Разбитые и разнеженные

Снова вся группа собралась только через пару дней, но Моракс был основательно подготовлен к разбору полётов, с серьёзным видом дожидаясь третьего гитариста с Чайлдом и Скарамуччей на студии. – Блять. Да я его прибью скоро, – процедил Моракс, наблюдая за тем, как минутная стрелка продолжает двигаться, указывая на то, что парень опаздывает уже на пол часа. С тех пор как у них появилась потребность в серьёзных репетициях, в силу прибавления одного человека и нужде в чётко составленной программе, репетиции тоже стали рациональнее и даже Чайлд, который на первый взгляд казался легкомысленным всегда приходил вовремя, если не заваливался на порядок раньше, чтобы просто позависать. В отличие от того, кто сейчас раздражал Моракса больше всего. Скарамучча пытался отвлечь всех от негативных мыслей, сидя вплотную к Чайлду, сдерживаясь от того, чтобы лишний раз проявлять тактильность, не зная как на это отреагирует Моракс, хотя Чайлда такие страхи явно не одолевали. – Зато он вроде неплохой басист? Мне показалось вы звучите неплохо... – Пытался сгладить углы Скара, когда Чайлд тяжело вздохнул, сваливаясь затылком ему на колени и закидывыая ноги на диван, лениво потягиваясь, тем самым заставляя Скару немного смутиться. – Даже не пытайся, Скар. Мы все понимаем что это было очень средненько, а набирать участников по объявлению – это изначально сомнительная идея, – пробормотал Чайлд и приподняв брови заглянул в глаза, чуть пожимая плечами, мол, попытка была неплохая. Входная дверь наконец скрипнула и парень ввалился на студию, замирая в проходе и окидывая взглядом сначала суровое выражение лица Моракса, а после Чайлда, который поднялся с колен Скарамуччи и тоже уставился на него, складывая руки на коленях. – Так ты все таки соизволил прийти... – С издевкой протянул Чайлд, прищуриваясь, а глаза вошедшего тут же начали бегать, хотя он старался скрыть нервозность в нарочито лёгкой походке. – Простите, у меня дома случились непредвиденные обстоятельства, – он упал на стул, заглядывая в записи Моракса и наивно похлопал глазами. – Какие к черту непредвиденные обстоятельства? Мама опять заставила мыть посуду? – Теперь уже Моракс взорвался, припоминая как однажды парень уже использовал эту отговорку, когда очередной раз опоздал и хотя тогда все свели к шутке, всем было понятно, что этот двадцатилетний амбал просто никак не начнёт брать на себя ответственность за свои действия. – Да ладно вам, ну опоздал немного, с кем не бывает. Скарамучча вообще приходит когда хочет, – и тут уже Скара распахнул глаза от такой наглости, уставившись на парня и растерянно оглядываясь. – Что блять? Какого черта ты сравниваешь свои опоздания на обязательные репетиции с тем, как он сюда приходит в гости? Ты совсем идиот? – Чайлд не скупился на ругательства, вскакивая на ноги и размахивая руками, имея попытку даже сжать кулаки, угрожающе делая шаг в его сторону, но Скарамучча тут же вскочил рядом, сжимая его плечо и опуская обратно на диван, а Моракс раздражённо вздохнул, переворачивая бумаги. – Ладно, опустим. Меня больше волнует что было на выступлении. Чайлд, тебе нужно будет что-нибудь сделать с переборами или убирать их из партий, потому что это было как-то смазано, – начал Моракс, надеясь хотя бы так утихомирить разбушевавшееся настроение, а Чайлд почесал затылок криво улыбаясь. – На самом деле, кажется, я не чувствовал пальцев первые три песни от страха, – усмехнулся Чайлд и напряжение в комнате немного спало, даже Моракс будто немного расслабился, а басист разразился смехом. – Ты серьёзно? Ещё скажи, что ты впервые раз на сцену вышел, – парень произнёс это с явной издевкой, не зная что бьёт по самому больному и тут уже Моракс поднялся на ноги. У Скарамуччи по спине пробежал холодок и он сильнее сжал ладонь Чайлда. Он старался доверять парням, но от таких непривычно агрессивных всплесков эмоций, его бросало в дрожь, а в памяти всплывали неприятные воспоминания и от этого к горлу успел подступил ком. – К тебе у меня отдельный разговор. Ты три раза подряд подключился не к тому каналу, потом прибавил свой чертов бас, почти заглушая соло. А мину ты свою видел? Какого черта ты как истукан стоял, как будто одолжение всем делаешь, – Моракс медленно приближался, изливая все то, что копилось в нем последние недели, пока Чайлд переводил взгляд с него на бедного парня который аж сжался от такого напора. – В общем, спасибо, что сыграл с нами, но на этом наши пути пожалуй расходятся, – тихо процедил Чайлд, вызывая этим ещё больше негодования у парня, который тоже рывком поднялся. – Нет, ну погодите, вы не можете просто выгнать меня, – нервно усмехнулся он, качая головой и вскакивая со стула, – я потратил на вас целый месяц! – Какой герой... – протянул Чайлд, равнодушно выгибая бровь, а после упал обратно на диван, – я все сказал, выход знаешь где. – Господи, да это вы просто кучка идиотов. Тоже мне, артисты! Мужик без нормальных целей на жизнь и сладкая парочка, которая дальше своего носа не видит и строит из себя не пойми что! Сдались вы мне. Да катитесь к черту! – Дверь с оглушающим грохотом захлопнулась и Моракс, потёр виски, тяжело вздыхая в повисшей тишине. А Чайлд почесал затылок, боясь, что сказал лишнего в порыве эмоций. Еще несколько секунд все пытались умерить пыл, а Скарамучча просто сидел, подогнув к себе колени, надеясь не попасть под горячую руку, пока Моракс не вздохнул и не поднялся на ноги. – Ну и мудак же. Пойдёмте-ка поедим, ребята, вы заслужили. Чайлд кивнул и не сговариваясь все просто забили на произошедшее. Было даже забавно как в моменте Моракс с Чайлдом начинали играть в игру на перебрасывание инициативы по устранению неловких и напряженных ситуаций, а Скарамучча почти с восхищением каждый раз за этим наблюдал, наслаждаюсь комфортом, который они могли создать из ничего даже в самых сложных ситуациях.

