Земля до сих пор не в себе. ИЛИ: менталочка так легко не лечится!

В настоящее время

Марс и Венера по очереди переглядывались, чтобы проверить, как реагирует каждый из них на весьма странное поведение Земли, и что по этому поводу думает или чувствует. Земля ведь продолжала нести свой шизофренический бред, не имеющий никакого отношения к реальности, пялясь, казалось бы, в пустоту, широко раскрытыми и блестящими от безумия глазами. В данный момент она вдруг перестала кричать и плакать на небольшой отрезок времени, а начала неистово смеяться и чуть ли не повизгивать, точно поросëнка режут: — Аха-ха-ха! Вот это шутка, Астрочел! А теперь ты мою послушай: «Сообщество плоскоземельщиков уже не первый век пытается всем доказать, что Земля, якобы, плоская. Но всем давно известно, что я совсем не плоская, у меня отличные рельефы, не так-ли? Так сказать, приятные округлости». Бадумт-с! Понял? Ну, понял, да?! ОКРУГЛОСТИ! АХА-ХА-ХА!! Ну чего же ты покраснел, Астрочел, думал, я не умею в пошлый юмор? Умоляю! Тысячи лет, вы нагибали друг друга как только не приспичит, а мне всë это терпеть. Мучайся теперь! У-ахпхпхаха! Спустя пару секунд, Земля «послушав» ответ «Астрочела» добавила: — Что говоришь? У тебя вообще-то жена есть? Да это же просто дружеский фли-и-ирт~! Я буквально круглый камень, разве можно ко мне ревновать? Стоит ли говорить, что никакого Астрочела поблизости и в помине не было? Пока Земля каталась от смеха и явно провоцировала на себе сейсмические толчки , Венера с непониманием смотрела на сходящего с ума друга. Отвлекшись и бросив очередной беглый взгляд на Марса, Венера подметила, что уже и у него начинает дергаться глаз: — Эй, Марс, чë с тобой? Только не говори, что от Земли этой хернëй заразился и щас тоже начнешь бред нести. Марс потряс головой (телом?) и недовольно пробурчал: — Везëт тебе, Венера, ты-то не понимаешь смысла всех этих «веселых» анекдотов. Зря я всë время болтовню о землянах выслушивал... Как стереть себе память? Венера закатила глаза: — Это просто шутки. Пусть я их не понимаю, но не могут же они быть такими ужасными. Марс не согласился: — Как говорил Юпитер, знание — сила, но незнание — блажь. — У тебя когда-нибудь будут свои мысли или так и продолжишь своего соседа цитировать? — Заткнись, Венера. — Ты не охренел часом?! Сам заткнись!

Спустя некоторое время, проведенное за пустыми спорами...

— Да погоди ты, Венера, хватит уже препираться, мы за Землей должны следить. Кажется, пока мы болтали, еë глюки опять стали недобрыми. Марс кивнул в сторону голубой планеты, которая приняла горизоньальное положение лицом вниз, зажмурившись. Она шептала: — Замолчите... я вас не слушаю. Мне плевать, что вы скажите, поняли?! Завалитесь! Венера, сочувствуя Земле, спросила друга: — Как думаешь, что эта психованная видит на этот раз? Марс вздохнул, подлетая ближе: — Хотел бы я знать. Явно что-то плохое. Почему ей не мог и дальше видеться Астрочел? Тогда Земля бы просто дальше травила грязные анекдоты и веселилась. — Потому что ебучий закон подлости. Я всë ещё не понимаю, почему она с катушек слетела. Даже Нептун себя адекватней ведëт. А ведь он очень давно свихнулся! Марс рассердился: — Не наговаривай! Земля — не Нептун! У неë это скоро пройдëт... «Я надеюсь» осталось невысказанным. Земля продолжала кричать и биться в истерике, еë трясло во все стороны: — Как же зудит... И как больно... И так остальные планеты осточертели своим злорадством надо мной, Ещё и вы продолжате издеваться! Ну их то гнев я заслужила, но вы, вы что творите?! Хватит засирать меня своим говном, вам ваш дом нужен или нет?! Ну куда вы попретесь, если я сдохну из-за вас! Ни одной планете, кроме меня, дуры, такие паразиты не всрались! Марс с отпавшей от шока челюстью слушал Землю, не веря, что она могла такое сказать, даже в бреду. Неужели ей настолько плохо? Были ли боль и непонятный «зуд» реальны? Или они — тоже плод еë воспаленной фантазии? Венера вдруг совсем уж перестала завидовать соседке, если это — последствия имения разумной жизни, то спасибо, она лучше и дальше побудет раскаленным шаром магмы. Земля же, потеряв голос из-за крика, теперь уже прохрипела, смирившись: — Да с кем я вообще говорю. Вы же меня не слышите. Двум планетам уж показалось, что вот, у друга появляются проблески здравого смысла, но... Земля, выжав из своей гравитации максимум, притянула к себе ближайший астероид. Точнее, «кинула» астероидом в себя, со всей дури. Марс и Венера уже ничего не успевали сделать. Они с ужасом наблюдали за этим актом саморазрушения, пока Земля холодно разъяснялась: — Динозавры были куда сноснее. Надеюсь, это вас уничтожит. Однако, когда до поверхности снаряду оставалось пару сотен километров, астероид просто... Был взорван. Людьми. Сюрприз-сюрприз, они хотели жить. — А, ну да, совсем забыла об ядерном оружии. Похоже, вы можете использовать его во благо, когда захотите, но вместо этого только угрожаете друг-другу. Ну ничего, один астероид вы уже еле отбили, а что насчет, хм... Тысячи?! Земля с безумной улыбкой, хотя нет, оскалом, как у Цереры, стала притягивать и забрасывать себя многочисленными булыжниками. Двое других каменистых планет, что есть мочи, перетягивали камни с этой траектории, но гравитация Земли оказалась сильнее. Ребята просто не поспевали оттащить всë, что та в себя запустила. А земляне смогли уничтожить только ещё пару астероидов. Оставшаяся куча, кажется, неизбежно превратит сорвавшуюся планету в безжизненную пустошь или покрайней мере, пустошь с одноклеточными организмами. Но прежде чем первый астероид успел едва коснуться еë, все они вдруг застыли на месте, не двигаясь, что, казалось бы, нарушило любые законы физики. Но это не чудо, нет — понимал Марс. Потому что Марс почувствовал и на себе страшное давление чьей-то силы. Не силы Земли, и уж точно не Венеры. Алой планете казалось, что его сдавливают прессом со всех сторон, и он едва может дышать. И очень скоро он понял, почему. Из мути космоса вдруг, образовался, откуда ни возьмись первая по размеру и массе планета солнечной системы. Это был Юпитер. Кажется, Марс собирается уверовать в бога Зевса, не иначе. Не ослабляя притяжения, всю силу которого он впервые, после изгнания Икс, использовал без сдерживания, Юпитер спросил: — Какого...