Бог

      Мир померк мгновенно.       Зрение вернулось в другом пространстве.       — Давно не виделись, Фенист.       — А ты кто? Ах, дай-ка подумать. Ты ведь так самая тьма, с которой орден борется? Не так ли?       Смех.       — Как остался один, так сразу клыки показал, а что, раньше кишка тонка была? — Голос становился то женским, то мужским; менял тембр, словно из одного микрофона говорят по несколько слов больше сотни погибших.       — Хорош ломать комедию. Ты — не более, чем сгусток всего плохого на свете.       Вжух. Цепи схватили парня за запястья, заставив опуститься на колени под напряжением.       — А ты, жалкий человечишка? Что ТЫ из себя представляешь? Сколько бесполезных войн вы устраивали, муравишки!       — И ради чего? — прозвучал спокойный, тихий и до боли в груди знакомый женский голос. — Пока ты писал свои каляки мир вокруг тебя погибал! — сорвался на крик, плюясь ядом. Мири.       — Заткнись! — в сердцах бросил Фен.       «Однажды я уже доверился и заплатил огромную цену, показав самое ценное для меня».       Сердце бешено застучало. Дыхание участилось, став поверхностным.       «НО БОЛЬШЕ Я ЭТОГО НЕ ДОПУЩУ».       — Иначе что? Ты — всего лишь недописака! Не понимаю, за что тебя в Орден приняли! Ни магии, ни ума, только пишешь свои бредни сумасшедшего, и только! А что? Я не права? Даже имя «Анабель» выбрал из-за незнания других женских имён! ТЫ ДАЖЕ МОЁ НЕ УДОСУЖИЛСЯ ЗАПОМНИТЬ.       «Ошибаешься. Уж твоё я точно ЗАПОМНИЛ».       Кровь ударила в голову. Парень практически потерял контроль над собой.       — Верь мне, я рядом.       — А?       Фен набросился на существо с неистовой злостью. С каждым вздохом сила увеличивалась. Вот какова тьма в действии. Заражённый воин был медленнее темноволосого, оттого большинство ударов не смог отбить. Враг словно пантера бросился на добычу. Лезвие меча прошлось от плеча до талии зверюги.       Ци, бежавший изо всех сил, застал весьма жуткую картину: его друг с учащённым дыханием сейчас больше напоминал маньяка, нежели равнодушного, а может, спокойного творческого паренька, который от крови и сражений как от огня бегает. Аура леденила душу Ци. Даже её.       «Так, собрались. Не раскисать раньше времени».       Приверженец даосизма сложил руки в печать. Меч влетел в голову Ци.       Парень вскочил, жадно вдыхая воздух, словно вынырнул из лап смерти. Зрачки расширены. Зрение расфокусировано.       Чья-то рука осторожно подняла за подбородок, а второй незнакомец влил чуть теплую, с запахом мёда, жидкость. Похожа на одну из настоек Гипноса.       — Тише, Фен. Это я, Ци. Скверна постепенно отступает.       — Что… Что случилось? Ты же… — Голос сломался.       — Я здесь. Жив и здоров.       — Но. Ты же. Я.       — Нет. Ты ничего плохого НЕ сделал. Скверна успела юркнуть к тебе в момент уязвимости.       Голос чуть стих. Звон в ушах. Перед глазами возник образ существа. Причина, из-за которой безоружный парнишка побежал, что есть мочи, не смотря на порванную одежду. Ци запечатал духовные точки через иглоукалывание и влил свою чистую энергию.       Тело ватное. Лодыжки полностью в прохладной воде. — Все хорошо, мой мальчик. Я всегда рядом. — Лина? — Сердце упало в пятки. Неужели… Неужели… Неужели?       Мягкое свечение заслонило взров. Вновь объятия. Тёплые. Уютные. Затеплилась надежда, что всё станет хорошо. Маленький росток пробился из под «земли» на «воздух».       Фен схватился за голову, прикрыв глазки.       — Ребятки. Нет, дорогие мои коллеги, ответьте мне — нахрен я вам сдался? Что толку от простого человека на поле боя со скверной? Я понимаю, что здесь делаете вы, но, почему здесь я — не очень. Или что, просто так выдернули?       Ци не знал или, вернее, не хотел отвечать, потому проверил на остатки скверны.       Без изменений. Сила тьмы всё там же.       — Трое лучше, чем двое, — спокойно ответил Гип.       — Ясное дело, что лучше, — Фен приподнялся на локтях. — Но я зада...       — Ты — член Ордена. Тех, кто откликается на зов о помощи, и спрашиваешь, почему взяли? Потому, что скверна учует свежую... скажем, плоть. Тем более мы уже натренированные и нас тьма не берёт особо — перебил он.       — Да уж, ничего не сказать. Молодцы. — хмыкнул Фен. — Ай ладно! Чёрт с вами и со всей этой лабудой! Ци, твои талисманы или обереги… Короче, эти хрени ТОЧНО выдержат скверну в церкви?       — Ну, должны. Прям сильный сгусток они не смогут подавить, но нечто среднее — да. И почему в церкви?       — А ты разве не… Подожди. — Фен призадумался, сев в позу лотоса.       «Это что же получается: то, что я видел — не более, чем придумка? Или видение? Что-то мне это не нравится. Очень и очень не нравится. Но если расскажу про видение, то Гипнос даст мне успокоительное на всякий случай, а мне оно не нужно». — Дыхание парня участилось, перед глазами появились давно забытые воспоминания про… — «Так. Стоп. Не раскисать». — Он медленно возвращал своё дыхание в норму.       — Что же наш писатель увидел, а? — Гипнос сел на корточки. — Скверна — она…       — Ой да знаю я! Насылает всякие видения, искажает воспоминания, голоса и бла-бла-бла! — рассердился темноволосый.       В ответ Сон лишь хмыкнул.       — Мне почудилось, что мы пошли в ту сторону, на которую Ци указывал. — выдохнул юноша. — Пришли к местной церкви. Ты, Гипнос, пошёл осматривать местность, а мы вместе с Ци направились внутрь. Дальше провели ритуал, что-то там отозвалось, и меня как будто волна ударила, а до этого кто-то ногой в спинку твою ударил. — Он посмотрел на даоса. — Что потом — хрен его знает!       — Ого, ты аж ругаешься, — улыбнулся Ци. — Судя по всему, в видении мы были слишком похожи на нас настоящих, верно?       — Верно. И, эм… где мы?       — Ты вдруг свалился на пол пути, нам пришлось остановиться.       Фен устало захныкал, а Ци слабо улыбнулся.

***

      В то же время в Гравити Фолз героев ждали другие приключения.       — Ты как себя чувствуешь?       — Чуть получше. Видать таблетка подействовала. — Мэйбл слабо улыбнулась.       Венди слегка подалась.       — Даже спросить нельзя?       — Да нет, можно. Мэйбл мучают кошмары с начала лета. Ну и… скажем… непростые. Мы обратились к нашему общему знакомому за… помощью, поскольку раны, которые Мэй получала во сне, стали появляться в реальности. По его словам, такое Сайфер не мог сотворить. Я пока не знаю, насколько разнятся силы этого существа и равнобедренного.       — Равностороннего! — поправила Мэйбл. — Он как-то шутил надо мной и поправил меня на «равносторонний».       — Удивлена, что ты до сих пор помнишь это.       — Ну, как бы тебе сказать… — замялась Мэй. Её терзали вина и стыд за то, что, считай, из-за собственного эгоизма она призвала существо, которое несколько лет назад всем городом еле изгнали. Стоп. — Я забыла добавить, чтобы он не мог проникать в разум жителей всего города, приезжих в том числе, а не только близких. — Она с тяжестью опустила голову на руки, лежавшие на столе.       — Так. Признавайтесь, как набедокурили?       — Ну-у… Эм…       — Мейсон!       