Личные темы

Домик был действительно домиком. С натяжкой, конечно, но в нём было всего два этажа. Эрик представлял, что будет что-то похожее на поместье, в котором располагалась школа. Видимо, это было что-то по типу загородного летнего дома у семьи Ксавьера. За самим Чарльзом он не наблюдал гигантомании, но, похоже, его предки грешили этим. — И что, Чарли просто подарил тебе дом? — с сомнением спросил Пьетро, не вылезая из машины и издалека осматривая особняк, в котором его собственный дом поместился бы трижды. — Временно, — неопределённо ответил Эрик. — И он говорил о лабораториях, в которых изучают мутантов. И что в школе им делать нечего. Пока что будем заниматься этим. "И мне в школе тоже делать нечего" — подумал тогда Леншерр, согласно кивнув. Домик стоял в глуши. Вроде как в нескольких милях отсюда были ещё такие же одинокие дома, но если за сутки тут проедет хоть один автомобиль, это уже будет странным, потому что подъездная к дому дорога уходила в развилку ещё пару миль назад. — Мы типа будем прикрывать сбежавших мутантов? — с улыбкой спросил Пьетро. — А их ещё и лечить наверное надо. Чарльз отдаст нам Хэнка для этого? А то я по нему уже скучаю. — Вылезай, — приказал Эрик, пересиливая себя и всё-таки выходя из машины. — С этим разберёмся позже. Нам ещё отмыть тут всё надо будет. Максимофф засомневался. Дом выглядел чистенько, прилизано. Вряд ли внутри будет совсем уж плохо и надо будет прямо отмывать? Пьетро посмотрел на решительно настроенного Эрика и немного грустно пришёл к выводу, что если в доме хоть пылинка обнаружится, перемывать будут всё. — Чарльз же говорил, что хочет вернуть своих Людей Икс. От первого состава, считай, только Рейвен и осталась, — рассудил Эрик вслух. — Со мной ему явным способом связываться не стоит, я всё ещё сбежавший преступник-террорист. Думаю, это не проблема, но репутация у меня не лучшая. Пьетро уже понимал, что если что-то произносится вслух — это произносится для него. И к таким мыслям Эрик, видимо, пришёл гораздо раньше, сейчас просто озвучив. — А он знает, что я с тобой поехал? Я не говорил ему, но говорил Хэнку, что уеду, — вклинился в этот монолог Максимофф, тоже поспешно выбираясь из машины. — Чарльз часто любит говорить о свободе воли. Я спрашивал, кого он мне может отдать. И он потом полчаса мне рассказывал, что он не хозяин в школе, и что я сам должен искать того, кто согласится поехать со мной. — А какие ещё варианты были? — полюбопытствовал Пьетро, в глубине души надеясь, что он был главным вариантом для Эрика. В ответ на это Леншерр лишь пожал плечами, вытаскивая из багажника пакеты с продуктами. В идеале было взять к себе Курта. Эрик питал небольшую слабость к тем мутантам, что заполучили себе способность к телепортации. Он сам с металлом были одним целым, это было удобно, привычно и так же обыденно, как дышать, но телепорты. Они были великолепны и идеальны, могли делать почти всё. Но Курта Чарльз не отдал. Чёртова свобода воли. Хотелось бы себе забрать Джин Грей — молодая, рыжая и практически второй Чарльз, но на это он даже не рассчитывал. Да и слишком близка была девчонка к Ксавьеру. Не стоило держать под боком мутанта, который всё докладывает Чарльзу. Её бы он не взял и сам. Рейвен казалась ему опаснее всех, кого он видел, пожалуй, кроме Чарльза. Девушка, что в лёгкую может заставить мир гореть в радиоактивном пожаре всего лишь за пару дней. Это ощущалось полезным, но не на работе "в поле". Её внешний вид, такой, какая она есть, был слишком сексуальным. Возможно, у них бы что-то