Часть 11
28 января 2025 г., 04:24
За окном вечерело, летний зной пробивался сквозь приоткрытое окно, заставляя всё вокруг покрываться плотным жарким слоем пыли. Хосок сидел на диване, уперевшись локтями в колени. В руках он крутил дешёвую пепельницу, разглядывая мерцающие блики в рельефных гранях. Сигаретный дым попадал в глаза, и Хосок перекатывал сигарету во рту из одного уголка в другой. Пепел падал на колени, с них скатывался на ковёр, но это вряд ли беспокоило Хосока. Он продолжал разглядывать простую вещицу купленную где-то в минимаркете. В ней не было ничего особенного, обычный масс маркет, но для Хосока она была дороже всего на свете. Купленная Тэхёном в дни, когда у них всё было хорошо. Когда Хосок видел широкую квадратную улыбку, когда мог смело касаться кончиками пальцев тонкой медовой кожи, когда «Хосок-хён» звучало ярко и звонко. Он вздохнул и затушил окурок о стеклянное дно.
Хосок до сих пор не мог поверить, что то, что происходит сейчас — на самом деле. Иногда ему казалось, что он так сильно перепил, что все недавние встречи с Тэхёном ему попросту почудились. Что Тэхёна нет на самом деле, и всё происходящее, лишь плод его больного воображения. Но разве в горячке можно почувствовать сладость губ и тепло тела?
Тэхён здесь. Он жив. И это то, что нужно держать в голове, всё остальное неважно.
— О чём задумался?
Хосок вздрогнул и оторвал взгляд от пепельницы, встречаясь им с Джином. Всё это время Хосок старательно избегал с ним любого контакта вне работы, но упёртый помощник ходил по пятам.
— Ты не слышал, как я зашёл? — Джин уселся напротив в кресло. — Это потеря хватки?
— Чего тебе? — Хосок снова закурил.
— Ты когда-нибудь научишься отвечать на мои вопросы? — усмехнулся Джин, закуривая тоже.
— Схуяли мне это делать?
— Тэхён жив, — произнесённое Джином имя, заставило Хосока вздрогнуть, — он цел, но ты продолжаешь меня наказывать своим отношением.
— В том, что он жив нет твоей заслуги. И моей тоже нет. Он выжил благодаря себе. И это не меняет того, что ты чёртов ублюдок, Джин.
— Ты прав, я ублюдок, но и я оказался прав. Он ведь предал тебя. Какого это — любить подстилку Кима?
В один миг внутри всё похолодело, Хосок резко ринулся вперёд, зажимая тлеющую сигарету в кулак, и впечатал его в скулу Джина изо всех сил. Джин не сопротивлялся, должно быть, не ожидая такой бурной реакции на его, казалось бы, обычные слова. Но Хосок продолжал методично избивать его лицо.
За яркими вспышками ударов, Джин смог рассмотреть перекошенное от ярости лицо Хосока, и прежде, чем потерять сознание, в голове пронеслась мысль, что всё же не стоило быть столь опрометчивым.
Хосоку хотелось больше. Он не желал спускать с рук подобную наглость, пусть перед ним и его друг. Джин всегда был слишком болтливым помелом, но прежде ему хватало ума сдерживать свой язык в нужных ситуациях. Видя, что он вырубился, Хосок выпрямился и зашипел, чувствуя как пульсирует сигаретный ожог на ладони. Он взглянул на обмякшего в кресле помощника и выругался себе под нос.
Вся ситуация накаляла в целом. От Тэхёна не было известий, его телефон был вне зоны доступа уже почти неделю, и сколько бы Хосок не названивал положение не менялось. Он согласился уступить Тэхёну порты, согласился не лезть в их с Намджуном разборки, но неведение и подвешенное состояние выводили из себя. В голове мелькала мысль, подобная высказыванию Джина, но Хосок до последнего отказывался в неё верить. Он не верил, что Тэхён способен на такое. Не верил, что его крошка стал изворотливым и лживым, ведь слёзы в ресторане, его дрожь и мольбы выглядели искренне.
