Моя тихая гавань

Это признание вырвалось само собой, будто кто-то невидимый подтолкнул её к этому. Ёнхи почувствовала, как её лицо заливается краской, и инстинктивно попыталась спрятаться за волосами. Но рука Чонгука мягко удержала её подбородок, заставив вновь посмотреть ему прямо в бездонные, словно сам океан, глаза. Парень долго молчал, всматриваясь в её смущённое лицо, пытаясь убедиться, что расслышал всё правильно. Затем едва заметно он улыбнулся, а уголки его губ чуть приподнялись вверх, придавая лицу какое-то особенно тёплое выражение. — Знаешь, я думал, что это уже невозможно… В тот раз ты сказала, что я для тебя просто друг… — Ты же понимаешь, что тогда я не могла иначе… — Понимаю… — прервал её Чон, — просто у народа Морае всё устроено иначе. Любовь в нашем понимании гораздо глубже человеческих чувств… Она случается с нами один раз и навсегда, и когда это происходит, наше сердце издаёт мелодию, которую сможет услышать только тот, кому мы предназначены… Ёнхи слушала внимательно, сосредоточенно ловя каждое слово. — Значит, та песня… — осторожно спросила девушка, боясь нарушить хрупкое равновесие, которое образовалось между ними. — Это зов моего сердца… Только избранная сможет его услышать, если эти чувства взаимны, — ответил парень тихо, но уверенно, — но так как ты человек, я не думал, что это возможно. Ёнхи молчала, осознавая всю значимость чужих слов. Её сердце билось учащённо, наполняемое одновременно радостью и тревогой. Чувство, которое раньше казалось ей простым увлечением, теперь раскрывалось перед ней совершенно иначе. Её сердце выбрало Чонгука и, кажется, это случилось уже довольно давно. — Но как? — Я не уверен… Должно быть, твоё сердце особенное, раз оно способно чувствовать то, что недоступно другим… И если ты готова быть со мной, пока океан не разлучит нас, я не хочу уходить, — он задумался на мгновение, а затем твёрдо произнёс. — Я понимаю твои опасения, но не дам этой Хаин всё разрушить. Мы найдем способ, как заставить её перестать меня искать, — Чонгук снова нежно коснулся её лица, проведя большим пальцем по щеке, словно запоминая каждый его изгиб. — Ты мне веришь? Ёнхи почувствовала, как напряжение постепенно покидает её тело. Слова Чонгука звучали убедительно и дарили надежду. Она посмотрела в его глаза и увидела в них искренность и решимость. Кивнув, она прижалась к нему, чувствуя, как нежное и трепетное чувство разливается по всему её телу. Возможно, всё и правда не так безнадежно, как ей казалось. — Верю, — прошептала Ёнхи, прикрыв глаза, — мы обязательно что-нибудь придумаем. Чонгук улыбнулся и крепко обнял её в ответ, и в этом объятии Ёнхи нашла утешение и надежду. Её сердце ровно стучало, отзываясь на каждое его слово, каждое прикосновение. Она боялась открыть глаза, боялась, что эта сказка развеется, оставив её наедине с жестокой реальностью. Но реальность была здесь, рядом, в его сильных руках, в его уверенном голосе. Чонгук был её тихой гаванью, её надеждой и её светом во тьме. Ёнхи не знала, что ждёт их впереди, какие испытания им придется преодолеть, но одно она знала точно: они оба больше не одиноки. Хотя где-то в глубине души Ёнхи всё ещё чувствовала едва уловимую тревогу. Она понимала, что Хаин не отступится так просто. И если она прознает о Чонгуке, то их мирная жизнь на Кодже — закончится. Но сейчас, в объятиях этого удивительного парня, она решила не думать об этом. Она хотела насладиться этим моментом счастья, пока он ещё есть. А потом… Потом они вместе придумают, как быть дальше.

