Ты все испортил

      Музыка вибрировала, пульсируя глубокими, мрачными басами. Воздух вокруг казался наэлектризованным, словно каждое дыхание несло в себе напряжение. Гарри и члены его оперативной группы ощущали вибрацию на клеточном уровне, стоило им переступить порог массивной входной двери клуба «Серебряная змея».       Внутри царила атмосфера безудержной, зачарованной энергии: яркие стробоскопы беспорядочно вспыхивали, окрашивая танцующую толпу в неестественные, пульсирующие оттенки, а тонкие лучи волшебных лазеров прочерчивали в густом, пропитанном заклинаниями воздухе замысловатые сияющие узоры. Сотни тел сливались в едином экстатическом танце, поддаваясь завораживающим ритмам заколдованной музыки, которая, казалось, проникала сквозь защитные чары прямо в самую душу.       Едва они переступили порог, их окутал густой сизый смог. Он клубился в воздухе, сотканный из дыма экзотических, явно зачарованных сигарет. Этот запах смешивался с химическим запахом запрещённых зелий, которые тайно продавали и употребляли в клубе.       Именно это и привело сюда сегодня Гарри и его команду.       Они знали, что за блестящим фасадом танцпола и оглушительной музыкой могут скрываться опасные зелья и безжалостные преступники.       Гарри с непроницаемым лицом и решительным взглядом прокладывал себе путь сквозь плотную толпу танцующих. Его люди шли следом, столь же сосредоточенные и готовые к любым неожиданностям. Они внимательно изучали лица вокруг, выискивая среди этой пестрой толпы не тех, кто пришел развлечься, а тех, кто скрывался за маской беззаботности.       Сначала их агрессивные толчки встречались недовольными гримасами и сердитыми взглядами. Но едва толпа заметила знакомую эмблему мракоборца на тёмных мантиях, как всё недовольство исчезало, уступая место испугу и покорности. Возмущённые возгласы застревали в горле, а танцующие, побледнев, торопливо расступались, освобождая им путь и стараясь не поднимать взгляда.       Клуб жил своей обычной ночной жизнью, пока в неё грубо не вторглась сила закона. Волшебники и ведьмы смеялись, запрокинув головы, их тела извивались в ритме музыки, кто-то увлечённо целовался в укромных уголках у стен, погрузившись в свой собственный мир. Другие неторопливо пили светящиеся напитки и курили тонкие сигареты или старые трубки, казалось, полностью погрузившись в собственные мысли. Эта пёстрая картина гедонизма и беззаботности резко контрастировала с напряжённой атмосферой, которую несла с собой команда мракоборцев.       Гарри бросил взгляд на зачарованный хронометр на своем запястье.       Пятнадцать минут.       Ровно столько времени оставалось до того момента, как его команда должна была начать штурм.       Рядом с Гарри уверенно шагала Эмили Вэнс, её короткие тёмные волосы едва заметно покачивались в такт музыке, но взгляд оставался острым и сосредоточенным. Она отвечала за ближний бой и прикрытие фланга Гарри. Её рука постоянно находилась в непосредственной близости от скрытой под мантией палочки.       С другой стороны шёл Кайл МакГрегор, высокий и широкоплечий специалист по силовым заклинаниям и обезвреживанию особо опасных преступников.       За спиной Гарри шла Лира Чоу, экспертка по обнаружению скрытых предметов. Её глаза внимательно осматривали толпу, выискивая признаки подозрительного поведения или скрытой магии.       Замыкал строй могучий Борис Волков — мастер защитных заклинаний и магических барьеров. Его внушительное присутствие само по себе служило сдерживающим фактором для потенциальных нарушителей.       Их продвижение было отлажено до мелочей, каждый знал свою задачу. Эмили держалась рядом с Гарри, готовая мгновенно вступить в схватку, если возникнет прямая угроза. Кайл внимательно следил за наиболее крупными и агрессивно настроенными посетителями, чтобы при необходимости нейтрализовать любое сопротивление мощным заклинанием. Лира незаметно прокладывала им путь, её взгляд скользил по карманам, сумкам и подозрительным выступам на стенах. Борис обеспечивал тыл, держа наготове непробиваемый щит на случай внезапного нападения.       По мере их продвижения реакция толпы становилась всё более заметной. Первоначальное недовольство сменилось настороженностью, а затем и откровенным страхом, когда люди узнавали строгие лица мракоборцев.       