Джин простонал и медленно выпрямился в кресле, хватаясь рукой за избитую половину лица.
— Блять, — сипло выругался он, — грёбаный псих.
— Если бы перед тобой стоял выбор: твоя задница или жизнь твоих близких, что бы ты выбрал? — Хосок поднял глаза к потолку, зажимая их пальцами.
— О чём это ты? — Джин вытер кровь из разбитого носа.
— Думаю, ручные самураи Кима до сих пор не исполосовали меня, только благодаря Тэхёну.
Хосок уселся обратно на диван и вперил взгляд в Джина, который, удивлённый тому, что за все три года Хосок впервые сказал ему больше двух фраз за раз, смотрел на него широко распахнув глаза.
— У него что, клад в заднице? — Джин шмыгнул носом, отчего кровь новым потоком хлынула из ноздрей. — Иначе я не понимаю, для чего Киму так сильно ущемляться. Ты забрал у него почти всё за это время, он почти никогда сопротивления не оказывал. Где ебучая логика, мать твою?
— Я не знаю, — нервно выдохнул Хосок и откинулся на спинку дивана, разминая пульсирующий от ударов кулак. — Нихуя уже не понимаю.
***
Оттирая запекшуюся кровь с лица, Джин жмурился от гудящей боли в голове. Он мысленно костерил Хосока на чём свет стоит, не забывая в голове спускать свору бездомных собак на его проклятую крошку. Телефон, лежащий на краю каменной раковины, коротко завибрировал, мелко приплясывая на гладкой поверхности. Джин матюгнулся и провёл по сенсору пальцем, продолжая усиленно оттирать кровь с лица. — Сокджин-хённим. Голос Муджина был слегка взволнован, но Джин не придал этому значения. — Чего тебе? — Джин пристально вгляделся в отражение опухающей левой стороны лица и нахмурился. — Тут такое дело… Внезапная пауза ужасно взбесила, и Сокджин стиснул зубы: — Клянусь своей бабкой по отцу, Муджин, если ты сейчас же не скажешь, что случилось, я отрежу тебе яйца и повешу их тебе на шею. Вытащи хуй изо рта и говори нормально! — Ким Намджун! Джин слегка вздрогнул, удивлённо подняв брови, отвлекаясь от своего отражения, и уставился на телефон. — Он пришёл в отель и требует встречи с Хосоком. — Скажи мне, у тебя в телефоне напротив этого номера стоит имя Чон Хосок? — Нет, но… — Тогда я не понимаю, какого члена ты звонишь мне?! Муджин-а, мои нервы на пределе… — Я… я позвонил Хосоку, но связь неожиданно прервалась, поэтому я решил перезвонить тебе. — Ну что за блядский день! Джин вытер лицо бумажным полотенцем, швырнул его в раковину и поспешил в гостиную, надеясь увидеть Хосока. Комната, погружённая в серое марево сигаретного дыма, была пуста, и Джин стиснул зубы. — Несдержанный идиот! — он ринулся к выходу. — Блядство, вот же блядство, влюбился один, а страдает вся стая! Лицо пульсировало болью, дыхание сбивалось, но Джин продолжал спускаться по лестнице, не останавливаясь ни на секунду, надеясь, что Хосок не успел свинтить. В этот день удача отвернулась от Джина, и единственное, что удалось ему застать, это визг покрышек о гладкую поверхность и красный блеск задних фар, скоро удаляющегося автомобиля. Выругавшись в сотый раз, Джин поспешил к своей припаркованной на въезде машине.***
