Воспитание маленькой шлюшки

— Чёрт, — Юджи в который раз провёл рукой по своему возбуждённому члену и зашипел от злости. Он стойко держался почти три полных занятия, стараясь не думать о пробке в своей заднице и сперме дяди глубоко внутри, но вот на скучной истории Японии его мысли свернули совсем не туда. Итадори честно-честно старался не воображать, что с ним дома сделает Сукуна… Но провалил свою миссию на самом старте. Ему пришлось неловко отпрашиваться в туалет, благо, что толстовка под школьным пиджаком была достаточно длинной, чтобы скрыть его «проблему». И вот уже целых десять минут он никак не мог спустить в собственную руку, сидя на туалете! А для Юджи это было чертовски долго… И больно! На периферии сознания сверкала небольшим маячком мысль о дядином запрете. Итадори ведь не должен был себя касаться без его разрешения! Но выхода не было, не звонить же Сукуне посреди рабочего дня… Хотя… Юджи выудил телефон из кармана приспущенных штанов и быстро набрал номер дяди. Гудки казались бесконечно долгими. Итадори чувствовал себя до ужаса нелепо: вот он сидит в кабинке мужского туалета на унитазе с пробкой в заднице, с членом в одной руке и телефоном в другой. Картина маслом. Не иначе. — Юджи? Что случилось? — голос Сукуны звучал обеспокоенно. — Я… — Юджи сильно-сильно покраснел, пытаясь подобрать слова, которые всего секунду назад крутились у него в голове, — я в школьном туалете… У меня встал… На уроке… И я не могу кончить без тебя… — он нещадно дробил предложения и слова, пытаясь справиться со стыдом. — Подожди секунду, — дядя прочистил горло, явно тоже смущённый заявлением племянника, послышались шуршание, шаги и хлопки дверью, — включи видеосвязь. — Н-не могу, тогда тебя может кто-то услышать, — пропищал Итадори. — Детка, не надо мне врать. Ты всё время таскаешь с собой наушники, — Сукуна говорил ласковые слова, но с такой жёсткой интонацией, что у Юджи побежали мурашки по позвоночнику. И как он сразу не додумался? — Д-да, — Итадори попытался аккуратно положить телефон на колени, обтянутые приспущенными трусами, но, когда потянулся в карман толстовки, липкими руками вытаскивая наушники, чуть не уронил его. Было бы глупо, если бы его единственный помощник в этой ситуации разбился о кафель туалета. На экране появились пятна от его пальцев в собственном предэякуляте. Юджи быстро подключил наушники, неловко воткнул их в уши и врубил видеосвязь, сразу же вглядываясь в суровое, но красивое лицо дяди. — П-привет? — неуверенно произнёс Итадори. — Показывай. — Ч-что? — Как ты трогаешь себя, — Сукуна скучающе подпёр подбородок рукой, а Юджи подметил, что тот тоже находится в туалете, правда, у него был личный в кабинете, насколько помнил Итадори, и дяде уж точно не было неловко сидеть без наушников. Юджи молча слегка наклонил экран смартфона, не отрывая взгляд от изображения Сукуны, а затем снова начал двигать свободной рукой на члене, прикусывая губу, чтобы сдержать неловкий стон. — Представь, что это я трогаю тебя, — хрипло произнёс Сукуна, и Итадори переместил руку на головку члена, вспоминая, как по-особенному его пах мучает дядя. Каждый раз, — вот так, умница. — Дядя… — вдохнул Юджи. — Моя сперма всё ещё глубоко в твоей попке, запертая пробкой, — ухмыльнулся Сукуна в камеру, — закрой глаза и слушай мой голос. Итадори молча подчинился. — Представь, что я прямо сейчас внутри и трогаю твой член, я рядом, Юджи, — томно, полушепотом проговорил дядя, — вот так, усиливай движения руки на своей головке, вращай большим пальцем по маленькой щели уретры. — М-мне уже больно… — захныкал Итадори, — н-не могу, — он отпустил свой истекающий член и жалостливо посмотрел в камеру. — Ты даже не старался, — холодно и жёстко ответил Сукуна. Юджи заметил, как у него образовалась хмурая складочка между бровей. — М-мой член болит от той штуки… — Итадори решил надавить на больное. Дядя на мгновение изменился в лице, расслабляясь, а затем помрачнел. — Обманывать не хорошо, — процедил он, поднимаясь и выходя из туалета, — я сейчас приеду и заберу тебя из школы. А дома мы поговорим о твоём поведении, — Сукуна оскалился в жёсткой улыбке, а вот Юджи неожиданно совсем приблизился к разрядке, томно выдохнув. Его ложь действительно была глупой, ведь он даже не касался того натёртого кольцом места. Итадори виноват и точно заслуживает наказания. От мысли о предстоящем спираль в его животе вновь скрутилась, посылая приятную дрожь по телу. — Больше не прикасайся к себе, оденься и жди меня. В туалете. Напиши этаж и крыло, где тебя искать. Скоро буду, — дядя отключился, оставляя Юджи в немом предвкушении. Итадори выполнил