Something to be ashamed of

Мегуми смотрит на коробку с блестящими пакетиками, хранящуюся в шкафчике в его ванной. Он понимает, что осталось всего несколько упаковок. Ему следует не забыть заказать еще сегодня. Он рассеянно достает один, разрывая упаковку и доставая плотные патчи телесного цвета. Маленькие располагаются на запястьях, те, что побольше — по обеим сторонам шеи на стыке с плечом. Запах персика бьет ему в нос, заставляя поморщиться, но он быстро возвращает свое привычное выражение лица. Он привык, все в порядке. Рубашки, выглаженные еще на выходных, ожидают его в шкафу, и сегодня его выбор падает на зеленую. В их офисе существует что-то вроде традиции — наряжаться по пятницам, и он будет самым большим лгуном, если скажет, что ему это не нравится. Он аккуратно надевает рубашку, внимательно следя за тем, чтобы ни один патч не вылез из-под ткани, в конце концов оставаясь довольным результатом. И пусть летняя жара совсем не располагает, но Мегуми все равно надевает галстук. Ему нравится тот зрелый и собранный вид, который он ему придает. Быстро закончив с оставшимися приготовлениями, Мегуми берет ключи, кошелек и выходит из квартиры. Пунктуальный, как и всегда, до мелочей, он имеет возможность спокойно, без всякой спешки, дойти до офиса за двадцать минут. Несмотря на раннее время, солнце уже шпарит во всю, и пальцы Мегуми инстинктивно тянутся, чтобы проверить, крепко ли держатся патчи на его коже, несмотря на то, что она начинает блестеть от пота. И лучше бы так и было, учитывая, сколько денег Мегуми тратит на них каждый месяц. К счастью, они все на месте. Мегуми подходит к офисному зданию и здоровается с несколькими коллегами, которые поутру курят у входа. Мегуми очень хочется остаться и поболтать с ними, ему очень нравится запах сигарет, хотя он сам никогда не курил, но ему, к сожалению, нужно идти. Он должен связаться с некоторыми из своих иностранных клиентов, у которых уже заканчивается рабочий день. Войдя наконец в офис, Мегуми замечает, что Сукуна уже на месте, что довольно-таки необычно. Обычно Сукуна приходит около десяти, а сейчас и девяти не было. Мегуми хмурится, но идет к своему рабочему месту и включает компьютер. Когда он просматривает свою электронную почту и составляет список дел на день, краем глаза он замечает приближающегося человека. Мегуми поднимает взгляд и видит Юту, подходящего к его столу. — Доброе утро, — говорит молодой альфа, и Мегуми кивает ему в ответ. — Привет. — Сразу к работе? Неужели вы не выпьете хотя бы чаю или кофе, прежде чем окунаться в бесконечный поток людей, которые чего-то от вас хотят? — шутит Юта, и Мегуми не может сдержать улыбку. Иногда работа действительно кажется такой утомляющей. — Ну, я бы не отказался от чая. Наверное, схожу за ним позже, как только поговорю с американскими клиентами. Мне нужно, чтобы они подписали инструкции, прежде чем уйдут спать, — отвечает Мегуми и видит, как загораются глаза молодого альфы. — Не волнуйтесь, Фушигуро-сан, я сам все сделаю! — с энтузиазмом говорит Юта и уходит в сторону кухни, не оставляя Мегуми времени на ответ. Юта работает в их офисе всего месяц, но почти с самого начала он пытается сблизиться с Мегуми. Делает для него маленькие поручения, говорит комплименты, приглашает его на мероприятия, на которые Мегуми, так или иначе, пошёл бы, но не суть важно. Мегуми солгал бы, если бы сказал, что ему не нравится такое внимание. Сначала Мегуми думал, что, возможно, ему стоит дать всему этому шанс. Юта был славным альфой — добрым, компетентным, красивым и с хорошими моральными принципами, насколько Мегуми мог судить за то небольшое время их совместной работы. Омега внутри него жаждала сблизиться с ним. Позволить парню позаботиться о нем. Так было до прошлой недели… — Фушигуро-сан, надеюсь, вы не поймёте меня неправильно, но я просто хотел сказать, что у вас очень приятный запах! Персики, да? Он действительно такой приятный. Его переполняет странная смесь из смущения и гнева, а ручка, которую Мегуми держит в руке, оставляет гневное пятно в углу страницы. Вот почему ему не стоит даже мечтать об альфе. Ничего хорошего из этого не выйдет. Он ощущает присутствие Юты позади себя, с большой кружкой в ​​руке. Он осторожно ставит ее на стол и дарит Мегуми теплую улыбку, и он не может ничего поделать с собой, когда просто пялиться в ответ. Он знает, что это грубо, но воспоминание о