Delta Air Lines

Только наступившее лето уже начало радовать заждавшихся Нью-Йоркцев ясной погодой и прекрасным временем для полётов. Никаких гроз, дождей и градов, только чистое голубое небо. Такое небо и сегодня утром, в день вылета рейса 4782 авиакомпании «Delta Air Lines». Посадка заканчивалась. Все пассажиры, подсунув к себе поближе свои сумочки, сидели и с нетерпением ждали взлёта. Из станции бортпроводников вышел стюард. Он закрывал крышки багажных полок, и пассажиры обратили на него внимание, услышав щелчки. Некоторые перешёптывались и мечтательно ухмылялись, глядя на проходящего мимо голубоглазого шатена с неплохим телосложением и гладко выбритым лицом. Однако, заметив серьгу в его правом ухе, многие дамочки только опечаленно вздыхали. Когда стюард дошёл до середины салона, прозвучал голос:       — Доброго утра, дамы и господа. Говорит командир воздушного судна Тор Одинсон. От имени всего экипажа и авиакомпании Дельта Эйр Лайнс, участник альянса СкайТим, приветствую вас на борту Эйрбас A340-642. Сегодняшний рейс под номером 4782 выполняется по маршруту Нью-Йорк, Международный аэропорт Джона Кеннеди — Париж, аэропорт Шарль-де-Голль. Полёт будут сопровождать: бортпроводники Джеймс, Наталья и старший бортпроводник Локи. Время полёта составит восемь часов пять минут. Благодарю за внимание, желаю всем приятного полёта. Bonjour, mesdames et messieurs. Ici le commandant Thor Odinson. Au nom de tout l'équipage et de «Delta Air Lines», membre de SkyTeam, je vous souhaite la bienvenue à bord de l'Airbus A340-642. Aujourd'hui, le vol numéro 4782 est effectué sur la route New York, l'aéroport international John Kenned — Paris, l'aéroport Charles de Gaulle. Le vol sera accompagné: les agents de bord James, Natalia et l'agent de bord principal Loki. Le temps de vol sera de huit heures et cinq minutes. Merci de votre attention, je vous souhaite un bon vol. Далее автоматически вещалось о правилах безопасности на борту при любом случае, а старший стюард параллельно объяснял их на языке жестов. Перед самым взлётом, когда пассажиры уже пристегнулись, трое бортпроводников стояли в хвосте салона, между туалетом и станцией:       — Интересно, Тор даст ему взлететь? — спросила у коллег рыжая Наталья.       — Конечно даст, — ответил старший. — Как ещё Лэнг должен пройти стажировку? Он осуществит взлёт, немного полетает без автопилота и, возможно, осуществит и посадку.       — Откуда знаешь? — удивился стюард Джеймс.       — Тор мне рассказывал. Он сказал, что Лэнг попросил его посадить самолёт. В принципе, это не запрещено для стажировки, так что Тор согласился. Сидящие на самых последних местах не без интереса подслушивали за бортпроводниками и ими же любовались (вместо чудесной погоды за иллюминаторами, как ни странно). Стюарды одеты в белоснежные рубашки, идеально гладко отутюженные чёрные пиджаки, прямые чёрные брюки и начищенные до блеска мужские туфли; на шеях их красуются голубые шейные платки в белый горошек, на грудях серебристые бейджи с именами, а на головах белые пилотки с логотипами авиакомпании. Форма стюардессы не сильно отличается от формы коллег: под воротником рубашки галстук заместо платка, а вместо брюк — юбка. Огненно-оранжевые локоны Натальи заплетены в крайне аккуратный пучок, не выпускающий из сеточного плена ни один волосок, точно хиджаб самой порядочной мусульманки. Волосы Локи тоже заплетены в пучок. У него они чёрные и то ли прямые, то ли вьющиеся, из-за паутинки непонятно. Зато зелёные глаза, по сути такие же, как у Натальи, но другого оттенка, притягивают взгляд так сильно, что оторваться невозможно. Когда самолёт успешно взлетел и набрал нужную высоту, пассажиры и бортпроводники, после короткого разговора занявшие свои места, наконец расстегнули ремни безопасности. Коллеги воодушевлённо смотрели в огромный иллюминатор, как в первый раз. Казалось, словно пушистые облака сегодня выглядят особенно волшебно. Будто уже завтра сразу у троих стюардов отпуск. Вдоволь насмотревшись облаками, Локи встал, взял интерфон и, нажав на одну кнопку, приложил его к уху. Прошла всего пара гудков, после чего трубку взяли, и стюард, по регламенту, начал первым:       — Я, старший бортпроводник Локи Лафейсон, запрашиваю разрешение на вход в кабину лётного экипажа.       — Я, командир Тор Одинсон, даю добро. Локи положил интерфон и сказал коллегам с хитрым выражением лица:       — Пойду проведаю своего медвежонка. На что они лишь позакатывали глаза. Обходя салон, стюард взглядом обводил всех присутствующих, проверяя, всё ли у них в порядке. Дойдя до бронированной двери, отделяющей пассажиров от пилотов, он ввёл на боковой панели код, и на слове ОТКРЫТО загорелся зелёный огонёк. На входе в голове Локи пробежала мысль, что в этом самолёте кабина довольно-таки просторная, не то, что в прошлом, когда его пилот в ней устоять толком не мог. Лафейсон заметил на вешалке в углу кабины два пиджака с пилотскими лычками и отчего-то ухмыльнулся. КВС, зная, что старший бортпроводник уже вошёл, сказал своему напарнику наставническим, но будто усталым тоном:       — Теперь включай автопилот. Стажёр, слегка нервничая, включил и с облегчением выдохнул. «Наставник» хмыкнул, снял наушники и расстегнул ремни безопасности. Стажёр сделал то же самое, ещё больше развеселив опытного пилота. Но на сей раз командир не подал виду, а лишь расслабленно облокотился о спинку сиденья. Выгнулся, расправив плечи — тихий хруст позвоночника и болезненный вздох.       — Бля-я-я, спина уже как дверь скрыпит... — пробурчал Тор.       — Я ведь мазал тебе вчера вечером, — поделился перед стажёром Локи.       — А у меня всё-равно болит...       — С твоим возрастом я ничего поделать не могу. Запишись на йогу для пенсионеров. Тор, прикрыв голубые глаза, улыбнулся от предложения. А Скотт сидел с неловким выражением лица и не знал, ответить ли ему что-нибудь или промолчать.       — Как взлетели? Скотт переглянулся с командиром и стюардом, не понимая, обратились к нему или к Тору.       — Ну? Отвечай, — сказал ему пилот, смотря, как на отсталого, что даже немного обидело юношу.       — А... Нормально. Лэнг пожал плечами, а Локи в ответ фыркнул. Спустя несколько секунд молчания КВС чуть тяжко поднял свою тушу и подошёл к Локи. В этой кабине Тор помещался уже получше, нежели в прошлой. Там Тору даже приходилось нагибаться, а здесь — только немного сгибать шею. Мужчина положил ладонь на длинную шею стюарда, погладил. Тот быстро облизнул нижнюю губу и прижался к руке сильнее. Форма его пилота всегда нешуточно заводила брюнета: чистая белая рубашка с коротким рукавом, открывающая на обозрение внушительные загорелые предплечья; четыре галуна, украшающие мощные надплечья; чёрные брюки и туфли. Не такие, как у бортпроводников, более удобные, чёрт их подери. И фуражка. Ох, та-самая фуражка, которую Тор надевает только вне самолёта. И которую Локи частенько напяливает на себя, когда седлает Торов член, словно жеребца. Лафейсон коснулся плеч мужчины, огладил их, и Тор рефлекторно выпрямился, демонстрируя силу своего тела. Одна из ладоней поднялась выше и нежно коснулась щетинистой щеки, затем ещё выше, светлых блондинистых волос, заплетённых в хвост. Правую руку, на запястье которой надеты часы, Одинсон примостил на талии стюарда, плавно спускаясь ниже, беря инициативу на себя. Брюки Локи не очень плотно прилегают к подтянутому заду, но так даже интереснее. Уткнувшись в чужой весок, Тор сжимает одну ягодицу и проводит от ложбинки ниже, пальцем ощупывая промежность. Брюнет вздрагивает, едва слышно стонет Тору на ухо, не замечает, как обжигает его горячим дыханием. Руки обвивают мощную шею; Локи заставляет Тора посмотреть на себя, чтобы он мог прислониться к его губам. Бортпроводник заботливо увлажнил их, покусывая, когда пилот пытался углубить поцелуй. Он слышал, как Тор тяжело дышит от накатившего возбуждения, и хитро улыбался. А Одинсон чувствовал во рту мяту и слизанный вазелин, пока ласкал губы любовника, и невольно растёр его языком по своим. Блондин более ощутимо надавил на точку под задом, за чем последовал короткий стон, прервавший соприкосновение их губ.       — Тор, я мокну... Давай остановимся... — прошептал Локи.       — Уже? Быстро ты...       — А ты уже пыхтишь, как паровоз. Всё после рейса. Тор немного расстроенно (или наигранно) опустил глаза, и Локи, который никогда не жалует обижать любимого, вновь прислонил ладонь к его щеке.       — Ну, медвежонок, это ведь наша работа. Ты должен провести полёт удачно, а я — удовлетворительно. Чтобы пассажиры остались довольны. Пилот взглянул на него с усмешкой.       — ..Да, в тысячный раз, но для кого-то из них он может быть первым. И вообще, чего я тебе это разъясняю? После полёта мы сразу отправимся в отель и там... Стюард вспомнил, что они в кабине не одни. Возлюбленные одновременно посмотрели на Лэнга. Тот не смог отвести взгляд и продолжил стрелять в них своими не то голубыми, не то карими глазками.       — Что уставился? — тон Локи значительно погрубел.       — Ничего... Лэнг стыдливо метнулся взглядом к приборной панели. Тор вздохнул, подошёл к своему креслу и присел. А Локи достал из кармана брюк зеркальце и гигиеническую помаду.       — Тебе бы помягче со Скоттом, Локи. Он... Старается к нам адаптироваться. Любопытствует... Глаза Локи в отражении сделали большущий круг, и стюард с саркастической улыбкой сказал стажёру:       — Ах, прости меня, Катл¹, злого и напыщенного, что не даю «адаптироваться».       — В точку! — щёлкнул пальцами Тор.       — Мистер Лафейсон! Скотт, посмотрев на напарника, явно надеялся найти у него поддержку, а не его довольную лыбу.       — Вы что, таскаете с собой помаду и зеркало?.. — выдал стажёр первое, что пришло на ум.       — Таскаю как раз для таких случаев, — брюнет ухмыльнулся и сомкнул губы, сделав ими пару движений, чтобы размазать гигиеничку.       — А часто... Такие случаи? Лэнг неловко заёрзал.       — Мы — любовники, Скотт. Любовникам свойственно встречаться и на рабочем месте, если ты, вдруг, не знал. Локи закрыл помаду и наконец обратил взор на второго пилота.       — Но ведь вы можете увидеться после рейса. Сходить в ресторан, переночевать в одном номере... Стюард ответил не сразу. Он молча сел боком на колени Тора и спросил:       — У тебя есть девушка, Скотт? Лэнг слегка замешкался.       — Не подумай, по тебе просто видно, что ты не гей.       — ..Есть.       — Скажи, что бы ты сделал, если бы ты работал учителем, и твоя бесценная дама сердца так же стала учителем в той же самой школе, где преподаёшь ты? Не виделся бы с ней в течение всего рабочего дня, за исключением случайных стычек в коридорах, или трахнул бы её в самую середину дня в учительской?       — Ну загну-у-у-ул... — не ожидал такой речи Тор. Он не подавал виду, что его член уже наполовину окреп из-за увесистой задницы, будто специально пристроившейся прямо на нём. Мужчина чувствовал, как из уретры капля за каплей течёт смазка, и вспомнил, как Локи ощущал почти то же, когда Тор надавливал на его самую укромную часть тела. Мысль об этом бросила в жар и ужасно снизила концентрацию. Остатками разума Тор решил, что и правда пора закругляться. Надо отвлечься. Надо поддержать диалог.       — Я... Я-я-я... Скотт от шеи до щёк покраснел.       — Приятель, у тебя всё на ебале написано.       — Я бы её трахнул.       — Вот! — хлопнул в ладоши Одинсон, при этом не задев любимого. — Во-о-от что нам нужно! Надеюсь, тебе хватило бы яиц трахнуть её так в реальности. Мне вот хватило. Знал бы ты, сколько раз мы с Локи во время полётов...       — Но сегодня не такой день, медвежонок, — промурлыкал Локи, ласково проведя указательным пальцем по носу Тора и по нему же щёлкнув. — Сегодня мы займёмся любовью в отеле... Так что, никаких прелюдий. Брюнет встал, но перед тем, как уйти, наклонился к командиру и притянул его к себе за галстук. Глядя на него шальными глазками, Локи спросил так, чтобы слышал только Тор:       — Ты ведь потерпишь, да, малыш? Одинсон так засмотрелся на ехидное выражение лица напротив, что застыл, дыша в губы Локи и слишком чётко ощущая его дыхание на своих.       — Да.       — Вот и чудненько. Бортпроводник прихлопнул в ладоши.       — Я возвращаюсь на станцию. Не скучайте, — подмигнул он пилотам перед выходом. Когда пилоты остались вдвоём, Тор сразу заблокировал дверь и начал глядеть в одну точку где-то в небе. А Скотт, ещё немного поражённый увиденным и услышанным, поинтересовался:       — А сколько вы вместе?       — Три года, пять месяцев... — уголки губ блондина непроизвольно поднялись. Удивление Лэнга только увеличилось.       — О... Ого. Как вы познакомились? Тор усмехнулся.       — Разве не очевидно? Локи работает здесь ровно столько же, сколько и я. Ещё на самом первом нашем рейсе мы почувствовали связь между нами. Я помню, как его лицо было озарено улыбкой, а душа счастьем, когда его назначили старшим бортпроводником. Помню, как он радовался за меня, когда меня повысили и включили в ряды лучших пилотов нашей компании. Эта радость была неподдельной... Скотт смотрел на Тора с восхищением. Сначала ему казалось, что его отношения со старшим бортпроводником — это просто секс ради снятия стресса после полёта... Хотя, отчасти так и было.

***

На трансфере экипаж доехал до парижского отеля, номера в котором, естественно, забронировала и оплатила компания. Наталья, Джеймс и Скотт заселили в соседние номера, а Тора и Локи — в один неподалёку. Последние, даже не пожелав экипажу спокойной ночи, вломились в него, неуклюже запихнув чемоданы. Локи повис на шее Тора, всё сильнее и сильнее притягивая его, углубляя поцелуй. Тор рывком прижал стюарда к стене, обхватив его за талию. Руки друг друга нетерпеливо облапывали и сжимали, сжимали и снова облапывали. А языки переплетались, смешивая слюну. Блондин ловил себя на желании укусить пухлую и, на вкус, желейную губу Локи, но он лишь прикусывал её своими губами. Локи ухмыльнулся в поцелуй и схватил пилота за галстук, с силой натянув его на себя. Тор рыкнул, но не прервал слияние их ртов. Вместо этого, он упёрся одной рукой в стену и всё-таки укусил наглеца за нижнюю губу. Зеленоглазый промычал, но если бы не поцелуй — простонал бы. Чёртов Тор, знает ведь, как его это заводит. Локи спешно расстегнул пиджак Тора и стянул его, откинув к чемоданам, что сделал и Тор с пиджаком стюарда. Одинсон хмурился, а Лафейсон цеплялся за его хвост в попытках оторваться из-за нехватки кислорода. Растрепав все светлые пряди, он наконец отпустил их и облегчённо вздохнул, когда Тор оставил его рот в покое. Пилот, хоть и мог продолжать, дышал громче Локи, но не чаще. Не дав Локи надышаться желанным воздухом, Тор втянул его в новый поцелуй и вслепую старался, прижимая к себе брюнета, дойти до кровати, но остановился у стола, на который без труда усадил любовника. Мужчина быстро расплёл его пучок, и чёрные полу-волнистые локоны тут же опустились на плечи стюарда. Локи сжимал плечи пилота, снова заставляя выпрямить их до характерного хруста. Стюард чуть хмыкнул в поцелуй — у Тора завтра опять будет болеть спина. Тор на это засосал его глубже и крепко сжал тёмные волосы, оттянул. Любовники оторвались, и Тор дёрнул рубашку Локи в разные стороны — пара-тройка голубых пуговичек осыпалась на линолеум, остальные, на удивление, не оторвались. Но то, как возлюбленный