Scarred » Fade

Комната была маленькой. Крошечной. В ней находились только стол и стулья, расставленные друг напротив друга. О, и камеры. Три, поставленные так, чтобы видеть человека со всех сторон. И датчик движения перед дверью, что сработал бы, если бы она подошла слишком близко. Она могла слышать тихое жужжание, которое обычно она бы не смогла услышать, если бы в комнате не было так тихо. Хазал Эйлетмез ненавидела тишину. Это дало кошмару шанс высказаться. "Тюрьма" Это было первое слово, что он произнёс. Она вздрогнула, когда услышала это; она была испуганна внезапным звуком среди тишины. Кошмар не мог прочитать её мысли. Иногда она сожалела об этом — могла бы сказать ему заткнуться, не используя слов. Но сейчас ей пришлось промолчать. Камеры наверняка имели встроенный микрофон. Найтмеру это не понравилось. Он хотел ответов. Хазал не могла ему их дать. Он наказал её за это внезапной болью в предплечьях, на которую она только закрыла глаза. Это была не её вина. Не её. Время шло. Её дерьмовый кнопочный телефон отобрали, чтобы она ни с кем не могла связаться. Этот факт проверялся столько раз, что они могли бы с таким же успехом пойти и проверить ещё раз; ничего бы не изменилось. Она ничего не несла. Никаких ценностей у неё не было. У Хазал не было ценностей. Дверь наконец-то открылась. В комнату проникло так много света, что Хазал пришлось прикрыть глаза. Мужчина заметил это и быстро закрыл дверь в качестве милосердия. Так что она смогла снова наблюдать. Это был не тот мужчина, что допрашивал её последние три часа. Этот был старше. Он выглядел как военный офицер, свирепый и готовый отдавать беспощадные приказы. Она показывала своим поведением, что ей наплевать, кем являлся этот мужчина. "Позволь мне сказать прямо." его голос был низким, но тёплым. Это странное сочетание не устраивало громоздкого человека. "Я хочу что бы ты была здесь." Хазал хорошо скрыла своё удивление. "Как пленник." Она не спрашивала. Хотя возможно, это заявление прозвучало немного как вопрос, но на самом деле она не собиралась спрашивать. Мужчина отрицательно пожал головой и положил на стол несколько листов бумаги, скреплённых в углу одной скобкой. В самом верху красными чернилами было написано слово ‘контракт’. "Как агент." объявил он, пока Хазал смотрела на первую страницу. Она подумала, что это шутка. "Я шантажировала тебя." напомнила она, нахмурив брови. "Люди не будут тебе доверять." "Это будет моей проблемой." сказал мужчина, скрестив руки. "У меня есть причины предложить тебе это. Ты можешь сказать нет, взять этот телефон и уйти тем же путём, которым пришла." "Или?" "Или ты можешь остаться с нами, помочь нам с миссиями и получить гораздо более лучшее оборудование, чтобы найти Его." Хазал напряглась при его упоминании. Мужчина, вероятно, видел, как она сжала руки в кулаки, но ничего не сказал. "Ты что-нибудь знаешь о нём?" спросила она, на удивление, спокойно. Внутри же она вопила. Внутри она набросилась на этого мужчину, готовая насильно вытащить информацию из его мыслей. "Ничего кроме того, что ты его ищешь" ответил он, слегка наклонив голову. "Ты сможешь выполнять свою работу, пока помогаешь нам." Что это могло значить? Чем она могла помочь? Хазал была одна, самодостаточна, и никто из её профессии не протянул бы ей руку помощи в случае необходимости. Это было хорошо, да и так было всегда, потому что Хазал служила своему одиночеству, которым себя окружала. "Вы согласитесь?" Иногда Найтмер умел говорить полные предложения. Иногда же он просто бросал одно-единственное слово, будто не мог нормально общаться с Фейд. "Сколько у меня есть времени на размышления?" спросила она, чтобы Найтмер знал о чём она думает. Но она не думала. Она уже знала, что хочет ответить на предложение. "Три дня." он ответил нерешительно и положил поверх документов небольшой листочек с номером. "Напиши если согласна. Я пришлю кого-нибудь что бы забрать тебя." "Так ты отпустил меня?" Мужчина встал, затем посмотрел прямо в камеру. Он кивнул — знак, который, вероятно, означал что нужно прекратить