Нечто среди деревьев

      Советский Союз, мрачно сидя за потрёпанным временем столом, нервно накручивал кудри на свой палец. Он неотрывно смотрел на полностью исписанный лист бумаги. Почерк его окончательно испортился, и превратился в неразборчивые завитки, но всё же их автор прекрасно всё понимал.       Союз не спал всю ночь, тщательно обдумывая каждую деталь случившихся инцидентов, и пытался найти хоть какие-то зацепки. Но получалось не очень.        И, дабы немного отвлечься, он решил порисовать. Это всегда отвлекало его от невесёлых мыслей и успокаивало. Но лишь потом он понял, что невольно нарисовал висевший на дереве труп Эста. Это было ужасно реалистично, и СССР в страхе закрыл книжонку, отложив её куда подальше.        И тут в комнату осторожно заглянул Украина. СССР оторвался от своего занятия и устремил взгляд выцветших глаз на сына. Мда, от былого весёлого и жизнерадостного коммуниста осталась лишь тень. Огромные синяки под глазами, свалявшиеся волосы и ввалившиеся щёки. Теперь он вздрагивал при каждом шорохе, и то и дело отделялся от реальности, погружаясь в свои мысли.        - Пап… Можешь придти на кухню? - пролепетал он, судорожно осматривая комнату, словно боясь увидеть где-то в углу нечто страшное.        - А?.. Да, конечно, - не сразу ответил Союз.        После его ответа украинец сразу же скрылся за дверью. Это было странно.        Но Совет не уделил этому особого внимания и медленно поднялся из-за стола. В душу закралась тревога. Он боялся, что тварь достала или достанет их и здесь.       Но всё же он пошёл в назначенное место. Зайдя в помещение, на него в миг уставилось 13 пар маленьких глаз. СССР непоколебимо сел в центр стола, но руки его еле заметно дрожали. Впрочем, так продолжалось уже весь день.        - Отец, мы хотели узнать, что случилось с Эстонией и Беларусью, - твёрдо произнёс РСФСР.       Коммунист немного встрепенулся и несколько мгновений неуверенно, и немного виновато смотрел на республики.        Тяжело вздохнув, он хрипло начал.       - Они мертвы. Мы уехали от туда, чтобы то, что сделало это, не нашло нас, - он закрыл глаза, а после тихо добавил, - простите, что не говорил раньше. Не хотел вас пугать.       На несколько мгновений наступила гнетущая тишина, которую после прервал робкий голосок Латвии.        - Папа, а кто их убил?        После её слов Союз молча встал и вышел из кухни. Дети непонимающе переглянулись, но совсем скоро Совет вернулся, держа в руках свой блокнот.        Он открыл его и поднял над головой, чтобы все видели. Там была изображена та самая тварь, а на соседней странице - план леса с отмеченными точками.       Ребята в ужасе смотрели на рисунок. Им не хотелось верить в реальность происходящего, но тем не менее, отец выглядел слишком серьёзно.        - То есть мы все умрём? - спросил Казахстан.        - Надеюсь, что нет, - без каких-либо эмоций сказал СССР, и детей не на шутку напугал такой тон.        Но коммунист лишь, убедившись, что больше к нему вопросов нет, развернулся и молча вернулся к себе. Холодная пустота внутри него давила всё сильнее. Это чувство беспомощности не давало ему покоя. Скоро всё вновь повторится.        И тут из некого транса его вывел телефонный звонок.        Союз, неохотно подойдя к источнику столь надоедливому шума, взял трубку.        - Эм… Советский Союз, сегодня будет собрание стран. Просьба придти, - раздался голос Великобритании.        Совет несколько мгновений ни говорил ни слова, а после холодно ответил.       - Я не приду.       - Sorry, USSR (Прости, СССР), но ты и так пропустил несколько рабочих дней, - настойчиво сказал Британия.       - Тебе надо второй раз повторить?! Я. Не. Приду, - сорвался на крик коммунист, и, не дожидаясь реакции ошарашенного британца, бросил телефон. Он кипя от гнева, пошёл в свою комнату, то и дело что-то злобно бубня себе под нос. 

