Адюльте́р

Если бы Лолу попросили описать все, что с ней произошло за последние два дня, то она бы выбрала фразу: «Жизнь берет свое». В первый день после отъезда из Анаклии обязательным условием Леши стало посещение врача-невролога и гематолога. Сдача анализов и выписка необходимых лекарств после получения результатов. Всё произошло слишком быстро, слишком дорого и слишком профессионально. Как только страшный лист с результатами попал в руки Леши, его озабоченная забота не осталась без внимания Лолы. Для неё самой это была обычная болезнь. Поставленный диагноз не стал чем-то новым. Анемия в сочетании с вегетососудистой дистонией в итоге привела к развитию межрёберной невралгии. Она и сама прекрасно знала, что в её крови не хватает красных кровяных телец. Гемоглобин был понижен до критически низкого уровня, а пониженное артериальное давление спровоцировало обморочное состояние. К слову, она не сдавала кровь уже года четыре на это просто не было времени. Единственным механизмом, который двигал ею вперёд, оставались карьера и развитие собственного бизнеса. Ей назначили определённые таблетки для поднятия уровня железа, ферритина и, самое главное, магния. Состояние должно было улучшиться после завершения курса, но в случае плохого усвоения важных элементов врачи порекомендовали прокапать их внутривенно. Игл Лола боялась и ненавидела больше всего, поэтому пока остановилась на первом варианте. Для неё это казалось самой настоящей каторгой пить три раза в день по несколько разных таблеток. Она никогда не была настолько ответственной, чтобы стабильно следить за приёмом лекарств. В большинстве случаев всё её внимание было сосредоточено на рисовании, личных заказах дизайн-продуктов, форумах, обучении и изучении новых тенденций. Даже когда гинеколог назначил ей противозачаточные, там были некоторые послабления по сравнению с тем, что приходилось соблюдать сейчас. Была бы возможность она давно поставила бы ВМС, но металл, из которого делали спираль, вызывал у неё аллергию в виде высыпаний. Однажды это уже произошло, и повторять опыт ей совершенно не хотелось! Определённый план питания и строгая диета должны были привести состояние здоровья в порядок. Что ж, придётся запастись терпением и надзорным контролем. Лёша не спускал с неё глаз. По итогу художница чувствовала непонятную вину, смешанную с неловкостью по отношению к Лёше. Она никак не могла свыкнуться с мыслью, что в данных обстоятельствах занимает его время собой, словно сейчас является для мужа обузой. Чувствовала, что приносит слишком много дискомфорта своим тревожным и одновременно вялым состоянием. Слишком много внимания Лёша уделяет ей, хотя сейчас его мысли должны быть полностью сосредоточены на музыкальном фестивале, а не на её здоровье. Но ничего против сказать она не могла ведь Лёша действительно очень сильно беспокоился, и его можно было понять. Он старался быть хорошим искренне, и Лола чувствовала, что парень по-настоящему бережёт её самочувствие. Например, сегодняшнее утро: как мягко он с ней общался, как вежливо вёл себя при друзьях, будто осознал, что в тот день на её вилле действительно повёл себя крайне хамовато по отношению к жене. И он признал свою ошибку. Лола ощущала его чрезмерную, почти эмпатическую заботу, и за последние дни нахождения с ним эта забота местами даже выводила её из равновесия, хоть и малость радовала. Лола до сих пор чувствовала зияющую дыру в сердце, объяснения этому, огромное количество времени разлуки сказалось на ней. Отношения на расстоянии давались тяжело, но все же важно понимать, что это всего лишь временно. Ведь сейчас, вроде как, все начало налаживаться…ну, наверное…потому что за эти два дня они не вылезали из постели. Сексуальная жизнь была везде: на террасе, в кабинете, в кровати, в душе и даже лежа в ванне. Лола не хотела тревожить его и без того разбитое ментальное здоровье. Она берегла его, потому что знала: одно-единственное неповиновение может спровоцировать агрессивный срыв и возвращение к веществам. Хотя…главная причина её покорности заключалась в другом она просто не хотела больше его злить. Не хотела ругаться и разрушать тот эмоциональный огненный фон, который сейчас окружал Лёшу. Она много думала над тем, что он сказал, и приняла решение немного успокоиться и подлечить свою «творческую голову». Раз уж тема зашла о её профессии, то точно знала одно: она не хотела бросать чертежи. С этой концепцией девушка так и не свыклась и до сих пор по ночам, словно мышка, тихонько доделывала свои работы с заказчиками онлайн, сидя на террасе пентхауса. С Серегой они так и не общались после того случая встречались лишь за завтраком. Зато с остальными ребятами из лейбла она была рада провести один тёплый вечер в кругу старых знакомых. И ничего странного в её присутствии не происходило. Фестиваль. Музыкальный фестиваль не особо воодушевлял Лолу. Будь она совсем черствой и не воспринимай музыку всерьёз, она бы вообще не вдавалась в подробности Лёшиных дел. Она знала только одно: завтра первое выступление его собственных артистов. На днях приехала остальная команда 143, которая будет сопровождать их все три дня декораторы, стилисты, визажисты, организаторы и другие важные люди, создающие красивую картинку на сцене. Это было очень энергозатратно и очень дорого. Лёша вкладывал в музыкальную индустрию своего лейбла просто дохуя долларов. Лола видела, что он немного нервничает. Или ей только казалось. Музыкант был слишком ответственным за своё творчество и всегда держал высшую планку, не позволяя себе паниковать. Лола помнила, как сама чувствовала себя перед своей выставкой тогда её сильный дух слегка подкачал в самый важный момент, и волнение было невозможно скрыть. А у Леши такие мировые мероприятия выглядели чем-то обыденным, почти пустяком. Его самоуверенность зашкаливала до максимума. Лоле никогда не достичь и не проработать в себе той уверенности, которой обладал муж в важные моменты. Этим сильным и непоколебимым качеством она восхищалась по сей день. После суточного обследования Узенюк попросил её созвониться с отцом. Сразу же следующим утром, в его снятом люксе в Батуми. Она сообщила, что придёт не одна, а с мужем. Лола не ожидала услышать от отца такое тёплое и радушное принятие. Он не был против наоборот, хотел познакомиться с её законным супругом. Лука знал, кем является Алексей Константинович. Как ни странно, даже для старшего поколения имя популярного рэпера и продюсера было на слуху за пределами России. И Лоле показалось, что отцу больше импонировал именно Лёша, чем его собственная старшая дочь… Хотя, возможно, это была просто вежливость и порядочность. Она помнила, как отец реагировал раньше при упоминании известного человека. Он знал, с кем его дочь состоит в отношениях это было невозможно не знать. Сейчас он тоже не возражал против знакомства, и в его голосе Лола услышала явное одобрение. Если говорить о старшем Хасанове, то он был крупным бизнесменом. Лука владел целой сетью люксовых автосалонов в Грузии и ближайших странах, а также являлся главным собственником известной сети элитных гостиниц в Тбилиси. В целом Лола не особо акцентировала внимание на его деятельности знала только, что с такими расходами на яхты и десять автосалонов не отделаешься. Поэтому когда отец пригласил их на своё собственное судно, она не удивилась роскошному паруснику. Её отец любил тратиться на большие игрушки и показывать всем свои безграничные возможности. Сейчас Лола стояла на носу трёхпалубной яхты, глядя вперёд, к горизонту вечернего моря у глубокой гавани. Перед глазами простирались горы, скалы и зелень, обрамляющая маленькие участки каменной породы. Первое июня дарило тёплые нотки спокойствия и чего-то нового для будущей жизни. В этот день Лола поняла, что отпустила все события, связанные с теми глупыми вопросами и ответами в интернете. Хайп сплетен постепенно снижался, обсуждения затихали, но она знала: стоит ей выложить хоть одну фотографию с Лёшей и снова начнётся бунт. Кто-то будет радоваться, что у них всё хорошо, а кто-то сочинять очередную грязь о том, что жена до сих пор терпит такое отношение. Прошло уже больше пяти дней, а её всё равно кидало в дрожь от воспоминаний о своей нелепости… о тех вопросах в Instagram. Узенюк так и не высказался в своём блоге по поводу этой истории. Лола сильно нервничала перед приездом сюда. Лёша успокаивал её тем, что всё, что ни делается всё к лучшему. Так оно и получилось. Это было необычно. Для неё это было чем-то новеньким. Она мало общалась с отцом на протяжении десяти лет, а сейчас на другом конце судна ужинают её новоиспечённые родственники его новая семья. Жена отца. Это было какое-то безумие. Лола тяжело принимала такие редкие внезапные перемены, ведь не каждый день знакомишься со своим родным младшим братом и младшей сестрой. Это не укладывалось в голове она ведь была единственным ребёнком в семье. А вот вспыльчивый и непредсказуемый Лёша в этот вечер был собран и чувствовал себя абсолютно в своей тарелке. Его ничего не смущало и не пугало. Он вёл себя так, будто был знаком с Лукой и остальными членами семьи уже много лет. Они быстро нашли общий язык. Однако внутри Лолы царил смятённый беспорядок, и это её совсем не радовало. Совсем не было ни счастья, ни спокойствия рядом с отцом. Возможно, всё дело было в её тревожном состоянии после поставленного диагноза. Нужно было время, чтобы привыкнуть к таким метаморфозам в жизни. Лола стояла на носу яхты у самого края, облокотившись локтями на высокую перегородку. Сзади, за прямоугольным столом, были разложены морепродукты и редкие изысканные блюда, приготовленные лучшим шеф-поваром Грузии. Нанятый персонал то и дело пополнял закуски и алкоголь. Близнецы-подростки сидели рядом с матерью, не особо вникая в разговор взрослых они были полностью увлечены игрой в телефонах. Лола аккуратно обернулась через плечо и заметила, как Лёша и её отец оживлённо беседовали, сцепившись языками, словно были знакомы уже много-много лет. Сказать честно, эта картина завораживала и даже приятно удивляла. Видеть адекватно рассуждающего Лёшу со стороны говорящего о глобальных делах бизнеса, а не о том, где бы достать дозу и летать всю ночь в облаках, было странно и… тепло. Она вспоминала первые три часа на яхте. Айтан и Давид (так звали близнецов) буквально не отходили от Леши. Дети светились от счастья, когда встретились лицом к лицу со своим кумиром. Лола неоднократно бросала удивлённые взгляды: как легко Лёша находил расположение даже к четырнадцатилетним подросткам. В тот момент она поняла, что сама не очень умеет общаться с младшим поколением в её детстве не было ни младших сестёр, ни братьев, в отличие от Леши. Она также помнила, что Лёша неоднократно озвучивал некоторых зарубежных мультфильмов своим голосом и много занимался финансовой благотворительностью для детских домов. Может, именно поэтому дети сразу же полюбили его, как только увидели? Лёша определённо произвёл на её отца хорошее первое впечатление, показав себя надёжным и заботливым супругом. С другой стороны, Лола подумала, что хоть с кем-то из её родни у Леши сложились нормальные отношения. Раз уж с её матерью у него ничего не задалось, пусть хотя бы с отцом будут на высоком уровне уважения. Она заметила, что Лука хорошо справлялся с потерей собственной матери. Яхта шла ровно, плавно и размеренно. Вода шумно билась об острый белый нос судна. Лола слушала мощный напор моря, рассекаемого движением против течения. Каштановые волосы были плотно затянуты в высокий хвост, но несколько непослушных пушистых прядок выбились и нежно щекотали виски и лицо. Закат с каждой секундой становился всё огненнее, разбрасывая тёплые лучи по коже. Она ловила себя на маленьком, тихом счастье. Возможно, всё действительно станет хорошо. Возможно, это хороший сон. Возможно, наконец-то началась белая полоса… Сегодня Лола не выбирала открытую одежду наоборот, оделась потеплее, особенно учитывая, что ближе к вечеру на море становилось прохладно. Наряд не подразумевал никакой дерзости: обычный велюровый бежевый классический костюм от Кутюр, поверх которого была прицеплена маленькая кожаная коричневая сумочка, подчёркивающая узкую талию. В неё помещался только телефон и пластиковая карта. Лола настолько глубоко ушла в свои размышления, что вздрогнула от внезапного вторжения в личное пространство. Взгляд резко упёрся в мощную согнутую в локте руку, которая легла впереди и мягко, но уверенно подняла её подбородок. Объятия становились сильнее… или это была попытка удушения? Лёша умел превращать обычное прикосновение в акт насилия так, чтобы со стороны оно