указания, с дискомфортом в штанах сидел и нервно играл в «Змейку» на телефоне, прислушиваясь к окружающим звукам. Спустя десять змеек, которые врезались в самих себя, Юджи отвлёк знакомый голос, зовущий его. — Итадори-кун, ты здесь? — Д-да, — Юджи оттянул толстовку пониже и выглянул, встречаясь взглядами с Годжо-сенсеем. — Твой дядя сказал, что ты плохо себя чувствуешь, он ждёт внизу, я забрал твою сумку из класса, — вежливо объяснил учитель, отдавая в руки Итадори его вещи. — Спасибо, учитель! — Юджи постарался ярко улыбнуться, но в этой ситуации получилось лишь натянуто и нелепо оскалить зубы. Если бы Итадори не знал «тайны» Годжо-сенсея, то точно бы удивился тому, что тот лично принёс ему сумку и пришёл за ним. А сейчас это всё было до ужаса неловко. Юджи молча проследовал вниз за учителем, который радостно на входе перекинулся парочкой нелепых шуток с Сукуной. Тот выглядел обворожительно: в костюме, с идеальной укладкой и вежливо-дружелюбной улыбкой, но как только его взгляд встретился с глазами Итадори, в них промелькнуло нечто тёмное, а былая улыбка превратилась в оскал. — Я забираю племянника, бывай, — Сукуна пожал руку старому приятелю и махнул Юджи, чтобы тот следовал за ним. — Д-до свидания, Годжо-сенсей, — прикрывая пах сумкой, отсалютовал Итадори и поспешил за дядей, нагнав его только у машины. — Садись, — отрезал Сукуна. Юджи завалился на переднее пассажирское сидение, как привык ещё с детства, и пристегнулся, старясь не смотреть на дядю. Школа Итадори находилась всего в паре кварталов от дома, поэтому дорога была близкая. Но давящие на пах школьные брюки заставляли каждую секунду тянуться целую вечность. Юджи всё же посмотрел на сосредоточенного Сукуну, который так удачно вёл машину одной рукой! Медленно и плавно Итадори сжал своей потной и липкой ладонью запястье дяди и положил крепкую руку себе на бедро. Но Сукуна никак не отреагировал. Совсем! Поэтому Юджи решился на отчаянные меры: он сдвинул ладонь дяди на свой ноющий пах и громко втянул воздух сквозь сжатые зубы. — Пожалуйста! — Итадори отчаянно взмолился, — пожалуйста, дядя… — Я за рулём, — спокойно ответил Сукуна, — не отвлекай меня. Юджи разозлённо вздохнул. Так сложно, что ли просто поводить рукой? И ведь не убирает её, гад! Итадори надул щёки и хмуро сложил руки на груди. Через жалких две минуты он смирился со своим положением и просто переплёл пальцы с дядиными, сжимая и чувствуя тепло. — Почему? — немного обиженно проговорил Юджи, смотря на переплетённые пальцы. — Потому что ты солгал. — Я не лгал, мне правда больно! У меня никогда так долго не стояло… Тем более в школе. — Если бы ты следовал моим указаниям, то давно бы это всё закончил. — Я не мог. Сукуна остановил машину возле их дома и скептично посмотрел на Юджи. — В дом, — он аккуратно освободил свою руку из хватки племянника, хотя Итадори отчего-то думал, что дядя сделает это резко, и Юджи вышел из машины, глупо смотря, как Сукуна заезжает в гараж. Итадори поспешил, его сердце билось где-то в висках, заставляя капельки холодного пота скатываться по спине. Он отчаянно сглатывал, представляя себе яркие картинки. Юджи разулся, занёс сумку в свою комнату и взволнованно вернулся в гостиную. Дядя уже вальяжно сидел на диване, сняв пиджак, ослабив галстук и закатав рукава рубашки. Он что-то печатал в телефоне и, даже не посмотрев на Итадори, бросил короткое: «Раздевайся». Юджи смущённо подчинился, снимая с себя одну вещь за другой, медленно, с каждым шагом ближе подходя к Сукуне. И когда тот поднял взгляд, Итадори уже остался в одних носках, неловко прикрывая свой налитый кровью член. — Иди сюда, — дядя похлопал себя по бедру. Юджи кивнул и, сделав несколько шагов, осторожно оседлал широко разведённые ноги Сукуны, держась за его плечи и опираясь коленками на мягкий диван. Дядя невесомо обвёл уже еле видные полоски от натёртостей, а затем мягким движением сжал головку его члена, заставляя простонать. — Не мог? — ухмыльнулся Сукуна, — ну, сейчас проверим. — Э-это правда… Дядя продолжил свои ужасно приятные манипуляции с его членом, водя большим пальцем прямо по щёлке уретры, слегка надавливая, а затем размазывая предэякулят по головке, его ладонь не опускалась ниже, сводя Юджи с ума. Он тяжело дышал и стонал в шею Сукуны, ноги дрожали, а пальцы отчаянно цеплялись за плечи, пока дядя неустанно двигал рукой. Итадори с каждым движением чувствовал приближение болезненного оргазма, он сжимал коленками бёдра дяди и сгибался от невыносимости. Хотелось резко отбросить мучающую и ласкающую его руку. — Дядя! — выкрикнул Юджи и громко захныкал, неразборчиво шепча бессмысленное «пожалуйста». — Терпи, — Сукуна ускорил и усилил движения, заставляя племянника быть ещё громче. Итадори выгнулся и с криком кончил, теряя равновесие, но дядя вовремя подхватил и обнял его, прижав к себе. Юджи больше не мог произнести ни слова. Казалось, что это был самый яркий оргазм в его жизни. Ноги разъехались, и он в глупой позе лежал на груди дяди, пуская на неё слюни. — Видишь, ты просто не постарался как следует, — усмехнулся Сукуна, прижимая Юджи к себе одной рукой, а другой мягко перебирая его волосы, — тебя ещё воспитывать и воспитывать, — он подхватил племянника под бёдрами и поднялся. Итадори еле успел крепче оплести вялыми руками шею дяди. — Ч-что… К-куда? — В ванную, тебя нужно помыть, да и моя рубашка теперь вся липкая, — ласково улыбнулся Сукуна, а Юджи всё пытался найти подвох в словах, ожидая своего наказания. — Ты меня не накажешь? — тихо прошептал Итадори. — Конечно накажу, — буднично произнёс дядя, опуская Юджи задом на холодный край ванны, — но… — он пошарил в шкафчиках и вытащил очень знакомый для Юджи предмет, которым он в последнее время пользовался регулярно — клизму, — это скорее будет просто отсутствие награды. — Но я думал… — Итадори, фантазии которого весь день кружились вокруг того, как Сукуна вытащит пробку и трахнет всё ещё мокрый от его же спермы зад, помрачнел, — пожалуйста…? — он поднял умоляющий взгляд на дядю. — Нет, — оскалился в ехидной улыбке тот, — ты такой милый, когда сильно хочешь чего-то развратного, — Сукуна подошёл близко-близко, запустил свободную ладонь в растрёпанные волосы Юджи и крепко сжал их, оттягивая голову назад, заставляя смотреть себе прямо в глаза, — если будешь хорошо себя вести, то сможешь попросить о награде, но сегодня ничего не будет. — Так не честно. — Юджи, это наша игра и правила устанавливаю я, — дядя нагнулся и прошептал ему на ухо, — потому что так тебе нравится больше всего. Итадори от этого вновь почувствовал, как его пах потихоньку тяжелеет, а яички сжимаются от недавнего оргазма. — Повернись своей чудесной попкой, малыш, — Сукуна «переключился» и нежно поцеловал его в лоб, ещё больше заводя этим контрастом племянника. Юджи поднялся на трясущихся ногах, повернулся и, наклонившись, опёрся о бортик ванной руками, широко расставляя ноги. Носки скользили по кафелю, заставляя всё время ёрзать, и почему Итадори вообще их оставил? Он почувствовал, как дядя мягко обводит анальную пробку по кругу, а затем подцепляет кончиками пальцев и тянет её мучительно медленно. Сукуна несколько раз наполовину вынимал пробку, растягивая розовое колечко мышц Юджи, и вновь вставлял, побуждая того вздрагивать от каждой новой волны возбуждения и тихо постанывать. — Х-хватит меня дразнить! — Итадори хмуро обернулся через плечо, заглядывая в довольное лицо дяди. — Как скажешь, — Сукуна ещё пару раз повторил свои движения, хихикая на каждое недовольное возмущение племянника и всё же с громким чпоком вытащил пробку, забрасывая её в раковину. Затем Юджи ощутил, как к его заднице прижимается что-то узкое и медленно проникает внутрь. Как только тёплая вода затопила внутренности Итадори, он отчаянно отпрянул, сжимая ягодичные мышцы… Да вообще все мышцы внизу! — Дядя, ты должен выйти! Срочно! — Юджи прижал ладони к своей попе. — Да что я там не видел, — Сукуна закатил глаза и засмеялся. — Дядя! — Ладно-ладно, выхожу, — он поднял руки и вышел за дверь, всё ещё гадко хихикая, — позовёшь, как закончишь. Юджи поспешил к белоснежному другу, а как только закончил со своими важными делами, начал размышлять: не запереться ли ему от дяди, устроив саботаж, и сбросить напряжение под звук его строгого голоса… Вот только вряд ли Сукуна пожалеет дверь и деньги на её замену. Итадори снял носки и забросил их в корзину для белья, а затем открыл дверь, впуская дядю. Принятие совместной ванны в его голове было не такой уж плохой заменой былых фантазий. — Ты ведь не обломаешь меня с принятием совместной ванны? — на всякий случай спросил Юджи. — Да как я посмею, — Сукуна заткнул слив и включил воду, а затем начал медленно раздеваться под смущённым взглядом племянника. С каждой пуговицей на рубашке у Итадори всё больше пересыхало во рту, а член всё сильнее ныл. Ну почему ему достался настолько сексуальный дядя? Юджи уже и не помнит себя не-извращенцем! Это какой-то кошмар! Мало того, что у него появилась эрекция посреди урока, так ещё и он воспринял всё это как само собой разумеющееся, ведь это было из-за чёртового Сукуны, на которого у Юджи не просто стоит, а стоит с любовью, чтоб её. Сглотнув вязкую слюну, Юджи медленно подошел к дяде и мягко обвёл его оголённый торс