разговоре все еще жалит. Кроме того, если сейчас он отпугнет Юту, альфе не придется разочаровываться, а Мегуми в свою очередь не придется в очередной раз напоминать самому себе о своей дефектности. — Спасибо, Оккоцу-кун. Тебе пора приступать к работе. Я видел, что госпожа Сакамото просила тебя позаботиться о планах погрузки. Иди, помоги ей, — дает ему указания Мегуми, и замечает потерянное выражение на лице Юты, как у щенка, который не понимает, за что его ругают, но он кивает и быстро уходит. Мегуми считает, что в том, чтобы быть руководителем, явно есть свои преимущества. Он выбрасывает из головы посторонние мысли об альфах, запахах, ухаживаниях и всякой прочей ерунде, принимаясь наконец за работу. Лучше не отвлекаться на подобную эмоциональную чушь, когда у тебя есть целая куча дел, и в конце концов бизнес, которым нужно управлять. Проходит несколько часов, пока Мегуми потягивая чай разбирает накопившуюся почту. К счастью, день выдается более-менее спокойный, и он может немного расслабиться, читая новости. Он чувствует на себе пристальный взгляд Юты, но притворяется, что глубоко погружен в работу, чтобы альфа даже не подумал подходить к нему. Около полудня их босс наконец покидает свой личный кабинет и выходит в общую зону. Секундой позже из комнаты выглядывает еще один человек — Годжо Сатору. Мегуми удивленно поднимает бровь. Неужели он был там все это время? Что они могли обсуждать так долго? Годжо, обычно очень разговорчивый и ласковый с сотрудниками компании, сегодня, похоже, торопится, прощаясь с офисом. Годжо хватает Сукуну за руку и агрессивно трясет ее. Мегуми, внимательно наблюдающий за всем происходящим, замечает, как Сукуна морщится и хмурится, прошипев сквозь стиснутые зубы: «До свидания». Годжо Сатору — коммерческий директор их крупнейшего клиента, имеет тенденцию оказывать такое воздействие на людей, которые проводят с ним слишком много времени в замкнутом пространстве. Пока Годжо направляется к лифту, взгляд Мегуми возвращается к их боссу. Он выглядит раздраженным, как и всегда в общем, но также и особенно уставшим. Его плечи опущены, а ладонь покоится у виска. Мегуми замечает, что его глаза сужены, как будто свет в офисе слишком яркий. Мегуми поднимает глаза, но не замечает особых отличий в освещении по сравнению с другими днями. Более молодые и неопытные работники поспешно отводят взгляд, не желая злить своего босса еще больше. Мегуми вместо этого приветствует его помахиванием руки. Частые мигрени Сукуны для него уже давно не сюрприз. — Рёмен-сан, добрый день. Я как раз собирался поговорить с вами об этих американских поставках. Сукуна закатывает глаза. — Позже. Я хочу есть. Думаю, нам стоит заказать еду на вынос в офис. Ресторан Тори, как обычно. Кто за? Большинство людей поднимают руки, включая самого Мегуми. На лице Сукуны довольная улыбка. — Кто сегодня будет отвечать за заказ…? Сукуна стоит в нескольких метрах от Мегуми, разглядывая офис, полный людей. Их взгляды пересекаются, и на секунду кажется, что Сукуна выберет его, но в его взгляде есть что-то странное, что-то, чего Мегуми не может понять, и Сукуна отворачивается. — Чосо, давай ты. Мне все как обычно, — Сукуна подходит к Чосо протягивая ему купюру из своего кошелька. — Пожалуйста, постарайтесь быстро решить и заказать всё. Я хочу видеть свой обед в течение полутора часов. Сукуна быстро уходит, закрыв за собой дверь своего кабинета, поскольку комната наполняется болтовней, передачей денег из рук в руки, а Чосо уныло вздыхает, записывая все заказы. Мегуми смеется над бедным бетой и ждет, пока все остальные закончат, прежде чем озвучить заказ самому. Сегодня ему хочется немного Цзяоцзы. Пока они ждут доставки еды, Мегуми сидит с бухгалтерами, подготавливая для них все необходимые документы, пока они не будут довольны и не оставят его наконец в покое. Они требовательны, но у Мегуми и выбора то особо нет. Кроме того, они помогают ему отвлечься от этого усталого и болезненного выражения на лице Сукуны. Сердце Мегуми, кажется, плавает в горькой тревоге, и он постоянно возвращается к ней. С Сукуной они знакомы уже четыре года, и Мегуми хочет считать, что они, ну, друзья. Они доверяют друг другу в серьезных вещах. И Сукуна может показаться многим беспощадной акулой бизнеса, но Мегуми знает, что у него нет выбора, кроме как действовать таким образом, чтобы продвигать свою компанию вперед. В реальности