***

Чтобы Хаин не узнала Чонгука, они решили, что лучше ему будет остаться дома, а девушка сама найдёт мистера Ли и попробует с ним поговорить. Чонгук нехотя отпустил Ёнхи, взяв с неё обещание, что она скоро вернётся и ни за что его больше не оставит. Девушка вышла из домика, стараясь не думать о тревоге, которая продолжала грызть её изнутри. Дневное солнце светило ярко, но не могло разогнать туман неопределенности, окутавший её. В этот раз путь к ресторанчику мистера Ли казался длиннее обычного, а каждый прохожий — потенциальным шпионом Хаин. Прибыв на место, Ёнхи глубоко вздохнула и вошла в маленькое заведение. Мистер Ли был на своём привычном месте и, услышав звук колокольчика у двери, сразу же обратил внимание на входящего. — Мисс Кан… Как же я рад, что с вами всё в порядке. Что-то случилось? Вы выглядите взволнованной, — участливо спросил он, жестом приглашая её присесть. Девушка села за столик, нервно теребя край своей ветровки. Она знала, что должна быть осторожной в своих словах, но и терять время было нельзя. Ей нужно было как можно скорее обезопасить Чонгука от Хаин. И она чувствовала, что в этом ей сможет помочь только Мистер Ли, но она не знала, как сразу сказать ему об этом. — Может, вы знаете свободного электрика, который сможет починить провода, идущие в старую гавань? В моём домике нет электричества после вчерашнего шторма. Боюсь, ещё одну ночь я просто не протяну в таком холоде… — Ох, милочка, у многих жителей на острове сейчас нарушена проводка, но не переживайте, в ближайшие несколько дней это починят. Я обязательно сообщу, чтобы к вашему домику тоже провели… — добродушно произнёс Мистер Ли, как обычно это делал, — но, я могу дать вам с собой несколько лёгких, но очень тёплых одеял. Ёнхи слегка улыбнулась, но тут же вспомнила про злосчастную Хаин и изменилась в лице. — Спасибо… На самом деле, я хотела поговорить с вами и, кажется, только вы сможете мне помочь... Сегодня утром на остров приехала девушка-журналистка. Вы уже видели её? Она о чём-нибудь вас спрашивала? Мистер Ли нахмурился. — Разумеется. Она проявляла интерес к историям, связанных с островом, и задавала вопросы местным жителям, в том числе и мне. Вас что-то смущает? Она вызывает у вас беспокойство? Ёнхи глубоко вздохнула. — Хаин приехала сюда не из-за историй, хотя, если быть точнее, и из-за них тоже. Она кое-кого ищет... Не совсем человека. И я боюсь, что если она узнает о нём, то может причинить ему вред. Но он не сделал никому ничего плохого, он просто другой… Я не знаю, как это объяснить, но я должна его защитить. Поэтому я и пришла к вам, надеясь, что вы сможете мне помочь хотя бы советом. Мистер Ли внимательно слушал Ёнхи не перебивая. Его взгляд был серьезным и сосредоточенным, словно он понял, о ком говорила Ёнхи, хотя она даже не назвала имени. — Мы же говорим сейчас о вашем необычном госте? — завуалированно произнёс мужчина, чтобы не выдавать тайну Ёнхи, как будто за дверью была сама Хаин или её подопечные, которые приехали сюда вынюхивать информацию словно ищейки. — Да… — еле слышно ответила Ёнхи, внимательно рассматривая мужчину. — У Хаин есть фотография, где он — «другой». Мистер Ли ничуть не удивился и, кажется, абсолютно всё понял. Ёнхи почувствовала облегчение. Она знала, что мистеру Ли можно было доверять. Собравшись с духом, она решилась рассказать ему правду. Но, кажется, в этом не было необходимости, потому что Мистер Ли ещё в тот раз понял, что Чонгук не просто милый паренёк. — Я надеялась, что он сам вам всё объяснит, но, похоже, лучше сказать об этом сейчас, пока не стало слишком поздно... — О том, что он мой сын? — произнёс Мистер Ли уверенно. — Я догадался об этом ещё в прошлый раз, но не хотел на него давить… Хотел, чтобы он сам принял решение о том, чтобы встретиться со мной. Я очень сильно виноват перед его матерью, но, к сожалению, уже ничего не вернуть… Я бы очень хотел загладить свою вину, но знаю, что Соны уже давно нет… — с грустью добавил он, а по его щеке скатилась одинокая слезинка, которую мужчина вытер тыльной стороной руки. — Если вы связаны с ним, значит тоже слышали дивную и чарующую мелодию, которую никогда не слышали в своей жизни... Ёнхи в подтверждение покивала болванчиком. — В секунды, когда их сердце перестает биться, они издают самую печальную мелодию, которая только существует на этом свете… Так я и понял, что моей любимой больше нет. Ёнхи практически перестала дышать, когда услышала об этом. — Но, не будем сейчас о грустном. Нам что-то нужно разобраться с этой Хаин, чтобы она убиралась к чёрту с нашего острова, — Мистер Ли воинственно выдохнул и поднялся из-за стола. Он подошёл к окну и недолго смотрел на море, словно искал в его бушующих водах ответ. — Если Хаин и правда удастся что-то доказать и вывести моего сына на чистую воду — последствия могут быть самыми ужасными, как для него, так и для нас… Но не стоит отчаиваться, мы обязательно что-нибудь придумаем. Мистер Ли обернулся к Ёнхи и ободряюще улыбнулся. — Я знаю, что это звучит безумно, но я уверен, что мы сможем его защитить. Нужно действовать быстро и осторожно, чтобы Хаин не заподозрила ничего. Я обещаю вам, что сделаю всё, что в моих силах, чтобы защитить своего сына. В глазах Мистера Ли отразилась решимость, которая поразила Ёнхи. Она всегда видела в нём лишь добродушного и одинокого человека, который готовил еду в своём ресторанчике. Но сейчас перед ней стоял свирепый, словно лев, отец, готовый на всё ради своего ребенка. — Спасибо… Я… Я не знаю, чтобы мы делали без вас, — прошептала Ёнхи, чувствуя небольшое облегчение. — Не стоит благодарностей, я ещё ничего не сделал. А вы пока постарайтесь быть рядом с ним и ни в коем случае не оставляйте одного. Будьте бдительны и обращайте внимание на любые странности. Так как на острове сейчас пропадает связь, я не смогу с вами связаться, но постараюсь завтра прийти, как только найду необходимый инвентарь. Мистер Ли снова посмотрел в окно, нахмурив брови. Он чувствовал, как надвигается опасность, и понимал, что времени у них осталось совсем немного. Им предстояло вступить в игру с очень сильным и коварным противником, и они должны были быть готовы ко всему.

