Разбитые и разнеженные

– Эй, Скар, как дела с домашкой? – Высокий неприветливый парень, уселся перед Скарамуччей, складывая руки на парте и выгибая бровь расплылся в кривой ухмылке. – У меня? Все отлично, в отличие от тебя, по-видимому, – процедил Скара, хмурясь и откидываясь на спинку стула – Какой догадливый! – Наиграно всплеснул руками одногруппник, наклоняясь ниже и восхищенно протянул, – Сразу видно отличник! Давай сюда. – Да схуяли? – Резко бросил Скарамучча и сжал губы. В аудитории, казалось, повисла тишина, с лица парня сошла даже напускная обходительность, а сам он медленно поднялся со стула, опираясь о парту, теперь возвышаясь над ним, поднимая брови в издевательской усмешке, отчего по спине Скары прошлась волна ледяных мурашек, а сердце казалось ушло далеко ниже рёбер, заставляя желудок скрутиться. – Смеёшься? А схуяли нет? – Потому что я делал её пол вечера, а ты ни разу пальцем не пошевелил. Странно, что тебя все ещё не отчислили, – прошипел Скарамучча, сжимая пальцы в кулак. Он начинал понимать что снова сдаёт, а его аргумент сейчас звучал ни разу не убедительно в отличие от колкостей одногруппника, ещё немного давления и он прогнется и на глаза почти наворачивались слезы от того, что это снова произойдёт. Буквально пару дней назад, пока Чайлда не было на студии, Моракс неожиданно предложил свою помощь с заданием, над которым Скара бился уже минут сорок. И оказалось, что его знания по теории куда шире, чем кажется на первый взгляд, даже зная, что он окончил музыкальную консерваторию. Кроме того, его преподавательские навыки тоже были не так плохи, так что работа неожиданно пошла очень быстро и уже через пятнадцать минут, когда Чайлд наконец закончив с работой пришёл на студию, он застал этих двоих за завершением домашней работы Скарамуччи. Тут же, как бы между прочим, выяснилось, что знания и не идеальный слух, далеко не самая большая проблема Скарамуччи на учебе, так как с одногруппниками у него все ещё не ладилось. – Учти, что теперь, это не только твоя работа, – Моракс почти угрожающе обратился к Скарамучче, – дашь кому-нибудь списать "просто, потому что", разговаривать будем по-другому. Чайлд конечно уверил дома Скарамуччу, что это просто попытка Моракса на мотивацию, но даже если так, получилось у него неплохо. Конечно, Моракс, даже если в шутку, планировал запугать, но Скарамучча просто начал обдумывать свое положение среди одногруппников и это удручало, как и Чайлда, который и вовсе решил перестать лишний раз поднимать эту тему, но всегда особенно беспокоясь, когда настроение Скары после учёбы было совсем низкое. Он не был изгоем и не вступал в конфликты, не игнорировал, когда к нему обращались, но за общением других смотрел только издалека и когда в начале сентября он, разбитый и потерянный не смог влиться ни в одну компанию, попытки это исправить как то быстро сошли на "нет". Скарамучча ужасно храбрился перед предстоящим учебным днем, но когда над ним возвысился один из самых крупных и агрессивных соседей по аудитории, который редко предпочитал что-то делать самостоятельно, запал слегка поутих, как и сердцебиение, трепещущее, где-то в горле. Скарамучча почти потянулся к тетради, чтобы передать её через стол, когда из-за его спины кто-то выхватил её прямо из-под пальцев обидчика. – Ой, мне кажется или произошло какое-то недопонимание, – Хэйдзо оперся о парту Скарамуччи, вальяжно открывая первую страницу, – хм, Дотторе, вот же неожиданность... Она не твоя. Парень приподнял брови, смотря прямо на Дотторе и хлопая ресницами, пока тот не прищурился. – Я думаю, мы сами как-нибудь разберёмся, – процедил он, а Хэйдзо равнодушно покачал головой, после тоже прищурившись впился взглядом в Дотторе. – Теперь с этим разбираться будем мы, – отчеканил Хэйдзо, переводя взгляд на ошарашенного Скарамуччу и подмигнул. Хэйдзо было сложно не запомнить, он был один из компании отличников, которые зависали обычно обособлено, но при этом всегда