Синий дом мастера Шэнь

/)／)🍃 ᰍ、🎋 ꒱ 𓂃 ⬫ׅ ݁ .⊹«—синий дом мастера шэня. .»⁺݁ . • " наставник, вы такой горячий! " Весь его прошлый опыт и уроки, которым его учили, теперь должны проявиться в полной мере. Он знал, что важно не просто произвести хорошее впечатление на клиента, но и заслужить доверие и уважение главы публичного дома, ведь от этого зависело его будущее и статус в этом закрытом, но важном мире. Первым делом Бинхэ строго наказали тщательно подготовиться к первой встрече с клиентом. Он должен был принять ванну, чтобы очиститься физически и духовно, используя ароматические масла или цветочные настои для придания коже приятного запаха. После водных процедур волосы юноши тщательно расчёсывались и укладывались — их могли завязывать в изящные узлы, украсив шпильками или лентами. Особое внимание уделяется одежде: куртизанка надевает традиционный шелковый халат, украшенный вышивкой или орнаментами, подчеркивающими его статус. Выбор цвета одеяний часто падает на пастельные или насыщенные оттенки, символизирующие молодость и привлекательность. Наряд камелии должен быть изысканным, но не слишком вызывающим, чтобы передать утонченность и скромность. Помимо физической подготовки также не менее важна эмоциональная. Медитация для того, чтобы настроиться на спокойный и уверенный прием гостя — не слишком распространенный, однако довольно действенный способ привести свои мысли в порядок. Также важную роль играло обучение искусству соблазнения через тонкую вежливость, умение вести беседу и эмпатию по отношению к клиенту. Покои, где его принимают, украшены мягкими тканями, шелковыми занавесями. Благодаря тихой музыке и тонкому аромату благовоний там царит покой и умиротворение. Переодевшийся Ло мягко оправил свое красочное одеяние. Шицзунь так и не дал наставлений, лично позвав ученика в свой кабинет, как делал прежде с другими воспитанниками. Юноша, совершенно несправедливо обиженный, насупил брови, думая про то, что господин Шэнь в любом возможном исходе не смог бы переступить через собственную гордость, чтобы соблюсти многолетнюю традицию. "Какое ему вообще дело до этих традиций, если учитель сам вправе менять, запрещать и соблюдать их? Одно слово — и об этой глупости не заикнётся ни одна живая душа в стенах публичного дома," — нерадостные мысли бросили едва заметную тень на столь «радостное» событие Бинхэ, сделав и без того невыносимый день еще хуже. Правда, его думы прервал мелодичный голос, разнесшийся по коридору, ведущему в подготовленные покои. "Проходите, господин Юэ," — спрятав руки в рукавах, вежливо поздоровалась с клиентом прислужница. Она провела его в комнату, после чего пожелала хорошего времяпрепровождения и торопливо удалилась. Тихо вздохнув, ученик поднялся с низкой постели для того, чтобы поприветствовать уважаемого мастером Цинъюаня. Отдав господину должное, неумелый куртизан попробовал завязать вежливую беседу, однако прекрасный мужчина, кажущийся на фоне Бинхэ пиком вежливости и образованности, с едва заметным напряжением отвечал на любую реплику. "Вероятно, я неприятен этому господину Юэ”, — сказал про себя юноша, продолжая изображать любезность. Мысленно он уже давно хотел отправить этого клиента прямо к чертям, в самую преисподнюю, надеясь на то, что тот поскорее избавит его от своего присутствия. Что для самого Бинхэ, что для Цинъюаня этот вечер обещал стать крайне неприятным, поскольку после одного неосторожного движения неумелого брюнета клиент оказался облит горячим чаем, вылившимся из опрокинутой чаши. Это было верхом неаккуратности и неуважения к собеседнику, вследствие чего Юэ с едва скрываемой злостью попросил куртизана об одном небольшом одолжении: не показываться ему на глаза до конца вечера, за который он не заплатит вовсе.” Этот мужчина обладает благородной внешностью, которая привлекает внимание своей утонченностью и спокойствием. Его лицо овальной формы, с четкими чертами: прямой нос, высокие скулы и мягкий изгиб губ, что придает ему благородной и величественный