руками, подхватывая бляшку ремня и дёрганными движениями пытаясь её расстегнуть. Сукуна помог нерадивому племяннику раздеть себя, а затем забрался в воду, приглашающе разводя ноги. Итадори, разбрызгивая воду вокруг, быстро залез в ванну, радостно наваливаясь спиной на дядину грудь. — Прости, что отвлёк тебя от работы… — проговорил Юджи, неловко плюхая ладошкой по воде. — Всё в порядке, я могу позволить себе уйти пораньше, тем более, что моему драгоценному племяннику стало плохо в школе, — Сукуна нежно перехватил его руку и переплёл пальцы, расслабляясь в воде. — Вообще-то, я фантазировал о тебе весь день… — пробурчал Итадори, — думал о всяком… — Я знаю, — тихо рассмеялся дядя, посылая низкие вибрации по телу Юджи, — но я в любом случае поступил бы так же, потому что забочусь о твоём здоровье, ясно? Вот это, — он указал на раковину, в которой всё ещё лежала секс-игрушка, — нельзя долго носить, как и ходить со спермой внутри… — Сукуна вздохнул и свободной рукой приподнял подбородок племянника, заставляя Итадори запрокинуть голову назад и встретиться с ним взглядом, — я хочу исполнить все твои фантазии, но при этом не навредить, — он мягко поцеловал Юджи в макушку, — люблю тебя. — Я-я понял, — Итадори покраснел так, что щёки закололо от смущения, а шея и кончики ушей окрасились в ярко-алый, — просто я думаю, что стал каким-то извращенцем… Раньше так сильно ни на кого не реагировал… — Всё нормально, ты ещё молод, и у тебя хорошая фантазия. Мы оба те ещё извращенцы, если кто-то узнает о нас, то будет осуждать, но, знаешь, — дядя крепче сжал его руку, — я буду рядом, пока ты меня любишь, потому что вот это для меня правильно, а не чьё-то мнение. — Д-да, — Юджи шмыгнул носом и облил лицо водой. — Эй, ты чего? — Сукуна погладил его по плечу и попытался заглянуть в лицо. — Не смотри, — насупился Итадори, — твои слова… Они меня тронули… — Иди ко мне, — вздохнул дядя, отпуская его руку. Юджи тут же привстал и, держась за бортики, развернулся, а затем плюхнулся на Сукуну и оплёл его шею, чувствуя, как крепко прижимают его к себе горячие руки дяди. — Всё хорошо, — Сукуна погладил его по мокрой спине. Итадори, в непреодолимом желании поцеловать дядю, слегка отпрянул, перемещая мокрые ладони на его плечи, и тут же потерял равновесие, потому что его колени заскользили по дну ванны. Пока падал, Юджи с силой случайно шлёпнул Сукуну по груди, да так, что остался красный след в виде его ладошки, а сам лицом приземлился на дядин пах. Итадори резко поднялся, опираясь на чужие упругие бёдра, смахнул воду с глаз и проморгался, а затем замер, уставившись на Сукуну. Тот несколько секунд пытался понять, что только что произошло, переводя взгляд с племянника на свою грудь и пах, а затем громко рассмеялся, приподнимая Юджи за подмышки и удобнее устраивая на своих бёдрах. — Это не смешно, — отрезал Итадори, хмуро глядя на дядю, но затем сам не выдержал и захихикал, отмечая у себя в голове, что фантазии о сексе в ванной тоже стоит исключить. — Не ушибся? — Сукуна, взяв его лицо в ловушку грубых пальцев, нежно покрутил, осматривая. — Нет… Я приземлился на нечто мягкое, — Юджи покраснел, — хоть оно чуть-чуть и твёрдое… — и смутился ещё больше. — Ну и хорошо, — дядя мягко подхватил его губы своими и втянул в горячий размеренный поцелуй, посылая по телу племянника волны возбуждения. Итадори сидел, чувствуя под ягодицами бёдра Сукуны и его привставший член, поэтому он начал слегка двигаться, проезжаясь по паху дяди, ощущая, как тот становится больше, и ловя его резкие вдохи при каждом своём движении. — Я хочу… тебя внутри, дядя, — выдохнул Юджи между поцелуями, — пожалуйста. — Ты наказан, — ехидно оскалился Сукуна, — но я знаю, что ты умеешь просить лучше. Юджи несколько секунд сидел в задумчивости, перебирая варианты в своей голове. И как он вообще может просить ещё лучше? Он и так спросил прямо в лоб, так ещё и «пожалуйста» добавил! Итадори попытался неловко соблазнить дядю, снова проезжаясь по его паху и выдыхая: «Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста». Затем попытался сам оседлать член Сукуны, но тот его жестко перехватил и не дал этого сделать. Ничего не действовало! — Ну и ладно, я и без тебя справлюсь, — Юджи показал язык, а затем надул губы, снова приподнимаясь над дядей и опираясь одной рукой на его плечо, а вторую он поднёс к своей заднице. Его пальцы проникли в мягкое колечко мышц без проблем, оно всё ещё было хорошо растянуто из-за анальной пробки, с которой Итадори проходил полдня. Но его пальцев было совсем недостаточно, он даже вспомнил то время, когда тайно спускал на дядю и еле-еле, совсем