Позволь мне остаться

– Не хочешь переночевать у меня? – Что? – Хлоя резко сбросила скорость и машина начала двигаться медленнее. – Что? Ты же сама понимаешь, что скитаться по заправкам – это отстойно. Я не заставляю, решай сама. Но ты хотя бы сможешь по-человечески принять душ, поесть домашней еды и уснуть в тишине в мягкой кровати. – Макс уже не считала, сколько раз за вечер у неё начинало колотиться сердце. Казалось, ещё немного, и её придётся откачивать. – Извини, Максимус, но нет. Не хочу мешать вашей семейной идиллии. – Хлоя сильнее сжала руль и старалась не устроить сцену прямо тут. Это ощущалось как удар под дых. Неужели Макс считает, что Прайс горит желанием ночевать под одной крышей с Уорреном и наблюдать, как они с Колфилд сюсюкаются? Ей хватило совместного похода в кино. Конечно, она с радостью бы согласилась на предложение подруги, но лишний раз терзать себя не хотела. Ей было неприятно смотреть на кольцо, а смотреть на них вместе, живущих семейную жизнь, пусть всего и один вечер, она приравняла бы к самоубийству. Макс потёрла виски и откинула голову назад. Они с Хлоей всячески избегали разговоров об Уоррене, потому что Прайс не хотела лишний раз разочаровываться, а Макс просто боялась, что будет чувствовать себя сволочью. В последнее время она и без этого считала себя самым отвратительным человеком на этой планете. Хлоей постоянно овладевало непонятное чувство, и она не знала, как его описать. Макс была очень близко, грела своим присутствием и наполняла будни светом, заставляла сердце трепетать. Рядом с ней становилось хорошо и уютно, проблемы будто бы исчезали. Хлое становилось легче дышать. И этот человек, который ежедневно вдыхает в неё жизнь попросту недосягаем. Прайс никогда не боялась влезть в чужие отношения или найти девчонку на одну ночь, но с Колфилд дела обстояли иначе. Она доверила своё сердце другому человеку, и Хлоя не осмелилась бы лезть во всё это, так как искренне желала, чтобы та была счастлива, пусть и не с ней. Во-первых, она старалась уважать выбор Макс, ведь именно так и нужно делать, если человек тебе дорог, верно? А во-вторых, она не хотела разрушать всё то, что уже есть между ними. " Да и в конце концов, Прайс, кто ты такая, что многолетним отношениям, подходящим к браку, предпочтут тебя? Вы знакомы всего-то полтора месяца, так почему Макс должна бросать жениха? Никто не стал бы рушить зашедшие настолько далеко отношения ради человека, которого ты знаешь всего-ничего.", думала Хлоя. Но тут Макс прервала поток её мыслей : – Вообще-то, мы с Уорреном не живём вместе. – Ответила Колфилд, уставившись на окно, по которому бежали капли. – Что? – Хлоя удивлённо подняла брови и кинула недоверчивый взгляд в сторону Макс. – Не живу я с ним, Хло. – Она всё ещё не осмеливалась смотреть на свою подругу и просто теребила рукав куртки. – Надо же. А почему? – Если бы Прайс сейчас была одна, она бы прыгала от радости и кричала, что есть сил. Конечно, это даже не какой-то малейший призрачный шанс на что-то, но эта новость всё равно доставила Хлое удовольствие. В любом случае, она не хотела в открытую радоваться, вдруг это обидело бы Макс? – Мы пытались жить вместе, но из этого ничего не вышло. У него квартира в центре Сиэтла, а я слишком уж люблю свой тихий район. Как только я начала работать в академии, мне стало тяжелее находиться в постоянном шуме, а Уоррену тяжело добираться от меня до работы. Он предпочитает подольше поспать, а не тратить время на дорогу. – Да уж, Максипад. А как вы собираетесь жить, когда поженитесь? Гостевой брак нынче в моде? – Хлоя усмехнулась, достала из кармана пачку сигарет и протянула её Макс. Сразу догадавшись, чего от неё хотят, она достала из пачки сигарету, зажала её губами, следом вытащила зажигалку и щёлкнула кнопочкой. Девушка сделала затяжку, не вдыхая при этом дым в лёгкие, затем перехватила сигарету пальцами и вставила её в