Револьверная дверь, окруженного сотней светодиодных ламп отеля, приветливо крутилась вокруг своей оси. Джин быстрым шагом прошёл мимо стойки ресепшена, игнорируя ошарашенный взгляд девушки-администратора, и дойдя до дальней двери около лифтов, толкнул её и спустился вниз. Отправив покурить охранника, сидящего около мониторов, Джин уселся на его место и принялся лихорадочно просматривать записи с камер. Ему не верилось, что Намджун может быть настолько наглым. Хотя, учитывая ненависть Хосока, он скорее походил на самоубийцу, но Джин был уверен, что Намджун притащил с собой своего ручного щенка и до последнего будет прикрываться им, зная, что Хосок ни за что на свете не причинит вреда Тэхёну. Увидев в мониторе, как делегация япошек входит в лобби отеля, Джин прикусил нижнюю губу, ускоряя видео. Он проследил за тем, в какую из приватных комнат они прошли за администратором, вскочил с места и ринулся вверх к выходу, на ходу ощупывая тяжёлый металл любимого ножа, плотно припрятанного в специальном кармане подмышкой.***
— Что такое, сладкий? На тебе сегодня лица нет. Тэхён медленно повернулся к Намджуну, не зная, что ответить. Он не ожидал таких резких действий от него. Когда Тэхён сообщил, что Хосок по прежнему отказывается отдавать порты, Намджун будто с цепи сорвался. Он с силой впечатал Тэхёна в стену, до тёмных кругов в глазах сжимая горло. Не переставал твердить, что от него никакого толку, и что он понапрасну потратил время, поручая это задание Тэхёну. — Я немного перестарался, — продолжил Намджун, ведя горячими пальцами по налитым багряным цветом следам на шее. — Прости, Тэкеши, в следующий раз я буду нежнее. — Не нужно, — прохрипел Тэхён, слегка прочищая горло. — Я знаю, что ты любишь погрубее, но всё же, нам нужно постараться не оставлять следов, негоже моему пёсику ходить побитым. Тэхён слышал, как усмехнулся Кийото, пряча оскал за стаканом с алкоголем, но лишь улыбнулся, опуская глаза на руки, лежащие на коленях. Намджун не знал, как сильно он хочет, чтобы следующий раз был совсем неаккуратен. Чтобы ненавистные руки наконец закончили то, что начали, перебили щитовидной хрящ, вдавливая его в глотку, чтобы воздух перестал наполнять лёгкие, и свет наконец померк вокруг него. Тэхён хотел этого жадно, и надеялся, что сегодня всё закончится. — Я отойду в уборную, — снова прохрипел он, поднявшись с дивана. Кийото тут же вскочил следом, намереваясь сопроводить, но Намджун махнул рукой: — Пусть идёт. Тэхён вырвался в просторный холл и всей грудью глотнул столь драгоценного сейчас воздуха. Он чувствовал, как кожа по всему телу снова начинает зудеть, как к горлу подступает ком, а глаза застилает белая пелена. Рвано вдыхая, Тэхён ринулся к концу коридора, выискивая дверь, обозначающую туалет. Найдя её, он ворвался внутрь, запираясь в самой крайней кабинке. Слёзы обожгли веки, но Тэхён яростно стиснул зубы, стараясь отогнать от себя истерику. Он впивался в плечи через тонкую ткань шёлковой рубашки, сдавленно стонал и пытался удержать равновесие. Ноги подкосились, заставляя сесть на пол, Тэхён сполз по гладкой поверхности перегородки, обнимая колени руками, и старался вдыхать глубоко и ровно. Дрожащая рука нащупала телефон в кармане брюк и медленно его вытащила. Тэхён жмурился, часто шмыгал носом и старался изо всех сил сдержать тремор, чтобы набрать одно единственное сообщение. Он не знал сколько просидел в такой позе, но со временем буря в груди затихла, позволяя подняться. Не время поддаваться эмоциям, нужно закончить то, что задумано. Тэхён одёрнул рубашку и открыл дверь кабинки, замирая на месте. Напротив, опираясь бёдрами о раковину, стоял Джин. Он не мигая смотрел на Тэхёна и хмурил брови, пальцами играясь с сигаретой. — Паршивый денёк? — спросил он, отчего Тэхён неосознанно скользнул взглядом по своему отражению в зеркале позади Джина. Лишь сейчас осознав, что до сих пор сжимает ручку двери в кабинку, он проморгался и расплылся в своей поддельный улыбке. — Паршивый денёк? — кивнул