Твоя жалость была теплее его любви

– Ну что ж, – с улыбкой начинает Суна, – дорогой Кайя, я очень рада наконец приветствовать тебя за завтраком вместе со мной. А то в последнее время ты проявлял удивительную настойчивость в том, чтобы избегать данный приём пищи. А я, между прочим, как дура продолжала их каждый день готовить. – Извини, – виновато улыбается девушке Кайя. – Я действительно забросил завтраки в последнее время. И что ты делала со второй порцией обычно? – Оставляла себе на обед. Не выбрасывать же, – усмехается девушка, отпивая кофе. – Раз уж ты сегодня разговорчивый, могу ли я поинтересоваться, как поздно ты приедешь сегодня домой? На тебя готовить ужин? – Пока не уверен. Давай я напишу тебе вечером. А у тебя какие планы на сегодня? – Кто ты и что ты сделал с Кайей? – смеётся Суна. – Извини, я просто действительно удивлена. В последнее время ты казался роботом, который думает только о своей работе и ещё иногда о собаке. Но, оказывается, в тебе ещё осталось немного от живого человека. Это один вечер без меня так вдруг изменил тебя или что случилось? – Разрешишь мне не отвечать на этот вопрос? И спасибо за вкусный завтрак, Суна. – Разрешу, – соглашается девушка. – У меня в планах сегодня стрижка, а потом рабочая встреча с потенциальным клиентом. – Ты, кажется, неплохо осваиваешься в этой новой для себя профессии. – Да, и мне нравится. Надеюсь, впереди ещё больше интересных проектов. Кстати, мне надо как-нибудь к вам на производство доехать. Асуман сняла такое красивое видео, что я тоже думаю, что нам что-то надо снять для нашего аккаунта. – Я завтра туда собирался. Если хочешь, можем поехать вместе, – Суна кивает, продолжая жевать свой завтрак. – Я тогда пойду собираться, пока сам не опоздал. Суна убирает со стола и моет посуду, пока Кайя собирается в офис, но от её взгляда не ускользает, как он направляется в сторону выхода из квартиры. – Кайя Сонмез, ты надо мной издеваешься? – она оставляет посуду и спешит к парню, который уже надевает пальто. – На улице уже конец ноября, а ты всё ходишь с расстёгнутой рубашкой, – её пальчики ловко застёгивают маленькие пуговицы, а Кайя с улыбкой смотрит на действия девушки. – Ты заболеть хочешь? – Суна, я всего лишь дойду до машины, не заболею, не переживай. – Если ты не заметил, то там выпал снег, так что тебе ещё как минимум чистить машину, – нравоучительно замечает Суна. – Так что, давай, шарф и перчатки тоже возьми, – она тянется за ними в шкаф, но Кайя опережает девушку, пользуясь своим ростом. Прикосновение его груди к её спине, хоть на нем и несколько слоев одежды, все равно чувствуется слишком интимным, учитывая давнее отсутствие близкого контакта. – Если ты закончила, я тогда пойду. – Подожди, я ещё хотела спросить. Может у тебя есть знакомый хороший адвокат по миграционным делам? – Зачем тебе? – хмурится Кайя, удивлённо смотря на девушку. – Он тайно надеется, что она сейчас не скажет, что это для Сейран, которая вслед за сестрой решила перебраться в туманный Альбион. В противном случае Суну ему точно никогда не заполучить. – Я бы хотела найти официальный способ задержаться здесь на дольше, ведь туристическая виза рано или поздно закончится. А сама я пока из самого простого нашла только визу невесты. Хотя жениха, правда, ещё не нашла. – Я спрошу у нашего адвоката в фирме, может у него есть полезный контакт, – он хочет добавить, что может стать её женихом, но мозг противным сигналом напоминает, что она не хочет отношений. Кайя, правда уже не совсем в этом уверен, учитывая поведение Суны с самого утра. – Спасибо. Хорошего дня тебе тогда, – Кайя кивает, и Суна дожидается, пока он почти выходит из квартиры, но всё-таки успевает оставить короткий поцелуй у него на щеке, после чего всё-таки закрывает дверь, будто ничего такого не произошло.

***

Её поцелуй не выходит у него из головы ближайшие несколько часов. И в целом его это не особо волнует, пока он чистит машину или едет на работу. Но вот когда работать становится невозможно, потому что единственная мысль в голове – почему Суна это сделала –он начинает волноваться. Кайя пытается отвлечься походом за кофе в кофейню напротив, звонком Фериту, чтобы обсудить рабочие вопросы, и, чёрт возьми, даже глупыми видео из ленты в Instagram. Но и там, будто назло, реклама фотосессий для молодых супругов; туров по Великобритании, которые отлично подойдут влюбленным, которые впервые будут вместе отмечать Новый год или 14 февраля, так что в конце концов он признается, что ничего из этого не работает и набирает номер Суны. Входящий вызов: Кайя.

