Последний шанс

Каждая вылазка коллекционера — это своего рода искусство. Да, он творец. Творец смерти. Тщательно спланированные ловушки, словно прозрачная паутина, затягивают очередную жертву, погружая в неописуемый ужас. Выколотые глаза, вырванные зубы, вывернутые наружу органы — картина готова. Наслаждайтесь. Но все же, человек тянется к человеку — таков закон человеческой природы, социума. Одиночество невыносимая ноша, даже для таких индивидуумов, как он. Потому осознав свои потребности, спустя время, он начал собирать коллекцию. Коллекцию из людей. Отсюда он и получил свое прозвище. Ему нужен особенный человек, кто сможет пазлом приложиться к его непонятой душе. Такой же хищник, как и он. Однако, ни один экземпляр не соответствовал его жажде — все слишком обычно, все слишком банально. Пресно. И коллекционер, с сожалением, выходя на охоту, высматривал нового подопытного. А, непрошедшую мучительное испытание, жертву, ждала незавидная участь стать приманкой для следующего пленника. Сейчас у него есть Эбби. Да, с ней комфортно. Удобная, маленькая девочка быстро стала послушной. Он даже особо не старался её сломать — она все, и так, преподнесла ему на блюдечке. Бери и наслаждайся. Время шло и в жизни убийцы все шло по накатанной схеме: он выслеживал жертву, проникал в дом, втирался в доверие. Убивал. Изредка, забирал в коллекцию. Одни лишь ловушки становились все совершеннее и изощрённее — больше крови, больше боли, больше страха — а сам коллекционер все опаснее. Вот и в этот раз — все должно было пойти по тщательно подготовленному плану. По-другому, он и не умеет. Только в одном он просчитался — не он один имел преступные намерения в отношении выбранной им в этот раз семьи. — Там осиное гнездо, — участливо подсказал ему неприметный с виду рабочий. Убийца улыбнулся и поднял вверх большой палец.

***

***

Битва между ними разразилась не на жизнь, а на смерть. К ребенку, как к первоначальной цели своей вылазки, коллекционер потерял всякий интерес. Теперь задача поймать находчивого домушника, ловко ускользающего из его цепких рук. Противник даже смог его обхитрить, маневрируя меж столь тщательно заготовленных ловушек. Непонимание… Удивление… Гнев… Восхищение — такую противоречивую палитру чувств испытал коллекционер. И понял, что сегодня, столь долгие поиски близкого человека, наконец, закончены.

***

***

К несчастью, вымученной победой насладиться получится нескоро. Домушник успел передать полиции данные преступника прежде, чем был им схвачен. Благо, вся схема продумана была изначально — коллекционер использовал подставное имя и поддельные документы. Тут помогли хорошие связи. Потому он поручил Эбби заботу о домушнике, а сам занялся утилизацией всего, что могло привести полицию к нему и к его дому. Также, после драки с вором ему требовалось подлатать раны. Вечером следующего дня он все же смог вернуться домой. Хоть его и одолевала усталость, любопытство увидеть Аркина, пересиливало. Да, он смог узнать его имя. Это важно, ведь им предстояло теперь быть одним целым, и Коллекционер хотел, чтобы все шло правильно с самого начала. Пленник спал. Или притворялся. Понять было сложно. На полу, рядом, одиноко валялась пустая бутылка из-под воды. Коллекционер бесшумно подошел к жертве. Забавно, ведь если бы, не порыв вора вернуться в дом, чтобы спасти ребенка, Коллекционер так бы и не узнал о нем. Такой абсолютно чуждый и непонятный поступок, по итогу, стоивший свободы. Но именно таким сочетанием редких граней в одной личности он и приглянулся убийце. Редкий экземпляр. Он хватает вора за подбородок — тот продолжает спать — и приближаясь, касается его губ. Затем, не выдерживая, он кусает нижнюю губу до крови. Аркин вскрикивает. Коллекционер ударяет его головой об пол, тот гулко ударяется и почти сразу приходит в себя после глубокого сна. — Чертов педик, — безрассудно повторяет Аркин. Коллекционер в ответ смеется и протягивает руки к шее домушника, зажимая в удушающем захвате. — Нет, — шепчет Аркин, ощущая смертельное давление на шее. Воздух почти перестает поступать в легкие, Аркин начинает задыхаться. Руки пытаются оттолкнуть противника, но он слишком слаб, чтобы хоть как-то противостоять психопату. Мужчина пробовал вывернуться, кричать, уползти, но все без толку. Силы начали покидать и без того ослабевшее тело; в глазах резко потемнело. Аркин бессильно опустил руки и только через мгновение почувствовал приток кислорода. Коллекционер отпустил его шею, пристально следя за дальнейшими действиями пленника. Аркин начал истомлено откашливаться, восстанавливая дыхание. — Что тебе нужно? — наконец, смог спросить он. — Отпусти меня. Или убей. Я не буду частью твоей коллекции. Коллекционер продолжал наблюдать. — Скажи, хоть что-нибудь! — выпалил, задыхаясь в истерике, Аркин. — Сказать, что? — низко, хрипуче, еле слышно ответил коллекционер. «Он говорит, — подумалось вслух Аркину.» — Что будет дальше? «Ублюдок, конченный — мысленно закончив про себя.» — Я больше не один, — услышал Аркин в ответ.