Платина и медь

      Пыльное подземелье, где находился класс зельеварения, наполнялось легким ароматом свежих трав и старых пергаментов. Преподаватель Гораций Слизнорт, полный и увенчанный седыми волосами, мерцал своими любознательными глазами по рядам учеников Гриффиндора и Слизерина на сдвоенном уроке. Он величаво расправил мантию.       — Доброе утро, студенты, — начал Слизнорт, присматриваясь к шумным парочкам учеников за грохотом котлов. — Сегодня мы будем изучать очень опасное зелье — экстракт Аморенции. Мы не успели изучить его в прошлом году, — Слизнорт замялся, вспоминая нападение Волдеморта. — Самое мощное любовное зелье.       Рон посмотрел на Гермиону, его рыжие волосы были как всегда растрепаны и искрились медью в полумраке.       — Готовься, Гермиона, — прошептал он с озорной улыбкой. — Сегодня Слизерин точно будет забавляться, с таким-то зельем.       — Рон, не утруждай себя глупостями, — ответила Гермиона, погружая руки в глубокий карман мантии. Ее сведенные к переносице брови при этом напоминали о предельной сосредоточенности девушки.       Тем временем Гарри украдкой наблюдал за Малфоем, который с самого начала урока неотрывно смотрел на Гермиону своими светлыми, как морской лед, глазами. Гарри наклонился ближе к Рону, их плечи соприкоснулись.       — Ты заметил, что он почти не отрывает от нее взгляд? — шепотом спросил Гарри, бросая на Малфоя неодобрительные взгляды.       Драко скривил губы, когда заметил их повышенное внимание к себе, но отнюдь не пытался быть недружелюбным, как это было раньше. Его все так же раздражал Поттер, но он понимал, что способен с этим смириться.       — Как не заметить, когда из его котла сейчас дым повалит? — с ухмылкой ответил Рон, но тем не менее прищурился, ощущая укол ревности. — Что этому слизняку нужно от нашей Гермионы?       — Не знаю… — Гарри пожал плечами.       Гермиона старалась не обращать внимания на разговоры своих друзей и на пронзительный взгляд Драко. Всё её внимание было сосредоточено на работе с ингредиентами, хотя внутри неё что-то зашевелилось. Она чувствовала, как её сердце стучит чуть сильнее, когда она понимала, что Драко смотрит на неё. Его нейтральное внимание было непривычным для нее. Это почему-то смущало, хотя за столько лет учебы вместе она привыкла к образу Малфоя, но почему-то он был другим. Гермиона не могла понять почему.       Почему именно после той решающей битвы поменялось все?              — Мисс Грейнджер, — вдруг окликнул её голос Слизнорта, возвращая к действительности. — У вас получилось превосходное зелье, как всегда.       — Спасибо, профессор, — ответила она, позволяя себе легкую улыбку на лице.       Прозвенел звонок. Все начали собирать учебники и очищать магией котлы пол веселые возгласы Слизнорта о том, что на следующей занятии он приготовит сюрприз для лучшего ученика. Но это было не единственное признание за сегодня. Драко подошел ближе, его мантия слегка колыхалась от быстрого шага.       — Грейнджер, — мягко начал Драко, его голос был тихим, но глубоким, как темные воды озера Хогвартса. — Я хотел бы с тобой поговорить.       Гермиона вздрогнула, но не показала своего смущения. Она спокойно ответила:       — Конечно, Малфой. О чем именно?       Тем временем Гарри и Рон многозначительно обменялись взглядами. Гарри тихо заметил:       — Похоже, ты был прав, Рон.       Драко подошел к Гермионе ближе, их расстояние было сокровенным, словно они стояли на сцене, где каждый знал свою роль.       — Я хотел бы извиниться за все те моменты в прошлом, — произнес Драко, его слова пробили некую толщу льда в воздухе.       Гермиона ахнула от удивления и немного смутилась, медленно подняла глаза на него.       — Что ты имеешь в виду? — спросила она, стараясь не выглядеть такой ошеломленной.       — Всё, Гермиона, — в голосе Драко чувствовались нотки раздражения, но больше те, что он смертельно устал. — Всё, что было. Все наши ссоры. Я понял многое за последнее время, и ты заслуживаешь большего, чем мой… прежний взгляд на мир, — искренне сказал Драко, его глаза открылись перед ней, как свиток несказанных слов.       Он хотел извиниться за то, что называл ее грязнокровкой, но не хотел произносить вновь этих слов. Они казались Драко грязными.       Гермиона сдержанно улыбнулась, однако, её терзали сомнения. В душе Гермиона понимала, что простое извинение не сможет исправить все то, что происходило между ними на протяжении всех этих лет. Вечерами она сидела в своей комнате и размышляла над словами Драко, снова и снова прокручивая их в голове.       «Но действительно ли он искренен?» — спрашивала она себя.       Взаимное прощение и понимание стали отправной точкой их нового общения. И хотя она не собиралась становиться ему подругой, Гермиона действительно верила, что теперь у них появился шанс на что-то лучшее, на то, что они смогут хотя бы не ненавидеть друг друга.       И надо будет объяснить мальчикам, чтобы перестали ему дерзить, — подумала Гермиона о разговоре с Роном и Гарри. Каждый имел шанс на прощение.