вид. У него выразительные глаза с темными зрачками и светлая подобно фарфору кожа. Он всегда приходит в тщательно подобранных ритуальных одеяниях сюаньдуань, выполненных в черно-серых оттенках, подчеркивающих высокое положение и приверженность традициям. Одеянию добавляют изящества серебряные вставки, переливающиеся на свету. Ворот одеяний всегда слегка приподнят. Верхняя часть длинных черных волос собрана в тугой пучок на макушке, а оставшаяся часть свободно ниспадает на спину. И все же, несмотря на привлекательную наружность, этот мужчина является редкостным лицемером, который скрывает свои истинные интересы и намерения за маской доброжелательности. Его речи согревают подобно зажженному костру, чье появления вселяет в души людей надежду. Правда, на такую смазливую мордашку ведутся лишь неопытные, совсем желторотые птенцы вроде наивной Нин Инъин, часто обслуживающей Цинъюаня. Чуть позже в доме порока после произошедшегомастер вызвал нерадивого ученика к себе, дабы отчитать его. Зайдя в павильон Цветения, Ло первым заметил исполненное сочувствием лицо Нин Инъин, на что юноша лишь молча опустил голову. Наставник прожигал в нём дыру взглядом, леденящим и трогающим до глубины души. Правда, склонившийся куртизан мог только нетерпеливо ерзать под этим испытующим взором, надеясь на свою удачу и более-менее снисходительное отношение господина к происходящему. Но надежд не было. Совсем. Шэнь возлагал на младшего ученика, как оказалось, неподъемные чаяния, которые тот был не в силах оправдать. Однако помимо этой причины было и банальное нежелание подчиняться учителю, благодаря которому он выжил, обрел дом и в какой-то степени семью. Цинцю заменил погибших родителей, став в юношеских глазах и отцом, и матерью. Мин Фань стал старшим братом, которого у Бинхэ никогда не было, а Нин Инъин — подобием сестры, погибшей в одну холодную, полную горечи и съедающей душу обреченности, темную ночь. После получасовых молчаливых переглядов чопорный наставник отослал эту шайку-банду, велев не выходить из своих комнат до тех пор, пока они не осознают, что натворили. Вероятно, следовало бы наказать одного лишь ученика Ло, однако и его старшим товарищам по обучению досталось за то, что они попались хозяину публичного дома в плохом настроении. Это была чистой воды случайность, которая оставила неприятный осадок и у мастера, и у его воспитанников. Когда Шэнь, натянувший на лицо маску безразличного хладнокровия, наконец остался в кабинете один, его пыл начал понемногу утихать. Подперев лоб рукой, мужчина помассировал длинными, тонкими пальцами висок, сетуя на свою несчастную судьбу — все время потакать этим чертенкам. Прежняя злость, смешанная с напряжением, сменилась утомлением. Устало откинувшись, мысленно Цинцю вернулся к лицу своего младшего ученика. Вопреки всем его промахам и проявлениям непокорности, в Бинхэ ощущалась какая-то искра — нечто большее, чем простая жажда угодить или желание следовать наставлениям. Его действия, хотя порой неосторожные и излишне дерзкие, говорили о сильном характере, о чем-то глубоком и истинном, что выделяло юношу среди других. С каждым днем это чувство только укреплялось, заставляя брюнета испытывать то непонятное сочетание раздражения и уважения, которое было чуждо ему с остальными учениками. Проведя рукой по лицу, хозяин доходного дома, наконец, поднялся и, подойдя к окну, взглянул на безмолвные звезды, ярко сиявшие на бескрайнем ночном небосводе. Ему казалось, что эти мерцающие точки были символами надежд, устремлений и судеб всех, кто жил под крышей этого заведения. Вглядываясь в звезды, он сделал молчаливое обещание — не упускать из виду ни Бинхэ, ни других своих воспитанников. Они были его надеждой, и, несмотря на все сложности, он не намеревался сдаваться. Во время этой темной ночи, наполненной тишиной и умиротворением, господин Шэнь пришел к осознанию, что его обязанности выходят за рамки простого наставничества.

. ✧  ──  ⪩  ꒰  ✧  ꒱  ⪨  ──  ✧  .      конец основного сюжета.