выглядело безобидным касанием. Лола не чувствовала ни боли, ни страха только трепещущее ощущение в груди и острое желание остановить это мгновение. Рука в чёрной рубашке прижимала сильнее. Лоле пришлось задрать подбородок вверх, спина автоматически прильнула к напряжённому торсу. Она повернула голову вбок и сначала увидела острые углы челюсти, а потом колючий небритый подбородок, который прислонился к её щеке и дарил маленькое приятное покалывание. Лёша смотрел на неё сверху вниз через тёмные спортивные очки. Её руки непроизвольно схватились за его перекинутое предплечье, уголки рта растянулись в улыбке. Она выдохнула, чувствуя, как навязчивые мысли отошли на второй план. Лёша стоял сзади, плотно прижимаясь бёдрами к её телу. Чувство защищённого купола опустилось на плечи. Даже сейчас он не применял физическую силу, но этот жест всё равно был очень приятным… - Мы возвращаемся. - грубый голос раздался прямо в ухо, а губы целуют намеренно в щеку. - Хорошо. - она отвернулась к городу, где уже блестели пёстрые огни центральной части берега, и слегка наклонила затылок, упираясь в его плечо, - хочу прогуляться по набережной. Ты не устал? - Не устал. Но сначала мне нужно встретиться с Катериной, обсудить детали феста, это не надолго. Не против? Лёгкий повторный поцелуй в висок, сопровождаемый тёплым дыханием и жаркими объятиями. Прохладный ветер проходил мимо, пока Лёша крепко её обнимал. Этот миг Лола точно запомнит. - Ты спрашиваешь, не против ли я? А разве, ты мое мнение вообще учитываешь? - ухмыляясь с улыбкой проговорила она. - Эй, - Лола почувствовала, как Лёша опустил другую ладонь на ее талию, невесомо поднимая нижний край кофты, ощущая холодные пальцы на своем животе, это заставило Лолу втянуть мышцы в себя, - хватит из меня делать козла отпущения, только потому что ты не можешь расслабиться и не знаешь что такое отдых. - Я умею отдыхать. - буркнула в руку, - Ты что думаешь я ни о чем не думаю кроме проектов? - А о чем ты думаешь? - Сейчас? - Да. Лола в растерянности бегала взглядом по размашистым волнам, по тому, как вода отбрасывает блики. Её пальчики схватились за его пальцы, переплетая их между собой. Лёша ответил на этот жест. Какой-то надоедливый паразит под волнением начал ползать под кожей, создавая тихий бунт паники. - О том, что ты хоть с кем-то нашел контакт. - выдавила она из себя, слегка кивая в сторону, там где сидела семья. - Ты про отца? - менее тише снижая тон сказал парень. - Угу. - Ревнуешь? - Что?! - а когда осознала смысл вопроса заливисто рассмеялась, - нет, конечно, нет! - Ладно, сделаю вид, что не понял. - Лёша! - она резко толкнулась тазом назад, чтобы он заткнулся и перестал смеяться над ней. Однако, его ответный смех над ухом был таким открытым и приятным. Почему то улыбка у Лолы не отлипала с лица. - Зато, я теперь понимаю, откуда в тебе столько одержимого трудолюбия. Ты вся в него. Лола закатила глаза, снова рассмеялась и развернулась к нему. Взгляд бросился через его плечо она увидела, как Лука издалека манит их рукой к столу. - Пошли. - Подожди. Чувствуя как Лёша остановил ее рукой и слегка притянул к себе за запястье, наклонил незаметно голову. К сожалению Лол, не могла видеть его глаза и на, что Лёша уставился в данный момент. - Как ты себя чувствуешь? Не было больше паничек? Ты здесь стояла почти тридцать минут, после того как ушла прогуляться. - Нет. - Я не хочу сюрпризов, как в прошлый раз, - предупредил Узенюк. - Леш… - она вздохнула и закатила глаза, попыталась потянуть его за ладонь, но тот будто бы в землю врос и не торопился идти к столу. - Пошли. Все нормально. - Ответь. - Мне нужно время, я не привыкла к такому близкому общению с отцом. И да, я хорошо себя чувствую, правда. - успокаивающим тоном сказала Лола. - Идем. Они шли вперёд вдоль узкого прохода на заднюю часть яхты. Приближаясь к большой обеденной зоне, где стоял роскошный прямоугольный стол с блюдами. На нём располагались живые пионовидные розы в миниатюрных вазочках, а освещением служили только свечи на высоких канделябрах. Стол находился под белым навесом. Лола занервничала сама не знала почему, но эти обстоятельства её насторожили. - Может быть, еще кофейку? - Лука обвёл взглядом старшую дочь, когда Лёша галантно отодвинул для неё кресло и помог присесть, а после сам приземлился рядом на кожаный диван, беря в руку стакан с бурбоном. - Нет, спасибо, я согрелась. - Чаю? - Нет, я правда не хочу, - она улыбнулась. - Мартини? - Мне сейчас пить не рекомендуется. Лука вскинул брови вверх и с изумлением посмотрел на дочь. - Почему? - Из-за лекарств, пока нельзя, какое то время…я прохожу лечение и… Его жена увидела, что Лоле неудобно говорить об этой теме и быстро вклинилась в разговор: - Ничего, ничего, выздоравливай, - улыбаясь она накрыла ее плечо аккуратно сжимая, даря чувство поддержки. - Ух, - вздохнул Лука глубоко и взглянул на свою жену, она в ответ улыбнулась слегка, старшее поколение рассмеялась, разряжая обстановку и додуманные мысли, - я подумал, что вы собираетесь стать родителями. - О, нет, пока нет, - отрицала Лола и качала головой, бросила спасающий взгляд на Лешу, лупя в него глазами. - Все же эта тема касается нас двоих, но в будущем мы обязательно сообщим если вдруг такое случится. И да, спасибо вам за вечер, ужин был вкусным, очень, - Лёша отпивает спиртного, отвлекая на себя внимание и добавляет, - приятно было познакомиться, провести с вами время, надеюсь такие вечера будут случаться почаще. - Да, нам тоже, - Лука смотрит с улыбкой какое то время и оглядывается к приближающемуся берегу, возвращаясь к дочери спрашивает: - где еще будут показывать выставку? Лола подняла воодушевляющий взгляд на отца и сказала: - Мы много думали об этом с моей командой, и приняли решение увезти все в Европу. Сначала Кельн, потом ближайшие крупные города. И наверное я туда слетаю. - Ты, молодец, Лол, - Лука по доброму заулыбался. - ты талантище, не останавливайся на достигнутом, да и ты сама это знаешь. - Спасибо, - сконфуженно произнесла Лола, растягивая скромную улыбку на лице. - О, как здорово, милый, - Тома, так звали жену отца, развернулась к нему, демонстрируя при этом свою длинную утончённую шею и дорогие бриллианты на груди. Свет от свечей заставлял камни красиво переливаться. Заправляя за ухо чёрные волосы, Лола отметила грубоватые, но привлекательные линии лица. Удивительно, но Тома тоже была грузинкой, в отличие от матери Лолы, которая была русской. - Завтра нам нужно попасть туда. Хочу посетить галерею вместе с детьми. - Да, конечно, приходите, и Айтан с Давидом берите. Им должно понравится современное искусство. За столом подростков не было, скорее всего они куда то убежали на нижнюю палубу, Лола искала взглядом в их поиске, но так и не нашла. - Обязательно, - вежливо улыбнулся Хасанов. - я не все залы обошел после твоего дня рождения. - У тебя еще есть время. - Генацвале, - расхваливал он ее по-грузински, - тогда в ближайшее время мы постараемся придти. - бодро сказал Лука. - аукцион картин предполагается? - Думаю да, в конце сезона будет видно, думаю определенные экспонаты попадут под него, уже есть много желающих приобрести работы. - Я первый на очереди! - сказал Лука. Тёплый ужин медленно перетекал в завершение вечернего сбора. Через каких-то двадцать минут яхта пришвартовалась в главном порту Батуми. Прежде чем сойти на берег, Лола попрощалась с отцом крепкими объятиями и со всеми остальными. Она уже не стеснялась и даже немного расслабилась от общения с новой семьёй Луки. Лола познакомилась ближе с его окружением это было тяжело, но она нашла в себе силы принять новую реальность. Они хорошо провели вечер и даже успели немного сблизиться с отцом за то расстояние, которое висело между ними почти десять лет. Они обнялись на прощание и махали руками, когда пара начала отдаляться. Вся остальная семья решила остаться на яхте они продолжали махать им руками, особенно дети… На улице уже зажглись огни. Небо утонуло в звёздах, а на земле было заметно теплее, чем в открытом море. Лола старалась улыбаться и не показывать внезапный нахлынувший страх. На это было своё объяснение… Когда никто не замечал, Лёша придерживал её за талию или за спину, чтобы Лола чувствовала твёрдую опору, переходя по мостику с корабля на берег. Он ощущал, как её всю трясло от страха, даже на незначительной высоте. Лола безумно боялась подвесных мостов… Он переплёл свои пальцы с её рукой, чувствуя дрожащий тремор и влажность на ладонях. - Расскажешь мне когда-нибудь, где берет начало твоя фобия? - спрашивает с интересом Лёша не оглядываясь на жену. - Это связано с отцом. - Значит, это долгая история? - хмыкнул он. - Нет. На самом деле ничего сверхъестественного…это из-за… И вдруг, Лёша развернулся к ней резко, сжимая в замок свою ладонь сильнее прерывая её мысль: - Не сейчас, хочу, чтобы мы были вдвоем. Лола быстро кивнула и перевела взгляд за Лешину спину. Они уже почти подошли к машине, когда среди снующих туристов Лола заметила знакомую фигуру. Катерина Кузнецова шла к ним с лёгкой, уверенной походкой. Стройная, безумно красивая, в элегантном синем твидовом костюме: короткий жакет и мини-юбка, едва прикрывающая середину бёдер. Глубокий вырез без стеснения показывал аккуратную округлую двоечку. Завершали образ синие ботфорты на шнуровке с открытым носком. Даже здесь, на ветру у набережной, Кэт выглядела так, будто только что вышла с фотосессии. Подойдя ближе, она улыбнулась искренне, тепло, без малейшей наигранности. Сначала они обменялись лёгкими объятиями. Лола приобняла её за талию, на что Кэт чмокнула её в щёку. От арт директора приятно пахло дорогим, утончённым парфюмом. Лола каждый раз, когда видела Катерину, невольно отмечала: та всегда идеальна. Даже в суматохе гастролей, даже после бессонной ночи. Эта безупречность иногда вызывала у Лолы тихую зависть, не злую, а скорее восхищённо-щемящую. - Привет, ребята, - мягко сказала Кэт и тут же провела ладонью по спине Лолы. - Боже, да ты вся ледяная. Как прошел ваш ужин с семьей? Без приключений? Метиска сдержанно улыбнулась, всё ещё пытаясь унять дрожь. - Вполне сносно, - она быстро взглянула на Лешу. Он смотрел на неё с лёгкой тревогой в глазах. - В открытом море оказалось намного прохладнее…чем я думала… Лола ощутила, что ее все еще трясло от холода и паники гефирофобии, которую старательно старалась скрыть. Кэт сочувственно кивнула: - Представляю. Я рада, что ты справилась! Лола, желая поскорее отвлечься от неприятных ощущений, спросила: - А у тебя как? Всё по плану? - Более-менее. Ты завтра с нами на фест? - Да, я планировала… В этот момент Катерина заметила машину. Её взгляд зацепился за блестящий хромированный кузов, и она слегка приподняла брови. - Ого… - тихо, но явно впечатлённо протянула она. - Это что, ваша? Где такую красавицу взяли? Лола почувствовала лёгкий прилив гордости. Не давая Лёше открыть рот, она ответила первой, чуть приподняв подбородок: - Моя, - она посмотрела на мужа, потом обратно на Кэт и скромно улыбнулась, но с теплотой. - Подарок. Катерина моргнула, явно удивлённая. - Серьёзно? Впечатляет. Новая модель? Я не слышала о таком релизе… Лёша ухмыльнулся. - Слышала и даже видела, просто не обращала внимания. - Узенюк показал свою самую хорошую улыбку, - это обновленный рест. Катерина на секунду замерла, внимательно разглядывая автомобиль, будто пыталась вспомнить, где могла его встречать. В её взгляде читалось искреннее любопытство и лёгкое профессиональное восхищение. Лёша заметил это и мягко вернул её к реальности. Он шагнул ближе, слегка коснулся плеча Лолы и протянул ей брелок. - Кажется, ты хотела поговорить? - спокойно спросил он у директора. Потом посмотрел сверху вниз на жену, в его взгляде мелькнула нежность. - Садись в машину, погрейся. Я сейчас подойду. Лола кивнула, чувствуя, как холод постепенно отступает, а внутри разливается приятное тепло от подарка и от того, как уверенно и спокойно Лёша всегда брал ситуацию в свои руки. После того как Лола устроилась на водительском сиденье своей новой машины, она не могла сдержать улыбку. Салон ещё пах свежей кожей и новым автомобилем этот запах сводил с ума. Защитные плёнки на торпеде и кнопках до сих пор не были сняты, напоминая, что у них даже не было времени нормально «распаковать» подарок. Лёша всё это время не подпускал её к рулю говорил, что она ещё слишком слаба. Но сейчас, когда она обводила пальцами кожаный руль и смотрела в боковое зеркало, Лола чувствовала: назад дороги уже нет. Радость переполняла её тёплой волной эйфории. BMW M8 Competition кабриолет выглядел вызывающе роскошно. Неоновая розовая подсветка салона делала