***

      Из прихожей ещё несколько минут доносился звон, ожидающий Союза, но Совет не обращал на это никакого внимания. Он, запустив руку в волосы, сидел за своим столом и вновь обдумывал всё произошедшее.        Но тут трубку взял Россия, который не был так терпелив, как отец.        - Ало.       - Здравствуйте… Вы можете позвать Советского Союза? - чуть неловко проговорил Великобритания, услышав детский голос.        - М… Да, могу, - неуверенно ответил Рос, медленно направляясь к СССР.       Коммунист, услышал часть разговора и последующие за ним шаги, бесшумно встал и, только РСФСР собирался открыть дверь, как Союз со всей силы распахнул её, чуть не сбив сына с ног.        Совет, не говоря ни слова, пошагал к ненавистному телефону и, попытавшись придать своему голосу как можно более спокойный оттенок, проговорил.        - Господи. Ладно, приду я! Но только учти, что республики со мной будут.        - А для чего тебе с собой children (дети)? - ответил недоумевающий Британия.        - Не спрашивай, - отрезал СССР и повесил трубку.        Он несколько мгновений неподвижно стоял, прислонившись к стене. Но после, переведя уставший взгляд на стоявшего рядом Россию, тихо сказал.       - Скажи остальным, чтобы готовились. Мы идём на собрание. 