***

      Прохладный осенний рассвет озарил школьный стадион Хогвартса, разделенный надвое все еще ночным туманом, стелящимся по траве и бодрящим холодным воздухом в предчувствии тренировки. В воздухе витал аромат влажной травы, предвещающий долгожданное соревнование. Квиддичные кольца, возвышающиеся над полем, выглядели как древние стражи, заранее пытающиеся утихомирить начинающееся состязание.       Гарри и Рон первыми прибыли на тренировку, вооруженные метлами и уверенные в своих намерениях. Гарри вновь был капитаном, и им нужно было отработать новую тактику в самом начале года, чтобы получить преимущество.       Рон лениво зевал, будучи уверенным, что и в этом году займет место вратаря Гриффиндора.       Гарри уже уверенно направился к центру поля, когда внезапно услышал звук шагов позади себя. Оглянувшись, он встретил охлаждающий взгляд Малфоя. Команда Слизерина вышла на поле в полном составе. Хмурые и не выспавшиеся.       — Что ты здесь делаешь, Малфой? — гневно воскликнул Рон, держа метлу крепко за конец. — Проваливайте, не видите, сейчас наша тренировка.       — Слизнорт дал нам разрешение на утреннюю тренировку. Вечером у Забини отработка, — устало и спокойно произнес Малфой.       В первый день занятий Блейз уже успел получить наказание за разговоры. Драко не хотелось вступать в прежние споры из-за таких мелочей. Раньше он бы уже сдерзил Рону, но теперь в этом не было никакого смысла, как и во всем этом нахождении в Хогвартсе.       — В общем, мы зарезервировали её, — со вздохом повторил Малфой и ущипнул себя за переносицу. — Мы позанимаемся час и уйдем.       — Ага, еще чего, — прыснул Рон.       — У нас есть официальное разрешение на тренировку, Малфой, — Гарри подошел к ним и нахмурился. — Придете в другое время.       Драко обвел уставшим взглядом Гарри и Рона, понимая, что они будут упираться до последнего. Но ему нужна была эта тренировка, чтобы выкинуть из головы все тяжелые мысли, освежиться.       — Слушайте, не будьте засранцами, дайте нам поле, — заявил Блейз.       — Нет, — упрямо воскликнул Рон. — Сейчас это поле Гриффиндора, идите выбивайте другое время. У нас есть разрешение.       — Ваше разрешение нас не касается, Уизли, — сказал Драко, теряя терпение.       Он пытался относиться нейтрально к этим двумя, но они как будто специально играли на его нервах. — У нас оно тоже есть.       Рон шагнул вперед с издевательской ухмылочкой на лице и сжал кулаки.       — Ты, хорек, кажется не понимаешь. Мы. Будем. Тренироваться.       — Рон, — попытался отдернуть друга Гарри, потому что он заметил, что глаза Драко опасно прищурились.       Эта ссора была бессмысленной и Гарри все еще помнил просьбу Гермионы о том, чтобы они хотя бы попытались нормально общаться с Драко.       — Да что ты, — тихо сказал Малфой, не сводя глаз с Уизли.       Но на Рона это не подействовало. Он словно присел на метлу. Пожиратели убили его брата, и теперь он вымещал накопившуюся злобу на Драко, который когда-то выступал на их стороне.       — Да, — гневно выпалил Рон. — Теперь такое отребье, как ты, не будет нам указывать. Проваливай отсюда к своему папаше в Азкабан. Тебе и подобным тебе там самое место.       — Рон! — воскликнул Гарри, не одобряя такого поступка.       В Роне кипела обида, но они долго боролись за спокойствие в этом мире, чтобы вот так снова его нарушать.       — Твоя жирная мамаша не научила тебя, как вести себя в обществе? — гнев застилал глаза Драко, когда он вперил свой взгляд прямо на Рона. — Ах да, в семействе минус один огрызок. Видимо, она слишком занята, раздвигая ноги перед твоим папашей, чтоб настрогать еще одного рыжего ублюдка.       — Заткнись, ублюдок! — вскричал Рон, надвигаясь на Драко, и замахнулся на его кулаком. — Я ненавижу тебя, пожиратель, отброс!       Рон изо всех сил ударил Драко кулаком в скулу и тут же получит ответный удар в лицо. Из носа Рона потекла кровь. Скула Драко пульсировала от боли и он отчаянно засмеялся.       — Жалко, что ты не сдох вместе с Волдемортом! — плевался ядом Рон из-за спины Гарри, который сдерживал его изо всех сил.       Драко ещё больше возмущённо усмехнулся, производя шаг вперёд, чтобы встречаться лицом к лицу с разъярённым Роном.       — Смотри не подохни сам, нищенское отребье, — прошипел Драко.       Но прежде чем новая драка смогла вновь разгореться, на поле выбежала Гермиона, её волосы развевались на ветру, а взгляд был полон тревоги.       — Рон! Гарри! — крикнула она, бросаясь между друзьями и Малфоем. Она взглянула на Драко, явно разочарованная. — Малфой, что вы тут… — она заметила кровь на лице Рона и повернулась к Драко с полным ненавистью взглядом. — Ты не изменился ни на йоту, хотя претендуешь на извинения.             Драко на мгновение остолбенел, а затем взгляд его смягчился, но не на долго.       — Грейнджер, это не твоё дело, — сказал он ей совсем иным тоном голоса. Спокойно.       — Уже стало, когда ты снова начал обзывать моих друзей, — твёрдо ответила она. — Прошу тебя, уйди, Малфой. Просто уйди. От тебя только проблемы.             Драко вздохнул, сердито и разочарованно. Он не начинал эту ссору, но кто бы ему поверил сейчас.       — Хорошо, Грейнджер, как скажешь. Я уйду.       Он повернулся к своей команде, и, не сказав больше ни слова, направился прочь с поля, сожалея о том, что позволил себе снова сорваться на этих идиотов. Он хотел избавиться от этой едкой злости, но если его никто не воспринимал иначе, возможно ему не стоило. К черту все.       Гарри и Рон, всё ещё полные гнева смотрели туда, где был взгляд Гермионы до тех пор, пока Драко и его команда не исчезли из виду. Гарри глубоко вздохнул, чувствуя, как напряжение постепенно уходит.       — Спасибо, Гермиона, — наконец сказал он, бросив взгляд на Рона, растирающего опухший нос. — Тебе не стоило обзывать его.       — Он заслужил! — воскликнул Рон.       — Что?! — выпалила Гермиона. — Вы первые начали? — она смотрела по очереди на Рона и Гарри, теперь понимая, почему Драко разговаривал с ней так спокойно, и почему решил уйти, послушав ее слова.       — Он сам нарвался! Он пришел на наше поле! — упорствовал Рон.       — Это немыслимо! — она всплеснула руками. — Он пытается измениться, но вы даже шанса ему не даете! Это ужасно, Рон!       Она отчитала его и повернулась туда, куда ушел Драко, но последние тени Слизерина растворились во влажном утреннем свете. На поле начали подтягиваться остальные игроки команды Гриффиндора, только что проснувшиеся и собравшиеся на раннюю тренировку.       Гарри, все еще сжимающий метлу, повернулся к Гермионе и тихо спросил.       — Ты уверена, что он хочет измениться? — он все еще помнил те оскорбления, что кинул Малфой. Не было похоже на то, что он стал мыслить иначе.       Но Гермиона кивнула. Взгляд Рона, который еще мгновение назад был полон ярости, теперь выражал насмешку над тем, как легко Гермиона поддалась на его извинения.       Но ему легко было судить.       Драко никогда не оскорблял его так, но никогда и не подходил с извинениями за все, что когда либо сделал.       Гермиона вздохнула и ушла на трибуны, чтобы не мешать началу тренировки, с твердым намерением вновь поговорить с Малфоем с глазу на глаз.

