Любимица короля

— Пожалуйста, постарайтесь не двигаться, — вежливо просит Урауме. Она прижимает ватный тампон, смоченный спиртом, к твоему лицу, и ты морщишься от ощущения жжения, когда ватка прижимается к порезам. Урауме бросает сочувственный взгляд. — Извиняюсь за это. — Не стоит извиняться... — Пожалуйста, — говорит твердо, — Я знала о напряженных отношениях между служанками, но... Не думала, что они могут причинить вред кому-то из своих, — её голос колеблется. Ватка приближается к ранам на руках. Дверь в палату распахивается, и на пороге появляется Сукуна, небрежно прислоняясь рукой к дверному косяку. Он осматривает твою потрепанную фигуру, сидящую на краю койки, и на его лице отражается огорчение. Урауме быстро встает, чтобы поклониться королю, но тот отмахивается быстрым движением руки. — Мой король, я как следует обработала её раны, — докладывает она. Сукуна переводит взгляд на тебя. Его поведение холодное, но все равно выдает намек на беспокойство. — У тебя что-то болит? — Нет, мой король. Я хочу извиниться... — Ты ни в чем не виновата, — прерывает Рёмен. Его голос тверд, когда он подходит ближе. Тяжелые шаги эхом разносятся по палате. На нем надета черная накидка с фиолетовым поясом, завязанным на талии, рельефные мышцы видны сквозь ткань. Урауме отступает назад, делает небольшой поклон и оставляет вас наедине. Немного наклонившись, чтобы быть на одном уровне, он всматривается в твое лицо пронзительным взглядом. Сукуна смотрит на пустое запястье, сужая глаза от беспокойства и раздражения. — Где браслет? — напряженно спрашивает он. Твои глаза расширяются от осознания того, что ты потеряла его подарок. — Я, наверное, потеряла его, когда они били меня. — Так они не только причинили тебе вред, но и своровали подарок... — голос становится гневным, руки сжимаются в кулаки, а тело напрягается. Он поднимается, затем нависая над тобой. — Ты можешь стоять? — кратко спрашивает Сукуна. Ты качаешь головой. — Хорошо. Тогда пойдем. Смотришь на своего короля: его выражения лица непроницаемо, но в глазах безошибочно читается напряжение и молчаливое обещание возмездия. Ты следуешь за ним, пока он целеустремленно идет по тускло освещенному помещению. Вечерний свет просачивается сквозь темно-красные шторы, отбрасывая тени, которые виднеются на стенах. Каждый его шаг отдается угрожающим властным эхом. Он резко останавливается у входа в комнату для прислуги. Сукуна смотрит на тебя через плечо, его взгляд напряжен и непоколебим. — Ты хочешь увидеть? — спрашивает он низким и твердым голосом. — Увидеть...? — Да. Хочешь увидеть, как я убью тех, кто обидел тебя? — Я... — твое сердцебиение учащается. — Нет, мой король. Я не хочу, — говоришь тихо. Он приподнимает бровь, но не отвечает, затем открывая дверь в комнату. Прислуга смотрит на него с почтением... или страхом. Рёмен Сукуна не посещает их, поэтому его появление предвещает плохие новости. Он окидывает взглядом дрожащую служанку, которая съеживается под его пристальным взглядом. "Абсолютное ничтожество", — думает король. Все они смотрят на тебя, стоящую сзади него. Рёмен бросает на тебя косой взгляд, ожидая, что ты укажешь на обидчиков. Ты поднимаешь на него противоречивый взгляд. Действительно ли ты хочешь, чтобы они умерли? Он усмехается, будто читая твои мысли. — Ты будешь защищать их даже после того, что они сделали, — усмехается Сукуна. Он снова обращает внимание на шеренгу слуг, склонивших в страхе головы перед ним. Его взгляд останавливается на одной женщине, замечая абсолютно такой же браслет, который он с трудом сделал для тебя, на её запястье. При виде украшения его поведение меняется. Выражение лица мрачнеет. Быстрым движением он обхватывает тебя двумя руками, аккуратно закрывая глаза. — Не открывай их, пока крики не прекратятся. Крики ужаса разносятся по комнате. Ты слышишь звуки разрезов и мрачный смех Сукуны. Все это время две его руки крепко сжимают тебя, защищая от жестокости, с которой он обращается с теми, кто посмел причинит тебе вред. Звуки затихают, его дыхание замедляется, и верхняя левая рука опускается с твоих глаз. — Всё закончилось. Как только твои глаза медленно открываются, от открывающегося вида сводит внутренности. Кругом лишь кровь и разруха. Зажимаешь рот рукой, борясь с рвотным позывом. Рёмен смотрит на тебя с легким раздражением, из-за того, что ты не ценишь его поступки. Твой взгляд переходит на его окровавленное тело. Он вытирает лицо, поворачиваясь спиной к безжизненным телам. — Пойдем. Мне нужно принять ванну и переодеться.