Тэхён на синюшную левую сторону лица Джина, и подошёл к раковине рядом, открывая воду. — Тебе лучше сбежать сейчас, я могу помочь. Тэхён удивлённо замер, наблюдая, как тёплая рука обволакивает его ладони. Он повернул голову к Джину и слегка приоткрыл рот, стараясь найти хоть какую-то фразу в ответ. — Беги, пока не поздно, Намджун отсюда не выйдет живым, и ты тоже. — А кто сказал, что я хочу выжить? — усмехнулся Тэхён, возвращая взгляд на ладони, медленно растирая воду по коже. — Что ты задумал? — Вернуть должок и отдать свой, — Тэхён вытер руки бумажным полотенцем. — И у меня к тебе будет одна единственная просьба. Держи телефон при себе, у меня для вас с Хосок-хёном есть небольшой сюрприз.***
Тэхён вошёл в полутёмную комнату вместе с несколькими девушками. Он подошёл к Намджуну и сел рядом, сразу улавливая его взгляд на себе. Тэхён чувствовал его напряжение, знал, чего тот хочет, и понимал, что Намджун сдерживается специально, дожидаясь самого главного зрителя этого представления. На задворках спутанного сознания из последних сил билась надежда, что Хосок не придёт, что ему не доложат о том, что самый главный конкурент возымел наглость заявиться в его отель, но сегодня удача была не на его стороне. Дверь снова открылась, и Тэхён вскинул встревоженный взгляд, встречаясь им с глазами Хосока. Казалось, Хосок и бровью не повёл, на его лице не отражалось ни одной эмоции. Он медленно прошёл вглубь комнаты, поправляя пиджак, и опустился в кресло, напротив Тэхёна, едва ли удостаивая его взглядом. Сердце сжалось так сильно, Тэхён незаметно стиснул полы своей рубашки и напрягся ещё больше, когда рука Намджуна по-хозяйки опустилась на его бедро, скользя вверх. Комната наполнилась тягучим молчанием, Хосок и Тэхён сидели неподвижно, изредка пересекаясь взглядами, девушки, окружившие Кийото, что-то тихо шептали ему на ухо, не забывая подносить к его губам алкоголь. Хосок дождался официанта, который поставил перед ним бутылку с виски и стакан со льдом, затем медленно оторвал спину от кресла, жестом отгоняя от себя мальчишку с подносом, порывавшегося наполнить ему стакан, и сам налил себе алкоголь, под тихий смешок Намджуна. — Так тихо, будто мы на похоронах, — усмехнулся Намджун. — Господин Чон, мы с вами так близки, почему же вы так холодны? — Близки? — Хосок вопросительно вскинул бровь. — Ну как же, — Намджун жеманно улыбнулся. — Нас с вами связывает это замечательное тело, — он ухватил Тэхёна за подбородок, с силой поднимая его лицо к Хосоку. — Мы с вами, считай, родственники. Трахая одну дырку, можно стать ближе, чем вы думаете, правда, Тэкеши? Тэхён попытался вырваться из захвата, но Намджун лишь сильнее стиснул его челюсть пальцами, не мигая смотря на него. В его глазах Тэхён видел триумф, видел, как Намджун упивается своей призрачный победой, думая, что в секунду выведет Хосока из себя подобными словами. Но Хосок лишь отпил из стакана, не смотря на Тэхёна, и поправил рукав пиджака, снова откидываясь на спинку кресла. — Ты хотел со мной встречи, для чего? Кажется, я всё ясно объяснил Тэхёну. Намджун наконец отпустил Тэхёна, и устремил взгляд на расслабленного конкурента, слегка улыбнувшись. — Ты взлетел так высоко, Хосок. Кто бы мог подумать, что обычный оборванец из трущоб Сеула заимеет половину города. Я приятно удивлён. — Спасибо за похвалу, — улыбнулся Хосок. — Но стоит отдать должное тебе, если бы не твоя спесь, сидеть бы мне дальше у подножия Каннамгу и щемить обычных граждан. Так что премного благодарен. — Да, подняться