***

      Союз сидел в огромном зале, битком набитом разными странами. Весь его вид выражал ужасное недовольство и раздражение. Казалось, один неверный неверный шаг - и Совет без промедлений выпрыснет свой гнев на всех вокруг.        Даже Америка не стал вновь прикапываться к СССР, хотя причиной тому было лишь указание его отца Великобритании.       Республики же тихо сидели рядом с коммунистом. За всё собрание они не проронили ни слова, что не на шутку удивило остальних. Ведь те немногие, кто встречались с этими детьми запомнили их весёлыми и неугомонными, а другие же просто на словах знали о даже слишком активных нравах ребят. Сейчас же дети были подавленны и запуганы.        Но то, что знали все - у Союза было 15 республик, а здесь сейчас лишь 13. Но задать интересующий всех вопрос пока что никто не осмелился.       Но вот Британия, объявив перерыв, первым делом направился к Совету.        СССР же, заметив приближающегося британца, поспешно собрал детей и повёл их к выходу. Ребята крайне утомились от скучных монологов и клевали носом, от чего Великобритании не составило труда догнать сонных республик, а вместе с ними и их отца.        - Чего нужно? - обернувшись через плечо, прошипел коммунист.        - Слушай, я знаю, что у тебя что-то случилось. Прошу, хватит скрывать это! Раз это касается детей, то дело правда серьёзно! - с хорошо различимым английским акцентом проговорил Британия.        Союз тяжело вздохнул, словно пытаясь успокоиться и не врезать собеседнику прямо здесь. Но в конечном итоге он лишь коротко ответил.        - Не твоё дело.        - Нет, USSR! (СССР!) Пожалуйста, хватит быть таким эгоистом! Мы можем тебе помочь, но ты слишком высокомерен, чтобы принимать помощь! - повысил голос британец, что было не свойственно вечно непоколебимому и сдержанному аристократу. Но после он уже как обычно, только с ноткой мольбы, добавил, - пожалуйста, скажи мне, как другу.       Совет немного удивился столь странному поведению Великобритании, а так же его последним словам, но уже через несколько мгновений сухо отрезал.        - Нет.       После чего, забыв про Британию, повёл ребят в свой кабинет.        СССР завёл их в не особо большое, но и не маленькое помещение. Здесь был диван, письменный стол, шкафы с документами и книжная полка.        - Отдохните тут, - с каплей ласки, которая ещё осталась в нём, сказал коммунист и, наказав республикам не трогать там ничего ценного, вышел в просторный коридор.        Почти сразу перед ним предстал Америка со своим обычным самодовольным видом. Но, только американец хотел вставить какую-то колкость, как его по лицу со всей силы приложили кулаком. Кровь из разбитого носа хлынула на пол, а по округе разнёсся не прекращаемый мат США.        Союз, лишь ехидно усмехнувшись, оттолкнул пендоса с прохода и пошёл дальше. Но совсем скоро его нагнал британец, в котором уже не осталось былой вежливости и участия. Голубые глаза его метали молнии, и он, не сдерживаясь больше, заорал.       - ДА ЧТО ТЫ СЕБЕ ПОЗВОЛЯЕШЬ, RUSSIAN (РУССКИЙ)?! - но, не успел он договорить, как и ему досталось от Совета. Тощий Великобритания повалился на пол, зажав рукой пострадавший глаз.       Все стали оглядываться на буйного СССР, но тот, не обращая на присутствующих никакого внимания, двинулся дальше, бесцеремонно раздвигая попадавшихся на его пути стран.        И вот, наконец, коммунист остался один. Место, в которое от пришёл, было плохо освещено и немного пахло сыростью. Но зато здесь никого никогда не было.        Союз облокотившись о холодную стену, тихо завыл. Это постепенно переходило в плач, а после и в наполненный невыносимой болью крик. Совет сполз по стене и, прижав колени к груди, уткнулся в них, словно маленький ребёнок.        Как же ему хотелось покоя. Чтобы всё это прекратилось. Чтобы всё было как раньше.        Но тут сознание его вновь, как и в тот день на кухне, стало покидать его тело.        И вот СССР, открыв глаза, увидев вовсе не забытое богом помещение. Это было воспоминание, плотно врезавшееся коммунисту в память.        Рядом с ним бежал Серёжа, бывший друг Союза. Они весело петляли по лесной тропинке, заинтересованно оглядывая всё вокруг, а иногда устраивали в непродолжительные догонялки. Конечно, всё это было лишь весёлой детской игрой.        Которая кончилась страшно.        И вот маленький Совет, обогнав друга на несколько шагов, радостно обернулся. Паренёк спешили к СССР, но вот коммунист замер в немом ужасе.        За спиной Серёжи к нему уже тихо подкрадывалась волчица, скаля острые зубы. В тот же миг коммунист начал медленно отступать, не издавая ни звука. Паренёк же в недоумении остановился и посмотрел на друга.       Но тут Союз споткнулся и кубарем полетел в яму. Боль пронзила всё его тело, но он лишь, чуть приподнявшись, выглянул из своеобразного укрытия. Мальчик уже заметил зверя, но было поздно. Волчица бросилась на друга и сомкнула челюсти вокруг его тонкой шеи. Воздух прорезал крик, от которого сердце словно обхватывал желейный обруч. До смерти напуганный Совет различал лишь «Помоги».       Звук разрываемой плоти. Брызги крови.        Тишина.        Смерть Серёжи была страшной. И труп его навеки остался в тёмном лесу. За ним никто не вернулся.       И тут СССР вернулся в реальность.        Силы почти покинули его, но тем не менее, он ещё не впал в беспамятство.        Коммунист просидел несколько мгновений, вновь погрузившись в размышления. Но тут он вздрогнул. Кажется, он всё понял.        Рейх, Волчица… Эта тварь принимает образ страха.        В голове Союза пулей пронеслось множество мыслей. Но понял он только одно.       Кто-то из детей боится его. 

