчатым лицом и отточенной фигурой. И с помолвочным кольцом на пальце. – Знаешь, я уже устала находиться в этих стенах. Я предлагаю зайти в кофейню и обсудить всё там. Обещаю, что как только съем что-нибудь вкусное, раскрою тебе все нюансы нашего дальнейшего сотрудничества. – Это свидание? – Хлоя, улыбаясь, подмигнула, но тут же подумала о соблюдении субординации. Всё таки, они знакомы несколько минут, и несмотря на небольшую разницу в возрасте, Макс являлась её "начальником", вряд ли было уместно произносить такое. Прайс ожидала услышать что-нибудь, что отсекло бы её попытки завести дружеский диалог, но к своему удивлению услышала смех. – Я смотрю, ты времени зря не теряешь. Что ж, думаю, пока моего жениха нет поблизости, это можно считать свиданием. – Макс начала складывать вещи в сумку и рыскать по столу в поисках ключей. " О ваузер, Макс, ты чокнутая. Ты знаешь эту девчонку всего пару минут, с чего бы тебе флиртовать с ней? С чего бы тебе вообще флиртовать с кем-либо, а уж тем более со своей студенткой? Давай ка прекращай и лучше напиши своему жениху, чтобы не заезжал за тобой “, подумала она. Хлоя улыбнулась и прикусила нижнюю губу, пока Макс этого не видела. Так продолжалось полтора месяца. Девушки проводили вместе много времени : сначала Макс сопровождала Хлою на занятиях, а после помогала составлять лекции, оформлять отчёты, а Хлоя в свою очередь была на подхвате у Макс. Они просто вместе обедали после занятий, затем Хлоя стала подвозить домой Макс. И несмотря на то, что у неё была своя машина, она охотно позволяла Хлое этим заниматься. Их общение сразу встало в статус дружеского. Девушки пару раз ходили в кино, подхватив с собой Кейт или Уоррена, созванивались по вечерам, чтобы просто поболтать, переписывались и общались так, будто были знакомы всю жизнь. Ни Макс, ни Хлоя не могли объяснить, почему так происходит, и просто сошлись на том, что в каких-то временных линиях они очень близки, поэтому воссоединились и в этой. Иногда они в шутку начинали флиртовать друг с другом, задерживали друг на дружке взгляд дольше положенного, или наклонялись друг к дружке слишком близко, пока сидели над очередными бумажками. Колфилд казалось, будто бы она знает Хлою уже сотню лет, с ней было комфортно, легко и... тепло? Никто из них не воспринимал этого всерьез. По крайней мере, они обе старались так думать. Макс отрезвляли мысли о любимом Уоррене, который не так давно сделал ей предложение, Хлою останавливало то же самое. Колфилд понимала, что с каждым днём вольного общения со студенткой, она усугубляла ситуацию. Но её медленно и верно всасывало в это болото, и ей казалось, что она сможет вовремя остановиться.

