Доминант моей души

— Что я здесь делаю, Люциус? — Северус скрещивает руки на груди, не желая ничего, кроме как продолжать нежиться в постели. — Тебе нужно кое-что увидеть. Северус с подозрением спрашивает, — Что? — Мне не сказали, что там, только то, что тебе нужно это увидеть, — На явное нежелание Северуса Люциус говорит, — Пожалуйста, ради меня, мой друг. Северус резко кивает. Он подходит к Омуту Памяти, словно приближаясь к опасному существу. С неохотой он погружается в воспоминания. Это воспоминание Драко, Северус наблюдает, как тот входит в Выручай-комнату. Он чувствует печаль, которую чувствует Драко, когда входит внутрь. Северус задыхается от увиденного перед ним. Фоукс находится рядом с другим Фениксом, чьи перья тусклые и поредевшие. Северус никогда не видел такой скорби и горя от Феникса, даже когда умер Альбус. Хуже того, он сам стал причиной этого. Он превратил Рона, своего сильного Доминуса, в жалкое, убитое горем месиво. Его неуверенность подстегивала его, и он позволил страху победить. Северус сбежал, как трус, от своего Доминуса и заставил их обоих страдать. Поппи обеспокоенно осматривает Рона, — Я боюсь, если мы не найдем Северуса в ближайшее время, воля Рона к жизни угаснет, как и сама жизнь. Его животная сторона решила, что если он не может получить свою Аниму, он не хочет жить. Северус выходит из памяти, — О, Мерлин. Что я наделал? — Впервые то, что говорили Сириус и Люциус, проникает в его сознание. Его пара, его Доминус, умирает, и это его вина, — Я должен вернуться. — Иди, мой друг. Не обращая внимания на то, что он в пижаме и его волосы спутаны, Северус бросает летучий порох и кричит, — Кабинет директора школы чародейства и волшебства Хогвартса, — Он проходит внутрь и начинает бежать к Выручай-комнате. Войдя внутрь, Северус игнорирует людей в комнате, полностью сосредоточившись на фигуре перед ним, — Доминус. Рон медленно поворачивается к Северусу и моргает. Дрожащей рукой Северус протягивает руку и с нарочитой заботой гладит тусклые перья Рона, — Доминус. Рон выпрямляется, больше похожий на свою татуировку Доминуса, чем на траурного, жалкого Феникса, которым он был секунду назад. Северус сглатывает, отступает назад и падает на колени. Он смотрит в пол, внутри него нарастает ужас, когда появляются ноги Рона. Палец Рона направляет лицо Северуса вверх, и их глаза встречаются. Рон выглядит серым и усталым, и от этого зрелища чувство вины мучительно жжет его изнутри. Рон неловко падает на колени. Двигаясь так, словно ему двести лет, Рон протягивает руку и притягивает Северуса к себе, — Анима, — надломленно говорит Рон. Он обнимает Северуса, словно боясь, что тот исчезнет, ​​если ослабит хватку. — Я здесь. — Мне нужно, чтобы это было реальностью. Пожалуйста, будь реальностью, — Рон сжимает его до боли крепко. Чувствуя, как Рон трясется, Северус тонет в чувстве вины. Я сделал это. Я превратил его в это пугливое, отчаянное существо, — Я настоящий, Доминус. Это реально. Рон отстраняется достаточно, чтобы встретиться взглядом с Северусом, он обхватывает его лицо, — Северус. Это правда ты? Как я мог позволить этим тупым вопиллерам убедить меня, что ему будет лучше без меня? — Это действительно я. — Ты вернулся ко мне, — с благоговением говорит Рон. — Я это сделал. Мне жаль, что я ушел. — Никогда больше не покидай меня. — Никогда больше. Не убежденный, Рон требует, — Пообещай мне. Глядя в глаза Рона, Северус говорит, — Я обещаю. Я больше никогда тебя не оставлю.