Кафе на 5-ой авеню

      — ВНИМАНИЕ! ВНИМАНИЕ! ВНИМАНИЕ!       ВСЕМ УЧЕНИКАМ ОСТАВАТЬСЯ В ОБЩЕЖИТИЯХ СВОИХ ФАКУЛЬТЕТОВ! ПОВТОРЯЮ! ВСЕМ УЧЕНИКАМ ОСТАВАТЬСЯ В ОБЩЕЖИТИЯХ СВОИХ ФАКУЛЬТЕТОВ! В ПРОТИВНОМ СЛУЧАЕ, ВАС БУДЕТ ОЖИДАТЬ СУРОВОЕ НАКАЗАНИЕ! — голос директора Макгонагал, усиленный магией, отражался от стен, а коридоры Хогвартса, несмотря на то, что начало июля — пора экзаменов, были абсолютно пусты.       Инопланетное вторжение застало учеников Школы Чародейства и Волшебства в экзаменационном угаре. И, как не парадоксально, но главным чувством студиозов от вторжения была досада. А главным вопросом, что вертелся в их головах был: почему сейчас? Почему, Мордред и Моргана, вторжение случилось сейчас, а не до или после экзаменов?       Нет, в обычной ситуации, они бы, разумеется, испугались как и все остальное население планеты. Вот только учитывая то, что экзамены в Хогвартсе всегда были очень сложными, ученикам совершенно не улыбалось пересдавать их когда-нибудь потом. А то, что пересдача будет, никто из них не сомневался.       Джеймс Сириус Поттер сидел у окна в Башне Гриффиндора и смотрел наружу. День, как назло, был совершенно очаровательным. Над горами Шотландии светило по летнему веселое солнышко, а на небесах не были и намека на облака. Погода словно приглашала студиозов выйти и погреть себя под лучами солнца на душистом ковре из свежей, пока еще по весеннему сочной травы.       Вздохнув, староста Школы посмотрел в гостиную, где вокруг магического телевизора собрались все его софакултетчики.       «Согласно имеющимся данным, флот вторжения сосредоточен над Соединенными Штатами, а так же Тибетом», — из экрана на них смотрела миловидная ведущая в строгой мантии. По тону, с которым она зачитывала сводку, невозможно было понять, как она сама относиться к этой нестандартной ситуации, что свидетельствовало о ее профессионализме, — «отряды маггловских супергероев уже вступили бой с силами вторжения. О дальнейшем ходе боевых действий будет сообщено дополнительно…».       «Хорошо, что отец с Корнелиусом продавил таки идею маго-телевидения» — подумал Джим и влез в свой магофон. И вовремя. Почему-то именно сейчас оживился их семейный чат.       Рози: Как у вас дела? — прочитал он вопрос сестры.       Джим: Все прилипли к телеку. А у вас? — ответил он, краем глаза следя за обстановкой.       Рози: Тоже. Настроение паршивое. Все хотят домой.       Джим: Знаю. Абсолютно тупое решение, запереть нас в общежитии.       Джон: Может слиняем? - неожиданно, к ним подключился сидящий в небольшом отдалении от кучки Гриффиндорцев Джон.       Джим: А в глаз? - написал старший брат, пользуясь тем, что никого лишнего в переписке не было.       Джон: Спросить нельзя?       Джим: Не спрашивай глупость, не нарвешся на грубость.       Джон: : -р, — прислал он смайлик высовывающий язык, явно пользуясь тем, что старший брат не может прямо сейчас до него добраться, на что Джим закатил глаза.       Рози: Что по поводу экзаменов? Есть новости? Наши мелкие интересуются, — решила прервать обмен любезностями Рози, упомянув находящихся на их попечении Сигюн и Локи.       Джим: Пока никаких. Возможно, проведут завтра. А возможно и вовсе отменят.       Рози: Поняла. А что папа? Есть новости?       Джим: Сказал не высовываться, — написал Джим, вздохнув, и вспоминая утренний разговор с отцом, — и, в случае чего, ждать Антонина с Наташей. Они в Хогсмите.       Рози: Ясно. Тогда ладно, — ответила сестра и разговор на этом закончился.       «К другим новостям. Международная конфедерация магов собралась на экстренное заседание в связи инопланетным вторжением. В ходе заседания, члены Конфедерации единогласно проголосовали за совместные действия с маггловскими вооруженными силами…»       Краем уха прислушиваясь к новостям, Джим сидела у окна и размышлял о своем положении. Ведь он утаил от младших одну существенную деталь его разговора с отцом: семейные хроники и тайники. Да, старший Поттер передал ему местоположения всех тех мест, где хранились семейный архив, магическая литература и неподотчетная наличность, на случай, если у детей не будет доступа к банкам.       