вышло, не пытайся Эрик пристрелить её несколько лет назад. Пьетро же был вариантом, который его устраивал. Он был медленнее телепортов, не таким хитрым, как стоило бы, не мог убеждать других людей. Это был мутант, которого можно было отнести скорее к полезным, чем к бесполезным, и это именно что устраивало. Было в рамках допустимого. В случае опасности он мог бы вытащить из любой передряги. И общение их уже успело наладиться до такой степени, что Максимофф не побежит по первому слову Ксавьера докладывать, что ел на завтрак страшный и ужасный Магнето. Хотя, чего греха таить, он точно был сексуальнее Джин Грей, которую под боком видеть не хотелось ни в каком виде. — Чарльз просто отдал тебе только меня, да? — со смешком проговорил Пьетро, обгоняя его по пути к дому. — Я не обижаюсь, я же понимаю, что ты, ну, пол школы у него бы забрал, если бы он дал. А я сейчас ещё в гипсе и вообще такое себе приобре... — Гипс снимут через неделю, — прервал его Эрик. — Чарльз мне никого не отдавал. А я ни у кого, кроме тебя, не спрашивал, хотят ли они со мной ехать. "Никто, кроме меня, и не согласился бы. Я один такой идиот" — с досадой подумал Пьетро. Очень хотелось сказать это вслух, но ругаться даже не дойдя до дома казалось глупым. Эрик и развернуть его смог бы. — Ладно, но зато я у тебя уникальный и никто так больше не умеет, — попытался приободрить себя Пьетро. Хотя прозвучало жалко. — А ещё я умею десять видов яичницы на завтрак готовить. — Десяти видов яичницы не существует. Это просто яйца. — Да, но их можно по-разному жарить, — с упоением начал объяснять Пьетро, радуясь, что они ушли от неприятной темы. — Например, если слишком сильно нагреть сковородку и добавить много масла, яичница будет прямо хрустящая, ты знал? Эрик закатил глаза и промолчал. *** Леншерр понимал, что в ближайшую неделю большая часть быта будет на нём. Пьетро, даже если и горел желанием помочь, был малоподвижен и способен лишь на мелкую работу, в идеале не отрывая задницу от дивана. — Чарльз говорил, что раз в год здесь убираются, — отметил Эрик. — Как смотришь на то, чтобы прибраться в кухне? — Кухня? — удивлённо переспросил Пьетро. —Там же чисто. Ты же сам видел. — Перебрать полки, пачки с крупой и перемыть всю посуду, — перечислил Эрик. — Возможно, что-то ещё стоит сделать, посмотрим потом. — Зачем? Сам Эрик планировал посмотреть на электрику и водопровод. Многое он мог сделать и сам, если что-то не работает. И нельзя, чтобы Пьетро стоял над душой. Каждый должен быть занят делом. — Даже если тут никто не убирался полгода, пыли должно было осесть много, — пояснил Эрик. — Там не так много посуды. За час управишься. Что-то такое и ожидалось изначально. Пьетро прекрасно понимал, что просто сидеть и отдыхать они не будут. Скорее начнут по приезде упахиваться, приводя дом в недостижимо идеальное состояние, а потом делать что-то очень полезное для всего мира. — А когда помою, что делать? — Посмотрим, когда помоешь, — отрезал Эрик и подтолкнул его в спину. — Давай, не медли. Пришлось тащиться в кухню и перемывать посуду. Правда, он ещё подождал, когда стечёт ржавая вода. С этим как будто мог помочь Эрик, но звать его ради такой мелочи не хотелось. Пьетро же не немощный. Как оказалось, немощный. Вода была только холодной и водонагреватель включаться сам не собирался, где бы он не находился в доме. Мыть что-либо в ледяной воде не хотелось. — Вода холодная, — отчитался Пьетро, найдя Эрика в подвале, где он осматривал сантехнику. — Не растаешь, — ответил коротко Эрик. — Я ещё разбираюсь с