Танцующие старались не смотреть им в глаза, поспешно расступаясь и делая вид, что увлечены музыкой, лишь бы не привлекать к себе внимание. Гарри чувствовал эту нарастающую волну напряжения и понимал, что они близки к цели.       Аврор сосредоточенно осматривал толпу, выискивая цель операции среди десятков танцующих людей. Но прежде, чем он успел подать сигнал к началу операции, что-то мелькнувшее на периферии зрения привлекло его внимание.       Среди танцующих под мрачный, пульсирующий ритм волшебников выделялась знакомая белокурая макушка.       В груди Гарри словно сжали железный обруч, каждая клетка отозвалась странной, горькой болью.       Это был Драко Малфой.       Прошло долгих шесть месяцев с тех пор, как они виделись в последний раз, с той ужасной ссоры, которая положила конец их бурным отношениям.       Драко выглядел иначе. Его волосы были короче, и на нём была элегантная чёрная мантия, которая выглядела дорого даже в тусклом свете клуба.       Малфой двигался в ритм музыки, и в каждом его жесте чувствовалась непринуждённая лёгкость. Он явно наслаждался атмосферой клуба. Рядом с ним танцевал тёмноволосый мужчина, что-то весело щебеча ему на ухо, и Драко время от времени отвечал ему коротким смешком. На его лице играла открытая, непривычно счастливая улыбка, и что-то в сердце Гарри снова сжалось.       В его сознании вдруг вспыхнули обрывки минувших лет, совместно прожитых мгновений.       Два года, вытканные из яркого пламени страсти, из нежных объятий и ироничных подшучиваний, которые были понятны лишь им двоим. В памяти воскресали ночные беседы до рассвета, когда каждый делился самым сокровенным, споры, разгорающиеся из-за пустяков, но всегда завершающиеся в примирительных объятиях, полных раскаяния и еще большей нежности. Всплывали картины их уединённых встреч, взглядов, наполненных обожанием и пониманием без слов, их совместные рассветы, окрашенные негой и безграничной любовью. Эти два года вместили целую палитру чувств: от бурного восторга до мимолётных обид, лишь оттенявших глубину их привязанности, — но за всем этим всегда стояла истинная любовь.       Гарри вдруг почувствовал острую боль в груди.       Видеть Малфоя таким — расслабленным, наслаждающимся моментом в компании другого мужчины в этом шумном, грязном месте — вызывало сложное переплетение чувств: ревность, ностальгию и… вину. Вину за те слова, что были сказаны, за ту дверь, что захлопнулась между ними. Но, несмотря на полгода молчания, чувства к этому человеку оставались столь сильными, что Гарри всерьёз задумался о том, чтобы отменить операцию.       — Гарри? — тихо позвала Эмили, заметив его замешательство. — Всё в порядке?       Гарри встряхнул головой, отгоняя наваждение.       — Да, Эмили, — сказал он, стараясь, чтобы его голос звучал твёрдо. — Всё в порядке. Продолжаем действовать по плану. Ожидайте моего сигнала и не предпринимайте никаких действий без подтверждения.       Эмили, Кайл, Лира и Борис, повинуясь беспрекословно, тут же разошлись в разные стороны, смешиваясь с толпой посетителей клуба.       Гарри тем временем двинулся в направлении Драко. Несколько мучительных минут потребовалось ему, чтобы протиснуться сквозь плотную массу тел. Его взгляд был прикован к знакомой белокурой макушке, словно заворожённый. Сердце колотилось в груди, сливаясь с оглушительным ритмом музыки.       Наконец он подошёл достаточно близко. Собравшись с духом, аврор слегка коснулся руки Ледяного Принца.       Малфой медленно обернулся, его беззаботная улыбка мгновенно сошла с лица, словно её и не было. Как только он увидел Гарри, его серые глаза расширились от неподдельного удивления, но уже через мгновение в них промелькнула тень настороженности, возможно, даже враждебности.       — Поттер? — выдохнул блондин, и в его голосе прозвучало нескрываемое изумление. Он быстро окинул Гарри взглядом, задержавшись на его строгой тёмной форме мракоборца.       Гарри молчал. Внезапное появление бывшего возлюбленного в этом месте вызвало в нём целую бурю противоречивых чувств, но сейчас на первом месте было лишь острое желание уберечь его.       Не говоря ни слова, Спаситель Магического Мира крепко схватил блондина за запястье.       — Пойдём со мной, — хрипло произнёс он, потянув его за собой.       Драко опешил.       Мужчина, танцевавший с ним секунду назад, попытался протестовать, но один быстрый ледяной взгляд Гарри в его сторону словно пригвоздил того к месту.       Не обращая внимания на протесты аристократа и недоумевающие взгляды окружающих, Гарри потащил его сквозь толпу к бару, где, как ему показалось, было немного тише.       Ему нужно было поговорить с ним.       Срочно.       Прежде чем начнётся облава.       Прежде чем станет слишком поздно.       Пробираясь сквозь последние ряды танцующих и увлекая за собой сопротивляющегося Драко, Поттер наконец вытащил его из оглушительного шума. Они оказались на относительно тихом пятачке возле барной стойки, где приглушённый свет создавал иллюзию уединения.       Драко вырвал руку, его лицо пылало гневом и смущением.       — Какого чёрта, Поттер?! — прошипел он, яростно сверкая серыми глазами.       — Послушай меня, — отрезал Гарри, полностью игнорируя его тираду. — Здесь небезопасно.       — О, теперь ты заботишься о моей безопасности? — с сарказмом произнёс Драко. — Прошло полгода, Поттер. Думаю, ты потерял право беспокоиться.       Блондин резко отвернулся, намереваясь уйти, но Гарри молниеносно перехватил его за запястье, сильным рывком разворачивая лицом к себе.       Их взгляды встретились.       Серые глаза Драко метали молнии, а зелёные Гарри были полны решимости и какой-то отчаянной мольбы.       Они стояли, неподвижно глядя друг на друга, словно время вокруг них замерло, несмотря на оглушительный гул музыки и мельтешение танцующих тел. В их глазах отражались отголоски прошлого, невысказанные обиды и странная, живущая вопреки всему связь. В напряжённом молчании словно витали вопросы, упрёки и невысказанная боль последних шести месяцев.       Гарри видел в серых глазах Драко смесь ярости, недоверия и какой-то растерянности, а Драко, в свою очередь, пытался прочесть что-то в решительном, но тревожном взгляде Гарри.       Мир вокруг них продолжал жить своей жизнью, но для этих двоих существовал лишь этот момент напряжённого зрительного контакта.       — Что ты на самом деле делаешь тут, Поттер? — тихо, но пронзительно спросил Драко.       По его взгляду Гарри понял, что Драко сам догадался.       Музыка и шум клуба на мгновение словно отступили на задний план, уступая место напряжённому ожиданию ответа.       — Уходи отсюда. Так будет лучше для тебя, — вырвалось у Гарри скорее как приказ, хотя он вовсе не этого хотел.       Драко рассмеялся, но в его смехе не было ни капли веселья. Лишь горькая ирония.       — Лучше для меня? Ты всегда знал, что для меня лучше, не так ли, Поттер? Указывал, что делать, с кем быть…       — Прекрати, Драко! — резко бросил Гарри, его голос прозвучал отрывисто и властно, заглушая на мгновение гневную тираду бывшего возлюбленного.       Драко вздрогнул, услышав своё имя, произнесённое так, как будто ничего не изменилось.       — Хотя бы один раз в жизни, чёрт возьми, сделай так, как я говорю, — почти умоляюще произнёс Гарри. Его голос звучал хрипло и устало. Он смотрел прямо в серые глаза напротив, пытаясь достучаться до чего-то, что ещё осталось между ними, помимо боли и обид.— Просто уйди. До того, как станет хуже. До того, как сюда ворвутся… До того, как ты окажешься в самой гуще этого.       Он не мог сказать прямо, что именно произойдёт.       Не сейчас.       Но отчаянная мольба в его голосе, подкреплённая непривычной руганью, казалось, начала пробивать броню Драко.       В серых глазах мелькнуло сомнение.       — Ты как всегда всё испортил, Поттер, — вздохнул Драко. В его голосе не было злости, лишь глубокое разочарование.       В этот момент до них донёсся приглушённый звук взрыва, который тут же перекатился в серию оглушительных хлопков.       Воздух напрягся, вибрируя от ударной волны, а клуб наполнился паническим шумом. Крики ужаса разнеслись по залу, смешиваясь с обрывками всё ещё гремящей музыки, которая теперь звучала прерывисто и тревожно.       Посетители, теряя ориентацию, бросались в разные стороны, сталкиваясь друг с другом и опрокидывая столы, а тлеющий дым закручивался в клубы, затрудняя видимость и добавляя хаоса.