так высоко нелегко, — кивнул Намджун. — Но падать будет больно. — Почему ты решил, что я собираюсь падать? И я все ещё не догоняю, чего ты хочешь. — Мне бы хотелось вернуть всё то, что ты у меня наглым образом отобрал. Тэхён вздрогнул от смеха Хосока и метнул обеспокоенный взгляд на Намджуна. Он надеялся, что они не встретятся до последнего, что у Тэхёна будет время провернуть свой план за спиной, что у него ещё полно времени. Но теперь, когда эти двое метают друг в друга стрелы, всё шло по пизде. — Я лишь взял то, что лежало неровно, то что ты не смог это удержать — не мои проблемы. Тут законов нет, хочешь обратно — отбери. Намджун тихо усмехнулся, закурил и приобнял Тэхёна за плечи, заставляя его снова сжаться. — Ты не так прост, как я думал. — Я слышу это не первый раз. — А что, если я предложу тебе выгодную сделку? Хосок поднял ладонь вверх, слегка кивнув, без слов говоря, что готов выслушать. Тэхён нахмурился, чувствуя как сжимаются пальцы Намджуна на его плече, и медленного сглотнул. — Ты отдашь то, что принадлежало мне, вернёшь порты, откроешь обратно мои точки сбыта и вернёшь весь товар, который вынес из моего дока. А ещё уступишь своё выгодное положение в Сеуле и вернёшься обратно в своё захолустье. Как говорится, свой дом всего родней. В обмен на него. Тэхён нахмурился, переводя вопросительный взгляд на Намджуна, не веря, что это происходит на самом деле. На что надеялся Намджун? Что Хосок тут же согласится, что променяет всё, чего столько лет добивался на потасканную шлюху, с которой когда-то спал? Это слишком маловероятно, Хосок понимает, что за всем его нелегальным бизнесом стоит не только он, это сотни людей, и променять их, на одного никчемного предателя будет максимально глупо. Но Намджун продолжил, как ни в чём не бывало: — Тэкеши так старался все эти годы, чтобы защитить тебя. В буквальном смысле жопу рвал. Он так старательно раздвигал передо мной ноги, и думал, что я не слышу, как он бормочет твоё имя, когда я трахал его. Ваша любовь друг к другу и правда завораживает, мне даже иногда становилось грустно от его слёз… Кажется, Намджун почти достиг желаемого — Хосок слегка вздрогнул, встречаясь взглядом с глазами Тэхёна. Тэхён мысленно молил его не верить. Не давать слабину и дальше оставаться каменной бесчувственной глыбой. И Хосок его понял. Он медленно выудил из кармана пачку сигарет, вытащил одну и прикурил, пуская дым к потолку. — Нет. — Что? — нервно выдохнул Намджун, слегка ослабляя хватку на плече Тэхёна. — Говорю же, я не согласен, — Хосок снова затянулся. Тэхён облегчённо закрыл глаза, сглатывая тугой ком. Он чувствовал, как задрожали руки Намджуна. Этот спесивый япошка не привык, когда ему отказывают, его перекашивает от ярости в этот момент. Намджун привык, что все вокруг служат ему, что все готовы часами стоять перед ним согнув спину в глубоком поклоне, Тэхён тоже, но не Хосок. Он знал, что его бандюган-мафиозник — смелый, слегка отбитый, но знающий, что такое честь. Это приносило невообразимое облегчение. — Что ж, — выдохнул Намджун сквозь сжатые зубы. — Тогда и мне он не нужен. Тэхён не сопротивлялся, когда хват Намджуна переместился с плеча на затылок, заставляя резко упасть с дивана на колени. Он не поморщился, когда почувствовал холодный металл на макушке, не обращал внимания на визг продажных девок, которые поспешно ретировались из комнаты, его разбирал дикий хохот. Стараясь сначала сдержаться, а затем заливаясь на всё пространство маленькой комнаты, Тэхён искоса взглянул на ничего