Отклонить

Входящий вызов: Кайя

Отклонить

Входящий вызов: Кайя Когда он звонит в третий раз, она начинает волноваться, но хочется верить, что не могло случиться ничего такого срочного. Она печатает СМС, извинившись перед молодой девушкой – её теперь уже точно новым клиентом – которая только понимающе улыбается, и замечает, что её парень тоже часто звонит ей во время совещаний. Суна отмечает про себя, что Кайя ведь и не парень даже, отправляет лаконичные 4 слова и возвращается к беседе

Я на встрече, перезвоню

Пришли свою локацию

***

Она замечает его машину на парковке ресторана, где они обедали. Суна, конечно, могла бы предположить что-то такое, но это было так непохоже на Кайю, что она даже не задумалась, что адрес её ему нужен был, чтобы встретиться. Пока он идёт через парковку, а она ждёт такси вместе с клиенткой, Суна замечает и внутренне победно улыбается тому, что рубашку Кайя не расстегнул. Или застегнул прямо перед тем, как вышел из машины? Но даже если так, ей приятно, что он подыгрывает её заботе. – Что ты здесь делаешь? – она настолько шокирована его неожиданным появлением, что даже почти злится. Суна не любила, когда что-то шло не по плану, а в её планах на день не было неожиданного появления Кайи перед ней. – Во-первых, я тоже очень рад тебя видеть. Во-вторых, тебе идёт новая стрижка. А в-третьих, знаешь, у меня не получается сосредоточиться на работе, так что я решил, что пора устроить себе выходной. Подумал, может ты захочешь присоединиться. – И что мы будем делать? Надеюсь, ты придумал что-то интересное для своего выходного, – Суна смотрит на него с такой теплой улыбкой, что Кайе кажется, что он готов сейчас сделать вообще всё, о чём она его попросит, потому что вот эта её улыбка уж очень гипнотизирующе на него влияет. – Честно? – на его лице появляется мальчишеская улыбка парня, который позвал девочку на свидание, но не ожидал, что она согласится, – Я ещё ничего не придумал, просто спонтанно сорвался к тебе. – Тогда может сходим на выставку? Мне про столько интересных выставок рассказали за эти три месяца, ты бы знал. Но ты всегда так занят работой, что мне неловко тебя отвлекать. Кажется, одна интересная как раз сегодня открывается. – Извини меня. Мне действительно стоило уделять тебе больше времени, особенно учитывая, что ты адаптировалась в новой стране, – Суна берет его под руку, аккуратно направляя в сторону машины. Ей совсем не важно, окажется ли выставка интересной, потому что где-то на душе уже тепло, просто от того, что он рядом. – Я рада, что ты наконец позаботился о себе и взял выходной, Кайя. А я уже не маленькая девочка, не переживай, не пропаду и могу сама о себе позаботиться. Хотя иногда, честно говоря, хочется заботиться не только о себе. – Хорошо, что у тебя есть Умут, – отшучивается Кайя, не будучи до конца уверенным, действительно ли Суна имела ввиду заботу о нём или это просто ему хочется так думать. А Суна думает о том, что имя их собаки слишком идеально подходит этому предложению. Надежда, что у Кайи остались чувства к ней – единственное, что у неё осталось. *** – Так, скажи, с чем тебе помочь? – Кайя присоединяется к Суне на кухне, но Суна мягко останавливает его, не позволяя направиться к шкафу с тарелками. – Я рада, что ты дома, – она аккуратно берёт его за руки, чуть переплетая пальцы. – Я скучала по таким вечерам. – Каким таким? – он почему-то не может оторвать взгляд от её гипнотизирующих глаз, хотя точно знает, что если смотреть слишком долго, то можно утонуть в них. – Когда я готовлю ужин, зная, что кто-то разделит его со мной. Когда дома нет этой безумной тишины, из-за которой мне приходится включать музыку. Когда дома пахнет тобой. Когда я украдкой наблюдаю за тем, как ты играешь с нашей собакой. – С нашей собакой? – удивляется Кайя, а Суна смеётся, потому что не может поверить, что из всех её слов, он обратил внимание только на последние. – С твоей собакой, с которой я постоянно гуляю. Так что да, с нашей собакой. – Хочешь, чтобы я сегодня с ней погулял? – он почти невесомо поглаживает большим пальцем внешнюю сторону её ладони, и она не знает, как сосредоточиться и думать о его вопросе, а не о его руках на её теле. – Нет, хочу чтобы мы пошли гулять сегодня вместе. – Почему ты такая сегодня, Суна? – она уже собиралась вернуться к ужину, но его вопрос неожиданно ставит её в тупик. – Какая? – ей хочется признаться, что она такая, потому что она соскучилась по нему; потому что ей нужно было найти способ привлечь его внимание и она выбрала этот, хотя может стоило соблазнить его как-нибудь по-другому. Но она не до конца уверенна, нравится ли Кайе, что она такая, и от этого как будто страшно. Страшно, что пока ей было нужно время, он успел её