ti troverò

Время было уже около пяти вечера. Чонгук только закончил работу и решил немного отдохнуть, но что-то ему не давало покоя. Это был Тэхён, а точнее то, что он никак не отреагировал на подарок. В принципе, странно, что он сразу же не начал звонить. Взяв со стола телефон, альфа увидел несколько пропущенных вызовов с неизвестного номера. Он забыл, что поставил телефон в режим «Не беспокоить», поэтому не слышал звонков. Он быстро набрал номер и стал ждать. — Добрый вечер, вы Чон Чонгук? — послышался голос девушки. — Да, я. А что случилось и кто вы? — Я диспетчер доставки цветов. Вы сегодня заказывали доставку, и наш курьер не смог дозвониться до вас. Наверное, вы были не дома, поэтому я звоню сообщить, что курьер уехал обратно. — Как не смог дозвониться? Ему должны были открыть! — В этот момент Чонгук очень сильно напрягся. — Ну, он около двадцати минут звонил в дверь и стучался, ему никто не открыл. — Хорошо, я вас понял, спасибо. — Он быстро сбросил трубку и стал набирать номер Тэхёна. Из раза в раз он слышал только фразу: «Абонент недоступен, перезвоните позже». С каждой секундой парень нервничал всё сильнее, понимая, что происходит что-то не то. Долго думать времени не было. Альфа быстро оделся, вылетел из квартиры и выехал со двора. Та же скорость, тот же пейзаж за окном, тот же дом и квартира — но сейчас всё было иначе, как тогда. Аккуратно вставив ключ в замочную скважину, он попытался повернуть его, но почему-то не получалось. Он нажал на ручку двери, и та поддалась. Квартира оказалась открытой. Внутри было тихо, и от этого у Чонгука сердце упало в пятки. Быстро включив везде свет, он обомлел. В квартире был полный беспорядок, словно её обокрали, но вещи были просто разбросаны — ничего не пропало, кроме его омеги. Не разуваясь, он прошёл на кухню, где на столе лежала записка, написанная аккуратным почерком — почерком Тэхёна.

Привет, Чонгук, Если ты читаешь это, то всё-таки нашёл записку. Я хочу попросить у тебя прощения за всё и поблагодарить за то, что был рядом, что помог уйти, что оберегал и любил. Но я так не могу. Я всё ещё люблю Югёма, как бы странно это ни звучало. Ты можешь подумать, что я тронулся умом, хотя, наверное, так и есть, но я не могу по-другому. Ты очень хороший человек и заслуживаешь лучшего. Надеюсь, у тебя всё в жизни будет хорошо. Думаю, ты ещё найдёшь свою любовь и обретёшь гармонию, но это будет не со мной.

Прости за всё и прощай. Можешь не искать меня, ты всё равно не найдёшь.

Тэхён.

В ушах — шум, в голове — куча вопросов. Как? Почему? Зачем? Для чего? В один момент со стола полетело всё, что было на нём. Сам стол тоже оказался опрокинут. Внутри кипели злость и обида на Тэхёна. Как он мог так поступить после всего, что было между ними? После всех слов и действий? Чонгук крушил всё на своём пути, сбивал руки в кровь и кричал, истошно кричал от боли и обиды. Всё это продолжалось около часа, и, когда силы иссякли, он вышел на балкон, чтобы отдышаться. В пепельнице, как всегда, было много окурков, но его зацепило лишь одно — нетронутая сигарета, которая истлела до фильтра. Это было очень странно: омега всегда докуривал и никогда бы не позволил себе просто так выбросить сигарету. В этот момент у альфы закрались сомнения: А точно ли Тэхён сам ушёл? Может, его всё-таки украли? Достав из кармана телефон, он быстро позвонил Сокджину и Юнги, сказав им, чтобы через три часа они были у его дома. Дорога прошла как в тумане. Он ничего не понимал — не понимал, что делать дальше и как вообще поступать. Единственное, что он осознавал, — это то, что остался без омеги, без своего крохотного создания, которого так любил. — Ты правда думаешь, что он сам ушёл? — перечитывая записку уже в двадцатый раз, говорил Юнги. — Я не знаю, я не уверен в этом, — голова ужасно болела от кучи мыслей. — Всё это очень странно, особенно то, что ты рассказал про окурок. Да и почерк можно легко подделать. Я думаю, он не настолько глуп, чтобы уходить самому, — включился в диалог Джин. — И если он сам уйти не мог, значит, его украли. Получается, сейчас он в полной заднице. Не хочу, конечно, нагнетать, но думаю, Югем с ним мил не будет. — Я знаю, знаю, что надо что-то делать, но просто не понимаю что. Всё произошло так резко… Он резко пропал, но мне кажется, что я до сих пор чувствую его запах где-то рядом, — закрывая лицо руками, бормотал Чонгук. На глаза накатывались слёзы, но он изо всех сил пытался их сдержать — не сейчас, не при друзьях. Всё и правда произошло слишком быстро: вот они только днём разговаривали по телефону, а теперь даже неизвестно, где Тэхён и что с ним. У него словно выбили почву из-под ног. Непонятно, как жить дальше без разговоров по утрам и перед сном, без встреч по выходным. Как засыпать без чужого сопения и просыпаться без чужого ворчания. — Ладно, лучше ложись сейчас спать, тебе надо отдохнуть, а мы с Юнги что-нибудь придумаем. Правда? — видя его состояние, сказал омега. — Да, я начну поиски, как только вернусь домой. Обещаю. И они ушли. Чонгук остался один.