интерьер похожим на кабину какого-то космического корабля. Лола всегда была придирчива к машинам любила американскую классику, винтаж и ретро. Но даже этот дерзкий современный немец произвёл на неё сильное впечатление. Она нажала кнопку, а далее мягко зажужжал механизм, крыша начала складываться назад. Тёплый морской ветер сразу ворвался в салон, ласково коснувшись лица. Лола включила музыку, пристегнула ремень и отрегулировала зеркала под себя. Когда она нажала кнопку запуска двигателя, мощная вибрация прошла через педаль газа прямо под ногой. От этого ощущения по телу пробежала приятная дрожь. Она не сразу заметила, как рядом с водительской дверью появился Лёша. Он стоял, засунув руки в карманы чёрных широких джинсов, склонив голову набок и глядя на неё сверху вниз озвучивая: - Ты перепутала свое место. - вновь этот властный холодный тон, который ставил ее в ступор. Его мускулистые плечи в черной свободной рубашке с такого ракурса были еще больше, а рост над ней стал куда выше, сидя в спортивной машине, практически на земле. Она непроизвольно сжала бедра. - С чего бы? - Хасанова свела брови смотря на мужа снизу вверх. Он снял очки и бросил их куда-то назад в салон авто. - Давай, лучше я. Выходи. - он повел головой. - Нет, ты пил. Узенюк закатил раздраженно глаза. - Два стакана. - оправдывает себя, - Ты что видишь, что я шатаюсь или падаю? Или может быть, - Лёша наклонился еще ближе к лицу, опираясь рукой о спортивный ковш, который был обтянут темно багровой натуральной кожей, - постю всякую хуйню от нечего делать в интернет? - Прекрати, - Лола поморщилась от того, как Лёша ее снова колит в стыд, чтобы вспомнила о том, как легко открыла завесу тайны их нездоровых отношений всем поклонникам, - это моя машина, дай мне хотя бы сегодня… - Дать тебе? - он ухмыльнулся, играя на двусмысленности. - Что именно дать, малышка? Лола глубоко вздохнула, стараясь сохранить спокойствие. Пальцы крепче сжали руль. - Не придирайся к словам, - она облизала губы и взглянула на бесстрастное выражение лица мужа, а пальцы сильнее вцепились в руль, - сейчас поведу я, тем более машин не так много в это время, до набережной ехать двадцать минут, садись уже. Я справлюсь. Я не хочу проблем с тобой, если вдруг, остановят за нетрезвую езду, ты что хочешь разгар новых сплетен? - собрав всю твердость, как можно жестче озвучила Лола поднимая темный взгляд на Лешу. Она подняла на него тёмный, твёрдый взгляд. Несколько секунд они смотрели друг на друга. Потом Лёша всё-таки отступил. Обойдя капот, он молча сел на пассажирское сиденье. Лола не смогла сдержать самодовольную улыбку. Не глядя на мужа, она выжала тормоз, перевела селектор в «D» и аккуратно тронулась с места. Машина легко и уверенно вырулила из тесного прохода между припаркованными у яхт-клуба дорогими авто. Лола быстро привыкла к габаритам после своего старого широкого Challenger’а этот BMW казался почти послушным. Первые пять минут она чувствовала на себе его пристальный, тяжёлый взгляд. Лёша не отводил глаз, будто специально хотел вывести её из равновесия. - Не пялься так, на меня. - Смущаю? - в его голосе Лола услышала усмешку. - Нет…Просто я давно не водила. Нервничаю. Не хочу разбить твой подарок. Лёша тихо рассмеялся. - Знаешь, ты хорошо здесь смотришься. - Лёша попытался перекричать музыку из колонок и, недовольно поморщившись, убавил громкость до десяти. В салоне звучала её любимая песня Lana Del Rey Diet Mountain Dew. - Но лучше всего ты бы смотрелась сверху на мне. Лола почувствовала, как жар мгновенно прилил к щекам. Она качнула головой, пытаясь скрыть широкую улыбку, и сильнее нажала на газ. Машина плавно вжала их обоих в сиденья. Сердце колотилось чаще, то ли от скорости, то ли от его слов, то ли от того возбуждения, которое он так легко в ней вызывал. - Леш… - тихо начала Лола, но тут же отвела взгляд и впилась глазами в дорогу. Не отвечает. В бардачке Лёша нашёл нетронутую пачку «Парламента», вскрыл её за золотистый ярлычок, достал сигарету и зажал фильтр между зубами. Щёлкнул зажигалкой от «Дюпона» покрытая палладием, она вспыхнула мгновенно. Кончик сигареты загорелся, дым наполнил лёгкие, слегка расслабляя нетрезвые мысли и напряжённое тело. Лёша глубоко затянулся, откинулся на подголовник и медленно выпустил дым в сторону открытой крыши. Всё это время он не сводил с Лолы тяжёлого, изучающего взгляда. Её отточенная поза и прямая осанка говорили сами за себя - она сильно нервничала. Поэтому Лола была максимально сосредоточена на дороге. В эту секунду Лёша подумал, что она на своём месте. Ей это шло. Машина, подаренная им, была ей к лицу. Несомненно. Он вспомнил сегодняшнее утро…как они вместе лежали в пене ароматной ванны. Ему хотелось вернуться туда, почувствовать её тело рядом. Хотел касаться её, делать всё, что хотел. Так и должно быть. Всегда. Точка. И сейчас он тоже хотел её касаться, играть с ней в их любимую игру, где он её личный дьявол. Он знал, что большинство девушек любят публичные проявления чувств. Особенно в его статусе. Но для Лолы это было лишним. Ей не нужно было Его внимание. Она не любила показывать чувства на людях, особенно перед живой аудиторией. Особенно перед Его. Если Лёша вдруг мог поцеловать её на какой-нибудь премии своего сингла без предупреждения, то потом, наедине, она высказывала столько недовольства, что сама же выходила из себя. И это бесило её ещё сильнее. Он делал это намеренно. Ему нравилось испытывать её терпение. Особенно когда он был в центре внимания. Ему нравилось ставить её в неловкое положение и питаться её растерянностью. В такие моменты она казалась ему хрупкой и беззащитной. А он ловким кукловодом, который умело дёргает за нитки её чувств. И каждый раз убеждался он привязал её к себе. Надолго. Возможно, навсегда. Почему вообще он все еще об этом думал? Почему его в данный момент это взволновало? Ну… Кристина. Кристина. Он делает глубокую затяжку, погружая дым в темный угол легких. Выдох. Прикрыв глаза заставляет расслабить голову. Но выходит плохо. Не получается. Это как лихорадка, болезненная хапка. Кристина рядом с Лешей, вела себя раскрепощенно. Мимолетные поцелуи, намеренные объятия, чтобы возбудить, шабаш аудитории и круг интриг среди ее фанатов и самое главное его слушателей. Господи, как его это раздражало раньше в прошлом. Особенно сейчас думая о ней. И зачем он думает о ней? Лёша прикрыл глаза, делая затяжку. Открывает, даря все внимание своей королеве. Сигарета попадает в правую руку стряхивая пепел по направлению ветра на трассу и последний вдох дарит ощущение головокружения и счастья. Да, счастья. Он давно его не испытывал. Скорее всего это чувство его посетило в последний раз, когда Лола осознанно приняла решение вернуться к нему. Когда попала в смертельную ловушку бракосочетания с ним. Лёша слегка улыбается своим мыслям и вдыхает очередную затяжку, сжимая между подушечков пальцев помятый фильтр. Дым быстро пропадает из легких с выдохом потом понимает, что поток ветра стал слишком медленным, раз он ощущает запах табака в своем окружении. Он выкидывает докуренный окурок. - Лоли… - протянул Лёша мелодичным голосом, специально привлекая её внимание. - Да? - Ты долго ещё будешь ползти, как телега? Забыла, где газ находится? - со сдержанной неутомимой раздражительностью спросил Лёша. - А мы куда-то торопимся? Он наклонился к спидометру и недовольно проворчал: - На такой машине ехать шестьдесят километров в час… Да ты издеваешься! - внезапно взревел он. - Ускорься! У тебя под капотом почти шестьсот пятьдесят лошадей, используй их по максимуму. - Здесь плотный поток! Это не гоночная трасса, а набережная. Лёша раздражённо выдохнул и отвернулся в сторону, глядя на проезжающую мимо красивую горную скалистую магистраль. С приближением ночи на столбах зажглись яркие гирлянды в оттенках красного, серебристого и золотого. Город становился почти кричащим, вызывающим и невероятно атмосферным благодаря этой иллюминации. - Вот здесь следи за маневрами, - не выдержит он спустя несколько секунд тишины. - дальше повороты будут резкие, а потом можешь ебашить. - Лёш, помолчи и не лезь под руку, - устало попросила она. - Не учи меня водить. - Да хуй я помолчу. Если уж села за руль, включай голову. Ты едешь как новичок, хотя опыта у тебя дохуя. - грубо выплеснул он недовольство, закатывая глаза. - Тебе не нравится? - возмущенно посмотрела Лола на него. - Мне не нравится, когда ты двигаешься в своей тачке неуверенно. Так быть не должно. У тебя достаточно опыта вождения. Почему ты едешь, как новичок, я не пойму? - Может быть, я наслаждаюсь, - она пожала плечами и улыбнулась сменяя музыку на более ритмичную. Заиграл инди-рок, русской музыки. Лёша нахмурился на такую резкую смену в ее плейлисте, это показалось довольно странным вкусом на фоне зарубежных песен… Тем временем, когда они проехали затяжную дугу, Лола нажала резко на тормоз, вставая на красный светофор. Их машина поравнялась с другой. Слева от них доносится веселый смех. Постепенно приходит осознание, что та компания из четырех человек. Две пары. Спереди сидели парни выкрикивая, что то на иностранном языке из окна желтого, словно лимон - Aston Martin, нажимая при этом на педаль газа, провокационно зовя к неофициальным гоночным соревнованиям, чья машина быстрее стартанет с места. - Только попробуй не поехать первая, то пересядешь через следующий перекресток. - угрожающе прорычал Лёша. Секунды на светофоре быстро таяли. Оставалось двадцать. - Я не буду играть в дурацкие догонялки. - Лола отвела высокомерный взгляд от молодых ребят, которые что-то кричали по испански попивая при этом из железных банок напитки, точно алкогольные. - Лол, если ты сейчас не поедешь, я тебя так отъебу, что завтра на фестивале ты будешь ходить хромая. Хочешь? - Чего!? - она резко повернулась к нему, глаза округлились. Восемь… Семь… Лёша глянул на красный отсчет и спокойно сказал: - Не веря мне, ты только усугубляешь ситуацию. Заставляешь меня делать поступки которые тебе не нравятся, - он нахально кивнул на столб со светофором, - смотри осталось пять ебаных секунд и если ты сейчас же не поедешь, я тебя выебу в другое место и это не рот. Это анал, Лол, это будет грубо и очень, очень больно. - Но… - Выбор за тобой. - Лёша смотрел пристально, в упор, даже не моргая. В его карих глазах поблескивали озорные огоньки от проезжающих машин, которые завершали маневр на стрелку с поворота. Сначала отвлекает свист покрышек слева от уха. Она вздрогнула и дала себе секунду на раздумья, чтобы опомниться. Нога на автомате сама потяжелела, надавив на газ до упора в пол, так, что кажется колодки заискрились под крылом и появился запах гари от новых деталей. От резкого рывка вжимает в кресло M8 и буквально за несколько секунд, скорость на электропанели уже превысило за сто пятьдесят, обороты резко подскочили. Пальцы схватились с такой силой за руль, что побелели костяшки и выступили синие вздутые венки на запястьях. Удерживать такую пташку, давалось сложновато. От адреналина внезапной езды расширились зрачки, а сердце заколотилось с удвоенным темпом, броня в грудную клетку. Дофамин вкололи в вены обоим, что девушка чувствовала как трясло ее конечности, но Лола даже и не думала спускать подошву любимых белых Конверсов с педали газа. Гонки ни когда не приносили ей какого то удовольствия, и уж точно не стремилась экспериментировать с сумасшедшей скоростью ее нового автомобиля. Но так уж вышло, что муж вновь ставит ультиматум, выворачивая руки из костей. Однако, он дал ей снова право выбора и она его выбрала. Ей даже трудно было представить себе, что сейчас делал Лёша, в то время, пока она перестраивалась и играла в шашки на магистрали морской набережной обгоняя машины одну за одной. Крутанув руль вправо обгоняя сразу три иномарки по своему пути, Лол встает в крайнюю левую полосу, понимая, что через некоторое время та машина уже давно ехала медленнее ее. Глаза расширяются тогда, когда скорость превысила за двести. Она немного приземляет свое внезапное умение держать контроль над такой страшной скоростью, что становится страшно от мыслей. Одно неправильное движение руля и они вылетят на встречку и от них останутся только останки и много крови размазанной по асфальту. Лола краем уха слышит во время голос Леши и прикосновение его ладони к внутренней стороне бедра: - Хорош, тормози. Услышав от Леши вполне разумное предложение, Лола постепенно снизила скорость. Они подъезжали к следующему перекрёстку. Здесь их пути с кислотным Aston Martin расходились: жёлтая машина ушла прямо на зелёный, а их BMW ждала разрешающий сигнал, чтобы свернуть налево в сторону парка.