редко, дотягивался пальцами до простаты. — Ну и как, справляешься? — Сукуна откровенно наслаждался представлением, аккуратно придерживая племянника за талию, чтобы тот снова не свалился. — Нет, — обиженно пробурчал Юджи, — моя попа так растянута, что туда поместилось бы два члена, это странно… — он вытащил пальцы и вздохнул: видимо, сегодня ему ничего не светило. — Я же говорил, что ты умеешь просить, — хрипло проговорил дядя, и Итадори удивлённо уставился на него, замечая потемневший взгляд. Сукуна аккуратно подхватил его под ягодицы и резко встал, разбрызгивая повсюду воду. Юджи даже испугался и вскрикнул от неожиданности, покрепче вцепляясь в дядины плечи. — Т-ты что творишь? — он нервно захихикал. — Прости, — засмеялся Сукуна, — хотел сделать это эффектно, — он аккуратно поставил Итадори и выбрался из ванны, задумчиво рассматривая племянника, — позже помоемся. — Мы будем… — Да. Юджи неловко переступил бортик ванны и подставился под большое махровое полотенце и тёплые руки, которые его вытирали. Дядя повторил то же самое со своим телом и волосами. А ведь Итадори никогда не думал, что наблюдать за подобным зрелищем будет так завораживающе… Затем Сукуна повёл их, полностью голых, в собственную спальню. Он усадил племянника на свою просторную кровать, хотя… На их общую просторную кровать! Юджи улыбнулся своим мыслям и пропустил тот момент, когда дядя вытащил из шкафа два комплекта наручников, те были широкими, пушистыми и мягкими. Итадори уже видел их вчера, когда искал ножницы. Сукуна достал знакомый флакон смазки и какую-то коробочку, о содержимом которой Юджи оставалось лишь догадываться. Всё это добро он оставил на краю кровати, а сам присел напротив племянника, который неловко прикрывался подушкой. — Нам нужно придумать стоп-слово, — дядя вальяжно откинулся на руки, а Итадори как обычно залюбовался накачанным телом с полосами чёрных татуировок, и до него не сразу дошёл смысл сказанного. — А? — Юджи еле оторвал взгляд и поднял его, глупо смотря Сукуне в глаза. — Стоп-слово, малыш. — А какое оно должно быть, ну, в плане… Я слышал на трансляциях, — Итадори смущённо кашлянул, — что-то, что я не сказал бы во время секса… — Да, — дядя кивнул, — хочу, чтобы ты придумал его сам… Это важная часть нашей игры, поэтому хорошо подумай. Десятки слов проносились в голове у Юджи, и каждое он отбрасывал по самым разным причинам: глупое, а вот это можно произнести во время секса, следующее слишком непонятное, остальные он может забыть. Выбирать цвета, животных и продукты будто заезжено, почему-то Итадори хотел быть в этом плане оригинальным, чтобы это слово действительно что-то для него значило. Его мысли дошли до сути: в какой ситуации он вообще произнесёт стоп-слово? Когда Сукуна пересечёт определённую грань, когда Юджи почувствует себя некомфортно, когда игра перестанет быть игрой… — Мудак! — выпалил Итадори, смотря на дядю. — Уточнишь, за что? — Сукуна заинтересованно выгнул бровь. — Не-е-ет, это стоп-слово: «мудак», — Юджи неловко замахал руками в воздухе, — э-э-э, — он замялся, — я никогда не сказал бы этого тебе… наверное, поэтому такое слово… — Наверное? — засмеялся дядя, — хорошо, — он мягко взял руку Итадори в свою, несильно сжимая, подбадривая разволновавшегося племянника, — я, кажется, даже понял твой ход мыслей. Но… — Но? — Юджи замер. — Я не могу останавливаться и говорить «мудак», когда вижу, что что-то не так, — Сукуна и до этого пытался подобрать какое-то стоп-слово, но любое, абсолютно любое слово, сочетание звуков, фраза или жест, могли в последствии вызвать у его племянника неприятные ассоциации и послужить триггером. Юджи был сабом, поэтому стоп-слово было важной частью именно для него, но вот Сукуне оно не требовалось, — поэтому я просто буду останавливаться и уже дальше будем обсуждать. Хорошо? Итадори кивнул. — Не хочу быть мудаком, — засмеялся дядя. — А мы будем делать что-то опасное? — Не совсем, но что-то тебе может показаться некомфортным, может, ты к такому ещё не готов… Но суть в том, что заранее знать тоже не интересно, — оскалился Сукуна и взял одну пару наручников, — подставляй запястья, солнышко, будем исполнять твою милую просьбу. — Я, конечно, думал, что связывание это… горячо, но… — Если ты будешь так много болтать, то я достану и кляп, — лицо дяди стало холодным и отрешенным. Юджи будто физически ощутил, как Сукуна вошёл в доминирующую роль, но это вызвало лишь новую волну возбуждения. — Да, дядя, — Итадори решил играть по правилам… пока что. В его голове давно зрел один план, но начинать его воплощение сейчас ему было не выгодно… Он вытянул вперёд запястья, на