***

Вернувшись домой, Ёнхи первым делом проверила, на месте ли Чонгук, и парень послушно ожидал её в комнате, стараясь не показываться и не привлекать внимание. Правда, несмотря на всю напряжённость ситуации, кажется, он решил поиграть в прятки, чем немного напугал девушку. — Эй, Чонгук-а, ты здесь? — тихонько прошептала Ёнхи войдя в неосвещённую комнату, в которой были занавешаны все окна. Ответом ей послужили чужие и немного прохладные руки, которые мягко опустились на её талию и притянули к себе. Девушка даже ничего не смогла вымолвить, только пискнуть от температуры чужой кожи и небольшого испуга. И её всё ещё пугало осознание того, что они теперь вместе. — Чёрт возьми, ты так меня напугал… Не делай так больше, — залепетала она, но не вырвалась из чужой хватки. Они так и продолжили стоять в абсолютно тёмной комнате в обнимку, пока парень пытался насладится запахом чужих волос. — Постараюсь, но ничего не могу обещать… — промурчал Чон словно кот, — и ты всё ещё пахнешь океаном… — У меня есть новости, — уже более воодушевлённо заговорила Ёнхи. — Надеюсь, ты не сильно рассердишься из-за того, что не сам узнал об этом от Мистера Ли. Он действительно твой отец... а ещё он обещал помочь выдворить Хаин с острова, но не уточнил, как именно, так что нам остаётся только ждать его здесь до завтра. Чонгук молчал, переваривая услышанное. Новость об отце казалась одновременно и невероятной, и какой-то болезненно ожидаемой. Он всегда чувствовал какую-то пустоту внутри, некую незавершенность, и теперь, возможно, он приближался к её заполнению. Но угроза со стороны Хаин — это всё о чём он мог думать сейчас. — Он… обещал помочь? — переспросил Чонгук, стараясь скрыть волнение в голосе. Его руки, державшие Ёнхи, невольно сжались сильнее. — С какой стати ему это делать? Ёнхи немного помедлила, прежде чем ответить. — Я не знаю, Чонгук-а. Мне кажется, что он делает это, потому что ты его сын. Мы оба не можем знать, что между ним и твоей мамой тогда произошло, но мне кажется, что он до сих пор любит её. Он был… искренним, по крайней мере мне так показалось. Чонгук не ответил. Он не доверял этой искренности. Слишком много лет он провёл в океане, полагаясь только на себя, чтобы сейчас слепо поверить во внезапное отцовское милосердие. Он отпустил Ёнхи и подошёл к окну, смотря на океан сквозь не очень плотные занавески. — Нам нужно быть осторожными, — пробормотал он, больше себе, чем ей. — Хаин не отступит просто так. И если мистер Ли хочет нам помочь, у этого наверняка есть своя цена. Ёнхи подошла к нему и положила свои руки на чужую талию. — Я понимаю твою недоверчивость, Чонгук-а, но некоторым людям иногда стоит дать шанс. Ты же дал его мне... Только Мистер Ли может нам помочь. Но я согласна, что нам всё равно нужно быть осторожными. Чонгук повернулся к ней, и она увидела в его глазах смесь сомнения и надежды. Он всё ещё не был уверен, но, казалось, готов был попробовать. — Хорошо, — сказал он, — будем надеяться на лучшее, но готовиться к худшему. Что будем делать, пока он не придёт? — Постараемся не привлекать внимания и не выходить из дома. Будем бдительны и следить за тем, что происходит вокруг, — ответила Ёнхи, стараясь придать своему голосу уверенности. Они провели остаток дня в тишине и напряжении. Чонгук и Ёнхи старались не отходить далеко друг от друга. Каждый звук за окном вызывал тревогу. Они чувствовали, что Хаин где-то рядом, и ждёт своего часа. Ночь прошла без происшествий, но напряжение не спадало. Они оба знали, что это лишь затишье перед бурей.