***

У морского бульвара вечером всегда было многолюдно, особенно в разгар летнего сезона и перед началом фестиваля. Лола чувствовала себя маленькой букашкой под огромным колесом обозрения, которое переливалось всеми цветами радуги на фоне чёрного неба. Чуть дальше уже почти закончили монтировать большую сцену, завтра фестиваль стартует. Она шла вдоль парапета, крепко держа Лёшу за руку и ведя его за собой. Толпы туристов фотографировались, смеялись, гуляли. Лола никак не могла оторвать взгляд от сияющего обзорного колеса. Здесь действительно было очень красиво. Прогулка уже затянулась минут на сорок, когда они наконец подошли к одной из главных достопримечательностей Аджарии парку со знаменитой движущейся скульптурой. Лёша молча осматривал окружение, но больше всего его интересовало лицо Лолы: как она смотрит, как улыбается, как замирает от восторга. Дойдя до точки назначения, не понятно как, но им удалось найти свободное место в самом конце парка. Они заняли качелю покрытую зеленым бархатным витым плющом. Теплые светлые фонарики над головой внезапно зажглись, реагируя на их движения, когда они присели. - Смотри сейчас начнется, - Лола сверилась с часами Omega на запястье, - Осталось три минуты. Это целое шоу, все приезжающие сюда ждут именно этого момента. - Помню, мы приезжали сюда… - начал было Лёша, но резко замолчал и отвернулся к подсвеченной статуе. Они какое-то время сидели в тишине.  На улице не было тихо, но их уединенное окружение смолкло. Они какое-то время неудобно переглядывались. Тогда Лола взяла сладкий десерт, который они купили в ближайшем уличном передвижном трейлере. Она откусывает вафельную палочку, на языке растекается сладость от сахарной пудры и карамели. - С Дариной, были здесь… - тихо сказала она, продолжая жевать. Сразу же пожалела. Она пыталась прислушаться к его внутренним ощущениям и чувствам. Девушка хотела понять Лешу, до того как успеет проглотить огромный ком в горле и почувствовать, наворачивающиеся слезы. В последнее время ей тяжело сдерживать эмоции, а в частности - больные воспоминания связанные с прошлой их безумной жизнью. Это было всегда. Бывали моменты, когда она нормально воспринимала такие вещи. Но не здесь. Не в Грузии. Потому что они сидели на той самой лавочке, на которой когда-то сидели втроем во время отпуска перед ее поступлением в универ. Сейчас Лола ощущала мандраж и приступ горечи во рту от того, как ее совесть кричала неистовым воплем. Заткнись! Не выдержав, ее накрывает волной черных кошмаров. Она хотела сознаться... - Знаешь, почему она… - начала Лол, но Лёша не дал договорить: - Я не хочу сейчас говорить о ней. - мягко, но твёрдо прервал Лёша. Он повернулся к ней, вытащил свой стаканчик с кофе из картонной подставки и посмотрел прямо в глаза. Взгляд был тяжёлым, будто он видел её насквозь. - Не упоминай. Подумай, если хочешь, но не говори вслух. Ладно? Я не хочу сейчас возвращаться в тот период. - голос Леши звучал очень тихо, он наклонил голову и взглянул на нее. Она тяжело выдохнула и заморгалась, будто это поможет так легко забыть о ее нелепой смерте. - Я…прости… - тихонечко прошептала и откусила последний кусочек десерта, вытирая нервно пальцы о сухую салфетку. Взгляд понуро опустился на носы белых конверсов. Молчание повисло тяжёлое и неловкое. Через несколько минут вокруг раздались радостные возгласы. Толпа подтянулась ближе к центру. Люди доставали телефоны, снимали селфи, восхищённо ахали. Скульптура начала двигаться. Подсветка создала по-настоящему магическое зрелище: две огромные фигуры мужская и женская медленно приближались друг к другу, сплетаясь в единую композицию. Лола мучительно хотела, чтобы Лёша что-нибудь сказал и разрядил эту паузу. Ей было невыносимо стыдно, что она снова задела больную тему, хотя должна была чувствовать его настроение. Она тряхнула головой, откинула хвостик за спину и расправила плечи, пытаясь собраться. Лоле так хотелось, чтобы Лёша что-нибудь сказал, чтобы перечеркнул эту неловкую тупую паузу. Потому что невыносимое молчание между ними вызывало у нее чувство вины, за то что решила вспомнить о его сестре, когда она даже не представляла, что Лёша не хотел этих разговоров. Не хотел, знать и обсуждать. Лоле стало стыдно, от того что, будто она его не чувствовала ментально что ли… По статистике экспертов в психологии отношений, говорят, что находясь в паре долгое время, начинаешь замечать его привычки, повадки и неординарные действия. Хорошая жена может заметить у супруга на уровне интуиции, его настроение и постараться не лезть в душу, если тому не хочется. Та же самая теория работает и наоборот с ней. И чтобы понимать, как вести себя дальше с партнером, дабы не усугубить положение дел. И вот, Лола понимает, что она забыла о его эмоциональных привычках. Из сумасбродного внезапного приступа самокопания и размышлений об эмпатической заботе о Леше, решается начать другой разговор: - Кстати… - начала она чуть веселее, стараясь сменить тему. - как я раньше этого не замечала, но только сейчас поняла, что Нино и Али это вылитые мы. Лёша обернулся через плечо, облокотился назад и лениво подогнул одну ногу. - Почему? - спросил он с интересом, прихлёбывая кофе через чёрную бамбуковую трубочку. - Даже когда всё было против них религия, война, запреты они не смогли жить друг без друга. Продолжали встречаться, несмотря ни на что. Лёша помолчал, потом спокойно ответил: - Возможно, поверхностно так и выглядит. Но если честно, я не вижу в этом никакой великой романтики. У Лолы улыбка и эмоции радости стерлись с лица мгновенно, она насупилась и спросила: - Хорошо, ну а как ты это видишь? Какая твоя версия? - Тебе она не понравится. - Но мне интересно, услышать твое мнение. - безапелляционно заявила девушка и ждала ответа. Лёша смочил горло горячим напитком и спокойным тоном проинформировал: - Для девушек это, конечно, очень романтично. Запретная любовь, трагедия, вечное воссоединение… Поэтому и сделали такую красивую инсталляцию, чтобы играть на чувствах. - Он кивнул в сторону ликующей толпы. - А для меня это просто симпатичная железяка. Красивый арт-объект, не больше. Романтизировать свою жизнь по такой легенде… нужно быть слишком доверчивым. - Лёша!!! - метиска метнула в него яростный взгляд и слегка толкнула кулаком в плечо. - Это не чушь! Это современное искусство и история! Он тихо рассмеялся, явно наслаждаясь её реакцией. - Что? Я реалист и говорю как есть, как вижу это я. - Но, дизайнер, - она перевела дыхание и подставила другое выражение, - архитектор проектировал, создавал это! По книге! Это реальная история! Это основано на реальных событиях чей-то жизни! В конце концов, это же основа классики грузинской литературы! Как ты можешь так говорить? Как ты можешь просто обесценивать чужое творчество?! - возмущенно проворчала смотря на его похуистическое поведение. - Да, я понимаю, что для тебя многое значит родная культура, язык, традиции. И твоя деятельность с этим связана, ты это понимаешь и разбираешься в этом. Но я, родился в другой стране, в других условиях жил. Я не связывал себя с высоким искусством. Считай меня некультурным быдлом. Правда, для меня эта скульптура не более, чем симпатичный арт-объект. - Лола открыла рот, чтобы возразить, но Лёша вдруг протянул руку и большим пальцем аккуратно стёр остатки сахарной пудры с её нижней губы. Его взгляд потеплел, в нём мелькнула знакомая лукавая искра. - Ну давай, теперь ещё и обижайся на меня. - Ты тоже христианин. - она облизнула то место, где Лёша ее коснулся и отстранилась корпусом назад, чтобы лицезреть его всего. - И что? Я не верю в бога. Девушка зарычала и закатила глаза. - Не знаю, что и сказать, - грустно отвернулась и покачала разочарованно головой. Его не исправить. Как же он ее бесил в данный момент. От Леши не ускользнуло ее раздражение, он ели заметно ухмыльнулся, кривя губы в бок. Лёша вдыхает морской воздух, но желанием служит вдохнуть табачный дым - сильнее. Поднося сигарету ко рту, зажигалка не с первого раза зажигается, и громкий второй чирик привлекает внимание Лолы. Пламя освещает лицо мужа на долю секунды и кучерявый дым проплывает развеиваясь рядом с ее лицом. Лёша делает глубокую затяжку и сразу же вдыхает дым из никотиновой палочки. Он полностью откинулся на спинку качелей, хотя доски сразу же неприятно врезались в позвоночник, не давая расслабиться. - Лол… - с ленцой в голосе прохрипел он. Она не ответила, только вяло свесила голову и оперлась локтями о колени, не глядя на него. - Лола… Нет, ответа. - Лоли… - М? - Я должен был соврать? И сделать вид что мне это интересно? - Иногда есть моменты, где ложь уместна, и да, ты должен был меня поддержать и согласиться. Он выдохнул горьковатый дым и наклонил голову в бок. - Я, значит, безнадежен? - стряхивая частички обугленного пепла на асфальт, спрашивает приподнимая одну бровь. - Нет, хуже, - подняв голову в его сторону она горько прошептала, - Ты не уважаешь мои мысли. Не хочешь даже пытаться понять. Гнёшь свою линию и не интересуешься… не хочешь разобраться. - Уважаю, не говори так. - говоря на полном фоксе параллельно делая глубокую затяжку, затем вновь выдыхает серый дым через плотно сжатые губы. - Тогда почему после твоих слов я чувствую себя так плохо? Почему мне кажется, что мои рассуждения для тебя ничего не значат? - Это ты должна сама у себя спросить и разобраться со своей головой. Лол, я тебе желаю только лучшего. - Да? Правда? - Да. - Тогда, объясни, - она выпрямила плечи и нервно закусила нижнюю губу, перебирая пальцами два золотых браслета на запястье. Лёша прищурился, наблюдая за этим действием. - Почему я постоянно чувствую себя виноватой за то, что говорю то, чего ты не хочешь слышать? Делаю то, что тебе не нравится? Я всё время преследую это состояние, когда мы наедине. Оно уже раздражает. Почему я должна подстраиваться под тебя даже в таких мелочах? Почему даже сейчас, когда я это говорю, я знаю, что тебе это тоже не нравится? Я просто… блять… устала. Так не должно быть. - Лёша услышал, как ее голос задрожал переходя в истерию понимая, что еще чуть чуть и она разрыдается. - Я очень рада, что ты начал следить за собой, что завязал с наркотой, что сильно изменился за этот год… Но я хочу, чтобы ты перестал так на меня влиять. Я устала чувствовать себя виноватой за всё. Даже за эти слова! Твою мать… - Сильный всхлип вырвался у неё. Лола быстро спрятала лицо в ладонях, чтобы он не видел её слабости. Но было уже поздно. Лёша выкинул недокуренную сигарету и придавил её подошвой кроссовка. Через ткань объёмного велюрового худи Лола почувствовала его тёплое прикосновение к предплечью. - Это все из-за твоего поставленного диагноза, - тихо сказал он, почти у самого её уха. Она напряглась всем телом. - Успокойся и хватит придумывать ерунду. Всё, что ты сейчас говоришь, звучит как полный бред. Нашла из-за чего со мной спорить. Его голос был мягким и очень близким. - Нужно время, чтобы организм восстановил все нужные элементы и витамины. Нервы восстанавливаются долго, ты же сама слышала врача. Ты говорила, что у тебя сильный стресс на фоне выставки случился, ты переживала, переутомилась… Не видя её лица, он перевёл руку к её левой ладони, медленно притянул к себе и оставил на разукрашенной кисти сухой, нежный поцелуй. - Это не ерунда, Леш, - прохныкала она, прохныкала она, вытирая свободной рукой дорожки слёз со щёк. -  А ещё мне иногда кажется, что я тебе не подхожу. Зачем мы вообще расписались? Почему меня преследуют эти сомнения? Печальный выдох Леши только подлил морось и горечь к своему потерянному состоянию. Он провел ладонью по своему лицу, запуская ее в волосы. - Так, началось, иди ко мне. - Лола