которых Сукуна тут же затянул наручники, для открытия которых не требовался ключ, но одной рукой снять их быстро не получилось бы. То же самое дядя сделал с его лодыжками, а затем поставил на четвереньки, надавливая на затылок и утыкая щекой в подложенную подушку. Теперь Юджи был связан и находился в позе, которая выставляла его пятую точку напоказ. От ощущения наручников на конечностях, скованности движений и пикантного положения естественная смазка маленькими капельками опускалась на простыни, оставляя тонкую нить между тканью и его членом. Итадори пробыл в этой позе несколько минут, пока Сукуна чем-то шуршал, расположившись прямо за ним. С этого ракурса Юджи не видел ничего, кроме дядиных бёдер с опоясывающими их полосами татуировок. Щёлкнула крышка бутылька со смазкой, и отчего-то Итадори внезапно напрягся. — Расслабься, — дядя звучно шлёпнул его по ягодице, а затем вставил в него сразу два пальца, раздвигая чувствительные стенки в стороны, — и правда растянут так, как и положено маленькой шлюшке. Юджи лишь нечленораздельно проскулил, наслаждаясь ощущениями. Ещё не так давно он и представить себе не мог, что Сукуна когда-нибудь узнает о его грязной тайне. Все его фантазии рисовали лишь ужасные концовки, но вот он тут: довольно подставляет зад, стонет и плавится под мускулистым телом. — В-вставь… прошу, — взмолился Итадори, когда дядя свободно входил уже тремя пальцами и иногда добавлял четвёртый. — Ты кое-что забыл. — П-пожалуйста, дядя, пожалуйста, — загнанно дыша от нетерпения, выпалил Юджи. — Хороший мальчик, — Сукуна вытащил пальцы с громким чвоком, немного повозился, и, когда Юджи уже ожидал ощутить горячую головку крупного члена, приставленную к его подрагивающему входу, раздалось тихое жужжание. — Ч-что? — Итадори резко привстал, звеня тонкими цепями на наручниках. — Лежи, — дядя вновь шлёпнул его по заднице, и Юджи принял прежнее положение, — ещё раз сдвинешься, и будут последствия. Нечто вибрирующее прижалось к растянутому колечку мышц Итадори, и он вздрогнул, вновь приподнимаясь и оборачиваясь. Хлёсткий шлепок по правой ягодице его не остановил. — П-покажи, что это, — пролепетал Юджи, — пожалуйста. — Обычный анальный вибратор, — Сукуна поднял чёрный продолговатый предмет, его основание походило на мужской пенис, но он был меньше дядиного члена раза в полтора. Это была силиконовая вибрирующая секс-игрушка с кольцом на конце. Итадори вновь уткнулся щекой в подушку и тут же получил несколько жестких шлепков по ягодицам и парочку по напряженной мошонке, которые заставили его томно стонать и чувствовать только большее возбуждение. Чёрт. Сукуна медленно вставил в него вибратор, вытер руки о простыни и вальяжно завалился рядом, хватая с прикроватной тумбочки смартфон. Юджи на него смотрел как на новое чудо света, не понимая, что вообще происходит. А вот вибратор, точнёхонько попадающий по простате, его мысли явно не освежал. — Какого… Что ты делаешь? — возмутился Итадори. — Я же сказал, что будут последствия, — дядя пожал плечами, что-то рассматривая в телефоне. — Ты оставишь меня… В-вот т-так? — по позвоночнику Юджи прошла приятная дрожь, когда секс-игрушка в нём слегка изменила наклон от его движений. — Да. Можешь сказать стоп-слово, но тогда мы закончим на сегодня. Вообще, — ухмыльнулся Сукуна. — Я не собираюсь, ч-что мне делать? Снова умолять тебя? — Итадори тяжело выдыхал в подушку. — Нет, солнышко, — дядя ненадолго задумался, — полежи так полчаса, пока я отвечаю на вопросы по работе, и тогда, может быть, мы продолжим. — Мгх… Это не честно… десять минут, — насупился Юджи. — Не пытайся торговаться, — спокойно ответил Сукуна, даже не взглянув на него. — Мне неудобно так стоять… Пожалуйста, дядя… Вздохнув, Сукуна аккуратно притянул и уложил Итадори на себя. — Ч-что? — Юджи упирался руками в чужую грудь и пытался привстать, чувствуя теперь твёрдый член дяди, к которому прижимался низом живота. — Лежи и не дёргайся… Двадцать минут. — Пятнадцать, — Итадори сложил руки в наручниках на груди дяди и плюхнулся на них, чтобы было удобнее, а лодыжки приподнял, вот только так он ещё сильнее надавил на свой и дядин пах, а вибратор, казалось, вошёл глубже. Юджи тут же опустил ноги и согнулся, издавая протяжный стон. — Ах, да, — Сукуна приподнял двумя руками телефон, лукаво улыбаясь, — не смей кончать. Юджи впервые захотелось назвать дядю тем ещё мудаком! Ну как можно заставлять его столько ждать и сдерживаться? Хотя от одной мысли о том, что будет, если он всё же выдержит эти двадцать минут, плыли мозги, а низ живота закручивало нежеланной спиралью. Итадори несколько минут лежал и удручённо