приоткрытые губы Хлои. Макс часто делала так, когда Прайс вела машину или была занята чем-нибудь другим, и ей это нравилось. Было в этом что-то особенное, даже интимное. – Понятия не имею. – Она положила зажигалку в бардачок, а Прайс приоткрыла своё окно. – Если честно, я даже не понимаю, зачем он сделал мне предложение. – Девушка ужаснулась тому, сколько откровений она выдала за раз. Ей сразу же стало стыдно за свои слова, пусть они и были правдивыми. – Я сразу сказала ему, что никакой свадьбы не будет ближайший год уж точно, может и больше. Но ему было принципиально меня окольцевать. – А я-то думала, у вас с ним всё по большой любви. И зачем же ты тогда согласилась? – Хлоя выпускала тонкие струи дыма одну за одной и стала заворачивать на парковку магазина. Проигнорировав её, Макс спросила : – Зачем нам сюда? Поняв, что ответа Хлоя не дождётся, она припарковалась, заглушила двигатель и вышла из машины, швырнув бычок в ближайшую лужу. Колфилд поспешила следом. – Ты обещала мне домашнюю еду. Не думай, что я обойдусь разогретым вчерашним ужином. – Прайс подмигнула, и Макс усмехнулась. Девушки зашли внутрь небольшого магазинчика. За кассой сидел уставший парень, который даже не обратил на них внимания. Макс сразу потащила Хлою к химозным мармеладкам, обсыпанным ядерной лимонной кислотой и схватила сразу несколько пачек, попутно объясняя, у каких классная форма, какие мягче, а какие Макс берёт только ради упаковки. Затем она беспрерывно рассказывала, какие чипсы раньше были вкуснее, почему Милкивэй лучше Сникерса и почему фруктовый лёд – одна из худший вещей, придуманных человечеством. Прайс всегда умилялась тому, как девушка менялась вне стен академии. Конечно, это была всё та же Макс, но она становилась ещё более болтливой, смешливой и совсем несерьёзной. Колфилд машинально подхватила Хлою под руку, и та затаила дыхание, но ничего не сказала, чтобы не прервать этот момент. Спустя пятнадцать минут споров, смеха и тычков в бока, они наконец отправились на кассу. Прайс на мгновение представила, что они с Макс встречаются, живут вместе, вместе просыпаются и засыпают, проводят время и выходят в магазин раз в пару дней, как сегодня, и у неё внутри разлилось тепло, которое исчезло так же быстро, как и появилось. Вместо планируемой парочки продуктов они набрали целую корзину, и Хлоя полезла за бумажником, но Макс остановила её. – Хлоя, я не могу позволить оплатить тебе это. – Почему? Ты буквально приютишь меня сегодня, я могу оплатить всю эту хрень, даже твои мерзотнейшие желешки, сваренные из серной кислоты. И тем более, ты приехала без кошелька. Макс стукнула себя ладошкой по лбу. Ведь точно, она не взяла с собой абсолютно ничего. – Ну, тогда я переведу деньги тебе на карту, когда мы приедем. В твоём положении не нужно разбрасываться деньгами. Тем более мне казалось, что ты живёшь по принципу а-ля на халяву и уксус сладкий. Хлоя театрально прижала руки к груди. – Неужели? По мне так заметно? – Она достала из бумажника карту, взмахнула ей, когда кассир озвучил сумму, и приложила её к терминалу. Хихикнув, Макс взяла один пакет, второй протянула Хлое и снова подхватила ту под свободную руку, когда они направились к выходу. Колфилд была рада, и её даже не истязала совесть, как это обычно случалась. Дорога до дома заняла не так много времени. Хлоя доезжала по памяти и слегка волновалась. Несмотря на то, что она почти каждый день подвозила Макс, внутрь дома она никогда не заходила. Припарковавшись около невысокого заборчика, Прайс достала пакеты с заднего сиденья и вышла из машины. Немного покопошившись, Макс вышла следом, обогнала девушку, вприпрыжку прошла по мокрой плитке и остановилась около кашпо, висящего на крыльце. Просунув в него руку, девушка достала ключ и открыла дверь. Подошедшая Хлоя усмехнулась : – Да, Макс, хранить здесь ключи от дома определённо хорошая идея. – О, Прайс, помолчи. Чтоб ты