Не говоря уже о кодах и паролях от легальных банковских ячеек, а так же телефонные номера и другие контакты всяких разных нужных людей. А еще Джим узнал, что кафе Поттера-старшего посетила Вечная Госпожа и подробности ее беседы с отцом. И зная склонность родителя скрывать от семьи подобного рода информацию (кроме Гермионы), старший из детей Поттеров прекрасно понимал, что все его надежды на лучший исход не оправдываются. Иначе зачем отцу посвящать его в тайны семьи?       Увы, но Поттер-старший готовился к худшему и Джим понимал, что в этот раз все может сложиться совсем не так, как они бы все хотели. И по всему выходило, что на ближайшие дни именно он становился старшим мужчиной в семье. Не то чтобы раньше он им не был, просто теперь он кристально осознал ту ответственность, которую ему придется взять, если с отцом и матерью что-то случиться. А то, что Гарри и Гермиона Поттеры точно не усидят на месте, было ясно, как Божий день.       И в этой ситуации очень дорогого стоила короткая смс-ка от Франчески, которую он получил еще рано утром, когда экзамены на сегодня были отменены, а до студентов была доведена информация о вторжении.       «Я с тобой. Не волнуйся.»       Сама она сказать этого не могла, ибо была заперта в подземельях вместе с остальными слизеринцами, но и этого для Джима было достаточно. Тем более, что на нем была ответственность как за саму Фрэнки, так и за их «мелких», Сигюн и Локи.       Телевизор по прежнему выдавал новость за новостью. Ученики Гриффиндора без умолку галдели, обсуждая удивительные события, происходящие во внешнем мире. Вот только сам Джим, будучи старостой школы, не мог во всем этом участвовать. Увы, но пришло время патрулировать школу.       — Уизли. Маккинли. Томас. Финнеган. Оставляю все на вас, — бросил он присутствующим старостам Гриффиндора и, дождавшись нестройных заверений, что все будет хорошо, пошел на выход из башни.

***

      Непал. Катманду. Камар-Тадж.       Женщина с бритой головой и в монашеских, желто-красных одеяниях смотрела в небеса. Небеса, полные космических кораблей и летающих пришельцев. Не то, чтобы она не видела гостей с других планет. Но, увы… в этот раз их намерения были далеки от дружеских или даже просто мирных.       — Старейшая. Я все же настаиваю на том, чтобы вы ушли, — темнокожий мужчина, в одеждах похожего фасона, подошёл к ней, обеспокоенно наблюдая за небесами.       — Поверь, дорогой Мордо. Это уже не имеет значения, — сказала она спокойным, даже немного сонным голосом, — где Глаз?       — В безопасности. Там, где вы и велели, — ответил Мордо, продолжая стоять за спиной Старейшей.       — Еще что-то?       — Нет… нет, Старейшая, — Мордо говорил, но все его естество было против того, чтобы покинуть своего учителя.       — Тогда уходи. Этот бой — только для меня, — сказала она, а Мордо, задержавшись еще на несколько секунд, все же развернулся. Мгновение, и перед ним возник портал, в который Карл Мордо нехотя шагнул.       — А ведь я должна была умереть не так, — пробормотала Старейшая, сделав глубокий вдох и сев на ступеньки перед главным храмом Камар-Таджа и наблюдая за тем, как к ней летит космический корабль, — Хорошо, что у меня есть время на чай, — сказала она, и, открыв портал, достала оттуда заранее подготовленные в ее комнате чайник и пиалу. Налив себе ароматного напитка, Старейшая сделала первый глоток, погрузившись в воспоминания.       Некоторое время назад их посетил сам Один. Ее учителя и самого влиятельного правителя миров Иггдрасиля беспокоило будущее. А именно — судьба Камней бесконечности. Будучи хранителем одного из них Старейшая уверила Одина, что он в безопасности, однако, чуть усмехнувшись, он поведал о том, что Хеймдаль по его просьбе несколько дней следил за ее учениками и заметил нездоровые шевеления Кецилия.       