***

      Новая волна боли накатила на Совета, и тёплые слёз покатились по щекам. За мокрой пеленой он не видел абсолютно ничего, но тут СССР услышал приглушённые шаги. Кто-то сел рядом с ним и через пару мгновений коммунист почувствовал на своём плече тёплую руку.       Союз немного успокоился, но дрожь продолжала бить его измученное тело. И тут над его ухом раздался успокаивающий голос, который, на удивление, принадлежал Великобритании.        - USSR (СССР)… Пойми, я готов помочь тебе всем, что в моих силах.        - Прости, но тут никто не может мне помочь, - сипло прошептал Совет.        И тут в его руке оказалось что-то лёгкое. Это был блокнот.        - Ты… Обронил в толпе, - с ноткой вины и жалости пояснил Британия, когда СССР поднял на него заплаканное, но недоумевающее лицо.        - Ты смотрел в него? - без каких-либо эмоций проговорил коммунист, на что получил утвердительный кивок.        Союз на несколько мгновений прикрыл глаза, а после молча встал и, не прибавив больше ни слова, пошёл прочь.        Он покачнулся и чуть не упал, но не обратил на это внимания и, держа в руке книжонку и опустив взгляд в пол, двигался через толпу.        Британец с удивлением и тревогой смотрел вслед Совету, но не решился идти за ним.        Но тут СССР услышал тонкий голос Латвия. Он мигом обернулся к дочери, и встретился с испуганным взглядом Бел, на чьи глазки уже навернулись слёзы.        - П-папа… Там был тот монстр! Он… Он забрал Казахстана!        Сердце коммуниста пропустило удар. Неописуемый ужас заполнил всё его существо.        - Как?! Что с остальными?! - забыв о том, что находится в окружении множества стран, заорал Союз.        Все мигом обернулись на него, но Союзу было плевать.        - М-мы с Казом хотели найти столовую, потому что проголодались… Остальные остались в кабинете… И мы вышли в как-то коридор, и тут разбилось окно и залезла та штука, которую ты показывал на рисунке, - пролепетала девочка и залилась плачем, не в силах больше говорить.        - Где?! - в ужасе спросил Совет, на что Латвийская ССР лишь указала дрожащей рукой в сторону. СССР без лишних слов бросился в указанное направление.        «Что эта тварь делает здесь?! О господи… Она найдёт нас везде…» - подумал он.        Коммунист совсем скоро оказался вдали от остальных стран и перед ним предстал совершенно обычный пустой коридор. Но тут взгляд его ухватился на осколки стекла, разбросанные по полу. И кровавый след, видимо, вызванных ими.       Союз словно наяву увидел, как чудовище хватает его сына и, зажимая костлявой рукой рот республики, волочит того по осколкам, а после утаскивает в окно…       Совет инстинктивно подбежал к вновь открывшемуся проёму. В ноги его вонзились осколки, СССР он думать про них забыл. И тут он видел вдалеке белую точку, которой и являлся монстр. Тварь всё удалялась, пока вовсе не скрылась из виду.        Коммунист почувствовал невыносимую боль и отчаяние. Его дети один за другим умирали, и он ничего не мог сделать. Всё кончено.        С уст его сорвался истошный крик, на который мигом прибежали нации. И перед их взором предстала страшная картина.        Союз стоит у выбитого окна, тело его дрожит, словно лист на ветру. В глазах беспомощность, смешанная с сильнейшей горечью. Из-под ног его медленно течёт алая жидкость, добавляясь к и без того невесть откуда взявшиеся крови.        - What happened here?.. (Что здесь произошло?) - первый подал голос Великобритания, протиснувшись сквозь толпу, но после заметил СССР, который же не видел ничего вокруг.        Коммунист внезапно упал на колени, от чего осколки вонзились уже и в его колени. Он тихо всхлипывал, не в силах даже пошевелиться.        Никто не осмелился подойти к нему. Страны были ужасно ошарашены происходящим, но тут вперёд выступила Латвия, которая, пусть ещё не до конца отошла от смерти казаха, но всё же выглядела куда лучше своего отца, который был уже окончательно сломлен.        Девочка осторожно, стараясь не наступать на опасные остатки стекла, подошла к Союзу.        Тот даже не посмотрел на неё. Казалось, всё в мире в миг утратило для него смысл. Латвийская ССР немного при обняла Совета, пытаясь хоть немного поддержать. Но тут раны на СССР открылись с новой силой. На полу в миг образовалась багряная лужица, и в то же мгновений коммунист без сознания повалился наземь.