⁺˚*•͙✩•͙*˚⁺‧͙⁺˚*•͙✩•͙*˚⁺‧͙⁺˚*•͙✩•͙*˚⁺‧͙

Голова ужасно раскалывалась — похоже, ударили слишком сильно. Тэхён нехотя открыл глаза. Первые пару минут он не мог понять, где оказался и как вообще сюда попал. Омега лежал на огромной кровати, застеленной чёрными шёлковыми простынями. Приподнявшись на руках, он оглядел комнату. Она была небольшая, но просторная. В комнате стоял большой шкаф из тёмного дерева, такая же тумбочка и стол со стулом. На столе была лишь небольшая лампа — она и освещала комнату. На тумбочке рядом с кроватью стоял стакан с водой и таблетка — по всей видимости, от головы. Сама комната была выполнена в тёмных тонах: бордовые обои с золотыми узорами. В комнате было всего две двери — одна обычная деревянная, а другая массивная, железная, какие обычно бывают в тюрьмах или банках. На стене перед кроватью висел телевизор. Но самое страшное — в комнате не было ни окон, ни часов. К омеге понемногу начала возвращаться память, и только сейчас он осознал, что находится у Югема. Но где? В голове вспышками мелькали картинки: как он летел на самолёте, как его везли куда-то на машине… От страха у него участилось сердцебиение, руки задрожали, а во рту пересохло. Он не понимал, сколько времени прошло с момента его похищения, где именно он находится и что будет дальше. А Чонгук? Он уже обнаружил пропажу? Если да, то что он чувствует? Насколько ему плохо? В этих раздумьях прошло неопределённое количество времени. Со стороны двери послышались странные звуки, и она открылась. На пороге стоял Югем. Его самый страшный кошмар стал явью. Медленно войдя в комнату, он не сводил глаз с омеги, словно хищник, высматривающий добычу. Остановившись напротив кровати, он несколько минут изучал Тэхёна с головы до ног, будто искал что-то, а затем сказал: — И вот ты снова дома, малыш. Это чёртово «малыш» било ножом в сердце. — Что?.. Где я? Зачем ты меня украл? — тихо спросил омега. Югем в ответ лишь рассмеялся и продолжил: — Ну как зачем? Я же сказал, что ты никуда от меня не убежишь и всегда будешь моим. А если тебе интересно, где мы, то мы в США. Надеюсь, ты рад этой новости — ведь ты никогда не был за границей. — Как… в США?.. — голос почти пропал. — Ну вот так. Теперь это твой новый дом. Вся комната в твоём распоряжении, а за той дверью — душевая и туалет. — Он говорил так спокойно, словно предлагал старому знакомому погостить у себя. Тэхён не знал, что сказать. Весь его мир перевернулся в этот момент — момент осознания, что он в ловушке. — И да, тебе, наверное, интересно, как ты тут оказался. Я, конечно, хороший сыщик, но без помощи одного человека не справился бы. Кис, заходи. В проёме появился… он. Чимин. — Чимин?! Но… как ты мог? Мы же так хорошо дружили! — Тэхён начал задыхаться от возмущения и шока. — Пожалуй, оставлю вас одних. Думаю, вам есть что обсудить, — Югем вышел, закрыв за собой массивную дверь. — Чимин, как ты посмел?! — на глазах выступили слёзы. Но перед ним стоял не его вечно жизнерадостный друг, а чужой человек. Его взгляд не выражал ни капли сочувствия — казалось, он был рад, что всё так сложилось. — Хочешь знать, как это получилось? — омега усмехнулся. — Ну так я тебе расскажу. Каждый раз, когда ты ныл, как тебе плохо с Югемом, как он тебя обижает, я в этот момент лишь завидовал и ненавидел тебя за то, что ты ноешь, имея такого альфу. У тебя ведь было всё, что ты хотел! Тебе стоило лишь попросить — и это уже было бы твоим. Но ты только ныл. Я думал, что ты просто не умеешь себя вести с ним, что я бы ему подошёл лучше — ведь я послушнее. Но вы никак не расставались. Он сделал паузу, наслаждаясь моментом. — А потом ты решил уйти. И я понял: если не сейчас, то никогда. Я связался с ним и предложил сделку: я помогаю найти тебя, а он делает меня своим омегой. И, как видишь, всё получилось. Ком в горле не давал Тэхёну вымолвить ни слова. Он лишь тихо плакал, глядя на того, кого считал другом, и время от времени шмыгал носом. — Ты заслужил это. Потому что не ценил того, что тебе давали. Так что теперь довольствуйся этим. — Он не тот, за кого себя выдаёт, — прошептал парень. — Мне плевать. Я знаю, как себя вести, поэтому всё будет так, как я захочу. — Чимин, пожалуйста, послушай меня! Это правда так, и скоро ты в этом убедишься. Не губи свою жизнь, как это сделал я… — Ну уж нет. Я точно не сбегу от такого альфы, как ты. Омега развернулся и пошёл к выходу. Постучав три раза, он дождался, когда дверь откроют, и вышел. Дверь тут же захлопнулась — видимо, чтобы Тэхён не сбежал. От урагана эмоций омега начал кричать что было сил, биться в истерике. Слёзы не переставая текли по лицу, разъедая щёки. Внутри всё разрывалось на куски. Он метался по комнате, сшибая всё на пути, бил в дверь кулаками до сбитых костяшек. Он бился в этой агонии, пока не отключился на полу у двери.