знала, Кейт и Виктория частенько заглядывают ко мне во время моего отсутствия. И не только они. Иногда ещё особо язвительные студентки заваливаются, но это редкость. – Она вошла внутрь, сняла туфли и всунула ноги в плюшевые сиреневые тапочки. Хлоя зашла следом, разулась, оставила пакеты на проходе и, не сказав ни слова, побежала осматривать дом. Макс возмущенно крикнула, чтобы та для начала помыла руки, но получила в ответ лишь задорное "зануда". Прайс пробежалась сначала по первому, затем по второму этажу, заглянула во все комнаты и перетрогала все криво стоящие по её мнению вещи, но не заходила лишь в спальную Колфилд. Дом был таким же светлым, тёплым и уютным, как и сама Макс : всё аккуратно и лаконично, диваны и кресла застелены мягкими пушистыми пледами, на окнах весели милые занавески, в комнатах приятно пахло жасмином и сандалом. Прайс всё время чувствовала этот запах от Макс, и теперь не могла понять – это она пахнет своим уютным гнёздышком, или гнёздышко пахнет ею? Больше всего Хлое понравилась гостиная. Во-первых, в ней имелись плейстейшн и огромный плазменный телевизор, а во-вторых, на стене красовалась огромная доска коричневого цвета, увешанная фотографиями. Она подошла ближе и начала пристально их рассматривать : Тут Макс, Виктория и Кейт стоят около входа в клуб, обнявшись. На заднем плане охранник мутузит какого-то бедолагу, а девушки, обнимаясь, стоят явно подвыпившие, в распахнутых шубках и держат в руках по зажжённой сигарете. Хлоя захихикала. Она ни разу не видела, как Макс по-настоящему курит. На следующей фотографии Макс стояла с Уорреном в очереди на горку в аквапарке. Грэхем улыбался и приобнимал стоящую в чёрном купальнике смеющуюся Макс. На третьей компания людей сидела за столом, свет был приглушён, а Виктория, крепко схватив Кейт за щеки, целовала её. Хлоя решила, что они играли в бутылочку, судя по бардаку на столе. Снимков было много : Тут Макс стоит со своими студентами, тут она держит смеющуюся Кейт на руках, тут селфи Уоррена, за спиной которого Марш и Чейз устроили борьбу за пульт от телека, фотография чьего-то силуэта около маяка, снова Кейт, сидящая в окружении уличных котов, разъярённая Чейз, швыряющая в сторону фотографа что-то очень похожее на яблоко, снова Макс, стоящая в лёгком летнем платье по колено в воде на рассвете и ещё много чего. Фотографии были живыми и яркими, сделанными в неожиданный момент, и Хлоя невольно улыбнулась. Здесь явно висели фотографии людей, которых Колфилд очень любила. – Прайс, во-первых, я сказала тебе помыть руки. А во-вторых, когда ты успела взять эту дрянь? – донеслось с кухни. Быстро забежав в ванную, Хлоя наконец выполнила просьбу Макс и вернулась на кухню к шуршащей пакетами Колфилд. – Эй, вообще-то никакая это не гадость. Это буквально Зевс среди пива! – Возмущённая Хлоя села за мраморный стол напротив Макс. – Поверю на слово. – Я помню, что ты не любишь пиво. Поэтому взяла тебе кое что другое. – Она ткнула пальцем в сторону второго пакета. – Не нужно было. Совсем забыла тебе сказать. – Сказать о чём? – Сегодняшний вечер мы проведём не вдвоём. – Макс скинула с плеч куртку Хлои, взяла упаковку с овощами и отправилась мыть их. Хлоя тут же похолодела. Она так и знала, что не нужно было соглашаться. Конечно, эти двое не живут вместе, но ведь Грэхем мог приезжать сюда и просто так. Почему она сразу об этом не подумала. Но высказывать подруге недовольство по этому поводу было бы как минимум странно. Мысленно отхлестав себя по щекам, она произнесла : – Отлично. Тогда мы с Уордо засядем в плойку и выпьем пивного Зевса. – Пока Макс раскладывала овощи, Хлоя глянула на часы. – И вообще, уже половина десятого, что-то он поздно. – Виктория с Кейт приедут. – Девушка подошла к столу, снова что-то схватила и стала мельтешить туда-сюда, раскладывая остальные продукты по местам. – Если Виктория говорит, что приедет вечером, то это