Жгучая обида и разочарование в себе постигли ее в тот день, когда отряд эйнхериев и мастеров Камар-Таджа ворвались в келии Кецилия и его последователей. Увы, но в своей дурости и наивной надежде на силу и власть, они решили призвать в этот мир самого Дормаму, владыку темного измерения, и Старейшая была рада, что царь Один решил этому всему воспрепятствовать. В обратном случае, Старейшая совершенно не представляла, как бы они справились.       Ведь тот вариант будущего, где бы она оставила пост Верховного Чародея Земли достойному кандидату, внезапно испарился. Изменение было настолько внезапным, что она даже решилась посетить Санктум Санкторум в Нью-Йорке. И какого же было ее удивление, когда вместо искалеченного и разбитого мужчины Старейшая увидела успешного нейрохирурга и счастливого отца двух детей доктора Стрэнджа.       Старейшая сделала новый глоток и улыбнулась. В тот день она просмотрела бесчисленное количество вероятностей, где Стрэндж таки становиться ее преемником. Некоторые ее устроили, некоторые нет, но ни в одной из них Стивен не был настолько счастлив, как здесь и сейчас. И Старейшая отступила. Пускай ей это было не очень по душе, но новым Верховным Чародеем и хранителем глаза Агамото теперь будет Мордо. Он — самый сильный среди них.       — Ах, Кецилий, Кецилий. Ну зачем, зачем ты поспешил, — печально пробормотала она, сделав последний глоток чая и отложив пиалу. Был ли смысл в ее самопожертвовании? И да, и нет. С одной стороны, Старейшая была единственным из мастеров кто, в теории, был способен одолеть Таноса. Таким, в ее понимании, был бы Стрэндж, но — не судьба!       С другой же стороны Старейшая банально устала. Устала от жизни и ее разочарований. Устала бегать от смерти и притворяться вечной. И, главное, устала черпать силу в Темном измерении. А ведь она уже почти что достигла предела. Еще немного и обитатели той реальности смогут через нее проникнуть в материальный мир. Так что бой с Таносом виделся ей достойным концом ее такой длинной и полной приключений жизни.

      Корабль становился все ближе, а солнце все больше клонилось к закату, окрашивая Катманду и окрестные горы в розовый, оранжевый и красные цвета. Воистину, прекрасный день для заката ее жизни.       — «Пусть дорога поднимется, чтобы встретить тебя. Пусть солнце согревает мое лицо, а дожди мягко льются на мои поля. Огонь, земля, вода, воздух, благословите меня. Дайте мне вашу силу, мудрость и защиту. Духи моих предков, я приветствую вас. Ваши мудрость и опыт направляют меня. Помогите мне на моем пути», — прикрыв глаза, Старейшая вспомнила несколько кельтских молитв, дабы укрепить собственную решимость. А когда она их открыла, корабль уже приземлился перед храмом.       Мгновение и опустившаяся аппарель явила миру великана с лилового цвета кожей, безволосой головой и широкими плечами. Он не был одет в броню, но держал в руках клинок. Лицо его было полно решимости, так что Старейшая отбросила последние надежды на то, что она уйдет отсюда живой. Ведь даже если ты устал, пускай и глубоко в душе, но ты все равно хочешь жить, не так ли?       — Приветствую хранителя Камня Времени, — прогрохотал гигант.       — Приветствую и я тебя, титан Танос. По какой нужде ты пришел в мой храм? — спросила она, продолжая сидеть на ступеньках, понимая, что все это, в общем-то, бессмысленно.       — Я пришел за камнем, — кратко и по существу заявил он, на что Старейшая спокойно ответила.       — Я не могу тебе его отдать. Особенно, учитывая то, что ты планируешь, — сказала она, смотря прямо в глаза Таноса, на что тот кивнул.       — Я и не надеялся на понимание, — пророкотал он и встал в боевую стойку, давая Старейшей время подготовиться. Мгновение и Старейшая сама встаёт в боевую стойку.       Первый удар нанесла она. Спрессованная в руке зеркальная поверхность ударилась и отскочила от огромного, двухметрового клинка Таноса, после чего сам титан так же нанес удар, правда, старейшая довольно легко увернулась от него и отскочила, лишь чтобы вновь атаковать.       