—

Ты сидишь на краю фарфоровой ванны, добавляя масла и высушенные лепестки. Подготовка ванны для короля Сукуны стала для тебя обычным делом. Каждый раз, когда он идет мыться, у тебя замирает сердце. Его рост превышает шесть футов, а четыре руки и широкая грудь привлекают внимание еще больше. Татуировки, украшающие его подтянутое тело, только усиливают и без того внушительный вид. Он уверенно направляется к ванне, не сводя алых глаз с тебя. Аромат лаванды и роз разносится по выложенному плиткой помещению. Сукуна опускается в воду, рыкнув, когда горячая вода окутывает его мощное тело. Берешь мочалку и вытираешь засохшую кровь с его груди. Рёмен откидывает голову назад, вздыхая с облегчением от твоих действий. Он затихает на мгновение, и слышится лишь звук плескающейся воды. Один его глаз слегка приоткрывается, чтобы увидеть, как твои нежные руки стирают с него следы кровавого боя и снимают стресс. Он говорит тихо и повелительным голосом. — Присоединись ко мне. Ты резко прекращаешь свои движения, недоверчиво глядя на него. — Вы имеете в виду... — Принять ванну, да. Ты колеблешься, нервно переводя взгляд то на воду, то на него. Понимая, что не можешь ослушаться короля, начинаешь снимать одежду и, смущенно прикрываясь, позволяешь воде окутать себя. Садишься на противоположной стороне ванны, и его бровь поднимается в раздражении. — Я не причиню тебе боли, — его голос спокойный. Двигаешься ближе к нему. Твои движения слишком медленны для него, поэтому он сам притягивает тебя, устраивая поясницей на себе. Беспрецедентная, интимная поза одновременно возбуждает и вызывает волнение. — Тебе... не нравятся мои сегодняшние действия? — Нет, мой король. Отчасти это правда. Ты все еще не оправилась от событий, произошедших ранее. Король Проклятий дал волю своей ярости... из-за тебя? Мужчина, которому ты добровольно служишь, был так зол из-за твоих ран, что лишил жизни тех, кто нанес их тебе. Он одновременно чудовище с огромной силой и твой спаситель, охваченный страстью и яростью. — Хорошо, — его рука тянется, чтобы погладить тебя по волосам. Касания настолько аккуратные, что задаешься вопросом, не думает ли он, что ты сломаешься. — Я не хочу, чтобы ты была несчастлива, — говорит мягко. Его пальцы проходятся по линии подбородка. Вздрагиваешь от его прикосновений, но не отстраняешься. Если бы твое сердце забилось еще быстрее, то ты бы потеряла сознание. Его рука двигается к твоей груди, прижимаясь к ложбинке. — Твое сердце так колотится... Ты боишься меня? — спрашивает Сукуна, чувствуя, как ритм ускоряется от его касаний. — Б..боюсь? — стараешься сдерживаться, чтобы голос не дрожал, но он все равно выдает твою неуверенность. — Это понятно. Я мог бы убить тебя прямо сейчас, — он ухмыляется и чувствует, как ты сжимаешься. — Я просто говорю факт. Не думай об этом. Его взгляд двигается от твоего лица к груди, которая скрывается под водой. Он встает, вода стекает по его телу. Ты смотришь на его пресс, а затем чуть ниже. Сукуна лишь ухмыляется, когда видит, как твои любопытные глаза расширяются. Было трудно не посмотреть туда, когда его размер снизу такой... внушительный. — Тебе разрешено прикасаться, — объявляет он, отвлекая тебя от разглядываний, и ощупывает свой пресс. Сукуна тихо стонет от твоих ловких пальцев, чувствуя как напрягаются мышцы. Он самое настоящее произведение искусства, словно сами боги сотворили его. Ты знала, что после принятия ванны Сукуна обычно вызывал какую-нибудь из своих наложниц в свои покои. И это неизбежно приводило к нескольким часам стонов и крикам боли, которые были слышны через дверь, соединяющую ваши комнаты. Как его служанка, ты хотела оставаться в своей комнате, но часть тебя думала о том, каково это — наслаждаться его присутствием таким интимным путем. — Мой король, должна ли я вызвать кого-то, чтобы... удовлетворить ваши потребности? Он только мрачно усмехается, протягивая руку, чтобы нежно обхватить твое лицо. Его алые глаза впиваются в твое мокрое, обнаженное тело, запечатлевая этот вид в памяти. — Не нужно, — бормочет он низким голосом, — Я верю, что твое присутствие – именно то, чего я жажду.