значит, что её можно ждать не раньше одиннадцати. Слава господу, что завтра выходной. Прайс хмыкнула, замаскировав вздох облегчения. Но даже если бы приехал и Уоррен, разве она имела бы право жаловаться? – Ты пока можешь сходить в душ и закинуть все свои вещи в стиралку. Я принесу тебе что-нибудь, чтобы ты переоделась и пару полотенец. В верхней тумбочке будет лежать несколько одноразовых щёток, возьмёшь себе одну. Мочалку бери мою, и лучше возьми тот шампунь, что в прозрачной бутылке. – Так точно, капитан Сильвер! – Хлоя встала из-за стола и направилась в ванную комнату, подцепив по дороге свою сумку с вещами. Как только Прайс скрылась за матовой стеклянной дверью, Макс помчалась на второй этаж. Зайдя в свою комнату, она распахнула шкаф, сперва переоделась сама, а затем достала футболку и шорты Уоррена и решила, что Хлое они будут в самый раз. Если бы Колфилд дала ей свои вещи, то это определённо выглядело бы странно, с их-то разницей в росте. Порывшись в комоде, она достала пару полотенец, вышла из комнаты и понеслась вниз по лакированной деревянной лестнице. Раньше Макс хотела сделать с ней что-нибудь эдакое, потому что первое время после переезда она так и норовила упасть. Хорошо, что хотя бы реакция её не подводила, и она всегда успевала схватиться за перила прежде, чем кубарем полететь вниз и имела лишь несколько больших синяков вместо сломанных ног. Она спустилась, подошла к ванной и, приоткрыв дверь, положила принесённые вещи на сушилку. – Эй, Максипад, ты не против, если я полчасика пооткисаю в ванне? Я уже и забыла, насколько это хорошо. – Довольный голос Прайс разносился эхом по комнате. – Нет. Но ты подменишь меня на кухне, пока я буду полоскаться. – Окей, выдрочка, замётано! – Хлоя выключила воду и улеглась, а как только дверь закрылась, она начала медленно поднимать вверх лежащие на бледных бёдрах руки, прокручивая в голове шоу, устроенное Колфилд в препараторской. Макс прошла на кухню. Готовить ей совсем не хотелось, но раз уж она пообещала, то никуда от этого не денется. Она снова начала мельтешить по кухне, доставая продукты и на ходу думая, что же приготовить. Девушка решила, что оставаться один на один со своими мыслями ей не нужно, поэтому быстро набрала номер Виктории. Как и всегда, Чейз не заставила себя долго ждать. После первого гудка она подняла трубку : – Макс, только собиралась тебе звонить. У тебя хорошая чуйка. Извини, мы с Кейт заедем совсем ненадолго. Мы перевозим ко мне её вещи. – Надо же. А что случилось? – Макс прижала телефон плечом к уху, заколола волосы на затылке и принялась разрезать куриную грудку. – Её затопили соседи сверху. Представляешь, её натяжной потолок просто лопнул, пока она сидела в гостиной! – Чейз расхохоталась. – Дамы и господа, звание "Самый сопереживающий друг" достаётся Виктории Мэрибет Чейз, ваши аплодисменты! – Эй, Колфилд, вообще-то я приютила её и помогаю перевозить вещи, так что помолчи. – Виктория беззлобно фыркнула. – Если вы не укладываетесь по времени, то можете заехать завтра. – А я смотрю, ты не особо-то нас и ждёшь. – Эй, вообще-то я собралась готовить твою сраную пасту, которую ты вечно ешь, пока попиваешь винцо, и запекать курицу с сыром. – Ты нас не ждёшь, но готовишь именно то, что я люблю больше всего? Макс рассмеялась : – Не хотела тебя дразнить, и вообще, конечно же я вас жду! В любом случае, завтра я хотела приготовить лазанью, так что... – Она не успела договорить, так как Чейз её перебила : – Замечательно, заглянем к тебе завтра. Кому нужна эта паста, когда сама мисс Колфилд будет готовить свою лазанью? – Вы можете приехать и сегодня, и завтра. Ты же знаешь, я всегда рада вас видеть. – Не знаю, сколько мы ещё провозимся. Ты же не будешь ждать нас до полуночи. – "Конечно', подумала Макс, 'ты же всегда приезжаешь вовремя". – Кстати, ты довольна таки бодрая. По крайней мере бодрее, чем с утра. – Я знатно освежилась, пока