выделялись. Скару восхищало их умение стоять за себя, которым сам он владел очень криво. Из всей группы, сейчас отличников было всего пятеро, включая Скарамуччу. Но эти четверо держались вместе чуть ли не с первого учебного дня, а Скара все ещё оставался одиночкой, так что сейчас он и правда был ошарашен неожиданным вниманием Хэйдзо. Было очевидно, что Дотторе, даже учитывая его габариты, не полезет к Хэйдзо – на первый взгляд щупленькому мальчишке, который на голову был его ниже, но при этом имел разряд по универсальному бою, по крайней мере по слухам, гуляющим по группе. Теперь Дотторе, злобно чертыхаясь себе под нос, поднялся, бросая вполне красноречивый взгляд на Скарамуччу и удалился. – Наконец-то ты ему хоть что-то ответил, а то смотреть на тебя страшно, – усмехнулся Хэйдзо, возвращая тетрадь и уселся верхом на стул перед Скарамуччей, где только что сидел Дотторе. – А что, правда все сделал сам? – Хэйдзо выгнул бровь, приоткрывая страницы и заглядывая внутрь, пока Скарамучча пытался хотя бы немного переварить происходящее. – Ну... Да... А разве вы не делаете все, что бы учиться так как учитесь? – Скарамучча почему-то почувствовал себя очень глупым и наивным, ещё и имея ввиду сразу всю компанию, хотя сейчас разговаривал только с Хэйдзо, но тот только пожал плечами. – Я обычно отдаю свою домашку по теории Венти, а тот пишет музыкальную литературу, сольфеджио Сяо лучше всего знает, а историю Кадзуха расписывает так, будто лично там бывал, – Хэйдзо рассмеялся, а Скарамучча  продолжал хлопать глазами, растерянно смотря прямо на него, а после вздрагивая, когда рядом на стул упал Кадзуха. – Доброе утро, – чуть улыбнулся он Скарамучче и отсалютовал Хэйдзо раскладывая свои вещи и Скаре показалось, что он сейчас взорвётся от растерянности, переводя взгляд с одного парня на другого. – Тут не занято? Ты не против если я сяду? – Все же решил уточнить Кадзуха, замечая растерянность Скарамуччи и сам немного теряясь. Мысли носились по всей голове и никак не хотели выстраиваться во что-то адекватное и Скара вздохнул, стараясь успокоиться. Он соврал, если бы сказал, что компания отличников его отталкивала, даже напротив, он хотел бы иметь кого то, с кем можно обсуждать или учёбу, да и в целом общаться вне неё. Но страх всегда не давал сделать ничего больше "привет" утром, случайно сталкиваясь с одним из парней и сейчас, когда они сами неожиданно к нему подсели у Скарамуччи было много вопросов, которые очевидно читались на его лице. – Или против? – Теперь уже Хэйдзо чуть встревоженно нахмурился, склоняя голову и заглядывая в глаза. – Нет! Нет, конечно, я просто немного... Удивлён, – нервно усмехнулся Скарамучча, вскидывая руки и нервно прикусывая губу в кривой улыбке. – Мы тоже немного удивлены... Тому, что ты материшься пол класса. Боюсь тебе бы прилетело, продолжись это все лишние пол минуты, – и Хэйдзо махнул головой в сторону преподавателя, который уже успел зайти в аудиторию, – да и Дотторе что-то перестал чувствовать границы... Хэйдзо процедил это даже с какой-то ненавистью, а Кадзуха только пожал плечами продолжая слегка улыбаться. – Вы так мило болтали, что я думал, что мне можно подсесть... – Это объяснение звучало одновременно так забавно и честно, что все трое на секунду замерли, после раздражаясь смехом. Венти с Сяо тоже присоединились, но зашли в класс только за несколько минут до звонка. Скара не помнил когда в последний раз видел их порознь, несмотря на то, что они казались ему чуть ли не противоположностями. Венти почти сразу завёл активный разговор о предстоящей паре, в то время как Сяо только молча сидел за соседним стулом, периодически как бы случайно, подавая Венти то, что ему нужно или поднимая карандаш, который не выдержав активного жестикулирования парня улетел на другой конец парты. Скарамучче было интересно наблюдать за ними в такой близости. Он всегда особенно любил высматривать кого нибудь из группы, сидя на последней парте и отмечая для себя