ворчал на дядю между тихими стонами и поскуливаниями, пока его полностью игнорировали. Затем сдерживаться стало куда сложнее, хотя Юджи показалось, что он привык к ощущению вибратора внутри, а вот жар тела под ним, чужой крепкий член и спокойствие Сукуны будоражили мысли. Итадори слишком нравились эти издевательства над собой, дядя будто знал, на какие точки нажимать, чтобы он получил наибольшее удовольствие. — Смотри, — Сукуна повернул к нему экран смартфона, Юджи приподнялся, разглядывая изображение. В уголках его глаз скопились слезинки, и он не сразу разглядел мелькающие кадры, а проморгавшись и рассмотрев… густо покраснел, — видео с твоей попкой стало слишком популярным, кто бы мог подумать. Так дядя отвечал по этой «работе»?! Юджи вытянул вперед руки в наручниках и, схватив телефон, отбросил его подальше на кровати, а затем вцепился подрагивающими пальцами в щёки удивлённого Сукуны. — Я больше не могу терпеть! Почему только ты можешь спокойно лежать? — Юджи нахмурился. Дядя рассмеялся, перехватывая руками его запястья и отрывая их от своего лица. — Потому что у меня есть выдержка… А судя по сегодняшнему дню, ты совсем не умеешь сдерживаться, я думал, что тот бондаж поможет тебе… Но, — Сукуна провёл ладонями по его бокам, вызывая дрожь, — теперь приходится воспитывать тебя лично. — Мне не нужна никакая выдержка! — Правда? Помнишь, как я заставил тебя многократно кончить в первый раз? — томно проговорил дядя, и Юджи кивнул, — было больно? — Да… — Поэтому и нужна выдержка. Когда мы начнём вести стримы, они не будут длиться по пятнадцать минут, а намного, намного дольше… Да, мы не будем часто делать на них что-то, что обычно делаем вот так, наедине, но если ты будешь так быстро кончать, то каждую трансляцию придется завершать раньше, ведь тебе, солнышко, будет больно дальше из-за сенсорной перегрузки. Юджи разочарованно выдохнул, плюхаясь лицом между накачанных грудных мышц дяди. — Я понимаю, что у тебя вовсю бушуют гормоны, но это часть твоего воспитания, — Сукуна приподнялся и поцеловал его в уголок глаза, — давай приступим к основной части, — ухмыльнулся он, и Юджи засиял. Если бы у него был хвост, то в этот момент он бы точно им быстро-быстро вилял, выражая восторг! Дядя помог Итадори вновь встать на четвереньки, а сам сел позади, щёлкая лубрикантом и размазывая его по своему члену. Юджи старался что-нибудь рассмотреть через плечо, уткнувшись щекой в подушку, но ничего не видел. Вибратор в его заднице уже практически не чувствовался из-за небольшого размера и постоянного давления, которое лишало чувствительности. Итадори почувствовал, как в него медленно проникает крупный член Сукуны, обжигая нежные стенки ануса. — Т-ты… — Юджи задохнулся в стоне, когда дядя вошёл наполовину, — ты не вытащил в-вибратор! — И не собирался, — Сукуна резким рывком толкнулся до упора, — ты же сам сказал, что влезет два члена, — он подцепил наружное колечко вибратора и стал перемещать его внутри, заставляя племянника пищать и мычать, извиваясь на простынях. Итадори не мог выговорить ни слова, его руки и ноги были в наручниках, тихо позвякивая при каждом движении. Он только скулил и просил чего-то, сам не разбирая смысла. Было так приятно, что Юджи не мог понять, реально ли происходящее. Чувство наполненности кружило голову, а когда дядя переместил вибратор так, чтобы он плотно прижимался к простате… Итадори и вовсе поплыл, пуская слюни на подушку, дыша часто-часто, чувствуя, как стремительно приближается разрядка. И это Сукуна ещё даже не двигался внутри! Юджи держался изо всех сил, пытался предупредить дядю, что он вот-вот кончит, но выходил бессвязный лепет. Как только Сукуна медленно вытащил из него член и резко толкнулся, Итадори нелепо забрызгал простыни и бессильно обмяк, поддерживаемый лишь крепкими ладонями дяди на талии. — Мы только что говорили про выдержку, — Сукуна грубо шлёпнул его по заднице, а затем чуть нежнее по опустившемуся члену, заставляя племянника вскрикнуть, — совсем не послушный, — он двинул бёдрами, медленно задавая темп. Юджи содрогался при каждом движении, его тело сейчас было слишком чувствительным, и каждое движение граничило между удовольствием и болью. Дядя не ускорялся, двигался медленно и размеренно, поддевая кольцо вибратора в темпе толчков. Итадори после вечности таких издевательств (хотя в реальности прошло не больше минуты), громко-громко прорычал: «Дядя!», чтобы наконец обратить на себя внимание. — Что? — спросил Сукуна, продолжая медленные покачивания, — мне остановиться? — Н-нет… Хочу сильнее… — выдохнул Юджи. — Тебе будет больно. — М-мне нравится… не