ГрязьIII

Боль больше не была острой. Она была лишь фоном. Нестерпимым зудом под кожей. Её хотелось выдавить из себя, выцарапать... Но... Ю Джин понимала, что ей придётся жить с этим внутри очень долго. Бесконечно долго. Ким Ю Джин стояла и слушала как дизайнер что-то предлагал, рассказывал, объяснял. Наверное, ей стоило сосредоточиться на делах в отеле, но из головы не выходили те документы, найденные в сейфе Дэвида Мёна. Она не могла делать вид, что всё по-прежнему. Именно сейчас, когда его не было рядом, когда она не ощущала его присутствие так ярко и плотно, Ю Джин наконец пришла к выводу, что... Так больше продолжаться не может. Она хотела дышать свободно, хотела вернуть свою жизнь под собственный контроль. Хотела не быть частью тьмы. Его тьмы. Не хотела быть его частью. Это уже превращалось в закольцованный ад, которому не было конца. Ю Джин чувствовала себя такой пустой, чужой... Слишком долго она бродила под чужим небом. Слишком долго была больна и считала, что это единственное, чего она достойна. Дизайнер шёл рядом и продолжал говорить, но Ю Джин не слышала но единого слова. Она вспоминала тот роковой день, когда впервые столкнулась своим кошмаром. Дэвид Мён. Тогда он задушил невиновного человека. «Отправляйся в рай. Не хочу встретиться с тобой в аду!» Да, он знал, какое он чудовище. Смело признавался в грехах, которыми даже это небо уже было сыто по горло. Ю Джин тоже. Ей казалось, что она давиться его грехами, захлёбывается тьмой, но впервые — наконец-то будто прозрев — оттолкнулась от дна и пытается плыть вверх. Она словно научилась преодолеть сопротивление тяжёлой толщи воды, которая не отпускала её и лишала сил. Ю Джин чувствовала, как борется со стихией и знала, что вот-вот увидит свет. Остановившись посреди холла, она повернула голову и посмотрела в окно. Вид на город казался другим. Давно забытым. — Госпожа Ким, может продолжим? — А, нет. У меня срочные дела. Я свяжусь с вами позже. Спасибо. — и ушла, отбивая чёткий ритм каблуками. На ней был черный свитер, из-под которого элегантно выглядывала белая рубашка, и ярко-красные классические брюки со стрелками. Ю Джин спустилась на лифте на первый этаж. Когда нажимала на кнопку, тяжёлый взгляд зацепился за кольцо, которое она пока не снимала. А стоило бы. Она уже знала, что не будет его... женой. Никогда. И, даже если он действительно погиб, называться вдовой тоже не собиралась. Створки распахнулись. Ким Ю Джин вышла, обдумывая план продажи отеля. Но, если раньше она действовала сгоряча, то теперь Ю Джин собиралась поступить иначе. Всё продумать. Провернуть сделку тайно. Через посторонних лиц. Замаскировать свои истинные мотивы. Всё, как любил Дэвид Мён. В его стиле. И ещё. Ю Джин собиралась закончить эту войну. У неё под рукой столько времени была возможность уничтожить Дэвида Мёна, ослабить его власть, подтолкнуть к краю пропасти, но что делала она? Обнимала его плечи, на которых держалась система зла. Целовала коварные и лживые губы. Держала его за руки, пропитанные невинной кровью. Верила. Думала, что... в этом счастье. А счастья не было. Было ложь и пустота. И, очнувшись, Ю Джин внезапно поняла, что чудом выжила. И что хочет жить дальше. А ещё она осознала с горечью, что ничего к нему не испытывает. Абсолютно. Разве что... Злость и ненависть. — Простите, госпожа Ким! — внезапно за её спиной возник женский голос. Незнакомый. Она обернулась. Ён Су образовался рядом, вставая справа от своей госпожи. Она увидела женщину. В пальто и джинсах. С влажными небрежными волосами и... Ребёнком. Она обнимала мальчика лет семи-восьми. — Чем могу помочь? — Я хочу с вами поговорить. — с каким-то надрывом произнесла незнакомка. — У вас какие-то жалобы? В каком номере вы проживаете? Женщина покачала головой и Ким Ю Джин слегка прищурилась, не понимая, откуда взялось ощущение, что она видела эту женщину прежде. — Нет, я по личному делу. Мы можем поговорить? Ю Джин и Ён Су переглянулись озадаченно. Личное дело? — Разумеется. — Ким Ю Джин пригласила гостью с мальчиком за ширму в зону ожидания, где располагались мягкие диванчики. — Внимательно вас слушаю. — Госпожа Ким, я