разлюбить. – Нежная, наверное. Будто пытаешься создать вокруг нас кокон уюта и тепла. Это приятно, но неожиданно, так что сбивает с толку. – Я просто рада видеть тебя дома и рада, что наконец есть о ком позаботиться. Да, в последнее время мне как никогда нужно было заботиться о себе, чтобы в конце концов стать самостоятельной, и это важно. Но так приятно наконец позаботиться о ком-то, особенно когда этот кто-то очень близкий тебе человек. Особенно, когда от одной его улыбки твой день становится лучше. Так что я просто рада, что ты наконец не сбегаешь в работу, даже если это всё на один день. Даже если ты закрыл своё сердце, мне приятно делать что-то, что вызывает твою улыбку и эту твою ямочку на щеке, – он усмехается на её замечание, и Суна не может сдержать себя, всё-таки оставляя поцелуй на это его ямочке. Она и так сдерживала это желание слишком долго. – Я не закрывал своё сердце, Суна. Это ты сделала. Поселилась там, заняла его, ещё и пуговички на рубашке моей тщательно застёгиваешь, будто защищаешь меня, свой домик в моём сердце, чтобы оно не замёрзло и не разлюбило. – Я сейчас расплачусь, – она смущается от такого слишком красивого сравнения, смахивая первые слёзы. – Может тогда, ну раз я всё ещё живу в твоём сердце и защищаю тебя из своего маленького домика там, внутри, ты позволишь мне сделать это и здесь, в реальном мире. Не будешь больше сбегать рано утром, а позволишь кормить тебя завтраком и целовать перед уходом. Не будешь приезжать с работы ближе к ночи, а поймёшь, что тебя здесь ждут. И даже если работы очень много, ты можешь закончить её здесь, а я накормлю тебя ужином, заварю чай и помогу, если смогу. Кажется, мы оба уже достаточно времени прожили в одиночестве, а сейчас, с наступлением зимы и холодов нам лучше держаться вместе. Знаешь, я слышала, что объятия помогают людям согреться. Может нам стоит обниматься почаще, знаешь, чтобы мы не замёрзли и не заболели этой зимой. – Ты невероятная, – улыбается Кайя, искренне тронутый её словами. – А что потом? Кажется, весной и летом, когда жарко, можно уже и не обниматься. – До лета мы что-нибудь придумаем, а весной, знаешь, после того, как мы всю зиму будем много обниматься, лежать вместе под пледом, пить горячий шоколад и есть очень много имбирного печенья, нам совершенно точно придется найти способ, чтобы похудеть. А так как ты бесконечно занят днём, то тренировки для похудения придётся устраивать ночью, – он замечает как она краснеет, и Суна сама не верит, что это она намекает Кайе на такое, а не он ей. – Знаешь, после того, как я однажды был последним придурком и изменил своей жене, я теперь терпеть не могу случайные связи, как бы врачи не говорили, что секс полезен для здоровья. Так что нам придётся что-то придумать до весны, чтобы решить эту проблему. – Что если мы не будем ждать до весны? Раз в твоём сердце все ещё живёт Суна, может она не будет ревновать и позволит мне быть твоей девушкой. – Ты хочешь быть моей девушкой? – он переспрашивает, потому что не верит, что она действительно это сказала. Не верит, что всё-таки дождался и что она всё-таки передумала. Он ведь действительно уже считал, что Абидин окончательно убил в ней веру в любовь. – Очень хочу, – шепчет она ему почти в губы, уже безумно желая наконец поцеловать, но по-прежнему желая убедиться, что её желание взаимно. И он целует её первый. Медленно, будто сдерживаясь, чтобы не напугать её своим напором, всем тем огнем, который пылает в нём, когда она рядом. Так что Суна сама ускоряет поцелуй, делает шаг ближе, желая стереть остатки расстояния и холода между ними, запускает пальчики в его волосы, больше не сдерживая своих тайных желаний. Они отрываются друг от друга только тогда, когда кислорода уже совсем нет, одновременно замечают Умут, которая явно не понимает, что это такое делают её мама и папа, и они не могут сдержать смех. Кайя поднимает собаку на руки и обнимает Суну, она опускает голову ему на грудь и гладит их собаку. Их Умут, их надежда, сначала больше его, пока Суна ещё строила жизнь в Стамбуле; потом больше её, пока Кайя пропадал на работе, а Суна надеялась, что однажды он вернётся. И теперь их общая, общая надежда, вера и даже уверенность, что на этот раз всё получится. А потом они вместе ужинают, гуляют с собакой, собирая много комплиментов от знакомых собачников о том, какая они милая пара. Суна каждый раз смущается, а Кайя с с трудом сдерживается, чтобы не поцеловать её прямо на улице. И вечером она уже больше не стесняясь приходит к нему в спальню, обнимает и шепчет что-то о том, что это для того, чтобы он не замёрз. А он смеётся и думает, что теперь он совершенно точно самый счастливый человек на свете, потому его морская фея наконец действительно его.