ощутила, как он резко взял ее ладонь в свою, переплетая огрубевшими татуированными пальцами тонкое запястье. Девушка почувствовала тяжесть и обессиленность в ногах, когда резко встала и нехотя села рядом, с левой стороны качели, закидывая ноги на поверхность, кладя бедра на Лешу. Обвивая руками его туловище. Она потерлась носом об мягкую рубашку и прикрыла глаза. Слезы быстро впитались в ситцевую ткань. Томный вдох заставил окунуться в сладкую негу родного головокружительного запаха. Господи ей всегда будет его мало и одновременно она всегда будет ужасаться от его темной сущности. А если она сейчас начнет размышлять над темой адюльтера, то загонит себя в капкан. Станет еще хуже…Лёша высасывает последний здравый смысл в ее душе. Она сходит с ума, даже тогда когда говорит то, что ее беспокоит. Но молчать не стоит. Думая об этом она, ругается на себя за то, что выставляет себя, словно она отторгается от него. Но Лола не хотела этого. Это все тревожное состояние и выжженные убитые нервные клетки. Лёша хорошо поработал с ее психологическими чувствами, словно террорист , который уничтожил весь ее порядок, превращая спокойное поле, в стихийное бедствие от ударов болезненных бомб в виде моментов насилия, предательства и неуважения. Прошло несколько минут тишины. Лола обнимала его так крепко, будто пыталась вытеснить все навязчивые воспоминания из головы. Холод и жар одновременно окутывали сердце. Сейчас они оба понимали эту публичную тактильность. И хорошо, что на улице было начало двенадцатого, и освещением служили только искусственные подсветки, и гирлянды на уличных фонарных столбах. Если бы был дневной свет, то поклонники даже в Грузии спалили бы их. - Ты же знала, в чём сложность наших отношений, - тихо сказал Лёша, и она почувствовала вибрацию его грубого голоса ухом. - Ты всегда знала обо мне. Мы это обсуждали. Зачем опять начинаешь? Сама себя загоняешь в неприятности, а потом ловишь тревожку. Расслабься. - Да, я знаю, знаю, - она закатила глаза, тяжело выдохнула и добавила: - но чем дальше идешь, тем тяжелее, я не знаю как это объяснить, но со мной что то происходит, - она подавила всхлип. Хасанова чувствовала его ладонь, которая медленно ласкала пальцами ее затылок. - Ты пила таблетки? - Пила… - Хорошо, потому что твое состояние меня очень беспокоит. - Я себя нормально чувствую. Лёша не смог сдержать смешка и хмыкнул в полу сантиметрах от ее депрессивного личика. - Давай к психологу запишемся? Я с тобой схожу. Внезапно подняла взгляд говоря: - Нет! Я в порядке. - отрезала она, чуть повысив голос и сжав зубы. - Точно? - Да. То, что я решила открыться тебе и сказать, что меня беспокоит в наших отношениях, не значит, что я свихнулась. Не путай одно с другим. - Лол, - карие глаза внимательно посмотрели на неё. Лёша заметил, как она закусила губу и затаила дыхание. - Я стараюсь тебя не подводить. Я искренне сочувствую тебе и раскаиваюсь за всё, что сделал. Хочу заботиться о тебе. Сопереживать. Думаешь, я не переживал из-за той огромной дистанции между нами? Я постоянно думал о тебе. И сейчас стараюсь держать себя в руках. Ты никогда, слышишь, никогда мне не помешаешь. Он по-хозяйски взял её голову в ладони и нежно провёл большими пальцами по впалым щекам, на которых уже подсохли дорожки слёз. Скулы у него стали острее, взгляд уверенным. - Ты не врешь? Лёша отвернулся в сторону, прикрыл глаза и на выдохе серьёзно произнёс: - Я ненавижу, когда ты сомневаешься во мне. - Мне сложно… - Я знаю, но пора бы спрятать свои иголки от меня. Лола промолчала, но парень не останавливался и продолжил: - Я ненавижу, когда сомневаешься в своем положении рядом со мной. Волнуешься из-за статуса и неравенства? Он придвинулся ближе, слегка ухмыляясь, разглядывая её недоумение. Как он вообще мог о таком подумать? - Нет, об этом не думаю, только ты сам. Обычное отношение ко мне. Прошу просто, будь мягче со мной, хорошо? - Как скажешь, - легкий поцелуй в висок и не отрывая ее от себя прижал еще ближе к плечу, - Любит же моя малышка мне мозг поесть. Не знал, что это твое любимое лакомство. - ухмыльнулся Лёша, разглядывая ее губы, - на расстоянии ты меня так не донимала, - хохотнул он с насмешкой глядя в глаза девушке. - Ты думаешь, что это новая тема для нас? - она замолчала и проследила за тем как его взгляд напрягся, -  У меня наболело за все эти годы. Я делала выводы и наконец решила поделиться. Это накопилось внутри, и держать это дальше уже невыносимо. Чувство периодически всплывает и становится только сильнее, терзая голову. - Не усложняй себе жизнь этой проблемой. Но я тебя услышал. Спасибо, что поделилась. Я постараюсь следить за собой. На несколько секунд воцарился тягучий зрительный контакт, и от этого по спине прошелся холодок, бросило в дрожь. Она разглядывала его область лица, где была темная тень от теплых огоньков фонариков. Девичий взгляд поднялся по линии резких скул с чернилами в коже и пал на уста, они были сжаты между собой. Леша был закрыт, как чертова загадка для мира человечества, которую ей предстоит еще разгадывать и разгадывать. Ебаная черная дыра. - Я хочу заниматься дизайном, Леш. - Я не запрещаю. - сказал спокойным бесцветным тоном, который принадлежал только ему, в такой манере, мог говорить только Лёша. - Не ври. Я помню, как ты недавно чуть не слил меня на всеобщий позор, угрожая этим, если я не пойду на уступки. - Занимайся, чем хочешь. Но пока я вижу тебя в таком состоянии со слезами на глазах можешь забыть о работе. Лола опустила веки и до боли поджала губы. Она почувствовала, как её руки сами сжались в кулаки, натягивая ткань его рубашки на спине. Они смотрели друг другу в глаза. В его взгляде промелькнуло что-то скрытое, странное от этого внутри всё съёжилось. Его пальцы по-прежнему крепко держали её голову, напоминая, кто здесь главный. Кто её муж. И это перевешивало всю её гордость. Потом Лёша аккуратно переложил одну ладонь ей на затылок, нежно поглаживая шею, изучая взглядом татуировки, которые исчезали под кремовой тканью толстовки. От него пахло сладковатым парфюмом вперемешку с никотином. - Почему сняла ожерелье? - Не подходит к сегодняшнему стилю. - Расскажи мне… расскажи, откуда у тебя боязнь мостов. - О… - она выдохнула и отвела взгляд к небу. - Не стоит переживать за мой интерес или что, ты меня совсем за гондона считаешь, думаешь сейчас я это спрашиваю из чувства долга, чтобы ты перестала злиться на меня? - Лёша вскидывает брови вверх, создавая морщинки на лбу, на что Лола молчит, закусывая нижнюю губу, любуясь его симпатичной мимикой лица. «Да, черт!» - кричит голос из-за стены ее внутреннего сознания. В голове находит тысячи оправданий и причин, почему не хочет рассказывать ему об этом. Но все же решает поведать ему важную историю, которую за столько лет их знакомства оттягивала. Лёша ничего не говорит, ведь чувствует, что ей тяжело вспоминать о своем прошлом. Он бросает взгляд на Лолу, нежно улыбается, ведь улыбка всегда отражает искренность, и это срабатывает… - Как видишь, моя семья не самая дружная, - тихо начала она. - Мама и Лука… я буду называть его по имени, потому что не могу назвать папой. - Она выдохнула. Лёша тем временем крепче обнял её за талию, и её голова спокойно легла ему на плечо. - В детстве я помню в основном Эку она меня воспитывала. Родителей рядом почти не было. У мамы её родители умерли рано, я их вообще не видела. Я была нежеланным ребёнком. - Да, я помню, ты рассказывала. Продолжай. Почему нежеланным? - Ближе к подростковому возрасту отец вдруг решил наладить общение. Мы довольно быстро сдружились. Я благодарна ему за то, что он вложил в меня много знаний и навыков, которые сейчас мне очень помогают. Он нанимал кучу репетиторов, постоянно повторял, что умная голова важнее всего. Я действительно хотела стать лучше. Стремление быть лучшей во всём это он мне привил. Представь, от маленькой девочки требовали столько умений и знаний, что детства как такового почти не было. Мама всегда говорила, что я родилась в необычной семье и ношу авторитетную фамилию. Тогда я этого не понимала… Только позже осознала, что живу так, как живёт лишь малый процент людей на земле. И что когда вырасту, стану очень узнаваемой. Мне это запрограммировали с самого начала. Поэтому я и не могу просто так сменить фамилию. Имя отца фигурирует во многих документах недвижимости в Грузии и, скорее всего, не только здесь. Любой, кто связан с туристическим бизнесом, наверняка знает фамилию Хасанов. - Так и что дальше? - с интересом спросил Лёша. - Ну… В школе у меня почти не было друзей. Я завидовала тем, кто после уроков просто гулял, а я либо занималась с учителями, либо уезжала на выходные за границу работа родителей не позволяла жить стабильно. К пятнадцати годам я уже хорошо говорила по-английски. А что касается моей фобии… в какой-то момент я просто замкнулась. Детская психика слабая. На меня столько навалилось, что выработался настоящий синдром отличника. Лука готовил себе наследника для своей империи, а родилась девочка… я. Когда я начала часто слышать, как они с мамой ругаются и в разговорах проскакивало слово «развод», я сильно испугалась. Думала, они меня бросят и я останусь совсем одна. Чтобы отстраниться от их ссор, я часто гуляла одна. Неподалёку от нашего дома был подвесной мост через ущелье с горной рекой… - Лола прикрыла глаза, передёрнувшись от воспоминания о ветхих верёвках и гнилых досках. - Лука в итоге ушёл из семьи. Бросил нас. Потому что мама не смогла родить сына у неё были выкидыши. Ему было плевать, ему нужен был наследник-мальчик. Каждый раз, когда я шла в школу через тот мост, я думала: если я умру, может, он вернётся. Может, полюбит маму заново… полюбит меня. Каждый переход через мост превращался в мысли о своей никчемности. Словно это я его предала родилась слабой девочкой вместо сына. Идиотка, да? Сейчас мне двадцать восемь, и мне уже плевать на его внимание. Я смирилась с тем, что у меня толком не было отца. Но из-за него у меня и развилась эта страшная гефирофобия. Стоит мне увидеть подвесной мост и сделать шаг сразу всплывает тот период. Чувствую себя в ловушке… в капкане… - Да-а-а… - тихо протянул Лёша и хмыкнул. - Семейка так себе… - Нет, подожди, я не жалуюсь, - быстро ответила Лола. - Я люблю их такими, какие они есть. Мама далеко не идеальная, но я её люблю. У меня никогда не было материальных проблем, меня сильно баловали… Ты просто спросил про страх, вот я и рассказала подробнее. - она посмотрела на него из-под ресниц, стиснув нижнюю губу зубами. - Да ладно, Лол, я пошутил. Никто не идеален. У всех странные родственники и свои ошибки, - его глаза смягчились, в них появилась искренняя тревога за неё. Лёша тихо спросил: - А что ты сегодня чувствовала, когда шла с яхты по мосту? Лола задумалась. - Панические атаки… трипы… триггеры… Как ещё доступнее описать? Когда понимаешь, что выхода нет, избавиться от этого не можешь, и проще всего просто умереть, чтобы ничего не чувствовать. Но я изо всех сил заставляла себя идти вперёд и унести ноги с того моста, - её передёрнуло. Лёша улыбнулся. - Просто привык и стараюсь не обращать внимания. Раньше помогали наркотики, теперь борюсь один на один. Подожди… а как мы снова перешли к моей зависимости? Не хочу вспоминать то прошлое. Заметив, как его голос в конце фразы заметно ужесточился, Лола сглотнула и продолжила чуть тише: - Вот, а представь, я чувствую все в два раза сильнее. Детский психотерапевт маме говорил, что это психологическое расстройство, на фоне детских трагедий из-за распада семьи. Мне в принципе, не желательно нервничать. Да, мама тоже знает об этой моей проблеме, к сожалению, - она смущенно повертела два кольца на