***

Девушка не торопилась по делам. Тело всё ещё было тяжёлым, а голова трещала, поэтому она решила поспать ещё немного, выпив перед этим несколько таблеток. Предварительно выключив звук на телефоне, она залезла в постель и накрылась с головой. Ворох мыслей внезапно появился и так же внезапно исчез – девушка провалилась в сон. Как только прозвенел будильник, Макс несколько раз отложила его и только спустя время открыла глаза и ужаснулась – на часах уже шесть вечера, а она ещё ничего не сделала. А ещё на экране телефона красовалось несколько уведомлений о пропущенных звонках от Уоррена. Макс не стала перезванивать, но отправила ему несколько сообщений о том, что с ней всё хорошо и сегодня встретиться не получится. Наспех одевшись, она схватила с полки ключи от машины, посмотрела в окно и решила, что брать зонт и надевать пальто совсем не обязательно. От дверей до машины десять секунд, от машины до главного входа в академию столько же. Всунув ноги в лодочки, девушка вышла из дома, закрыла дверь и вдохнула свежий прохладный воздух. До академии она так и не доехала. Машина заглохла и наотрез отказывалась заводиться, а с серого затянутого неба нещадно лил дождь, сила которого нарастала и нарастала. Колфилд шла пешком минут десять и тряслась – её, насквозь промокшую, до самых костей пробирал ветер. Она уже сто раз пожалела о том, что отказалась от предложения Чейз привезти документы. Наконец-то добравшись до заветной двери, она вошла и поздоровалась с удивлённым охранником. – Добрый вечер, мистер Мэдсен. – Она стояла, обхватив себя за плечи. – Боги, Макс? Всё в порядке? Ничего не случилось? – Обеспокоенный мужчина посмотрел на Макс и мысленно жалел её. – Всё хорошо, я просто заехала за парой бумажек, чтобы взять их домой. Не могли бы вы дать мне ключ от моей препараторской? – Ты вся промокла. Зачем ты шла пешком? – Я почти приехала. У меня заглохла машина, а заводиться не хочет. Вам не будет сложно вызвать эвакуатор? – Конечно, к чему вопросы. – Спасибо большое. Так что там насчёт ключей? Они ведь у вас? – Нет, милая, ключ сегодня не возвращали. – Вот оно как. Хорошо. – Макс улыбнулась охраннику и быстрым шагом направилась к лестнице. Первое, о чём подумала Макс – Виктория забрала ключ, чтобы всё таки найти незаконченные методички, над которыми Макс ещё предстояло поработать. Все ещё обнимая себя обеими руками, Макс поднялась на второй этаж, прошла влево по коридору и открыла дверь препараторской. Глянув на свой стол, девушка замерла. Хлоя, уронив на бумаги голову, дремала, но как только дверь открылась, она сразу же подскочила и уставилась на Колфилд. Хлое будто бы выбили землю из-под ног. На больших серых глазах блестели мокрые ресницы, веснушки на побледневшем от холода лице выделялись ещё сильнее. Капли воды стекали с волос по узким плечам и тоненьким ключицами, исчезая в декольте. И без того обтягивающее платье буквально прилипло к телу девушки, и Прайс заметила, что Макс не надела лифчик. Шумно выдохнув и пробежавшись по Макс взглядом ещё раз, Прайс остановилась на помолвочном кольце и обида кольнула её куда-то в солнечное сплетение. – Мисс Колфилд, то есть Макс, с вами все хорошо? Она быстро обогнула стол, подошла к чайнику, который совсем недавно закипел и начала греметь баночками. – У меня заглохла машина минутах в десяти от академии, и я даже не знаю, заведётся ли она, Мэдсен вызвал эвакуатор. Тут ещё и этот ливень... День сегодня идиотский. – Макс подошла к батарее, но тут же вспомнила, что весной отопление не включается. – И не нужно мне "выкать". Тут нет ни студентов, ни других преподавателей. – Прости, в стенах академии всё никак окончательно к этому не привыкну. – Прайс поставила на стол кружку чая и повернулась в сторону Макс. – Я дам тебе сухие шмотки, а то в этом ты не согреешься. – Она любовалась Макс и даже не пыталась этого скрыть. Но как бы ей не нравился внешний вид девушки, ей не хотелось остаться без руководителя практики в лице Колфилд, пока та будет лечить пневмонию или ещё что