любуется его голой грудью, твёрдыми маленькими сосками и подтянутым животом, отдало Лафейсону жаром между ног, и он застонал, прижавшись промежностью к выпуклости в центре брюк Тора. У Тора кончалось терпение, он слишком возбудился и слишком долго ждал. Локи потрогал его шею, что вся в испарине и подтянул пилота за галстук. Тот наклонился и шумно вздохнул от горячего языка, скользнувшего по его влажной шее. Тор зарычал и, под короткий стон, повалил Локи на деревянную поверхность стола. Он рывком стянул с бортпроводника штаны и с удивлением осмотрел его длинные, даже немного мускулистые бледные ноги в белых тонких чулках с чёрными подтяжками, идущими к...       — Не видел, как ты надевал их... — запыхавшимся голосом сказал Тор, не отрывая взгляда от ножек. Локи свёл их вместе и потёр бёдра друг о друга, нахально улыбаясь.       — Зрение стало подводить, а, медвежонок? Блондин рыкнул и без лишних предисловий подхватил его ляжки и впился зубами в левую. Стюард вскрикнул. Всё-таки было больно, но это так возбуждало. Тор отпустил нежную кожу и увидел маленькие точечки на месте укуса, из которых вытекло немного крови. Он зализал их, почувствовав во рту вкус металла. Он чуть приподнялся и снял с каждой ступни по туфельке, аккуратно поставил их под столом, чтобы не попортить. Пилот поцеловал каждый пальчик, виднеющийся из-под белоснежной ткани. Языком обвёл сначала одну ступню, затем второю. Каждую чмокнул в центр. Только затем перешёл на икры, от прикосновения к которым Локи стало щекотно. Но, как только любимый обхватил его голени и поцеловал первое колено, Локи начал тихо постанывать, его ноги мелко трястись, а промежность пульсировать и истекать. Впереди ещё бёдра, после которых у Локи точно будет взрыв мозга от перевозбуждения. В некоторых местах Тор оттягивал ткань чулков, чтобы поцеловать и полизать кожу. Так на подколенных ямках образовались засосы, на голенях лёгкие поцелуи, а чулки местами промокли от слюны и стали более прозрачными. Но они так чудесно обтягивали напряжённые мышцы ног, что у Тора сильнее окреп член. Он стал твёрже камня, как только ладони сжали молочные ляхи под стон Локи, который давно на пике удовольствия и нетерпения. Тор приподнял ладони и с жадностью оглядел то, как бледная кожа стремительно становится розово-красной и на ней всплывают следы от пятерни. Снова сжал — кожа покрылась яркими пятнами, а укус стал более виден. Кровь уже не текла, но кровавые точки остались, и, помимо них, появились ещё и фиолетовые. Локи не знал, на что опустить свой взгляд: на любовника, лижущего подтяжки и посасывающего бёдра (и еле держащегося, чтобы не сожрать их), на широкие плечи и мускулы перед своими глазами, или на член Тора, скрытый тканью брюк, но уже через чур выделяющийся из-под неё. — Локи, блядь... — выругался Тор, когда Локи широко раздвинул ноги, демонстрируя всё, что у него есть выше ног. Кружевные чёрные стринги плотно прилегали к лону, но снизу немного видно половые губы и, если приглядеться, дырочку, сочащуюся смазкой и перепачкавшую ткань. Увидев это, Тор почувствовал, что его член течёт не меньше. Ему нужно бы было потрогать себя, но Локи уже сделал всё сам. Он придвинулся к Тору так близко, что упёрся ему в стояк вагиной. И тёрся, пока пилот не поднял его и не опрокинул перед постелью. Брюнет рассмотрел сложенное на ней бельё и подушки, а Тор тщательно разглядывал и облапывал две округлые половинки и надетое на них чёрное кружево. Он сдвинул трусики и сунул в вагину указательный палец, сразу до упора. Локи не сдержал стона и упёрся ладонями в постель, а задницу выпятил сильнее. Тор активно двигал пальцем, собирая со стенок горячую белёсую смазку. С прошлого раза лоно затянулось лишь снаружи, внутри оно всё такое же широкое и глубокое из-за регулярного секса. Но Тор и не против. Всё же лучше, чем полчаса растягивать тесное, будто девственное влагалище под свой внушительный размер, как было в первый их раз.       — Тор-р-р... — еле проговорил Локи, самостоятельно насадившись на палец. Одинсон понял это, как: «Вставь в меня ещё один» и выполнил пожелание. Стюард счастливо простонал, хоть двух пальцев и мало. Теперь его киску может идеально заполнить лишь член Тора. Первый член из всех прошлых, который заполнил Локи буквально до краёв, глубже попросту не вмещался. Член, который Локи вожделел сразу, как увидел. И член, который прямо сейчас уже готов спустить только от одного прикосновения к нему. Но нет, нельзя. Вагина Локи так течёт, так пустует и жаждет, чтобы её оттрахали большим хером. Да и сам Тор уже не может ждать, когда же его хуй наконец обнимут влажные стенки. Бортпроводник схватил Тора за галстук, повернув голову к нему и продолжая двигаться на его пальцах.       — Ну же, малыш... Зрачки Тора расширились и по телу прошла волна жара.       — Войди в меня уже. Мужчина резко вынул пальцы, от чего Локи вскрикнул. Он спешно расстегнул брюки трясущимися пальцами, спустил их вместе с трусами до щиколоток и вытащил из кармана рубашки серый квадратик. Тор содрал полоску и достал из упаковки хорошо смазанный презерватив, пахнущий чем-то сладким. Натянул на стоящий колом член и, во славу всем богам, вошёл. Он сдвинул рубашку Локи и взял его за талию, делая первые медленные толчки.       — Ох... М-мах... Глубже, Тор... — выстанывал Локи, во всю наслаждаясь первым проникновением. Пилот чуть ускорил темп, и сердце его стало биться чаще, а дыхание громче. Он тяжко вздыхал, когда его ствол выходил почти полностью и моментально входил чуть ли не до яиц. Локи откинул голову назад и прикусил нижнюю губу, притягивая Тора ещё ближе. Тор наклонился и поцеловал любовника в шею, не прерывая размеренные движения тазом в жаркую растянутую глубину. Ладони мужчины вспотели, но он всё ещё усердно держится ими за тонкую талию и прогнувшуюся поясницу. Тор снова немного прибавил скорости, стараясь не сорваться и не вытрахать уже своего любимого. Из-за более интенсивных движений Локи отпустил галстук пилота и, оперевшись уже двумя руками, упал головой в кровать. Силы были лишь на то, чтобы выпятить задницу. Хотя, даже на это силы кончались. Его ноги дрожали и раздвигались, а ему самому оставалось лишь тихо всхлипывать и постанывать в матрас. Но Лафейсону захотелось больше и глубже, поэтому он снова повернул голову и сказал, срываясь на стон:       — Детка, въеби меня в кровать, раскрой меня полностью, чтобы я чувствовал, как ты глубоко! Мой маленький хороший мальчик... Ах! Тор перехватил Локи за грудь и вогнал полностью: настолько, что его отяжелевшие от спермы яйца смачно шлёпнулись о жопку Локи, слегка задев вагину. Мужчина немного вышел и моментально вдолбил так же — во всю длину. У стюарда голова пошла кругом, и он смог лишь выстонать имя возлюбленного. Весь номер заполонили ахи-охи Локи, басовое дыхание Тора, шлепки и хлюпанье. Этот ансамбль возбуждал ещё сильнее, хоть и казалось, что сильнее некуда. Крупная головка билась прямо в точку G, из-за чего Локи вздрагивал и чувствовал, как внизу живота становится тяжко. Он потянулся к своему клитору и начал массировать его двумя пальцами, дабы ускорить оргазм — он больше не может терпеть. Тор же мог ещё долго вбиваться в податливое тело частыми быстрыми толчками, но желание кончить его перебороло, и мужчина задвигался слишком быстро, настолько, что у Локи заболел желудок. С блондина лился пот и у него, как бы он не хотел это признавать, уже затекла спина. Всё-таки надо с ней что-то делать... В Локи не вязко, но всё ещё влажно — это сильно облегчает толчки. И боль чувствовалась наравне с удовольствием. Одинсон не мог более ждать. Он сжал талию любовника и резко вошёл полностью, практически вжав его