Вторые сыновья

Если бы Эймонду еще неделю назад сказали, что он будет получать удовольствие от бастардов сестры, он бы зарезал этого человека не задумываясь. Джейс выронил меч, отбитый ловким ударом Эймонда. Омега быстро скользнул взглядом в сторону, чтобы увидеть смотрит Люк или нет. Люцерис не просто смотрел. Он откровенно пялился с открытым ртом и совсем не на технику боя двух прекрасных мечников. Люк пожирал Эймонда глазами прямо как Рейнира пожирала Деймона. Эймонд заметил это ещё тогда на ужине в Дрифтмарке, а потом стал больше обращать внимания, чтоб с удивлением обнаружить, что альфа всегда смотрит на него. Это ласкало эго Таргариена, потому что никто не смотрел на него так. Особенно альфа, особенно когда знал, что он омега и выглядел так, как выглядит Эймонд. Это было первой приятной вещью. Второй было то, что никто из бастардов не мог его победить, а унижать их было приятно. — Фух, — вздохнул Джейс, пытаясь выровнять дыхание, — сдаюсь. Признаю. Эймонд покрутил немного оружие в руках, гадая начнет ли Люцерис пускать слюни, как собака, или всё-таки вспомнит, что он человек. Хм… Похоже не собирается. Вхагар вот уже неделю упрямилась и отказывалась лететь. Она излазила весь остров, и порой даже Эймонд не мог ее найти. Из-за этого визит принца затянулся, но это оказалось не так ужасно, как он представлял. Джейкерис вернулся через день и запнулся, когда увидел Эймонда. Люк тогда отвел внимание на себя, а потом тихо объяснил брату всю ситуацию. Эймонд гулял по острову, читал книги и на удивление никто не пытался его убить. Сестра продолжала звать его обедать, ужинать и завтракать. Сначала Эймонд думал, что сможет собрать информации за столом, но за едой никто не обсуждал ничего важного. Это были шутки, бессмысленные изречения, которые понимали все, кроме Эймонда и другое, но не политика. Прогулки и книги быстро надоели. Эймонду необходимо было взять в руки меч. Люк то крутился возле него, то избегал, как огня. Эймонд считал его поведение крайне глупым. Омега не мог ему навредить, поскольку он один в этой ситуации, а она будет неблагоприятной, если Люк пострадает. В любом случае Люцерис чуть не умер от остановки сердца, когда Эймонд вдруг выхватил его и практически приказал отвести его на тренировочную площадку. Будто Люк собирался ему перечить. Так это и началось. Сначала Эймонд тренировался сам, а потом как-то незаметно присоединился Джейс. За Джейсом и Люк, но самый большой сюрприз случился, когда на тренировке оказался Деймон. О, и он смог победить Эймонда и сделал это красиво. Эймонд уже упоминал, что восхищается им? Пока Эймонд вынуждено гостил у сестры, он заметил сколь многое изменилось. Когда Рейнира и Деймон поженились, они сразу переселились на Драконий камень. До этого дети росли и учились вместе, а потому Эймонд видел бастардов каждый день. Теперь же он явно увидел разницу. Джейкерис стал настоящим принцем. Это не тот тощий парнишка, больше похожий на змею, чем на человека, а Люцерис… Скажем так. Эймонд начал смотреть. Изначально одна мысль о Люке в его комнате во время жара вызывало отвращение у Эймонда. Он просто не верил, что с таким можно просто желать помочь, но потом он заметил, как Люк бережно помогает своему брату освоиться в новой сущности. То, что Люк уже давно знает о своём вторичном поле догадаться было нетрудно. Даже забавно, что Джейс пусть и старший, но узнал свой пол позже. Эйгон сделал это раньше Эймонда. Возможно, сравнение было бессмысленным, потому что Джейс — брат Люка, а Эймонд… дядя. Да, именно так. Люк прожигал его взглядом и его абсолютно точно не волновали всякие ярлыки и стандарты. Он смотрел так, будто Таргариен пообещал ему весь мир, а не убил его дракона. Порой Эймонд видел тоскливый взгляд Люка в сторону драконов. Когда Джейс поднимался в воздух или Деймон, лицо Люка падало, и это были единственные минуты, когда взгляд Люцериса не был направлен на омегу. Эймонд решительно гнал все ненужные мысли прочь. Джейс отошел в сторону, его место занял Люк. Эймонд поднял меч одной рукой, вторая всё еще была убрана за спину. Люцерис сделал первый выпад и с этого тренировка продолжилась. Они могли потратить на эти пляски весь день, и всё равно никто из братьев не мог сравниться с Эймондом. Омега уловил знакомый аромат, и кинул быстрый взгляд в сторону. Рейнира спускалась по лестнице к площадке, с любовью глядя на них. Это напоминало ей о жизни в Королевской гавани, когда дети еще были маленькие, проблемы не такие явные, а отец не так плох. Тогда это казалось ужасом, но если бы Рейнире предложили сделать выбор, она бы повернула время вспять. Люк разумеется проиграл. Он разочаровано вздохнул, поднимая меч. — Найди себе равного противника, — усмехнулся Эймонд. Люцерис закатил глаза и отступил к брату, который тоже выбирал себе новый меч. Они принялись танцевать с мечами, нанося друг другу стерильные удары, и Эймонд на секунду пожелал, чтобы Деймон снова спустился и присоединился к ним. Но пока была только сестра. Она улыбнулась, когда Эймонд подошел к стойке положить меч, возле которой стояла и она. — Вижу, вам весело, — сказала она. Эймонд неопределённо повел плечом. — Они могли быть лучше, — не согласился он. Рейнира рассмеялась. — Похоже все альфы любят эти слова. Вас где-то учат быть похожими? Эймонд только хмыкнул, ничего не отвечая. Рейнира перевела взгляд на сыновей, вздыхая. — Люцерис уже совсем взрослый. Эймонду не понравилась эта фраза. После нее матушка заставила Эйгона взять в жёны их сестру. Он снова неопределённо промычал, делая вид, что очень занят оружием. — Ему пора искать невесту, — всё-таки сказала она. Эймонд разозлился на самого себя, потому что это вдруг отозвалось протестом внутри. Ему нет дела до Люка и его брака! Точка! То, что он проводил с ним жар еще не означает, что Эймонд ему что-то должен! Вообще-то это Люк ему должен! Омега еще спросит с него позже. — Лучше обсудить это с отцом, — отведался Эймонд пустой фразой. Лицо Рейниры потускнело. — Как он? — Спросила она. — Не появляется на людях, — ответил Таргариен, — его посещает только матушка и мейсторы. Рейнира сжала кулаки, продолжая наблюдать за схваткой, которая подходила к своему завершению. — Да, — бесцветно сказал она, — лучше обсудить это с отцом. Омега моего сына никогда не пожалеет о своей паре, но и Люк не должен пожалеть. Эймонд поддался любопытству, облизав губы. — Думаешь, ты настолько хорошо воспитала их? Рейнира улыбнулась. — Я сужу по тому, что знаю сама. Как быть альфой их учил Деймон и, поверь, я никогда не жалела, что вышла за него замуж. Из всех мужчин в мире он — самый лучший. Люк и Джейс хорошо у него учились. Внутренняя омега Эймонда практически замурчала от этого заверения. Таргариен был слишком занят, пытаясь ее придушить, чтобы ответить сестре, а та развернулась и неспеша направилась прочь.