что-нибудь интересное, но здесь, он чувствовал себя внутри целого живого организма. Это чем-то походило на наблюдением за Чайлдом с гитаристами, но здесь ему все было в новинку. Хэйдзо мог быть довольно агрессивным, резко выражаться по многим вопросам, но очевидно не давал никого в обиду в силу своего острого языка и авторитета. Венти был старостой группы и казалось был самым легкомысленным, но в то же время самым активным, у него всегда были ответы любые вопросы и он легко находил общий язык с каждым. Кадзуха был одним из самых мягких и понимающих, он умудрялся скруглять все острые углы и регулировать порывы Венти, но тоже активно принимал участие в диалоге, хотя и оставался спокойным. Сложнее всего было понять Сяо, потому что даже просто встречаясь с ним взглядом, хотелось тут же отвернуться, он почти всегда молчал, но держался почти вплотную к Венти и складывалось ощущение, что и глубокого интереса к учебе он не питает. Скарамучче ещё долго было страшно даже просто лишний раз пошевелиться, потому что теперь у него был сосед по парте, в отличие от предыдущих трех месяцев, когда вторая половина стола неизменно пустовала. И ещё долго не мог успокоиться от такого количества внимания, которое было обращено в его сторону, хотя на удивление, через пару занятий оказалось, что работать, когда под рукой есть одногруппник немного легче, а давать списывать или помогать кому-то можно не находясь на смертном одре. День был удивительно долгим, на улице уже стемнело и пошёл очередной лёгкий снегопад. Парни вышли из консерватории одновременно, обсуждая все подряд. Какое-то время всем было по пути, но после Венти с Сяо отделились, заворачивая на другую улицу, а ещё через несколько минут они проходили мимо дома Хэйдзо, так что с ним тоже пришлось попрощаться. Скарамучча планировал зайти в кофейню, где работал сегодня Чайлд и они с Кадзухой ещё какое-то время шли в тишине, слушая только шорох снега под ногами. Первая неделя декабря только начала подходить к концу, а сугробы уже начинали мешать ходить, потому что снегоуборочную технику не торопились выгонять на работу, так что в дни, когда снегопад валил целыми днями, к вечеру ходить становилось труднее. – А ты правда не против того, что мы так к тебе так прилипли? Ты весь день выглядел таким растерянным... – Задумчиво спросил Кадзуха, вырывая Скарамуччу из собственных мыслей и заставляя его повернуться. – Конечно! Просто... Неожиданно было что ли, с чего вдруг вам... – Он сделал на этом слове особенный акцент, как будто они и правда были чем-то особенным и возвышенным, а Кадзуха только подавил смешок, прикрывая рот рукой и отворачиваясь, заставляя Скарамуччу смутиться. – Что? – Воскликнул он и непонимающе уставился на Кадзуху, которому было все смешнее. – Прости, прости! Просто нам казалось, с чего бы такому как ты... – Он передразнивающе сделал акцент на этом слове и непонимание в глазах Скарамуччи только росло и Кадзуха поторопился объясниться, продолжая сдерживать улыбку. – Мне сразу казалось, что было бы славно сидеть всем вместе, но ты всегда был так отстранён, что мы решили что ты и вовсе не хочешь ни с кем общаться... Хотя в последнее время выглядишь получше, – Кадзуха чуть толкнул Скару в бок, чуть усмехаясь, – повезло, что Хэйдзо оказался в нужное время в нужном месте. Скара кивнул и еще пару минут они шли в тишине. – Надо будет сказать ему спасибо... – Задумчиво пробормотал Скарамучча, выдыхая облачко пара. – Да, надеюсь в понедельник ты не исчезнешь, – парировал Кадзуха и Скарамучча невольно улыбнулся. Они наконец дошли до кофейни и начали прощаться. – Оу, ты туда? Тебе не составить компанию? – Немного сконфуженно поинтересовался Кадзуха, заглядывая в окна уютного кафе, которое уже готовилась к закрытию. – Нет, нет! Она уже закрывается, я просто должен там кое с кем встретиться. Увидимся в понедельник, – неловко улыбнулся Скарамучча и снова попрощавшись, забежал в тёплое помещение, облегчённо выдыхая, чуть ежась.