непонимающего Кийото и подмигнул ему. Все вокруг замерли, не понимая, что так сильно веселит Тэхёна, от этого становилось ещё смешней. Он увидел краем глаза, как дверь снова открывается и в комнату входит Джин, тут же удивлённо замирая на месте, и в этот момент в кармане Намджуна так кстати зазвонил телефон. — Возьми трубку, Джун-и, — сквозь смех сказал Тэхён. Мёртвая тишина позволила ему слышать приглушенный взволнованный голос Иори и медленно, совсем чуть-чуть, упиваться своей нелепой победой. Тэхён чувствовал, как по его затылку мелко стучит дуло пистолета — должно быть, Намджун неимоверно зол. — Помнишь, Джун-и, когда-то давно, я тебе сказал, что буду помнить всё до конца своей жизни? Как бы сильно ты меня не ломал, как бы не старался подчинить — я всегда хотел, чтобы ты сдох. Теперь ты сдох. У тебя не осталось ничего. Молчание не приносило дискомфорта, Тэхён знал, что совсем скоро его жизнь оборвётся, доказательством служил щелчок взведенного курка, ему лишь хотелось напоследок высказаться. — Пока ты так увлечённо трахал мой зад, я медленно выискивал и опустошал все твои счета. Представляешь, нашёл даже офшорный на Тайване, — Тэхён снова хохотнул. — Мне пришлось с ним повозиться, но спасибо за образование, Джун-и. Ты так заботился обо мне всё это время, что не замечал того, на что все твои приближённые пытались раскрыть тебе глаза. Я тебя обдурил! Тэхён снова залился звонким смехом, упираясь руками в пол. Из его глаз по щекам скользили горячие слёзы, но он не обращал на них никакого внимания, продолжая свой монолог. В свои последние секунды жизни, он не хотел заходиться в рыданиях, для Хосока он должен остаться сильным. — А знаешь что самое смешное? — Тэхён облизал пересохшие губы. — Такое унижение ты вряд ли вынесешь. Шуршание дорогой ткани пиджака привлекло всех. Джин медленно достал телефон из внутреннего кармана, разблокировал его и удивлённо поднял брови, вглядываясь в сообщение. — Поздравляю, Хосок-хён! Теперь ты стал богаче на несколько сотен миллионов долларов. — Ах, ты мелкая мразь! Тэхён почувствовал пинок в поясницу. Он завалился вперёд, инстинктивно переворачиваясь на спину и увернулся от очередного удара Намджуна, вскакивая на ноги. Его тело, несколько лет подвергавшееся жестоким тренировкам и пыткам почти не чувствовало боли. Тэхён отступил назад, левым бедром упираясь в стол, и принял стойку, собираясь в последний раз как следует почесать кулаки о ненавистное лицо. Но Намджун лишь усмехнулся, снова поднимая оружие: — Ты правда думал, что я буду драться с тобой, Тэкеши? Лучше пристрелить такого неблагодарного ублюдка. Хосок, отошедший от шока и удивления, вскочил с места и сделал несколько спешных шагов к Тэхёну, протягивая ему дрожащую руку. Тэхён понимал, чего он хочет. Хосок хочет спрятать за свою спину, снова защитить, но сейчас это не сработает, и он не сдвинется с места. Лицо Намджуна исказила злобная гримаса, он почти нажал на спуск, но блеснувшее в полумраке лезвие привлекло внимание Тэхёна. Точным ударом оно вонзилось в шею Намджуна, который слегка пошатнулся. Его рука дрогнула, но всё же он выстрелил. Тэхён почувствовал толчок и инстинктивно сжал рукава пиджака Хосока. Краем глаза, он видел, как Кийото бросился в сторону Джина, слышал, как за дверью поднимается оглушающий шум потасовки, но это мало его волновало. Всё внимание было направлено на растекающееся по белой рубашке Хосока тёмно-красное пятно. — Х…Хосок-хён… — Тише, Крошка, — Хосок сделал неуверенный шаг навстречу, — всё хорошо.