***

Через пару дней, Чайлду позвонили и предложили выступить в ещё одном месте и на этот раз они решили подойти основательнее к выбору коллектива. Но из раза в раз все шло наперекосяк, как оказалось просто хорошей игры было недостаточно и половина кандидатов были просто последними кретинами, которые то неуместно пошутят, то  прокомментируют что-нибудь отвратительное, а со временем навыки при опросе стали вообще второстепенным критерием и половину разговора с кандидатами Моракс с Чайлдом уделяли именно характеру. На сегодняшнюю репетицию должен был прийти очередной кандидат, но пока Чайлд просто настраивал гитару, пока Моракс продолжал дописывать партитуру, а Скарамучча сидел прижавшись к Чайлду за его спиной, обняв за талию и прикрыв глаза, улегшись на лопатках. Им не нужен был контекст или причина, а Мораксу было по большей части все равно. По крайней мере он качественно делал вид, что это так. И Скарамучча начинал понемногу понимать, почему Чайлд так ценит этого друга. Моракс мог легко найти язык почти со всеми, но никогда не пытался кому-то целенаправленно угодить или подлизать. Он просто существовал и всем своим видом вызывал доверие и уважение, так что для того, чтобы полностью расслабиться перед ним, Скарамучче оставалось только узнать об их с Чайлдом отношениях. Один раз Скарамучча все же уточнял у Чайлда, насколько близко и насколько они могут быть рядом и тот оказался сторонником прилюдных обжиманий, в то время как Скарамучча предупредил что не хотел бы лишний раз делать что-то при чужих людях. Правда никто из них так и не поднимал тему того, какие именно у них отношения, что обоих изрядно тревожило. Мысли Скарамуччи все вились вокруг того, что Чайлд действительно был старше и более зрелым, а погрязший в самоненависти Скарамучча боялся надумать себе слишком много, но продолжал держаться за Чайлда, хотя бы как за спасательный круг в его хаосе. Дверь осторожно открылась и в студию заглянула миниатюрная девушка с гитарой на перевес. Большие ботинки, обилие цветного железа,  заколки и два хвостика. Моракс закатил глаза, Скарамучча неторопясь отодвинулся на другой край дивана, сворачиваясь на подушках и наблюдая за всем из своего угла, а Чайлд поднялся на ноги, приветствуя гостью. Они немного поболтали, девушку познакомили со всеми членами группы, рассказали про свой репертуар, хотя она как будто пропускала половину мимо ушей, постоянно доставая телефон и переспрашивая о том, что ей уже сказали. А когда время дошло до самой репетиции, она поставила камеру, наигранно махая в неё рукой и только после начиная играть. Это должна была быть штатная репетиция, но она начала вставлять свои комментарии и изменения и если сначала Чайлда это обрадовало, потому что казалось, будто она действительно хочет быть участливой, то со временем стало понятно, что она уводит их стиль в попсу и к концу репетиции уши Чайлда и Моракса готовы были свернуться в трубочку. – Что ж... Это было необычно... – Задумчиво протянул Моракс, но девушку ничего не смущало. За последнее дни парни повидали столько заносчивых особ, что теперь казалось бы нечему удивляться, но она продолжала тораторить все подряд, снимая себя на камеру, игнорируя все происходящее. Парни уже собрались и начали выходить, Скарамучча вынырнул из своего укрытия, проскальзывая пальцами в ладонь Чайлда, слегка сжимая и собираясь выходить, как девица неожиданно повернулась на Чайлда, без доли сомнения продолжая все это снимать. – Ой, вы же встречаетесь? – Моракс с тихим стуком упёрся головой о дверной косяк, разочарованно вздыхая, Чайлд ещё пару секунд только стоял, пытаясь разобрать в этом абсурде, что именно от него ждут и только Скарамучча скривился, обвивая руку чайлда уже плотнее и раздражённо бросил. – А что, не очевидно?