похуже. – Ты носишь с собой вещи на случай, если кто-то промокнет? – Макс усмехнулась, но тут же поменяла выражение лица на заинтересованное. – Кстати, что ты тут делаешь в такое время? Сегодня даже нет вечерних занятий. Роясь в огромной сумке, Хлоя ответила : – Ну, эм... Я пока тусуюсь тут, а ближе к вечеру ухожу на заправку к Тревору. – Выудив штаны, футболку и взяв с диванчика свою кожанку, она протянула вещи стоявшей напротив девушке. – В тебе проснулось подростковое бунтарство? – Макс выгнула бровь, взяла вещи, но переодеваться не спешила. – Решила поскитаться? – Да не, у меня просто с бабками напряжёнка сейчас. Практика-то у меня не оплачиваемая, а за свою подработку в этом месяце я так ничерта и не получила. – Хлоя вздохнула. – Конечно, я надрала зад шабашнику, который должен был мне заплатить, но получить свои деньги было бы приятнее. А выбирая между тем, чтобы поесть, курнуть и залить своей малышке бензина и тем, чтобы поспать в койке с клопами, я выберу первое. – Хочешь сказать, что у тебя не осталось денег на оплату общежития? – Меня выдворили из общежития ещё на втором курсе. Я снимала квартиру напополам с подругой, пока она не смылась с своему бойфренду. – Я помню. Но ты говорила, что вернулась в общежитие. – Не вышло. Эти засранцы сильно пекутся о своих каморках. Боятся, что я снова чего-нибудь выкину. Но я не особо то и расстроилась. Да и в общаге жить – пытка. В любом случае, первое время я тянула квартиру одна, но за этот месяц заплатить не получилось. Но ещё месяцок, и я обязательно вернусь в свою обитель. А пока я здесь. – Хлоя улыбнулась и расставила руки в стороны. – А на что ты живёшь? – Я подрабатываю на автомойке и получаю стипендию, но мне все ещё финансово помогает Джойс. Ну, как помогает. Последние месяца два у неё не выходит, но я и не говорю ей о своих проблемах. Не хочу, чтобы она упахивалась. Я ведь не живу под постом, а это значит, что всё в норме. – Но ты живёшь в моей препараторской и ночуешь на заправке. – Взгляд Макс наполнился сожалением. Она прекрасно знала, как тяжело совмещать полноценную работу и учёбу, особенно в городе типа Сиэтла, но ей повезло больше, чем большинству : её родители являются обеспеченными людьми, поэтому не позволили дочери пройти через финансовые тяготы в студенческие годы и первые годы работы в академии. – Такая жизнь. Да, без поддержки Джойс чутка туговато, но это не будет длиться вечно. А когда закончится практика, я смогу брать больше смен и поищу жильё побюджетнее. – Почему ты не рассказала мне раньше? И зачем соврала, что живёшь в общежитии? – Ты бы согласилась взять меня в свое райское семейное гнёздышко? Жили бы втроём : я, ты и твой Уоррен? Конечно нет. А ты стала бы накручивать себя тем, что не можешь мне помочь. Не хочу, чтобы ты испытывала, ну, типа дискомфорт, не знаю. И на уши тебе нытьём приседать не хочу. – В голосе Хлои звучали обида и раздражение. Она не хотела спускать собак на Колфилд или грубить ей, но её раздражала пустая болтавня. Ну серьёзно, чем бы Макс помогла ей? Оплатила бы аренду? Постелила бы коврик возле кровати рядом с ней и Уорреном? Дала бы денег в долг? Вот ещё. Хлоя Элизабет Прайс больше не живёт в долгах перед кем-либо. Макс не нашла, что ответить. Пусть они и не обсуждали личную жизнь Макс, реакция Хлои была ей ясна. Между ними определённо вспыхивали искры, но они будто бы разом вспоминали о том, что Макс помолвлена. Ей овладевал стыд и страх, а у Хлои внутри бушевала горечь. Месяц – совсем ничто по временным меркам, но симпатия вспыхнула и перерастала во что-то иное. Макс боялась последствий и изменений. Но ещё больше боялась сделать отчаянный шаг и провалиться. Девушки никогда не обсуждали происходящее и не знали, что творится в голове другой. Только Уоррен однажды сказал, что девушки будто бы являются родственными душами и беззлобно захихикал. По его словам, они так быстро сблизились, словно всю прошлую жизнь прожили рука об руку. В помещении воцарилось молчание. Академия пустовала, поэтому тишина как