Юноша переглянулся с сестрой, набрал воздуха в лёгкие и начал рассказ:       — Этот общий «знакомый» никто иной как — периферическим зрением парень увидел на стекле движение. Жёлтый треугольник. С весёлым прищуром он посмотрел на Звезду. Обернулся — никого. Показалось? — Кхм. Оленьи зубы, «реальность — иллюзия…», скупай.       — Стой, я поняла. — перебила рыжеволосая, потирая переносицу.       Неловкое молчание продлилось от силы минуты две-три, а по ощущениям — все десять.       — Зная его — без сделки вы не обошлись, верно?       — Да.       — А он помог хотя бы?       Звезда засопела.       — Нет. Я с ним поругался и ловец снов так и не доделали, — прошептал Диппер, когда аккуратно накидывал сестре на плечи свою ветровку.       Венди ответила ему в тон:       — Ловец снов? Так у меня такой же есть, могу сказать где покупала.       — У «Старого Джо», да?       Клерк грузно выдохнула.       — Может, тогда обратитесь к какой-нибудь шаману? Их в Гравити Фолз как грибов после дождя развелось.       До Сосны донесся смешок — нет, это скорее сдержанный смех. Кто бы сомневался, Билл.       — А-а-ах. — Он устало подпёр рукой лоб. — Как же он меня бесит. Будь хоть малейший вариант пожить без этого чертяги — воспользовался бы им без задней мысли.       — Даже если это привело бы к смерти твоей сестры, Сосна?       Нарочито спокойный, тихий голос, какой используют, чтобы не разбудить человека. Парень устало спрятал лицо в ладонях, оперевшись локтями о стол.       — Диппер-Диппер. Ладно, что-нибудь придумаем. Вспомнил что-то?       — М? — Он поднял голову и удивлённо посмотрел. — Ты разве не слышала ничего?       — Кроме тебя, Мэйбл, шума в кафе и снаружи него — нет. А что?       — Билл издевается — Диппер вновь опустил голову на руку. — Всё как обычно. У меня ещё есть странное ощущение, что он как-то иначе относится к Мэй. И мне это ой как не нравится, но и поделать я с этим ничего не могу! Я спрашивал дядюшку Форда про кошмары и их первопричины, но кроме упоминаний Билла и ругательств ничего дельного не услышал! Я и так знаю, что он мудак каких поискать. — По телу пробежали мурашки, кинуло в холодный пот. — Но толку? Прочитал все книжки, какие нашёл — ничего! Абсолютно! Будто бы этого чёртова Пожирателя Снов не существовало раньше!       — А может, Билл или кто-нибудь с похожими силами подчистил?       — Нахрена? Если бы равнобедренный взялся за это, то хотя бы что-нибудь да осталось. Я больше упоминаний про него нашёл, чем про Пожирателя. Нет, конечно, я пытался что-нибудь применить против него как в фильмах, да только там всё то же самое, что и против Сайфера. И ещё из-за этого треугольника недоделанного поругались с дядюшками! И все из-за… — Мэйсон закашлялся и ненароком разбудил сестру. — Прости. Я… — Он вновь зашёлся кашлем.       Шатенка провела рукой по шее братца и «удушье» прекратилось.       — А как ты…       — Мне показалось, что у тебя какая-то пылинка на шее. — перебила зевок любитель свитеров или ленточка серенькая.       — Эм, а по сделке он не может придушить меня? Или кого-нибудь…       — Другого, — продолжила за него сестра.       Тревожность накатила второй волной. Она не помнит.       — Дип, а он… А он может? Я… — Дыхание участилось, голоса окружающих померкли.       Вот-вот и она «упадёт». Чья-то холодная рука в тканевой перчатке опустилась на макушку, создав успокаивающий эффект. Организм, отвлёкшись от тревоги, восстановил дыхание и убрал звон в ушах.       «Спасибо,» — мысленно поблагодарила она.       При стрессе она забыла, что демон не может читать её мысли и мысли близких.