***

– Вечерочка, Ху Тао! – Скарамучча стянул шарф и расстегнул куртку, здороваясь с официанткой, суетливо бегающей перед барной стойкой и коротко улыбнувшейся гостю. – Привет, Чайлд уже в раздевалке, можешь пройти, – только быстро бросила девушка, тут же испаряясь. За последние несколько недель Скарамучча все чаще наведывался сюда и никто уже не удивлялся, когда он заглядывал чтобы просто поболтать или встретить Чайлда, а в дни когда начальства не было в заведении, иногда даже разрешали заглянуть в служебные помещения с Чайлдом. Скарамучча тихо проскользнул в раздевалку, окидывая взглядом небольшое слабоосвещенное помещение, вдоль стен которого стояли шкафчики и небольшие скамейки, а углы были забиты всякими коробками. Чайлд и правда был там, в одиночестве стоя спиной к парню и копошась в своём шкафчике, после стягивая с себя рубашку униформы. Даже находясь у входа, Скарамучча слышал музыку, которая гремела в чужих наушниках и из-за которой он остался незамеченным. Взгляд неосторожно скользнул по лопаткам и позвоночнику и Скарамучча прикусил губу, стараясь сдержать улыбку. Он медленно приблизился к Чайлду, продолжавшему стоять к нему спиной, а после опустил холодную после улицы руку между лопаток, заставляя вздрогнуть. Чайлд замер, только слегка поворачивая голову и музыка в наушниках стихла, а пальцы Скарамуччи продолжили двигаться. Он обрисовывал кончиками пальцев каждый позвонок, иногда слегка царапая ногтями и поднимаясь выше, обхватил шею, чуть усмехаясь, замечая мурашки на спине и то, как Чайлд чуть отвернул голову, подставляясь под прикосновения. Скара привстал на носочки, теперь поглаживая трахею и подбородок и вздохнув, опалил шею холодными дыханием и притянул к себе, заставляя развернуться и коротко целуя уголок губ, расплывшихся в довольной улыбке. – И тебе привет, Скар, – хрипловато усмехнулся Чайлд, чуть склоняя голову и забираясь руками под куртку, обвил талию, прижимая к себе, пока Скарамучча продолжал обнимать его шею, скользя по коже холодными пальцами, чуть сжимая и прищуриваясь, чувствуя как чужие руки в ответ чуть сильнее напрягаются на его талии. – Давай шустрей, я домой хочу, – через несколько секунд хихикнул Скарамучча в самые губы, коротко целуя их и чуть отстраняясь, вернулся к выходу, разрывая их неожиданную близость и опускаясь на скамейку. Чайлд быстро переоделся под пристальным взглядом Скарамуччи, который не отвёл взгляда ни от голого торса, ни от нижнего белья. Чайлд хотел было прокомментировать, но стоило пару раз пересечься с ним взглядом и он оставил эту идею. По коже Чайлда все ещё гуляли мурашки от ощущения холодных пальцев на своей шее и даже если он все ещё чувствовал, как Скарамучча удерживает дистанцию, то куда приятнее было осознавать, что эта дистанция постепенно уменьшается и Чайлд не планировал нарушать эти короткие попытки неуместными шутками. – Как день вообще прошёл? – Бросил Чайлд, наконец натянув на футболку ветровку и завязывая шарф, направился к выходу, по пути приобнимая Скарамуччу за плечи и целуя висок. – На удивление неплохо. Я умудрился.. Познакомиться? – Скарамучча с трудом подбирал слова, но войдя во вкус, всю дорогу продолжал воодушевленно рассказывать о парнях из школы, об их болтовне и всем остальном, пока Чайлд не переставал улыбаться. Снег тихо скрипел под подошвой, на улице уже совсем опустело, а падающие с неба хлопья заставляли ежиться, но парни сделали ещё два круга по парку перед тем как монолог Скарамуччи наконец подошёл к концу и они повернули в сторону дома. – Они все это время оказывается хотели со мной общаться, ты представляешь? – Мне ли не представлять...