***

      Гермиона лежала на своей кровати в спальне для девочек, глядя в потолок. Она повернулась на бок, свернувшись калачиком под тяжелым покрывалом. Мысли о Малфое не покидали ее сознание, возвращаясь вновь и вновь, словно заезженная пластинка. Все произошло так быстро, что она почти не успела осмыслить: извинения, которые казались такими искренними... были ли они ложью? Неужели она действительно поверила человеку, который столько лет насмехался над ее друзьями и, в особенности, над Роном?       Она попыталась взять себя в руки, но перед глазами все стояла сцена на поле для квиддича, когда она услышала, как Драко злословил в адрес Рона и его семьи. Как Рон вытирал кровь с лица, очевидно, после удара. Как она могла быть такой наивной? Почему ей показалось, что он может измениться? Горячие слезы навернулись к глазам, но она быстро отмахнулась от них, борясь с эмоциональным потоком.       Размышления Гермионы были прерваны легким стуком в дверь, и через мгновение в комнату вошла Джинни. Увидев, в каком состоянии находится подруга, Джинни без лишних слов присела рядом на кровать. Она протянула руку и осторожно коснулась плеча Гермионы, дав понять, что она здесь и готова поддержать.       — Гермиона, я все знаю, — тихо начала Джинни, стараясь не испугать её. — Мне Рон все рассказал.       Гермиона вздохнула, хотя слова Джинни немного успокаивали её, тяжесть на душе оставалась. Она не переживала из-за Драко, девушке просто хотелось покоя, и казалось, что та битва с Темным Лордом должна была положить конец ненависти, но почему-то все складывалось не так.       — Спасибо, Джинни, — ответила она едва слышно. — Но мне так трудно вновь поверить кому-то. Я действительно думала, что он изменился. Даже Малфой казался другим… Но весь этот ужас, который он обрушил на Рона…       — Люди могут меняться, но, похоже, что не этот хорек, — продолжала Джинни, медленно гладя Гермиону по плечу. — Иногда на это может уйти много времени. И знаешь, я думаю, что конфликты между Гриффиндором и Слизерином тоже когда-нибудь прекратятся. Может показаться, что это невозможно, но время творит чудеса.       Гермиона закрыла глаза и вздохнула, поддавшись успокаивающему голосу подруги.       — Я бы хотела верить в это. Но тоже не верю, что Драко когда-нибудь изменится. Иногда люди просто существуют, чтобы делать жизнь других невыносимой. И я думаю, что он один из них.       Джинни усмехнулась, ее улыбка была немного грустной, но полна надежды.       — Ты, наверное, права — не все могут измениться. Но важно, что у тебя есть ты сама и друзья, которые всегда будут рядом. Мы уже победили. Остальное мелочи.       Гермиона медленно кивнула, ощущая тепло и поддержку Джинни. Её слова начали проникать глубже, даря понимание и утешение.       — Спасибо, Джинни, — тихо повторила она. — Я не знаю, что бы делала без тебя.       — Ты бы справилась, как всегда, — улыбнулась Джинни, удерживая её за руку.       Гермиона медленно поднялась, села на кровати и обняла Джинни. Её лицо еще было влажным от внезапно скатившихся слёз, но сила и тепло объятий подруги помогали успокоиться. Для обеих девочек эти моменты близости и поддержки значили больше, чем тысячи слов. Они разделяли не только общие переживания, но и дружбу, которая была способна справиться с любыми трудностями.       — Я думаю, нам стоит отвлечься и немного развеяться, — предложила Джинни, откинувшись назад и смотря на Гермиону с мягкой улыбкой. — Как насчёт того, чтобы после уроков выйти на улицу и подышать свежим воздухом? Может быть, погуляем по Хогвартсу или даже заглянем в Хогсмид за чем-то вкусненьким?       Гермиона улыбнулась, размышляя над предложением Джинни. Мысли о той драке всё ещё царили в её голове, но она начала понимать, что им нужно было двигаться вперед. Джинни права, мир полон замечательных людей, и её друзья всегда готовы поддержать.       — Хорошо, давай попробуем.       Согласилась Гермиона, чувствуя, что шансы на то, чтобы избавиться от тяжёлых мыслей хоть на короткий промежуток времени, действительно есть. Изменения начинаются с маленьких шагов, и сегодняшний день мог стать началом нового пути к внутреннему миру и гармонии.