этим. Вечером горячая вода будет. Пришлось морозить руки. Из приятного — посуда была без слоя налипшего жира, какой образуется везде, где посуду не мыли год, но действительно пыльная. Хватило лишь ополоснуть её с каплей моющего средства, хотя в холодной воде оно смывалось неохотно. Пьетро опустился на кухне прямо на пол — имеющиеся стулья были барные, на которые нужно было забираться, и со своей ногой такие упражнения он предпочёл не делать. Кухня была правда чистой. Как будто все эти две недели, что они жили с Эриком в школе после Апокалипсиса, её отмыли и привели к живому виду. И даже холодильник не выглядел чудом из прошлой эпохи. Видимо, Чарльз действительно озаботился их бытом по максимуму. Посидев пару минут, Пьетро принялся осматривать все шкафы и полки. Крупы было мало, всего по паре пачек риса да овсянки. Запакованные, и в них, кажется, ничего не водилось. В приступе перфекционизма прошёлся влажной тряпкой по всем полкам и шкафам, до которых дотянулся. Повозил ею по столу и протёр напоследок раковину. Выходило несложно. Пьетро откровенно заскучал. Из вариантов было показаться перед глазами Эрика и просто сидеть в кухне и ждать. Первый был чреват дополнительной загрузкой, а второй смертельной скукой. И всё-таки ленивая часть в нём победила, оставив наедине с банкой колы. — А ты колу для меня взял, да? — широко улыбнулся Максимофф. Эрик ему на эти улыбки никогда не отвечал тем же, но Пьетро не оставлял надежды. — Да. Закончил тут? — Даже протёр всё, — похвастался Пьетро, похлопав ладонью по столу посреди кухни. — Тут, кстати, чисто совсем было. Эрик кивнул. Самостоятельно проверять за парнем, насколько он хорошо всё вымыл, он не собирался. Уже не маленький, сам должен понимать, что лучше жить в чистоте. — Что кроме яичницы умеешь готовить? — Омлет. — А посущественнее? Вопрос поставил Пьетро в тупик. Навскидку, он мог сварить макароны, пожарить что-то, если ему скажут сколько нужно жарить, и в совершенстве умел чистить картошку. — Макароны, — с сомнением сказал Максимофф. — У меня мама в основном готовит. — Ставишь воду на плиту, солишь, когда закипает — кидаешь макароны. Минут десять варишь, — кратко проинструктировал Эрик его. — Вода горячая теперь есть. Посмотрю сейчас спальни и подумаю, чего не хватает. Скоро вернусь. Эрик покинул кухню, оставив Пьетро в недоумении. Он настолько выглядел неприспособленным к жизни, что ему сказали, как варить макароны? *** Второй этаж был полностью жилым. Чарльз говорил, что дом в целом пригоден к жизни, но стоило проверить всё. Эрик закупил лишь самое необходимое на первое время. Потом даст список Пьетро и тот сам как-нибудь справится. На самом деле не хватало лишь мелочей, вроде коврика на пол в ванную или стакана для зубной щётки. По мере жизни само появится, решил Эрик. — Смотри, наверху две большие спальни, — Эрик опустился на стул в кухне и начал объяснять, как он видит их совместное проживание. — Обе с ванными комнатами. И ещё одна просто на этаже. И ещё четыре поменьше. Моя та, что направо по коридору и до конца. — Не многовато для нас двоих? — с сомнением протянул Пьетро. — Или у Чарли просто нет домов меньше? Он что-то компенсирует? Шутка Эрику понравилась. Обязательно повторит её для самого Чарльза, когда они увидятся в следующий раз. — Считай, что у него нет для этого поводов, — мотнул головой Эрик. — Просто он очень богатенький мальчик и дома меньше даже не рассматривал. Видимо, привычка. — Почему по лабораториям будем ходить мы, а не кто-то из Чарльзовых людей? — уточнил Пьетро. — Как будто