запись — и снова посмотрел прямо на Хазал. "Мы пойдём за твоим телефоном." Они вышли из комнаты. Хазал следовала за мужчиной как тень, почти прячась за идущим, используя его как щит против того, что могло ожидать её, когда они выйдут из коридора. Она чувствовала себя маленькой, жалкой, потерянной в том, что может произойти. Она ненавидела это чувство. Она не хотела так себя чувствовать. Кошмар бурлил внутри неё. Он пытался добраться до её страша, который она пыталась спрятать от него. Его раздражало, что она царапала свои предплечья, пытаясь отвлечь его и себя болью. Она попыталась вспомнить путь, который они прошли, но он казался бесконечным. Однако у неё было ощущение, что она знает, что делает этот мужчина — он намеренно вводит её в заблуждение, что бы она не смогла сбежать. Возможно, они снова и снова проходили через одну и ту же пару дверей, снова и снова шли по одному и тому же коридору, чтобы Хазал сбилась с пути. Во всяком случае, она делает это. В конце концов они достигли комнаты с тем же мужчиной, с которым она разговаривала последние три часа. Сайфер, если она правильно помнит. Он ничего не сказал и ничего не спросил. Казалось, он знал все, что происходило в маленькой комнате. «Не может доверять.» Кто не может доверять? Кошмар? Хазал? Или он имеет в виду, что Хазал — это та, кому нельзя доверять? "Телефон." объявил мужчина, отдавая сотовый телефон Эйлетмез. "Почему именно этот?" Это тот, который никто не искал после того, как я его украла. Она пожала плечами. Ей не нужно было ему отвечать. "Нет передатчиков?" спросила она, хотя знала, что, вернувшись в Турцию, она всё равно зайдёт в первую дыру получше и разберёт телефон. "Ни одного." У него был приятный голос. Но он скрывался за маской. Хазал не могла ему ничего доверить. "Где выход?" спросила она, пристально глядя на бывшего солдата. "Наш самолёт доставит вас в пункт назначения." Она не протестовала. Ей не хотелось играть в воровство и ждать в аэропорту. "Ты игнорируешь нас" Хазал закатила глаза, снова услышав бесстрастный голос. Бримстоун, как обратился к нему робот по имени Кай/О, повел ее прямо в ангар, где уже ждал небольшой вертолет. Хазал не подала виду, но она была почти уверена, что это та же самая машина, на которой они прилетели в Стамбул. Как иронично. Мужчина вообще с ней не разговаривал, пока они ждали, пока Кай/О подготовит вертолет к полету. Тем временем Хазал не обращала внимания на боль в предплечьях, которую ей доставлял Кошмар. Как будто он хотел процарапать в них дырки, чтобы вырваться на свет божий. "Это он меня сюда привёл?" спросила она, желая полностью сосредоточиться на чем-то другом. "С помощью других агентов." ответил седовласый мужчина, скрестив руки за спиной. "Ты очень хорошо к ним отнеслась." "Они напали первыми." объявила она, пожимая плечами. Внутри она кипела. Внутри она была в ярости. Внутри она была в ужасе. "Продолжай." "Они не могли позволить тебе сбежать." Ей не хотелось об этом спрашивать, тем не менее вопрос невольно слетел с ее губ. "Как они?" "С ними все в порядке." ответил он коротко и лаконично. Хазал больше не расспрашивала. Она не имела на это права — вот что, казалось, говорило его поведение. "Сделано." Кай/О стоял у двери пилота, глядя на них двоих. Хазал поняла, что это знак ей садиться, поэтому перебралась на места позади пилота. Она почувствовала на себе взгляд Бримстоуна, который внимательно следил за каждым ее шагом. Он думал. Он ждал. Она тоже ждала, что он что-нибудь скажет. А тем временем она пристегнулась. "Я буду готова завтра." Он был удовлетворен этим заявлением. Уголок его рта дернулся, словно он пытался улыбнуться, но солдат не позволил себе этого. Хазал не ответила на этот жест взаимностью. Она не чувствовала себя готовой к этому. "Предательство." Она хотела сказать, что кошмар говорил так каждый раз, когда она пыталась с кем-то завязать отношения, но воздерживалась. Она и сама не знала, правильно ли поступает. Но ей пришлось попытаться. Она была в долгу перед ним за то, что он так долго откладывал свои действия и планы.