дом лжи

Когда Рацио затягивается, у него дрожат ресницы. Отвратный травяной вкус дыма заставляет морщиться, но он стойко выдерживает вдох и медленно выдыхает. Авантюрин следит за этим жадно. Отводит пальцы с сигаретой от его рта и кончиком языка лижет по краю фильтра, пытаясь собрать отголоски чужого прикосновения, и затягивается тоже. Для него это как лекарство. Вдох — и пусто в голове, ничего, ни-че-го. Но сейчас в ней — Рацио. В каждом уголке сознания, отражением в каждой мысли. Авантюрин стягивает очки и ловит его слегка расфокусированный взгляд. Зрачки Рацио расширяются. Зрачки расширяются, когда смотрят на то, что любят. Авантюрин плещется в этой мысли, как в бассейне, полном сладкого нектара, или вина, или пустых надежд. Рацио смотрит неотрывно. Кажется, обнажённые неоновые радужки гипнотизируют его, захватывают всё его ускользающее и стремящееся к зацикленности внимание — Рацио придвигается ближе, кладёт руку на щёку Авантюрина, не давая отвернуться, и смотрит, смотрит. Авантюрин затягивается снова и выдыхает едкий дым прямо ему в лицо. — Нравится? Ресницы снова трепещут. Рацио отворачивает лицо, но тут же поворачивается снова, соскальзывая взглядом на изгиб улыбки напротив. — Нет. Думать трудно, и... — Авантюрин не даёт ему договорить, приложив косяк к его рту снова. Рацио смотрит. Съезжает рукой с его щеки на боковую сторону шеи и послушно затягивается. Закашливается в конце. Авантюрин откладывает косяк в сторону и гладит Рацио по скуле. — Вот и не надо думать. Ты делаешь это слишком много. Их губы сходятся мягко, немного ватно и на вкус поцелуй горький, как дым. Авантюрин напирает, скользнув языком в тёплый рот. Рацио очаровательно медлителен — судорожно выдыхает и подаётся вперёд, лижет его язык в ответ и мягко стонет. Авантюрин наслаждается несколько секунд, отстраняется и, прежде чем Рацио потянется следом, цепляет его подбородок пальцами, глядя в глаза сквозь полуопущенные ресницы. — Погавкай для меня. До Рацио слова доходят с трудом. Он снова тянется к поцелую, но Авантюрин сжимает пальцы крепче, не позволяя прикоснуться — ловит его дыхание на своих губах и сам внутренне вздрагивает, но говорит непреклонно. — Погавкай, Веритас. Будь хорошим для меня. Голову приятно кружит. Рацио смотрит в его глаза умоляюще и попадает в ловушку, как мушки в липкую паутину — залипает и неуверенно, рассеянно гавкает. — Молодец, Веритас. Ещё. Рацио гавкает снова — уже громче, приободренный похвалой. Бешеное удовольствие разливается по телу и Авантюрина почти трясёт от восторга, он гладит Рацио по линии челюсти и целует порывисто, будто хочет вылизать его рот.