знаю, кто вы такая. — загадочно начала женщина, усадив сына на одно из кресел. Замечательно. Ким Ю Джин чуть не съязвила, что сама толком не знает, кто она такая на самом деле, но решила подождать и дослушать до конца. Это уже интриговало. Ён Су встал позади, готовый ко всему. — Я пришла, потому что больше не могла молчать. Вы, как женщина, должны меня понять. — и, когда она повернула голову, чтобы посмотреть на мальчика, Ким Ю Джин внезапно вспомнила, где видела эту женщину. Только не в живую. На фотографиях. Нет.... нет. НЕТ. — Дэвид Мён отец моего ребёнка. Сердце резануло чем-то острым. Ю Джин почувствовала нехватку воздуха. Стало так... чересчур. Всего слишком много. Шок, неверие, ярость, а поверх всего этого такое разочарование. И гнев. На саму себя за такие чувства. — Чего вы хотите от меня? — холод, который сковал Ю Джин, отразился и на её голосе. — Поздравлений? — Я знаю, что произошло... Но наш сын заслуживает признания. И, каким бы его отец ни был мерзавцем, он бы не позволил, чтобы его ребенок рос в бедности. «Наш сын». «Его ребенок». «НАШ СЫН». Ким Ю Джин опустила глаза и взглянула на мальчика. Раньше она никогда не ревновала. Может, потому что толком не верила, что Дэвид Мён вообще способен испытывать нормальные человеческие чувства. Она не сомневалась, что и к ней у него что угодно, кроме любви... Но сейчас. Она тяжело сглотнула горечь. Почему это ощущалось как предательство? Мерзкое и жестокое. Одна мысль о том, что где-то есть женщина, с которой Дэвид Мён связан чем-то настолько прочным, настоящим, чистым и... Как он допустил? Зная этого человека, Ким Ю Джин могла поклясться, что... Если бы только Дэвид Мён узнал, непременно заставил бы её избавиться от ребенка. — Вы скрывали... это все эти годы? — У меня не было выбора. — Почему именно сейчас пришли? — Ю Джин усмехнулась, складывая руки на груди. — Потому что прошли слухи о его смерти. Запахло лёгкими деньгами? — Это несправедливо. — объяснила женщина. — Несправедливо, что вы здесь хозяйничаете. Вот это да! Ким Ю Джин громко усмехнулась от неожиданности такого заявления. Наклонив голову и удивлённо вскинув брови, она потрясённо молчала. — Есть законный наследник. И есть его мать. Вам придётся подвинуться, госпожа Ким. Неслыханно просто. Ю Джин не собиралась ни за что бороться с ней и спорить. Она просто повернулась к женщине спиной и ушла. Ён Су, не менее потрясенный, поспешил за ней. Уже сидя в машине, он позволил себе поражённо выдохнуть: — Что это, мать твою, было такое? Ким Ю Джин пожала плечами, испытывая огромное желание достать этого негодяя из-под земли и закапать туда обратно. Собственноручно. — Есть новости от службы безопасности? — Пока нет. — Ну и за что им деньги платят? — вспылила она. — Неделя уже прошла. — Простите госпожа Ким. Может, хотите выпить кофе? — Нет. — Вам бы не помешало. — Ён Су. — устало выдохнула девушка. — Не до кофе сейчас. Меня трясёт. У неё и вправду дрожали руки и ноги. Взгляд бегал туда-сюда. Голова болела от мыслей. Ён Су взглянул на неё пристально, а потом его рука накрыла её бледную и дрожащую ладонь, успокаивая и согревая. Ю Джин закрыла глаза, медленно выдыхая нервозность через сомкнутые губы. Аккуратно высвободила ладошку и согласно кивнула, пристёгиваясь: — Ладно. Твоя взяла. Только я предпочту горячий чай. — Есть, босс. Она посмотрела на него и обнаружила, что Ён Су с улыбкой поворачивает ключ и настраивает навигатор. — Ты разве не местный? И тут он замешкался на миг, но очень быстро снова улыбнулся. — Местный. Но из бедного района. А вы вряд-ли захотите пить чай там, где делал это я в своём детстве. — Ошибаешься. — хмыкнула она. — Я тоже из бедной семьи. Ещё несколько лет назад жила в дешёвых мотелях и работала, то официанткой в забегаловках, то курьером. — Как тогда вы...? — Что? — Нет, ничего. Извините. — Хочешь спросить, как мы встретились с ним? Ён Су почти незаметно кивнул. Ему явно было интересно, но ещё больше неловко. Ким Ю Джин улыбнулась с горечью. Она и сама не понимала, как объяснить это в нескольких словах. — Я жила у него под ногами. И однажды он увидел меня в одной из грязных луж своего города.