доехала до академии. Виктория снова рассмеялась : – Да, Мэдсен уже позвонил и всё мне рассказал. Ты и Кейт – самые настоящие лохушки. Пока Макс общалась с Викторией на будничные темы, на плите у неё что-то шипело и бесконечно ворочалось, посуда своевременно вымывалась. Макс любила готовить, пусть и не всегда хотела. Даже когда у неё не было желания, во время процесса готовки оно всегда появлялось, поэтому всё продвигалось просто и быстро. Как только девушки обсудили все насущные проблемы, Макс поставила противень в духовку и произнесла : – Хлоя осталась у меня сегодня. – Колфилд. – Голос Виктории звучал удивлённым. – Ты поражаешь меня уже второй раз за день. У тебя вечно всё через задницу. Почему как только ты собираешься разгрести одно дерьмо, на твою голову выпадает другое. Как так вообще получилось? – У неё нет денег на аренду жилья. Из общежития её турнули, из-за графика толком не получается работать, и ты только представь : сначала она сидит у меня в препараторской, а потом ночует у друга на заправке. Сразу говорю тебе о том, что Джойс не в курсе. Хлоя не хочет говорить ей об этом. – Что ж, думаю, в ближайшее время я смогу решить этот вопрос. Ладно, она не рассказала мне, но почему она тебе об этом не рассказала? После слов Виктории у Макс в груди что-то кольнуло. – Вик, она соврала мне, что живёт в общежитии. Не захотела, чтобы я играла в мать Терезу и винила себя за то, что не могу ей помочь. – Но ты же можешь. Только когда будешь помогать, не залезь ей в трусики, пока не поговоришь с Уорреном. Ладно, милая, мне пора, увидимся завтра. Чао. – Виктория снова сбросила звонок, не дождавшись ответа. Макс начало подташнивать. Как только кто-то напоминал ей об Уоррене, она вспоминала, с какой преданностью и любовью он смотрит на неё. А Макс даже не осмелилась сказать ему о паузе прямо в лицо. Она, как трусливая школьница, написала ему смску и побежала в бар, чтобы отвлечься. А ничего не понимающий Грэхем не находил себе места, не знал, что ему делать и не понимал, почему так происходит. Сейчас она почувствовала ужасно болезненный укол совести, на глаза начали наворачиваться слёзы. Меньше всего на свете Макс хотела втаптывать ногами в грязь сердце человека, который всеми силами старался бросить весь мир под эти самые ноги. Ей было противно от самой себя. А ещё противнее ей становилось от мысли, что она ни на что не может повлиять. Виктория была права – у Макс вечно всё шло через задницу. Как только она начинала решать одну проблему, так сразу на неё сваливалась другая. Макс была слишком трусливой, чтобы принять хоть какое-то решение. Она боялась сделать больно Уоррену. Но если она и перестанет контактировать с Хлоей, прямо сейчас выставит её за порог дома – ничего не изменится. По отношению к Уоррену Макс всё равно поступила ужасно. И ещё, если бы вдруг Макс действительно выставила бы Хлою, то сделала бы больно себе. Она металась в этом огненном треугольнике и не понимала, что ей делать дальше. Она не хотела ранить Уоррена, но жертвовать собой и терзаться она тоже не хотела. Колфилд услышала, как дверь ванной открылась, наспех вытерла слёзы, бросила взгляд на часы, а затем встала к раковине и начала промывать уже помытые ложки, чтобы создать видимость занятости, лишь бы только Прайс не увидела слёз и не начала расспросы. – Извини, Максарони, я задержалась. Как же всё-таки кайфово полежать в горячей водичке. – Довольная Хлоя уселась за стол, схватила из тарелки яблоко и уставилась на Колфилд. Нежно-розовый цвет красиво контрастировал с бледной кожей Макс, и Хлоя снова поразилась тому, несколько же Макс крохотная, уютная и хрупкая, особенно в домашней одежде. Если в академии Прайс хотелось грубо сорвать с подруги блузку, на которой вечно была расстёгнута верхняя пуговица, то сейчас ей хотелось подойти со спины, осторожно поправить кружевные лямки милой домашней майки и крепко