же Сукуна был действительно хорошим человеком. Он знает цену своим сотрудникам, своим друзьям и семье. Мегуми видел, как он разговаривает с Юджи, и даже если он звучит грубо, Сукуна на самом деле просто желает своему младшему брату всего самого лучшего. Мегуми восхищается Сукуной, уважает его. И он лишь надеется, что альфа чувствует то же самое по отношению к нему. И Мегуми солгал бы, если бы сказал, что не находит альфу привлекательным. Честно говоря, Мегуми считал, что Сукуна — 10/10. У него безупречный стиль в плане одежды. Когда они однажды отправились на пляж на корпоративную вылазку летом, у Мегуми была возможность рассмотреть своего босса со всех сторон, и, боже, он попал в абсолютно все пункты в списке личных предпочтений Мегуми в мужчинах. Татуировки — высший класс. Его характер тоже привлекателен для Мегуми — он всегда питал слабость к дерзким и уверенным в себе парням. Кто-то с яркой, сильной личностью и аурой власти. Более того, в их компании не запрещены романтические или сексуальные отношения между коллегами, и за четыре года работы в компании он услышал немало историй, как хороших, так и плохих. Принимая все вышеперечисленное во внимание, Мегуми может сказать, что ему нравится Сукуна. Но, к сожалению, он альфа, а Мегуми не встречается с альфами. Не то чтобы ему не нравятся альфы. Скорее, альфам не нравится он. Он и так это знает, они все ненавидят его запах. Включая, по-видимому, и Сукуну. И, честно говоря, это такая досада, ведь самому Мегуми очень нравится запах Сукуны. Каждый раз, когда он его вдыхает, его колени слабеют, а горло пересыхает. Ему потребовалось некоторое время, чтобы понять, что ему напоминает запах Сукуны. Он пах так чертовски вкусно для Мегуми, словно еда, в которую так и хочется впиться зубами после целого дня голодовки. Он сидел в какой-то закусочной, обедая со своими коллегами, один из которых заказал стейк, и когда заказ принесли, Мегуми опешил. Сукуна напоминал ему вкусное, хорошо приготовленное мясо, вроде стейка или говяжьей котлеты. В нем ощущалась богатство, пряный оттенок, с легким следом дыма от огня. Он почти рассмеялся, насколько это оказалось очевидным. Сукуна пах как еда из ресторана отмеченного звездой Мишлен, и омега внутри Мегуми сходила с ума от желания попробовать ее. К сожалению, этого никогда не произойдет. Но это не значит, что Мегуми не хочет украдкой смотреть на своего босса. Итак, как только еда прибыла, Мегуми забирает порцию Сукуны и свою собственную, направляясь к личному кабинету мужчины. Легкий стук в дверь, и ему позволяют войти. К его удивлению, жалюзи плотно закрыты, а кондиционер работает на полную мощность. Такое ощущение, что он установлен на самые низкие настройки. Мегуми дрожит, и его руки крепко сжимают горячую коробку с едой, поскольку он неосознанно использует ее, чтобы согреться. Сукуна откинулся на спинку стула. Его рука небрежно закинута на глаза, словно он заслоняется от яркого солнца. Свет выключен. Классический признак очередной мигрени. Они мучают его не так часто, как раньше, чему Мегуми рад, но в любом случае приятного мало. Мегуми не знает, голоден ли его босс учитывая его состояние, но его дело, как говорится, предложить. — Я принес твою еду, Рёмен-сан. Сукуна неуверенно поднимает спину со стула. Он выглядит еще более уставшим, чем прежде, под глазами у него тяжелые мешки. — Хорошо, — наконец говорит он. Мегуми подходит к столу Сукуны. Он бросает на Сукуну внимательный взгляд, и, как он и ожидал, его нос на секунду морщится, когда Мегуми оказывается в непосредственной близости. Это происходит каждый раз, когда они находятся рядом, и Мегуми должен был бы уже привыкнуть к этому, но его сердце болезненно сжимается каждый раз. Он знает, что Сукуна не хочет быть грубым, он пытается скрыть свои инстинктивные реакции, чтобы не ранить чувства Мегуми, но он все равно замечает это уже продолжительное время. Иногда он задается вопросом, что с ним не так, что Сукуна не может даже дышать с ним одним воздухом, несмотря на то, что они в дружеских отношениях. Может, это потому, что его обоняние настолько острое, что он может уловить настоящий запах Мегуми даже через блокираторы? Может быть, он все еще проникает сквозь его пот или остается на его одежде, потому что Мегуми не носит патчи дома? Или его раздражает искусственный запах, исходящий от его патчей? Мегуми, честно, ненавидит оба возможных