среднем пальце и наклонила голову вниз. - Эй, - Лёша мягко провёл ладонями по её талии, притянул ближе и двумя пальцами осторожно поднял её подбородок, заставляя посмотреть на него. - Всё в порядке. Я рядом. Спасибо, что рассказала. Это правда важно для меня. Ты сейчас раскрылась с другой стороны… я даже немного растерялся. Лёша видит, как робкая улыбка пробегает на устах Лолы. В этот момент она наконец выдохнула. За весь долгий день напряжение начало отпускать. Она почувствовала себя в безопасности. Отпустила старые мысли и боль. Приняла себя такой, какая есть. И самое главное внутри она уже простила отца. - Волнуешься, что он не оставит тебе наследство? - Леш, - она выгнула бровь, - зачем оно мне? Мне плевать на это, я не нуждаюсь в его незаконных спрятанных миллиардах на счетах. Я сама себя прекрасно обеспечиваю. - Какая же ты мстительная. Ты просто хочешь доказать, что девочка может добиться всего сама? М? - он качает головой лыбясь белыми винирами. - Я не зла больше на него. Мне не зачем мстить, зачем? - тихонечко пролепетала губами. - я просто такой родилась, меня такой воспитали, быть первой во всем, - пожимает плечами девушка. - Не держи в себе весь этот негатив. Тебе он совсем не идёт. Сейчас легче? Слабый кивок, и мышцы в теле у обоих расслабляются. - Сходим на этот мост? - с лукавой улыбочкой предложил Узенюк. - Ты издеваешься? Нет, конечно! И думать об этом не хочу! - заверещала она, отпрянув быстро от теплого тела, в котором так уже разморило, что захотелось спать. Лола была бы не собой, если бы не ринулась вперёд, вскочив на ноги, от внезапной смены позы ее немного пошатнуло на ровной поверхности. Леша заметил, что она устала, потому как зевнула прикрывая рот ладошкой. - Утомилась? - Да, хватит тебе на сегодня открытых разговоров. Хорошего по-маленьку. - Жаль, а я хотел посмотреть на твой кошмар. - он встал рядом, улыбаясь индифферентной улыбкой в ее лицо. - Я подумаю. - На колесе обозрения пойдем, кататься? - он поиграл бровями. Девушка соврет если сейчас скажет, да, чтобы увидеть на лице Леши, светлое озарение, что он ей действительно помог, будто психолог. Однако, громкий восклицательный голос рвет гланды: - Нет! Нет! Даже не думай! - Пошли! Лёшу явно забавляло, что она всё ещё боится. Но с ним не так сильно. С ним она могла позволить себе быть слабой. Он был для неё якорем, тем, кто забирал большую часть её тревоги. Он потянул её к кассе, где уже собралась приличная очередь. Перспектива стоять и ждать была не самой приятной. Конечно, он мог бы заранее выкупить все билеты, чтобы пройти без толпы, но теперь было поздно. Лёша тихо рассмеялся и потащил за собой Лолу, которая продолжала упираться. - Нет! Пожалуйста, я не пойду туда. Я не могу, не могу! - Это же не мост. Сможешь. - Я знаю, но эта конструкция… не внушает доверия… - То есть, самолеты, у тебя внушают доверия? - Это другое! Я их не боюсь, Там ответственности больше! А тут не понятно что… Договориться не удалось. Хасанова не могла по сути отказать ему. Не могла возразить против. Точнее, Лёша давал ей иллюзию возможности получить желаемого, но только после своего согласия, после своего одобрения. И сейчас он не соглашался с ее желанием. Она все равно оказалась в точке невозврата, поддавшись на провокацию. Переступая через страх, даже детскую фобию, она уступила ей через - Лешу.

***

Узенюк не смог уснуть. Что-то внутри него насильственно дребезжало и переворачивалось. Призывно заводило к действию решить незаконченное дело. Он предчувствовал беду, и чтобы она не случилась, нужно было убедиться, что всё хорошо, и успокоиться. В сотый раз он меняет удобную позу для сна, разворачивает подушку на другую сторону. Ему то холодно, то жарко. Раскрывая одеяло, он обнимает Лолу, которая спала довольно крепко, потому что она слишком сильно эмоционально вымоталась за сегодняшний день. Положительный эффект от умопомрачительного секса после аттракциона дал свои оргазмические плоды. Она спала сном младенца. Но не он. Мысли не переставали работать в черепной коробке у Леши, не давали расслабления в спазмах мышц. Мысли не унимались, не затихали ни на секунду. Невроз из-за фестиваля всё-таки немного сломил его. Это же всё из-за музыки? Из-за выступления своей команды он нервничает, да? А не из-за определённого человека? Задавая себе последний вопрос, Лёша ещё больше бесится на себя. Какой же бред. Он горит будто пыльца на солнце под лупой. Нужно сука, освежиться. Руки в полумраке как-то сами по инерции нашли майку с шортами. Быстро оделся, захватил с собой сигареты, мобильник и вышел в коридор холла отеля. Идя к лифту, Узенюк задерживается у белой двери второго президентского люкса, где жил всеми известный певец и диджей — Сергей Чертков. Красный дорхенгер с надписью «Please do not disturb», висевший на зигзагообразной бронзовой ручке, не остался без надзорного взгляда Леши. Странным было во всём этом лишь то, что ярлык он никогда не использовал в гостиницах. Уж некоторые привычки и даже такие мелочи Лёша выучил за всё время дружбы, да и работы, пока они вместе сотрудничают. Так уж вышло, что все карточки номеров были запрограммированы на открытие всех дверей. На кого изначально бронировали все номера для лейбла. Это было главное правило Катерины в условиях её работы. Этакая подстраховка. Потому что по прожитому опыту некоторые артисты могли просто наплевать на всё и не выходить на связь, когда те не отвечали, валяясь в кровати до обеда после жёстких тусовок или отходняков, когда же те должны идти и выступать на концерте во время тура. Ей было спокойнее иметь быстрый доступ ко всем… И по счастливой случайности это оказался Узенюк. Парень удивился, что это была не директор… видимо кто-то ошибся при регистрации, перепутав её имя с его… Он не был любопытным и держал границы личного пространства. Он уважал приватную жизнь друзей. Не любил внедряться в наглую просто так. Но всё же… Чувство ночной внезапной тревожности призвало сделать исключение. И не зря… Белая карточка так неожиданно оказалась в руке, и, прислонив её к сенсору, звук еле заметного открытия двери дал понять ему, что Серега в номере находился не один. Женский знакомый смех, который периодически вспоминал все эти дни, окатил его с ног до головы лёгким напряжением и раздражением. Его сердце заболело, а зубы до боли стиснулись друг об друга, создавая скрежет. Опять. Лёше показалось странным то, что за дверью было темно, будто никого в номере нет в такой поздний час ночи, однако играл отдалённо микс техно-музыки, значит, Серега не спит. Лёша тихо закрыл дверь за собой и нарочито медленно ступал вьетнамками по светлому покрытию ковролина, так чтобы его никто не видел и не слышал. Он старался оттянуть этот момент, потому что не хотел видеть перед глазами то, что уже нарисовалось в воображении его возбуждённого мозга. Вечеринка из двух людей? Или секс с двумя людьми? Или обычная подготовка перед сценой? Репетиция и прокатка чарта сетов для танцпола? Лёша попал из смежной комнаты, которая служила целым гардеробом на двадцать квадратных метров, и оказался в такой же идентичной, как его огромная спальня номера, только в зеркальном отражении. Раздвижные двери на террасу распахнуты до упора. На улице включена холодная подсветка с перегородки, заливая белые стены помещения блеклым серебристым ледяным оттенком. Приятный запах цветов тут же попал в нос Леши от ласкового ветерка с моря. Основного освещения с потолка не было в спальне, с панорамного окна был виден подсвеченный город с огнями, открывавшийся с тридцатого этажа. Ему показалось, что всё, что он лицезрел, словно через камеру под эффектом «слоу-мо». Его клинануло. - Че за?… - недоуменно воскликнул Лёша выходя из тени коридора. Его глаза расширились. Ее глаза расширились. На него с таким же обескураженным, вытянутым лицом смотрела Кристина Лунник. Его тяжёлый взгляд заставил девушку резко вскочить с расправленной кровати, откидывая одеяло. Телефон вылетел из рук и упал куда-то в сторону. Она слегка смутилась, на ней была только неприлично обтягивающая нежно-голубая майка с эмодзи капель, идеально подходившая к её аквамариновым глазам. Милое лицо превратилось в мордочку загнанного котёнка. Оба застыли друг напротив друга. Лёша медленно опустил взгляд. Её руки нервно блуждали: то заправляли за уши длинные пепельные волны, то разглаживали майку, пытаясь хоть как-то прикрыться. Но это было бесполезно. Его глаза уже скользнули ниже, по узким бёдрам, по чёрным атласным трусикам с золотыми цепочками по краям, которые так соблазнительно подчёркивали каждый изгиб. На плоском животе холодно блестел пирсинг. Лёша сглотнул. Сделал вдох. Он, блять, ее осматривал. Оценивал. Как это было в прошлом. Он наклонил голову в бок. Ее грудь вздымалась очень часто. А ничем не прикрытые стройные ноги переминались на месте. Кристина была…притягательна. Кристина была сексуальная. Кристина привлекала. Ее вид, как всегда шикарен и роскошен, как полагалось быть высокооплачиваемой молодой актрисе. Бывшей элитной экскортнице, в которой работала год… И бывшей любовницы??? Нельзя так думать! Блядский пирсинг на обоих сосках, привлек внимание. Он так и не спросил ее об этом, зачем она проколола их? Ему было интересно узнать...стоп, а зачем ему это знать? Не похер ли??? Лёша облизал губы. Зачем она проколола соски? Это определенно заводило. Такая откровенная сцена рэпера совсем не смутила, но разозлило в моменте совершенно нечто иное, именно поэтому Лёша взрывается: - Какого хуя блять?! - рявкнул он так, что рык ещё несколько секунд гулял эхом по высоким стенам и потолку. - Д-дай мн-не объяснить… - заикаясь, выговорила Кристина. Тело девушки дёрнулось от его властной, холодной энергетики. Она сделала необдуманный шаг к центру комнаты. Кристина переводит дыхание и взглядывает на него с таким потерянным видом, что ей сейчас придется оправдываться перед ним в другой жизни. Оправдываться вообще, что родилась с ним в одной вселенной. Ведь он ее точно убьет и глазом не поведет, не подумает оставить в живых. Кристина глядит на то, как его мышцы на плечах перекатились в длинной помятой футболке. Лешина шея напряжена. Массивная грудь не принимала статическое положение. Взгляд пал на глаза. Там нет ничего чистого. Только дарк. Только черты черные, говоря о его растущей злости, похоти и чего-то еще... На нее. Кристина сглотнула слюну, не в силах опустить глаза с его зрительного плена, она не могла пошевелиться и вымолвить слова. Она не понимала, что Леша здесь нахрен забыл? Как он вошел? - Почему ты не улетела??? - Леш… - предупредительно сказала, оставаясь на таком же расстоянии. - Какого хуя, ты все еще в Грузии?! Лёша медленно двинулся ближе, заходя в комнату и осматривая беспорядок в спальне. Чертков никогда не следил за окружением. Тому подтверждение разбросанные вещи, неубранная постель, всё как обычно. Единственное, к чему Серега относился серьёзно, это музыкальная аппаратура. На столе стоял ноутбук, из колонок тихо играл его следующий трек. Взгляд Леши упал на противоположную стену. Там стоял одинокий огромный белый чемодан. Сверху лежал паспорт и билеты на самолёт, которые явно «сгорели», как минимум на двое суток! - Ты что, язык проглотила? Я тебя, сука, спрашиваю, почему ты все еще не уехала?! - огрызнулся он, во всю мощь. Не думая о том, что он ее этим очень сильно обижает и портит вновь с актрисой отношения. - Мы просто… Ее перебивают: - Потому что я ей сказал остаться со мной. Голос похожий на тигриный шепот, почти что подкрадывающийся, с легкой хрипотой. Серега спокойно вышел из-за спины Леши. Внося с собой запах парфюмированного шампуня с ноткой хвои и шишек. Вытирая темно-синим махровым