мы тут лишние. Ещё и дом дал для этого большой. О, они это обсуждали так громко, что Чарльзу приходилось успокаивать тех, кто сидел в соседних комнатах. Эрик, наверное, лет десять так не кричал ни на кого, почти до хрипов, с желанием как следует ударить Ксавьера. Всё металлическое в комнате и вовсе дрожало постоянно, а Чарльз ничего, сидел и спокойно пояснял свою позицию. Причём так объяснял, что Эрику пришлось просто смириться с собственной ролью в будущем мутантов. — Чарльз святой, — хмыкнул Эрик. — На нём дети, поэтому ему и его друзьям нельзя конфликтовать с правительством. А Магнето это что-то вроде местного опасного психа. Кто знает, что ему в голову взбредёт? Кому предъявлять по поводу разрушенной лаборатории и кучки трупов? Не школьному учителю же. — Звучит как-то... — Пьетро пощёлкал пальцами, пытаясь нащупать нужное слово. — По-манипуляторски, вот. Как-то не в духе доброго профессора, нет? — Он водил за нос всех и каждого десять лет после Кубы, — покачал головой Эрик. — Постоянно подтирал память кому-то, чтобы на него никак не вышли. Не уверен, что насчёт Каира власти в курсе полного положения дел. Звучало разумно. Правительство практически не трогает школу, полную опасных детишек, которые учатся управлять своими способностями. И за время их пребывания в школе никто не приходил, чтобы уложить всех лицами в пол и начать выяснять, кто именно здесь Магнето. — Круто он устроился, — покивал Пьетро. — А ничего, что мы в школе жили две недели? — Это ты там жил три недели и лечил ногу. Меня для всех, кроме Чарльза и Хэнка, там не было. Джин в одиночку починила целый особняк, да так, что ни одна стена не рухнула. — Да-а-а, вот так и верь в сказки о свободе воли, — хмыкнул Пьетро, перемешивая макароны в воде. — Наверное, готовы. Мы их просто так есть будем? — Я взял сыра. Но потом я обязательно куплю тебе самоучитель по готовке, — пообещал Эрик с лёгкой улыбкой. — Отстой, — подытожил Пьетро, разыскивая глазами дуршлаг. — Слей воду сам, мне пока что такое таскать неудобно, — он кивнул на собственную ногу. Эрик кивнул. К готовке он отвращения не испытывал и вполне мог сам справиться со всем бытом. Но учиться Пьетро всё же стоило — не всегда же мама будет готовить. И он должен заниматься хоть чем-то, чтобы не заскучать и не начать делать глупости. А в глупостях он наверняка спец. — Думаю, Чарльз хочет лучшего, — с сомнением всё-таки произнёс Эрик. — Дети наше будущее, поэтому им нужно быть в безопасности. И не думать о том, что в их доме периодически появляются полуживые мутанты, на которых ставили опыты. И мы не должны никак их подставлять. — Мог бы тогда нам ещё пару людей дать. Не то, чтобы это было необходимо. Пьетро верил — у них и так идеальный тандем, супер-скорость и супер-сила. Не могут же все лаборатории Америки быть целиком пластиковыми? И даже заметить его, бегущего на полной скорости, они не в состоянии. — У него рядом остались только дети. А у детей должно быть детство, — Эрик качнул головой, словно сам сомневался в этих словах. — Нам бы Курта хватило, но он, знаешь, не рвётся на такие задания. Говорит, у него с клетками плохие ассоциации. — Если всё так опасно, как ты говоришь, почему Хэнк не с нами? — с упорством продолжил задавать вопросы Пьетро. — Нам нужен тут хоть какой-то врач, если будут раненые. Эрик не стал на это ничего отвечать. Его тоже волновал вопрос, почему даже такому пацану, как Пьетро, это очевидно, а Чарльзу нет. — Свобода воли, — только и ответил Леншерр, будто этими словами можно было оправдать будущие жертвы.