Этот бой напоминал поединок слона и гепарда. Быстрая и ловкая Старейшая наносила удар за ударом по более массивному и не очень подвижному Таносу, довольно легко уклоняясь от его смертоносных ударов. Вот только почему-то как бы она не старалась, но даже задеть титана ей не удавалось. Каждый ее удар был смертельным, но каждый раз Танос то отбивал, то уворачивался от нее.       — Неплохо. Мне нравится этот бой, — вдруг заявил Танос, — надеюсь, что хранители и других камней меня не подведут.       — Ты настолько уверен в победе? — спросила Старейшая, нанося очередной удар своими магическими веерами. Впрочем, безрезультатно. Более того, она чуть не угодила под клинок Таноса.       — Она предопределена, — заявил Танос и вдруг оказался прямо перед ней и… дальнейшее Старейшая помнила лишь урывками. Удар в голову, затем падение… Голова трещала и готова была развалиться на части, а все тело ломило. Старейшая не могла понять каким образом он оказался рядом с ней?       — Мой господин, — через звон в ушах, Старейшая услышала голос нового действующего лица и с трудом подняла голову. Весь мир плыл перед ней, но Старейшая видела, как высокий гуманоид почтенного возраста встал на колено перед Таносом, — позвольте преподнести вам Камень Времени.       — Отлично, Мо. Ты молодец, — сказал Танос, а Старейшая во все глаза смотрела на то, как Эбони Мо преподносит Глаз Агамото своему господину.       — Нет! … Мордо… — пробормотала она, встав на четвереньки и пытаясь придти в себя. Сила Темного измерения струилась в ней, но увы, удар оказался слишком сильным.       — Ты всерьез думала, что я не найду твоего ученичка? — взяв Камень Времени, Танос осмотрел его на свету заходящего солнца, — знай же, что я — сама неотвратимость. Я тот, кто принесет баланс в этот мир. И простенькие уловки не остановят меня, — заявил Танос с легкой снисходительной улыбкой и кивнул Эбони Мо, который тотчас же скрылся на корабле, а через мгновение, вернулся оттуда держа в руках огромную золотую перчатку!       — Пер-чатка? Но… Нидевелир… — Старейшая была в курсе атаки на Асгард, ее причинах и результатах, и меньше всего она ожидала увидеть это!       — Во вселенной хватает талантливых мастеров, что способны сотворить чудо, — горделиво объяснил Танос и, надев ее на руку, поднес камень времени к одному из отсеков, где уже находились камни реальности и пространства. Установив зеленый камень, Танос достал из кармана Камень Силы. Секунда и четвертый камень занимает свое место на Перчатке бесконечности.       — Но… тогда… почему ты… сражался… — слова давались ей нелегко. В глазах по прежнему двоилось, а вестибулярный аппарат не желал слушаться.       — Я уважаю сильных противников. Не будь моя миссия важнее этого боя, я бы, возможно, даже проиграл, — вполне трезво оценил он свои силы в бою со Старейшей, — потому-то я воспользовался Камнем Силы.       — Ты все равно не победишь, — собрав последние силы, Старейшая встала на колени и посмотрела в глаза Таноса, — ты не бог. И никогда им не будешь, — сказала она, одновременно стараясь наколдовать зеркального клона. «Нужно сообщить… нужно рассказать» — билось в ее голове мысль.       — Не важно, бог я или нет. Важно то, что камни сделают меня сильнее богов. Всех богов, — заявил он и, подойдя к Старейшей, занёс над ней клинок, — Этот дар тебе, моя Госпожа, — произнес Танос и срубил голову Старейшей с плеч.

***

      Тем временем, женщина с бледной кожей и темным одеянием, стояла на самой высокой горе этой планеты, подставив лицо шквалистым порывам ветра. Она прикрыла глаза, вытянув руки по сторонам, словно желая взлететь. Но поражало иное… ее губы. Они растянулись в довольной улыбке сытой хищницы, которая только что закончила вкуснейшую трапезу.       — Хммм, — довольно протянула она, — наконец-то. Еще одна душа ещё одного бессмертного беглеца. Ты не перестаешь меня радовать, милашка Танос, — сказала она и открыла глаза, — осталось только два камня. Интересно, сможет ли он их достать? — спросила она в никуда и окинув в последний раз окружающий её горный пейзаж, исчезла.       Её ждало новое зрелище!