полотенцем мелированные мокрые волосы, он повесил его на плечо. На нем не было ни какой одежды, кроме боксеров. На секунду воцарилась тишина, даже показалось, что музыка остановилась, а вместе с ней и весь мир. Кристина с испугом еще больше впала в немую краску. Молча переглядывалась с ужасом на парней, то на одного, то на другого. - Интересно, - Лёша ухмыляется, показывая верхний ряд белых зубов, - когда я тебе сказал, что ее быть с нами изначально не должно. Но каким то образом, она приехала с нами! Как это вы спеться успели? Утоли же мое любопытство. - выругался сквозь зубы. Сдерживать агрессию и скрытое возмущение становилось слишком тяжело. Серега рассмеялся диким смехом отбрасывая полотенце несуразным полотном на спинку кресла. - Интересно, а как ты сюда попал? Это ты ему открыла? - диджей проигнорировал его вопрос и довольной парящей походкой прошел мимо двоих, достал из огромного бара, бутылку холодного запотевшего пива. - Нет… - начала лепетать Кристина, но Лёша перебивает. - Чип настроили на мою карту, - жёстко перебил Лёша. - Ну, что ж, - Серега приторно ухмыльнулся открывая мимоходом светлую Корону Экстра, опробовав на вкус три глотка залпом из стеклянного горлышка отвечает: - это была значит чья то, пиздец, какая неудачна шутка. - хмыкнул он облизывая губы. - Тогда, какого хуя здесь происходит? - Лёша перевел взгляд на девушку, - почему ты не улетела? Я сказал, что перед началом фестиваля тебя здесь быть не должно! - прикрикнул он, скидывая рукой раздражение со своего лица. Он чувствовал, как его щеки запылали яростью. Парня трясло от того, что все пошло не по плану. - Леш, потому что я… - Нет, Крис, Крис, подожди, - процокал бородатый языком по небу, качая головой, - не оправдывайся перед ним. - четко выговорил диджей, смотря на нее с доброй улыбкой. Чертков был спокоен, как удав. - Зачем ему от тебя объяснения? Ему не нужно ничего говорить. Он мальчик взрослый, сам додумает, - парень кокетливо подмигнул ей и обратился к Леше присаживаясь вальяжно в кресло напротив кровати, - Лех, это ты нам объясни, свое появление в три часа ночи, в моей спальне? Он задержал дыхание. И это было действительно странно. Это было безумно. Он не знал, что ответить. И в голове не было нужного слова, что могло объяснить его присутствие здесь. Он сам не понимал, что делает здесь. Когда Узенюк, злился, он все делал не обдумав, все действия происходили по инерции чувств. Это, будто помутнение ясного рассудка. Это, как отключение света среди сцены во время его сольного выступления. Тьма контролирует и делает свои трактовки поведения в игре. Серега и Кристина переглянулись между собой. Лёша необдуманно молча подошел ближе к двоим. Перед кроватью стояла мягкая широкая софа, обшитая золотым богатым шелком. Он сел на нее и облокотился локтями о колени, нагибаясь вперед, скрепил руки в замок, приподнял голову на растерянную Кристину, которая стояла между музыкантами. Серега не дождавшись его ответа вклинивается, как бы между прочим: - Или что, Лех, ты лунатить начал? - насмехался Чертков. - индикатор члена, по привычке зашкалил и набрел на нее? - продолжал троллить без перерыва на остановку, попивая пивко с правой руки. Кристина в этот момент чувствовала себя некомфортно. Хотя…что-то пошло не так, не по плану… Холодный и одновременно пустой взгляд Леши, осмотрел ее с ног до головы, от чего Кристину хорошо так тряхнуло назад. Ступая шаг к стене, она ойкнула в слух от внезапного прикосновения. Почувствовала теплые ладони на ягодицах, а затем хмельной мокрый холодный поцелуй на своей пятой точке оставленным диджеем. Серега медленно лизнул правое полушарие ее ягодицы. Мокро, горячо, и очень нагло, перед лицом друга, который когда то раньше владел ее телом. - Хочешь посмотреть, как я ее буду иметь вместо тебя? - татуированные пальцы сильно схватились за острые тазобедренные кости актрисы, боясь что она может сбежать из его рук. Он чуть отодвинул ее тело в сторону, для того чтобы выглянуть из-за нее, и кинуть очередную грязную провокацию, в лицо друга, - Для этого же, ты здесь? Лёша не ответил. Только желваки на скулах ходили ходуном от странной злости. Серега улыбнулся шире, почти психопатично, и прикусил её кожу на попе зубами. Его руки скользнули выше под майку, по голой талии, обхватывая её спину сзади. Он подтолкнул ее к себе, и прижался лицом к ее телу, и Кристина почувствовала, как его твёрдый, горячий член упёрся ей в сгиб колена. - Вы оба обдолбанные, что ли? - Лёша поморщился. - Крис, а, Крис, - Серега поднял насмешливый взгляд с улыбкой психопата, снизу вверх на нее, - он говорит, что мы обдолбанные. - со стороны это выглядело, как издевательство. Улыбка растягивается на устах диджея все шире и шире. Но есть момент, в темноте отразились две пары улыбок с наслаждением, которые не смогли ускользнуть от взгляда Леши. - Крис-с … - протянул шипяще Серега ей на ухо, но смотрел только на Лешу. - Скажи ему, что ты сама захотела остаться. Со мной. Её дыхание сбилось. Она стояла между ними: дрожащая, растерянная, возбуждённая, пока пальцы Черткова медленно гладили её живот, задевая кончиками пирсинг, играя тем самым на нервах Леши. Взгляд Леши жёг кожу Кристины, словно хотел прожечь насквозь. Музыка из колонок продолжала играть, но в комнате уже творилось совсем другое… Его вторая рука до сих пор сжимала девичью кожу на бедрах. Слегка поглаживая большими подушечками пальцев тазобедренные косточки, задевая ниточки цепочек стринг, медленно поднимаясь под майку по грушевидной голой талии девушки. Она оторвала быстро взгляд от рук и посмотрела на Лешу. Пока играл свежий микс песни исполнявшимся одним из известных в мире музыкантов, находящихся в этой комнате, Лунник испуганно замерла перед глазами того самого. Позволяя ему разглядывать полностью абсурдные ласки, которые в эту же секунду вытворял со всей наглостью Чертков. Кристина, невольно разглядывала Лешин подвижный выпирающий разукрашенный кадык от тату и разбросанные хаотично татуировки на рукавах. Его эмоции сменялись одна за одной. Лунник, точно прочитала в его взгляде, только, дикое желание и запретное вожделение, которое не мог себе так просто позволить. Однако знала, еще, что трогать он ее не станет, никогда. Катастрофически задыхалась от этих мыслей в последнее время, особенно в данную секунду. От этой грустной безысходной мысли, все разбилось в труху, и стало паршиво в сердце. Кристина хотела Лешу. Кристина мечтала о внимании Леши! Кристина в принципе хотела обычного хорошего отношения от Леши и приглашения хотя бы на чашечку кофе. Она не могла и думать, что столкнется вновь с такой близостью, как сейчас. Один на один. Глаза в глаза. Они смотрят не отрываясь друг от друга, вспоминая общие моменты. Лёша сейчас ее не касался…он ее вообще не любил касаться. Платиновые волосы рэпера, были взлохмачены, не расчесаны, что означало, что он точно также лежал в постеле, как и она до этого и не могла уснуть… думая о нем… Самое отвратное было то, что Леше в последнее время снился сон с участием Крис, о том что желал больше всего от нее. Принятия его желания. Из-за этого Лёша вчера, подорвался в пять утра и не мог сомкнуть глаз. Вспоминая ту историю в офисе…а потом еще и в его спальне… Да и вообще есть ли смысл объяснять свой поступок, свое низкое положение, на виду у своего бывшего партнера? В сегодняшнюю ночь у одного из главных лиц в лейбле?? Она была в идентичных руках, которые были схожи по репутации, как у Леши. Она ничего не могла возразить против, да и в принципе ее это заводило. Ей это льстило. - Я решила остаться, - тихо прошептала она, закусив губу. - Я тебя не впишу в список артистов, охрана тебя не пропустит. Ты не получишь допуск. - предупредительно сразу сказал Лёша. Кристина слышит громкий мужской хохот, который принадлежал Сереге. - Ты серьезно? - вклинился диджей в диалог. - Серьезно. - Какой же ты скучный хмырь. - Лола, не поймет. - сквозь сжатые челюсти проговорил Лёша, еле как сдерживая себя. - Ах, вот оно что. - смеясь откровенно сказал Чертков. - Лола, Лола, Лола, слышала, Крис, Лола его не поймет? - он выгнул бровь и не останавливаясь продолжал водить руками по стройной девичьей талии спускаясь ниже к тазу, все еще смеясь. - Да иди ты нахуй. Лёша не собирался тратить на него попусту время. То что было сказано, было понятно всем, и лишние объяснения не нужны. Тем более выяснять не собирался, когда состояние Черткова отмечалось, как уже давно невменяемое, под дозой алкоголя и психотропных таблеток. Его внезапное присутствие среди ночи, не понятное, поэтому тут же ретируется без всяких слов. Узенюк резко встал, несмотря на двоих, напрямую прошел из проема выхода комнаты направляясь к основной двери гардероба, однако внезапный женский громкий привлекательный голосок Кристины привлекает внимание: - Леш, подожди. - парень остановился, бросая взгляд через плечо на девушку, которая все еще была зажата руками Черткова, - Я чистая. Она сказала правду. А вот Серега был уже давно под действием неизвестного веселого препарата. Ему от всей глупой ситуации было смешно. Он смеялся. Смеялся. Творился кавардак. Лёша оглянулся, наклонив голову в последний раз на двоих, ничего не сказав, хотел уйти, но в следующую секунду останавливает на месте по стойке смирно его лучший друг: - Я же знаю, ты хочешь остаться, с нами. С нами. Какого хера??? Шаги неконтролируемые, практически тяжелые, не читаемые, не различаемые. Они чувствовались, словно он шел по ватному пути нарисованного нереального неба. Они почти не ощущались под ногами. Лёша в данный момент не давал себе отчет о своих действиях, когда встал плотно, напротив Кристины и смотрел прямо в сине-голубые, разглядывая кристальные чистые глаза. Его глаза черного моря. Ее жаркое дыхание чувствовалось на его лице. Осматривая миловидное натуральное личико, замер под притяжением извиняющего взгляда. - Я не хотела такого допустить. Так сложились обстоятельства. - она виновато пожала плечами. - Почему не написала мне, что передумала лететь? - У тебя жена. Я не хотела мешать собой. - И поэтому ты осталась жить у него? - У меня не было выбора, все произошло слишком быстро. Я не думала об этом. Лёша ухмыляется бесполезному выводу. Бесполезному человеку. Он закрывает улыбку дрожащей тыльной стороной ладони и отворачивает голову в бок, не сдерживая смех, не веря в то, что Кристина все-таки трахается с Серегой…Не веря себе и ей, что небо обрушилось на него. Это больно. Почему он чувствует боль? Почему мерзкий осадок взболтали со дна и он загрязняет внутреннюю флору Леши? Почему? Град по поверхности кожного покрова прошелся колкими иголками по спине Леши. Пальцы Черткова до сих пор лежали на ее бедрах. Когда произошло внезапное движение ниже, по боковой части ее тела, она напрягла мышцы живота. В темноте не было видно, что в данную секунду делал Сережа, поэтому Лёша не придал этому никакого значения. Только вот лицо Кристины слегка сморщилось на переносице, а пальцы резко схватились за плечи Леши, сжимая мускулы, через его футболку. Внезапный разряженный вдох и выдох девушки, заставил Лешу опустить взгляд ниже. Чертков грубо скользнул ладонью промеж ее ног и погладил чувствительное место, чуть надавливая к центру клитора. Скользя по гладкой атласной черной ткани стринг, то вперед то назад, не спуская разгоряченного взгляда с Леши. Они смотрели друг другу в глаза, когда Кристина прикрыла веки и закусив губу еле слышно застонала, стискивая в пальчиках ткань Лешиной футболки. Она держалась за его шею, когда Серега ласкал ее через трусики. Зад выгнулся к его пальцам, а спина превратилась в подобие дуги. Она не сопротивлялась. Наоборот подавалась вперёд, жаждая продолжения. - Крис, а, Крис, - слащаво отозвался их ненормальный безумец, - ты мокрая из-за меня или из-за него? Тем временем, пальцы бессовестно отодвинули маленький черный клачок в сторону и ворвались во влагалище. Она была горяча и совершенно мокрой. Ее сок, буквально, извергался и обволакивал два мужских пальца, которые вошли в нее до упора. Серега ощущал, как ее стенки сжались, стискивая каждый угол введения пальцев не выпуская из себя. Он решил добавить третий палец, тем самым расширив ее. Лунник ахнула и подняла испуганный взгляд на Лешу. Ей было плохо и одновременно хорошо. Очень хорошо. Заливаясь смущением, пыталась успокоиться и прекратить это безумие. Но пока, она не думала не о чем. Не могла сообразить и включить голову. Это был их первый настоящий интимный контакт. Они никогда не трахались. Никогда не были парой. Только странная, тёплая дружба, которая внезапно переросла в этот порыв. И сейчас она позволяла ему играть своим телом, пока смотрела в глаза своей болезни. Движения пальцев стали быстрее, напористее. Кристина задышала чаще, закусив губу до боли. Кристина вспомнила, когда на время забросила карьеру актрисы в России, и ушла на год в эскорт, дабы заработать больше денег. Суммы в Голливуде были нереально невменяемыми, поэтому не видела смысла в отказе от долларов и обещанной большой карьеры за океаном. Так оно и получилось, она получила золотой Оскар, за премию в лучшей женской роле, всего лишь спустя пол года, после окончания съемок в известном сериале….