***

Эймонд спускался к Вхагар уже без особой надежды. Люк шагал рядом, больше не отпрыгивая от омеги как испуганный кролик, стоит тому лишний раз громко вздохнуть. Эймонд не мог понять, как в этой тупой стронговской голове умещалось бесконечное восхищение и вечная паранойя. Вхагар потягивалась, очевидно только проснувшись. Она даже не взглянула на своего всадника, предпочитая широко раскрывать пасть и нервировать рядом лежащего Караксеса. Другой вопрос, почему Кровавый змей не улетит в другое место, но Люцерис никогда не мог понять дракона отчима. Эймонд схватился за веревки, удерживающие седло, а Люк фыркнул: — Давай заключим пари? Если ты не улетишь и сегодня, то ты прочтёшь ту книгу! Эймонд закатил глаз, уже желая ему смерти. Семья не переставала талдычить об одной и той же книге всю неделю и вскоре они начали просить рассудить их его, потому что мнения разделились, но Эймонду даже от одного названия становилось скучно. Он уже видел как заснёт, пытаясь вникнуть в текст. — Идёт, — раздражённо бросил омега, — а если улечу, ты будешь должен мне совместный полет. Люк побледнел, вспоминая их последний совместный полет, но это и было замыслом Эймонда. Он устал от этой бесполезной болтовни. — Но у меня нет дракона, — вдруг вспомнил Люк. — Так найди, — сказал Эймонд, забираясь на драконицу. Вдруг Вхагар расправила крылья, и Люк едва успел увернуться от массивной перепонки. Драконица взмахнула, и взмыла в воздух под ликующий возглас омеги. Люк, свалившийся на скалы беспомощно наблюдал, как отдохнувший зверь уносил любовь его жизни назад в Красный замок. А ведь Люк надеялся, что и в этот раз не выйдет.