варианта. Каждый из них заставляет его чувствовать себя жалким. Первый — потому что он снова вспоминает, что никто с функционирующим обонянием никогда не захочет быть его партнером, потому что он дефектный. Второй — потому что Сукуна знает, что он всего-лишь обманщик, вынужденный полагаться на химию и искусственный запах, в то время как у нормальных омег запах приятен от природы. Ему настолько неуютно, что он даже не может наслаждаться запахом Сукуны, который ему так нравится. Мегуми дрожит и пытается выбросить из головы мрачные мысли. Он ставит коробку и отступает на несколько шагов назад, пока Сукуна не перестает чувствовать его запах, а Мегуми не перестает чувствовать его. Сукуна бросает на него усталый, слегка смущенный взгляд, но ничего не говорит, предпочитая вместо этого открыть коробку с едой. Воздух немедленно наполняется насыщенным пряным ароматом еды. — Каждый раз удивляюсь, насколько у тебя странные вкусы. Зачем ты вообще это ешь? Запах отвратительный, — говорит Мегуми. Он хочет сменить тему на что-то более легкое, не связанное с бурей, которая разгорается у него в груди. Даже издалека запах еды щекочет ему нос. Сукуна слабо хихикает, что для него нехарактерно. Обычно он гораздо громче. Он действительно, должно быть, очень устал. — Еда становится куда интереснее, если она пытается причинить тебе боль, пока ты ешь. — Чудак. — Как скажешь, — Сукуна начинает медленно есть, и Мегуми решает, что ему лучше уйти. Но он не успевает сделать и несколько шагов, когда снова слышит голос мужчины. — Фушигуро, я еду в офис Maersk через час. Нужно принести кое-какие документы и обсудить поправки в нашем контракте. Хочешь поехать со мной? Я отвезу. — А? — Мегуми на секунду теряется. Зачем Сукуне предлагать ему что-то подобное? Предлагать провести время вместе, если он даже на метр не хочет подходить к нему? Его уши горят против его воли. Но он тут же одергивает сам себя. Они просто начальник и подчиненный. Это ничего не значит. — Ну, на самом деле. Я тоже хотел туда поехать… Хотел встретиться с нашим новым менеджером и обсудить наши проблемы с коммуникацией. С ней довольно трудно, — это не ложь, он думал о том, чтобы пойти туда. Но это было далеко не срочно и даже не необходимо. Но он все равно хочет воспользоваться возможностью. Сукуна кивает, как будто это не имеет большого значения. — Ладно, тогда будь готов через час. Разговор окончен, и Мегуми идет к двери, но его снова останавливают. — Спасибо за еду, Фушигуро. — Пожалуйста, босс. Надеюсь головная боль скоро пройдет. Стресс и нервное ожидание проникают Мегуми под кожу, и ему трудно доесть свой обед или сосредоточиться на работе. Его взгляд постоянно перемещается в угол экрана, на котором отображается текущее время. Он в хороших отношениях с Сукуной, но они редко проводят время вместе вне офиса. Противоречивые эмоции — нервный узел в животе Мегуми — ожидание и страх переполняют его. Мегуми не знает, смотрит ли он на часы, потому что боится их совместной поездки на машине или хочет, чтобы она началась пораньше. Наконец наступает момент, и Сукуна выходит из своего кабинета и зовет Мегуми. Он вскакивает на ноги, хватая сумку, которая уже как полчаса стоит наготове. Он смотрит на Сукуну и понимает, что тот уже выглядит куда лучше. Его мигрень, вероятно, утихла. В руках его нет ничего, кроме ключей от машины, которые он крутит на указательном пальце. Его винно-красная рубашка расстегнута на груди, и от этого у Мегуми пересыхает во рту. — Готов? Он кивает, и они быстро направляются к лифту. Офисное здание, в котором они находятся, недавно ремонтировалось, поэтому им приходится пользоваться одним из старых, более тесных и плохо проветриваемых лифтов, в то время как обычные используются для перемещения грузов. Сукуна щелкает языком, когда вспоминает об этом неприятном факте — он человек, который довольно сильно ценит комфорт. Лифту требуется целая вечность, чтобы прибыть, но, к счастью, он пуст. Когда двери почти закрываются, Мегуми вспоминает что-то. — Разве ты не должен был взять с собой какие-то документы, Рёмен-сан? — Глаза Сукуны широко распахиваются в шоке осознания, когда он нажимает какие-то кнопки на панели лифта, чтобы двери снова открылись. Они не открываются. Вместо этого двери остаются закрытыми, лифт остается неподвижным на том же уровне, на котором был, а громкоговоритель на пульте раздражающе пищит. — А?