задницу в свой пах. Тор и Локи одновременно вскрикнули. Блондин кончил, выплеснув своё семя в презерватив. Влагалище Локи сжалось от экстаза и, соответственно, сжало смягчающийся член Тора. Он пока не выходил, иначе брюнету, успокаивающемуся в посторгазме, будет больновато. У Лафейсона затряслись колени, и Тор, не вытаскивая, бережно положил его на кровать. Зеленоглазый слышал тяжкое дыхание возлюбленного, смотря в бок. Он зажмурился и поджал сухие губы, когда пилот медленного вынул орган из начинающей расслабляться вагины. Тор устало вздохнул и лёг на спину рядом с Локи. Через некоторое время Локи встал, и его бёдра зашатались, а ягодицы выпятились. Лежащий Одинсон приподнял голову и облизнулся. Член снова начал крепнуть.       — Ты куда?.. — хрипло спросил мужчина, ленивыми движениями расстёгивая рубашку.       — В душ. Локи включил свет в ванной комнате и вошёл. Он осмотрел интерьер и понял, что ему сейчас нет до него дела. Брюнет снял рубаху, ставшую похожей на мятую тряпку, трусики, на которых осталось белое пятно от смазки, и более-менее уцелевшие чулки. Всю одежду он кинул на пол, а сам зашёл в довольно вместительную кабинку и включил душ. Он настроил прохладную воду и полил себя ею с ног до головы. Локи тихо застонал от контраста горячей кожи и воды, как не странно, становившейся всё теплее и теплее. Стюард закрепил душевую лейку над собой и потрогал себя. Складки и клитор взбухли из-за недавнего оргазма, а дырочка... В ней был эякулят. Полувязкий, почти прозрачный. Тоненькие струйки воды слегка бьют по напряжённым соскам и приоткрытой из-под мокрых волос шее. Это заставляет Локи вздрагивать. Локи понял — он всё ещё возбуждён. И, как только он вытащил палец из влагалища, его толкнул к стене Тор. Из-за жажды кончить повторно Локи настолько ушёл в себя, что не заметил, как Тор зашёл. Опьянённый желанием, нагой, с расплетёнными, уже намокающими волосами, пилот прижался к несопротивляющемуся бортпроводнику.       — Я думал, ты уже выдохся... — сказал Локи, повернув голову набок и чуть приподняв зад.       — Не дождёшься. Тор смахнул волглые пряди с правого плеча брюнета и поцеловал его в шею. В это время его руки уже шарили по бледной спине, мягким ягодицам и аппетитным бёдрам. Одинсон придвинулся ещё ближе и просунул вновь окрепший орган. Локи застонал и чуть не скатился по плитке. Но Тор прижал его слишком сильно. Мужчина трахал обмякшее тело в резвом темпе, из-за чего Локи прогнулся так, что прижимался горячей щекой к кафелю, выставив зад и дожидаясь разрядки любимого. Он краем глаза увидел сильные загорелые руки, сжимающие его талию до краснющих следов, и нетерпеливо простонал. От стона и слегка сжавшегося влагалища Тор кончил быстрее, чем в прошлый раз, а и зарычал громче. Мозгов ему хватило надеть новый презерватив, и он вышел из стюарда, стянув наполненную спермой резинку и откинув за пределы душевой. Локи не смог кончить, поэтому Тор поставил его несопротивляющегося раком и провёл языком по вульве. Стюард застрясся и, чёрт возьми, покраснел. Тор двумя пальцами вошёл и принялся массировать твердоватый шершавый бугорок во влажном тепле, а кончиком языка мелко касаться клитора, пальцами другой руки оттягивая его капюшон. Локи не продержался и десяти секунд — в один момент он закричал, и во всём теле его пробила дрожь. Блондин прекратил ласки языком и почувствовал, как его пальцы внутри покрывает другая влага. Он вышел и разглядел немного пенистый эякулят, стекающий на ладонь. Локи ещё мог держаться на ногах, но у него заболела поясница. Тор понял это и поцеловал её, предварительно проведя языком по выпирающему позвоночнику. Ночь в Париже выдалась горячей, страстной и мокрой. Она запомнится Тору и Локи на немалый срок. Но последующая ночь точно выдастся жарче и сексуальнее, ведь после Парижа у них рейс в Швейцарию².