благодаря ее натуральной красоте и прекрасным рожденным талантом вживаться в любую роль. В это же время Лёша начал лечиться от наркозависимости и приводить свою голову в порядок со смерти сестры. Он забросил музыку и лишил себя напрочь спорта. Впал в какой то куб, закрывавший его от реальности мира. У Кристины был секс втроем, вчетвером и не только…У Сереги был аналогичный опыт только с девочками. У Леши был такой опыт с девушками. Однако, сейчас эта ситуация была очень специфическая. Для троицы стала взаимна, желанна…Сейчас, то что происходило, было вроде что то табу. Этот день не должен был состояться. Их влечение не должно было пересечься. Это не было запланировано изначально. Внутри Кристина хотела только одного, чтобы Лёша почувствовал ревность. Но все вышло еще круче! Она задыхалась от мастурбации. Кристина всегда думала, что она немного да извращенка, возможно - нимфоманка. Она любила трахаться, а еще больше обожала секс с Лешей в прошлом. Чувства к известному рэперу с годами как оказалось, ни куда не делись, она это чувствовала живым сердцем. Оказывается, только с ним она что то ощущала по настоящему. Блять, влюбленность, всегда нарушала ее четкие правила на трезвый взгляд жизни. Влюбленность к Леше, это означало только одно - что жене придется подвинуться и снова потерпеть. Взгляд женской ухмылки падает на его уста, он смыкает челюсти между собой. Она понимает, что ему тяжело сдерживаться. Ему тяжело дышать. Она хотела его поцеловать. Пальцы не останавливались и продолжали двигаться в умеренном темпе среди мягких стенок. Ее мышцы живота потяжелели, оргазм становился все ближе и ближе. Лёша же, тихо следил за всем терзающим, задыхающимся видом девушки. Он упивался ей. Яд вкололи моментально, когда она простонала томно в ухо и оперлась руками о его торс положив голову на плечо. Вытягивала губы вперед для поцелуя, открывая слегка рот, но Лёша не смел ее целовать. Ее лицо было наполнено мольбой и желанием. Она не могла этого больше выносить, ей стало больно…обидно….больно от того, что она действительно нашла стоящего человека себе, человека к которому чувствует светлые искренние эмоции, однако эти чувства были не взаимны. Лёша не интересовался ей в серьез. Это было то самое чувство эйфории, смешанное с адреналином. Только вот, в данную странную ситуацию с двумя «хорошими друзьями» разумное состояние выбило ее из колеи… - Что ты делаешь? - прошептала актриса с полу вздохом, зажмуренными глазами. Серега засмеялся, не останавливая руку продолжал поглаживать клитор, и ее влажную дырочку. - А на что по твоему это похоже? - Я… - пальцы сильнее сжались уже в кожу на шее у Леши, ощущая под ладонями его учащающийся артериальный пульс и с контрастом холодную толстую цепь. Её ноги задрожали. Кристина повисла на Лёше, уткнувшись лицом ему в шею, и громко, сладко застонала. Оргазм накрыл её резко и мощно тело выгнулось, киска сильно запульсировала вокруг пальцев Сереги, горячий сок хлынул по его руке и потёк по её бёдрам. Серега не останавливался, продолжая медленно двигать пальцами, продлевая её конвульсии. Когда она обмякла, он наконец вытащил руку, поправил ей трусики и жадно сжал одну грудь под майкой, покручивая пирсинг в соске. Лёша смотрел на всё это, тяжело ревностно дыша. Его член стоял колом. - Крис, как же так получилось? - Чертков закусил губу и пододвинулся к самому краю кресла, все еще сидя ниже их двоих и прислонил бородатую ухоженную щеку к ее ноге. Кристина выдохнула и застонала от удовольствия удвоенный ощущениях. - лапа…это ты что сейчас делаешь? - М-м, - промычала сладко, улыбаясь глазами в карий омут напротив. Леша был через чур близко к провалу. Лёша был через чур близко к ошибке. Лёша был через чур близко к голубым глазам. Когда диджей понял по сокращению влагалища, что девушка кончила, он поднялся на ноги. Перед глазами перекатились ярко-звездные разноцветные мушки. Кристина шумно выдохнула. Стоять на ногах стало сложнее, когда обнаженный жаркий торс прижимается к спине, а пальцы медленно вышли из влажного белья. Парень заботливо поправил ее трусики и вернул их в нормальное положение. Не спеша. Его мокрая ладонь прошлась по бедрам, талии, уводя под грудь он сжал одно мягкое полушарие. Лёша глядит на Кристину, на ее сжимающие крепко руки в кулачках, и ловит такое же удовольствие смотря на ее разрядку. Еще немного и его замок адюльтера сбросится, оцепляя его порочность. Открывая истинную сущность, от которого убегал и изменял. Чертков отодвинул блондинистые локоны Кристины на другое плечо, открывая доступ к шее, прикоснулся губами. Язык плавно слизывал солоноватый вкус и нежную, словно бахрома кожу, оставляя после себя, дразнящую дорожку влажности. Он поцеловал ее в нежный участок, плавно переходя к щеке. Взгляд Леши пал на две порошковые капсулы, которые лежали во второй раскрытой ладони у Сереги. Они сверлили друг друга глазами. Медовые и черные. - Синяя или красная, выбирай морфиус. - хмыкнул он нагло. - Нет. - Ты уверен? Нет, он не уверен. - Откуда ты узнал про это? - спросил Узенюк. Серега хохотнул в шею Кристины, он притянул ее к себе ближе, прикрываясь ей от близкого контакта с другом. Дистанция. - Я тебя знаю очень хорошо, - Серега не скрывал коварной улыбки и сказал следующее, - ты слаб перед ней, когда она берет от тебя. Фетишист же ты чеканутый. Но это даже лучше! - гогочет он во весь рот, - Ну же, давай повеселимся, - он снова протянул руку ему и сказал, - не ломайся, наша общая девочка, остывает. - делая акцент над общей. Их незапланированное трио разрушилось в пух и прах после одной этой фразы. Когда Лёша грубо выхватывает Лунник с рук безумца. Вещества, которые предложил Серега, падают на пол. Лёша бросает актрису на кровать сзади себя, а сам со всей силой бьет кулаком в наглую морду. Это происходит все настолько быстро, что Крис громко взвизгнула от резкой перемены местоположения. Испуганная Кристина в полутьме глядит на высокий рост Леши, как он склонился над парнем. Он повалил Черткова на, то кресло. Нанося удар за ударом. - Прекратите!!! Хватит! Вы что с ума сошли!!! - истошный крик пытался отрезвить Лешу. - Только попробуй еще раз предложить мне это. - говорит Узенюк. Серега поднимает подбородок на пару дюймов, понимая что чувствует на своих губах и зубах металлический привкус крови. Языком проводит по нижней губе слегка приподнимаясь в сидячее положение, когда Лёша отступил от него. Он ухмыльнулся. Серега даже не пытался его задеть и дать ответ. Лёша смотрел на него сверху вниз. Сейчас его безжалостная высокая фигура говорила о том, что еще необдуманное слово или поведение со стороны диджея, спровоцирует новую волну импульсивности. А он и так сдерживает себя изо всех сил. - Вы просто больные! - девушка все еще сотрясала обоим воздух своими воплями, - Леш, успокойся! Она была в дичайшем шоке. - Заткнись. - он повернул к ней голову. Кристина пыталась перевести дыхание и сбросить буйную сцену перед глазами, но к сожалению этого недостаточно. Она пожевала нижнюю губу и взглянула со страхом на Лешу, как тот стремительно быстро подошел к ней и одной рукой грубо сжал пальцами ее щеки. - Если это твоя новая какая то игра в «кошки мышки», то знай я намного умнее тебя. Я не куплюсь на эту хуету с тобой. Забудь о своем плане, навредить мне и моим близким! Не лезь не в свое дело! Поняла меня? Поняла? Отвечай мне, - он жестко потряс ее светлую голову втыкаясь пальцами в челюсть. Она попыталась сказать, но получился какой то булькающий звук, - Забудь. Крис, забудь обо мне и нелезь. Просто блять, нелезь. Крис, я тебя предупреждал, что не нужно общаться с моими людьми и морочить им головы. Тем более строить за спиной весь этот гнилой спектакль для меня. Только попробуй появиться завтра на фестивале. - А то что? - спросил Серега, шипя и морщась от боли, он приложил открытую еще не остывшего ледяного пива к бородатой челюсти. - снова избъешь меня и побежишь к жене? Он отпустил Кристину и перед тем, как уйти от двинутой компашки из его номера крикнул: - Да идите вы оба нахер! Делайте что хотите!!! Воцарилась тишина. Кристина ощущала как бьется с ужасом ее разбитое сердце, словно ее под поезд бросили связанную по рукам и ногам. Она чувствовала безысходность. Она больше не любимая игрушка. Она даже теперь не может даже думать о нем. Она просто осталась одна. Девушка прикрыла глаза и попыталась унять дрожь в теле и задавить желание наворачивающихся слез к векам. С каждой секундой ей становилось плохо. Это то самое чувство, когда он был так рядом, но одновременно далеко. Кристина в душе человек одиночка, который ищет себе много друзей. Это все от одиночества и чтобы отвлечь себя от сильных душераздирающих чувств к Леше. От этих мыслей ей стало хуже. Она всхлипнула и спешно вытерла горькие слезы одеялом. Лунник тихо прохныкала уливаясь слезами: - Зачем ты это сделал? Зачем ты все испортил? Зачем я вообще послушала тебя, зачем я согласилась поехать с тобой обратно в этот отель, почему я сразу не улетела… - Чтобы кое что понять. - Что? - Что, Леха, то ревнует тебя. - Зачем тебе это надо было знать вообще? Зачем? Зачем я вообще начала все это. Он теперь вообще со мной никогда не заговорит… он меня возненавидел… - О, драм, драма, - парень шумно выдохнул вскидывая руками вверх. Поставил бутылку на пол, наклоняясь вперед к ней тихонечко проговаривая, - лап, у меня свои мотивы. - Но, Сереж…я просто не хочу, чтобы он думал, что у нас что то есть. Чертков взглянул в ее глаза ухмыляясь заговорщицкой улыбкой. - Он уже так думает. - хмыкнул он, - А тебе что не понравилось? - Я не хочу заходить слишком далеко… - Если надо, то придется. Ложись спать, я лягу в другой комнате. Серега поднялся на ноги прихватив с собой ноутбук и надел большие наушники. Его состояние эйфории точно не подходило для сна. У него было много мыслей и ему сейчас есть над чем подумать. А если ляжет с Крис, то возможно они правда переспят. Да и в принципе он не был против такого расклада. Но глядя на ее разбитые эмоции, решает выйти из спальни, оставляя, Кристину наедине. Постепенно в мозг Кристине ударялось нереальное слово «надежда…» Он ревновал. Он ревновал ее. Он ревновал…