останавливайся, п-пожалуйста. Сукуна медленно вышёл, а затем вытащил и вибратор, отбрасывая его подальше, куда-то в сторону забытого телефона. Итадори уже успел расстроиться, что его опять собираются мучить ожиданием, но дядя вновь резко толкнулся в него и стал так быстро и сильно вколачиваться, что перед глазами у Юджи полетели искры, а мыслей в голове и вовсе не осталось. Его небольшой член вновь стоял колом и был на грани при каждом сильном толчке, звуки хлюпанья и шлепков кожи о кожу оглушали, но всё, что хотел слышать Итадори — это хриплое дыхание дяди позади. Единственное, о чём он сейчас жалел — невозможность увидеть прекрасное лицо Сукуны, хотя его воображение само рисовало неплохую картинку. — Я сейчас снова… Нгха! — Юджи вновь излился, на этот раз ощущения были ноюще-болезненными, будто его мошонку сжали в тиски, но, тем не менее, он продолжил стонать, когда дядя ни на секунду не замедлился, вколачивая его в матрас. — Блять, ты так сильно меня сжимаешь, — прохрипел Сукуна, а затем резко вышел и излился на поясницу племянника. Без поддержки дядиных рук Итадори завалился на бок, тяжело дыша. Всё постельное бельё теперь было покрыто их жидкостями: подушка залита слюнями от непрестанных стонов Юджи и незакрывающегося рта, простыни покрыты белёсыми и тёмными пятнами и мокрые от пота. Итадори поднял взгляд на дядю, и у него перехватило дыхание от восхищения: тот сидел, откинувшись на пятки, массивные бёдра с крупным опустившимся членом между ними были широко расставлены, грудь, покрытая капельками пота, тяжело вздымалась, а на лоб прилипло несколько прядей, выбившихся из идеальной укладки. Сукуна жадно смотрел на Юджи и ленивым движением расстёгивал наручники на лодыжках. Как же эффектно подчёркивалась его фигура полосами татуировок… Итадори сглотнул вязкую слюну и закашлялся. Ну что за нелепость?! Совсем не сексуально! Дядя слабо засмеялся. — Н-не смейся! — Юджи надул губы, переворачиваясь на спину, как только его лодыжки были освобождены. — Ты у меня такой милый, — Сукуна мягко поцеловал его в живот, а затем в грудь, медленно поднимаясь поцелуями, пока не захватил губы Юджи, нежно снимая наручники и с запястий, — теперь доволен? — Мг-м, — Итадори устало улыбнулся, чувствуя себя в полной мере затраханным, — знаешь, мне нравится… Когда… — он покраснел, не зная, как подобрать слова. — Когда я продолжаю тебя трахать после того, как ты кончаешь? — ехидно усмехнулся дядя. — Д-да, — Юджи закрыл лицо руками, чтобы было не так стыдно говорить, — это очень приятно, хоть и больно… — Нагло просить трахнуть себя и исполнить свои грязные фантазии, а также соблазнять ты, значит, не стесняешься, а о том, что тебе нравится, говорить не можешь, — Сукуна навис сверху, убирая руки племянника от лица и заглядывая в покрасневшие глаза, — возможно, тренировка выдержки тебе и не понадобится… Мне слишком нравится, как ты скулишь подо мной, когда кончаешь несколько раз подряд. — М-мне нравится скулить, — Юджи попытался ответить томно, но рассмеялся от своих же слов. — И не пытайся, — дядя нежно обхватил его лицо руками и обвёл скулы большими пальцами, стирая следы от неосторожных слезинок, — я люблю тебя тем, кто ты есть, — он мягко чмокнул племянника в губы. — Я говорил серьёзно, — Итадори нахмурился и снова не выдержал, расплываясь в тупой улыбке, — мне нравится секс с тобой, — он ещё больше покраснел. — Даже жаль, что мы не будем им заниматься в ближайшую неделю. — ЧТО?!

***

Юджи сидел хмурый, завёрнутый в плед и пижаму, и сверлил стену взглядом, дожидаясь дядю из душа. Ведь его самого оттуда выперли первым, перед этим тщательно вымыв, покрыв мазями все причинные места и укутав в чистую и мягкую одежду. А ещё он слушал получасовую лекцию о том, как вредно часто заниматься анальным сексом, и что всё, что они сделали сегодня, вряд ли вообще повторится! А ещё о том, что его мышцы ануса нужно привести в порядок, пока не случилось необратимых последствий, и что Итадори теперь должен мазать попу неделю какой-то дурацкой мазью и ставить свечки! Ну что за бред?! Почему Сукуна такой зануда?! А ведь послезавтра их первый стрим! И чем тогда они вообще на нём будут заниматься? Пить чай и разговаривать о пони?! Юджи нахмурился, встретив этим взглядом дядю в дверном проёме ванной. — Не смотри на меня так, я тебе уже всё объяснил, — Сукуна закатил глаза, — если продолжишь вести себя капризно, то мне придётся тебя снова наказать. О, да-а-а, Итадори однозначно не будет паинькой в ближайшее время, дядя уж точно не соскучится! Юджи давно хотел побыть капризным «малышом», так чем это не подходящее время? Веселье только начинается…