обнять. – Ничего. У меня всё равно уже почти всё готово. – Положив последнюю ложку на сушилку, девушка напоследок брызнула холодной водой себе в лицо и полезла в шкафчик за тарелками. – Сильно голодная? – Ты даже не представляешь, насколько. – Не перебивай аппетит. Ты сейчас натрескаешься яблок, а потом что? Хлоя рассмеялась и положила нетронутое яблоко обратно. – В тебя вселилась Джойс? Она говорила точь-в-точь, как ты сейчас. – Очень смешно. Духовка щёлкнет минут через пятнадцать, я пока сбегаю в душ. Кейт и Виктория заедут завтра, поэтому поразвлекай себя самостоятельно. " Не переживай, Макс, я уже себя поразвлекала", подумала Хлоя, но в ответ лишь угукнула. Макс умчалась в ванную, разделась, включила воду и встала под горячие струи. Она яростно тёрла себя мочалкой, будто бы пыталась смыть слой грязи, оседавший на неё годами. Была бы возможность, она бы вымыла себя изнутри. Слёзы снова полились, но уже с новой силой и перерастали в истерику. Макс швырнула мочалку в сторону, схватила себя за волосы и опёрлась лбом о плитку. Она не знала, сколько простояла в таком положении, но по ощущениям прошла целая вечность. Постепенно истерика перешла в беззвучный рыдания, а затем Макс и вовсе успокоилась. Как только она поняла, что перестала вслхипывать, сразу почувствовала боль. Девушка сбавила температуру воды, вылезла из душевой кабины и протёрла запотевшее зеркало мокрой ладонью. Собственное отражение показалось Макс крайне жалким : красные глаза, расцарапанная и такая же красная, как и глаза, кожа, а между пальцев остались клочки волос. Ополоснув лицо холодной водой, девушка залезла обратно в душевую кабину и наконец-то начала мыться. На Макс накатило облегчение. Все негативные эмоции, копившиеся неделями, были выплеснуты, пусть и через причинение самой себе физической боли. Девушка решила, что нужно давать себе поплакать иногда, чтобы такое больше не повторялось. Наконец, закончив мыться, вытираться и одеваться, она вышла из ванной и поёжилась. Макс мылась под кипятком, и теперь ей казалось, что в доме холодина. Она прошлась по коридору, вырулила в гостиную и улыбнулась. Хлоя разложила диван, придвинула к нему журнальный столик, на котором уже красовались две тарелки с едой, пара тарелочек с её любимым мармеладом и две банки пива, а сама Хлоя сидела под пледом и щёлкала пультом в поисках чего-нибудь интересного. – Мисс Колфилд, вы почти час мылись. – Хлоя повернулась к двери и посмотрела на Макс. В её глазах читалось волнение. – Или почти час с кем-то дрались. У тебя всё хорошо? – Да, я просто... Я просто люблю мыться в кипятке, не обращай внимания. А сейчас мне адски холодно и голодно. – Она пробежала пару метров и прыгнула на диван. Хлоя приподняла край пледа, и Макс залезла под её руку, чтобы согреться. – Я думала, что умру с голоду. Ещё немного, и я умяла бы всё. – Не капризничайте, Прайс. По крайней мере, я приготовила вам ужин! – Макс вздохнула и театрально, точно так же, как и Хлоя сегодня в магазине, прижала руки к груди. – Хорошо-хорошо, ты абсолютно права. Что будем смотреть? – Хлоя отдала пульт Макс и схватила свою тарелку. – Предлагаю тебе бегущего в лабиринте. – Я знаю только бегущего по лезвию. – Что ж, будем знакомить вас с шедеврами кинематографа! – Макс быстро нашла фильм, улеглась на живот и поставила перед собой тарелку. В голове у Макс всё снова встало на места. Остаток вечера они с Хлоей смотрели фильм, обсуждали всякую мелочь, спорили насчёт сюжета, дрались подушками и даже пару раз бегали курить несмотря на уличный холод. Хлоя уплетала стряпню Колфилд, пока та жевала мармелад, и в этот момент они обе были счастливы. Через несколько часов в зале слышалось только сопение. Девушки сами не заметили, как уснули, еле еле соприкасаясь пальцами. Завтра Макс снова накроет, Хлою будут пожирать собственные мысли, а сейчас они сладко спят, почти полностью удовлетворённые сегодняшними днём.