будто бы стала осязаемой. Продрогшая и всё ещё трясущаяся Макс, подумав, что делать дальше, просто положила сухую одежду на стол и отвернулась к завешанному окну, и тут Хлоя, сглотнув, снова шумно выдохнула. Понимая, что именно Макс сейчас будет делать, она встала, как вкопанная и сжала кулаки так, что побелели костяшки. Колфилд, всё так же не сказав ни слова, начала медленно стягивать платье. Её сердце колотилось как бешеное, но Прайс этого не слышала, ведь её колотилось ещё громче. "Боже, Макс, что ты делаешь? Ты сейчас совращаешь собственную студентку, на которую пускаешь слюни. Имея при этом жениха! Это может плохо закончится, боже боже боже", думала девушка. Но не останавливалась, а просто продолжила стягивать платье, проводя по блестящему от влаги телу руками. У Хлои резко пересохло во рту, в самом низу живота стало тянуть, сердце колотилось с такой силой, будто бы собралось пробить грудную клетку и выпасть на пол, а глаза заблестели. Она понимала, что Макс хочет, чтобы за ней наблюдали. Ведь иначе она бы попросила Хлою выйти, ведь так? Прайс смотрела на Колфилд и медленно умирала то ли от желания, то ли от осознания того, что всё это сейчас происходит на самом деле. Стоит лишь протянуть руку, думала она, дотронуться и обжечься. Ей хотелось подойти ближе, положить руки на бёдра Макс и медленно поднимать их вверх, задевая ткань чёрного кружевного нижнего белья, поглаживая нежную кожу живота, спины, ключиц, груди, положив голову ей на плечо и нацеловывая шею. Прайс сходила с ума, несколько секунд тянулись для неё словно вечность. Макс молча стояла и не понимала, что делает. Сейчас она не думала ни о Грэхеме, ни о том, что они находятся в академии, ни о том, что Хлоя является её студенткой в подчинении. Сейчас Хлоя – человек, которого хочется притянуть к себе и бесконечно целовать, зарываться пальцами в её синие волосы и прижиматься к ней как можно крепче. Колфилд молча вытянула руку, и Прайс, тут же поняв намёк, схватила со стола футболку и подошла к девушке ближе. Макс подняла руки вверх, и Хлоя накинула на неё футболку, касаясь разгорячённой кожи кончиками пальцев. Щёки Колфилд пылали, кровь стучала в ушах, а в голове плыл туман. Поправив футболку, Макс повернулась к Хлое лицом, взяла со стола штаны, быстро надела их, просунула ноги в туфли и рассмеялась. Хлоя была выше ростом и её вещи болтались на Колфилд. Не пришедшая в себя Прайс вопросительно выгнула бровь, всё ещё пялясь на девушку напротив. Вожделение сошло, но его осадок приятно грел внутри. – Ваузер, теперь я выгляжу как идиотка! – Улыбаясь, Макс взяла со стола кружку с чаем и почти залпом выпила её содержимое. – В таком виде меня точно посчитают городской сумасшедшей. Хлоя осмотрела девушку с ног до головы и хихикнула. – Чёрт, Максипад, ты выглядишь гранжово. Типа модель Вивьен Вествуд. Может твои ходули сюда не очень подходят, но в этом что-то есть. – Хлоя плюхнулись на диванчик и наблюдала, как Колфилд допивает остатки чая и попутно поднимает мокрые вещи с пола. Поставив кружку на стол, она открыла шкаф и аккуратно повесила платье на вешалку. Снова хихикнув, Макс порылась в полках и вытащила нужную ей папку. За окном стучали капли дождя. – Давай я тебя подвезу? – Прайс встала, накинула на плечо сумку и направилась к двери. – Спасибо, Хло. Было бы здорово. – Макс улыбнулась и отправилась следом. Закрыв дверь, девушки направились вниз. Мэдсен забрал ключ от препараторской и заботливо протянул девушкам зонт. Попрощавшись с охранником и поблагодарив его, они вышли на улицу. Пара секунд, и девушки уже сидели в пикапе Хлои. Макс уже не было холодно, но Прайс всё же включила печку, завела мотор и медленно двинулась с парковки. Дождь стучал по асфальту, крыше и лобовому стеклу, и умиротворённой Макс казалось, будто бы во всём мире потопы, ураганы и бури, а она находится в тёплом убежище, в которое непогоде никак не пробраться. Расслабившись, она подавляла в себе желание ляпнуть глупость, но всё же не сдержалась : – Не хочешь переночевать у меня?